Ритм времени/ Предыстория

482 год по Августинскому календарю, престольный город Осгорн, Юстиарон

К нему нельзя прикоснуться, но земли меняются под его дыханием, как перемещаются пески и семена растений, а птицам становится гораздо легче лететь. Любовь подобна ветру. Безудержный, а иногда легкий и мирный. Он поднимает паруса и дает силы кораблю плыть вперед, по волнам через неведанные земли на другой край света. Но если его нет, кораблю остается лишь блекнуть на месте и ждать своего часа. Зачем кораблю паруса, если без ветра он не может плыть. Аирхарт приоткрыл глаза, от шума рога. Кто-то на палубе кричал: «Осгорн». Он приподнялся, покачивая головой ото сна. Аирхарт как никто другой ждал своего возвращения после войны. И теперь Исидор дозволил ему вернуться. Княжна подросла за это время. Фиодор преданно служивший своему брату - Исидору, выступал в качестве одного из приближенных советников вождя. И также он был одним из тех людей, которые не ждали появления Аирхарта, учитывая произошедшее, много лет назад. Как только Исидор приказал отправиться ему на войну, Фиодор испытал легкость, которую испытывает садовник, освободив свой сад от сорняков. Это необходимо было сделать до того, как они укрепят свое положение и пустят корни. Быть может, он смотрел бы на него по-другому, заняв Аирхарт его сторону. И чтобы сад оказался чистым, необходимо постоянно его вычищать его и не терять бдительности, иначе он зарастет. - Господин, правитель собирает собрание, - произнес помощник Фиодора, войдя в его кабинет, - после завершения войны, он хочет обговорить детали перемирия. - Это перемирие далось слишком многими потерями. - И еще, - добавил Хрисан, - во дворец прибыл тот воин, которого держала при себе прежняя Княгиня. Фиодор покосился на мужчину, который пытался вспомнить чье-то имя. - Аирхарт? – советник недовольно почесал лоб. Он не погиб на войне. Даже тогда Фиодор нанял воинов, чтобы устранить его, - где он сейчас? У Исидора? Тронный зал был полон секретов, не сказанных и выроненных слов. Через высокую арку здесь открывался вид на бескрайнее море. Как только Аирхарт вошел туда, он преклонился перед правителем. Вернулся спустя пять лет, чтобы прийти сюда. Исидор утвердительно покачал головой. Однажды он попытался сделать то, на что не решился сам Исидор. - Я наслышан о прорывном маневре. Патрокл отзывался о тебе довольно не плохо, Аирхарт, - начал первым Исидор, оглядывая молчаливого воина. Он пришел сегодня, чтобы сказать, что выжил, - какую награду ты хочешь? Я дарую тебе положение. Аирхарт был облачен в парадную одежду. Темно-синее одеяние с серебряными узорами. Длинные штаны и короткий, подпоясанный кафтан, с открытыми руками, напоминающий кейп. Волосы были аккуратно уложены на бок. - С вашего дозволения я вернусь на прежнюю службу. - Это действительно все, что ты хочешь? – усомнился Исидор, но он не был удивлен подобному решению. - Вижу, ты остаешься довольно предан ей. Княжне повезло. - … - Ты можешь стать ее телохранителем, до отъезда в Хэллион. Веки воина дрогнули. - Разве ранее вы не намеривались отменить этот союз? - Было трудно не заметить произошедшее с хэллионским послом, однако я решил, что наши отношения ценнее, чтобы помнить о подобных недоразумении, - абстрактно ответил Исидор, он невзрачно покосился на воина и добавил, - надеюсь, это было не твоих рук дело? У союза с восточным племенем было много противников. Хэллион всегда считали варварским и далеким племенем, который потянет Юстиарон вниз. Многие сановники выступали за союз с более сильными племенами. Это было необходимо и для того, чтобы укрепить военные позиции. Аирхарт всегда оставался в стороне, однако и он не был полностью доволен подобной сделкой. Исидор же видел все иначе. Хэллион имел потенциал. Он развивался, имел выгодное географическое положение и нужные Юстиарону ресурсы. - В любом случае, закроем на этот раз глаза. Ведь плохой мир, лучше хорошей тяжбы. Я прав? Аирхарт вновь оглядел правителя взглядом. Исидор был тверд в своем намерении защищать этот союз, и сейчас явно давал понять, что не потерпит иных настроений, как и действий направленных против него. Предупреждение – лишь на этот раз правитель закроет глаза. Этот знакомый суровый сапфировый взгляд ждал ответа. Аирхарт молча преклонил голову.

***

В комнате было очень ярко, едва проглядывал силуэт танцующего мужчины. Он держал за руки девочку, которая что-то напевала. Периодически она поглядывала за тем, как поднимались его ноги, поверх которых она поставила и свои. - Аирхарт! – Гортензия резко подскочила с кровати. Это был сон давних воспоминаний. Выдохнув, девушка обратно упала на подушку. Птицы приятно щебетали. Зима давно закончилась и наступила весна – любимое время года. Княжна довольно улыбнулась. Несса встала довольно рано, чтобы закончить все свои обязанности и не только свои. Она выполняла работу за двоих – и за Исору тоже, заставить которую прильнуть к своим обязанностям не могла, также, как и не могла оставить ее работу не выполненной. -Ты же уберешь за меня? - улыбаясь, говорила Исора, зная, что та не могла ей отказать. А если позволяет, то почему не воспользоваться? И только в такие моменты, когда ей было что-то нужно, Исора улыбалась. Конечно, если бы Фаиза узнала об отлынивании от работы, ту ждал суровый выговор. Но, а жаловаться на своего сослуживца Несса не решалась. Она успокаивала себя тем, что дополнительная работа ей была не в тягость. «Почему бы и нет…» Каждый раз Несса настраивала себя поступить по-другому и отказать. Но стоило настать решающему моменту, а Исоре улыбнуться, она вновь поступала как раньше - молча соглашалась. Несса убралась в комнате княжны, пока та еще лежала в кровати. Сегодня был выходной, а значит, Гортензия могла хорошенько выспаться. Затем служанка отнесла вещи в стирку. А после этого направилась в кухонную часть особняка, где поварихи в разгаре процесса, стучали посудой. Из помещения доносился приятный аромат, пронизывающий все ближайшие комнаты особняка. Несса выжидала на кухне завершения приготовлений, а после расставляла блюдца с едой на поднос. И ей самой хотелось отведать, что-то вкусное. Взяв поднос, Несса направилась в комнату княжны. Утро было спокойным, даже в маленьком особняке все казалось свежим и просторным. Оставалось совсем немного до лестницы и вот комната княжны. Но тут выходит сонная Исора, с чуть приоткрытыми глазами. Она сразу обратила внимание на приятные яства: свежее молоко, печенья, узорчатые блины с медом. Исора тут же схватила одни из блинов и затолкнула его себе в рот, тщательно разжевывая. Несса не задумываясь выронила: - Эй, ты что делаешь? Это княжне… - Княжне, княжне, - раздраженно передразнила ее Исора, беря следующий блин и выхватывая поднос у Нессы, - и так хватит. Дай, сама отнесу. Несса ничего не сказала, лишь пошатнулась от растерянности. А Исора продолжала поедать печенья, медленно подымаясь по лестнице. По привычки Гортензия проснулась рано, но вставать она вовсе не спешила, лишь лениво потянулась в кровати. Она открыла глаза и посмотрела в потолок. Этот день был счастливым и потому, что Фаиза должна была уехать на несколько дней. От осознания того, что эта вредная старуха исчезнет, начала беситься в кровати, то переворачиваясь с боку на бок, то махая ногами и руками в разные стороны. Затем она вскочила и подбежала к окну. «Цветущая весна». Наступила любимая пора года. Сегодня точно хороший день. И возможно у нее появилась возможность… Гортензия подошла к комоду с одеждой. Она открыла дверцы и стала оценивать наряды, взяв самый простой из них, княжна принялась одеваться. В этом момент приоткрылась дверь и в помещение вошла Исора. Гортензия остановилась. Служанка вольно прошла по комнате под пристальным и, в тоже время, подавленным взглядом княжны и поставила поднос с едой на стол. Без доли смущения служанка подошла к комоду и поравнялась с княжной. Последняя же сделала шаг в сторону, увеличивая расстояние между ними. - Княжна вам недавно пошили новую одежду, - любопытно сказала Исора, в то время, как Гортензия не сводила с нее взгляда. Она знала, к чему идет дело. В последние годы, Исора все более неподобающе вела себя. Она стала брать вещи княжны, украшения, предметы. Стоило Гортензии захотеть чего-то, у Исоры это появлялось тоже, а если не могла это приобрести – забирала у княжны. - Недавно я обнаружила дыру в стене, - Исора уверенно осмотрела княжну и начала хозяйственно расхаживать по комнате. Она подошла к сундуку и начала трогать украшения. Исора настораживала. Она словно имела глаза и уши во всех стенах особняка или действительно следила за княжной. Служанка могла спокойно передать что-нибудь няне или даже придумать. А в последнее время, она приходила к Гортензии и начинала торговаться в обмен на молчание. - И что ты хочешь? – опустошенно спросила Гортензия, желая быстрее закончить с этим. Словно заяц, наблюдающий за неизвестной тенью, принадлежавшей то ли волку, то ли лисе. Вскоре она поселится и в ее комнате. Служанка грезила о лучшей жизни и недаром выслуживалась перед Фаизой, пытаясь сыграть роль верной собачонки. Тогда, у Исоры появлялась определенная свобода в действиях. Эту дозволенность она прикрывала повелением Фаизы, порой за ее же спиной, как сейчас. Исора также недолюбливала Гортензию, которая могла довольствоваться всеми прелестями жизни, о которых и грезила служанка. Постепенно она стала отождествляться с ней – заниматься тем, чем занимается княжна, есть ту же еду, брать то, что принадлежит ей, элементы одежды. Исора пыталась быть гораздо лучше, чем являлась на самом деле.. В этом она бы себе никогда не призналась. Делая то, что делает княжна и выбирая то, что выбирает она, служанка словно забирала личность Гортензии. Поэтому та сторонилась ее. - Да? Тогда я могу забрать все, - Исора жадно посмотрела на ларец с украшениями, однако все она не сможет забрать, иначе Фаиза заметит. - Мне все больше нравится твоя комната. Что это за запах, раньше его не было? Гортензия опустила взгляд. Ощущение, что ее действительно выселят из своей комнаты. В поисках источника запаха, Исора подошла ближе к княжне и уткнулась в нее глазами. - Новое масло, - спокойно ответила та. - Мне нравится этот запах. Дай и мне такое масло. Гортензия сдержанно оглядела служанку. Как она хотела покинуть это место. Как только Исора ушла, выторговав свое, княжна свободно вздохнула. Выждав, она тихо покинула коридоры особняка. Гортензия направилась в сад, до этого дня только она знала, что в стене особняка в саду был потайной ход, прикрытый камнем. Он был маленький, но достаточный, чтобы княжна пролезла через него. Проход оказался немного заросшим травой, но за ним светило яркое ослепляющее солнце. Оказавшись за стеной, Гортензия встала и начала отряхивать одежду. Она была одета в юбку и рубашку, без обуви. Посмотрев на стену в последний раз, она составила рожицу на лице и показала язык. - Попробуйте поймать, старые овцы, - Гортензия рассмеялась, будучи довольной выполненной операцией. Однако она насторожилась, - как все же Исора смогла узнать о нем? Через лес Гортензия вышла к тропинке, которая вела в город. Когда-то по ней она гуляла с Аирхартом. Невероятно приятно было оказаться здесь и дышать древесным запахом, а под ногами ощущать свежую траву. Гортензия остановилась, прикрывая глаза. Она не могла выразить удовольствие, которое получала от прогулки здесь. Словно она всю жизнь ждала часа, чтобы вырваться в другой мир, где ее окрылит свобода. Солнце было ярким, она прикрыла лицо рукой и еще раз довольно улыбнулась. Давненько у нее не было такого хорошего настроения. Город Дорс находился возле порта, хоть он был и мал, но весьма оживленный. И людей было весьма много сегодня, каждый был занят своим делом и куда-то спешил. Каждый человек представлял собой отдельный и неизвестный мир. И сейчас это ощущалось лучше как никогда. Но столкнувшись с таким огромным и нежданным количеством людей, Гортензия встала в ступор. И это ее тот самый тихий городок? Когда он стал настолько оживлен? - Подходите ближе, побеждайте и получайте вознаграждения, - взывал в стороне владелиц одной из лавок. Предполагалось, что подошедший должен был за деньги кинуть кинжалы в цель. И если он попадет в нее, то получит приз, лежавший на прилавки. - О, вот и юная девушка подошла, хотите попробовать?! Потребуется всего лишь десять сафир, - дружелюбно улыбался продавец. Ага, быть ему не дружелюбным, если нужно продать товар. Княжна лишь покачала головой, показывая отрицание. Постепенно Гортензия приближалась к одному из центральных мест города. Чем дальше она шла, тем четче до нее стали доноситься звуки музыки. Подойдя ближе, она заметила танцующих людей. Они смеялись, энергично передвигались и махали руками, зазывая окружающих. Были те, кто вовлекался в танец, кто-то просто проходил мимо, били и те, кто, просто наблюдал. Княжна и не заметила как, поддалась вперед, а один из танцующих действительно подхватил ее. - Что там? - заметил Нингирсу, обращаясь к другу. Как только корабль остановился в портовом городе, у путников появилась возможность оглядеть Дорс. Гуляя по улице, они ничем не отличались от горожан, разве что на голове одного из них был замотан огромный и толстый платок, концы которого спускались сзади до плеч. Нингирсу шел вперед, оглядывая город. Сквозь его темные волосы выглядывала родинка на виске. Кожа была чуть загоревшая. Империан обернулся и перевел взгляд с друга на танцующих людей. - Только не говори, что хочешь присоединиться, - усмехнулся он. - Не плохая идея. Идем, хоть на что-то интересное посмотрим здесь. Говорят Юстиарон, полон красавиц, - с любопытством улыбнулся Нингирсу, - может, стоит взять себе одну в жены? - Ах вот оно что, - с задором отреагировал Империан. Впервые они встретились в тренировочном лагере. Тогда им было около десяти лет. Вступив в спарринг, Нингирсу взял вверх и одержал победу, а Империан не смерился с поражением. Частые спарринги с Нингирсу стали чем-то привычным. И каждый раз победитель менялся, ибо никто не желал уступать. И так прошли следующие десять лет. Каждый танцующий человек на площадке двигался по-своему, придумывал особые движения, но, при этом, все они двигались в общем потоке, словно являясь продолжением друг друга. Общий темп и общий задор вдохновляли каждого. Гортензия любила танцы. В них было возможно выражать свои чувства. Девушка улыбалась так широко, как только могла, потому что действительно была счастлива, ощутив свободу. Порой, чем тяжелее было, тем больше хотелось танцевать. Говорят, если улыбнуться, можно стать счастливой. Действительно ли это было так? - Девушки в этом племени и, правда, не плохи, - выронил Нингирсу, наблюдая за молодыми девушками. Империан молча стоял на своем месте. Заметив эту нейтральную реакцию, он добавил, – равнодушен как всегда. Не умеешь ценить молодость и красоту. Был бы ты таким, не имея гарема? - Если так хочешь, я найду тебе девушек и в Хэллионе, - ответил Империан. - Сам найду, - открестился тот. Империан сунул руки в карманы и продолжал молчать, наблюдая за танцующими людьми. Хэллионские танцы отличались горячей манерой, что нравилось ему больше. Империан ощутил на своей спине толчок, заставивший его выйти вперед. Он тут же остановился, чтобы обернуться и посмотреть на Нингирсу - он определенно хочет умереть. Тот любил иногда пошучивать над своим компаньоном, особенно, когда он становился заносчивым. Сейчас энси покраснело от гнева, взгляд был брошен исподлобья, а брови грозно свелись друг к другу. Нингирсу уже навострился бежать. Если преследование начнется, тогда весь город ополчится против них, за снесенные торговые лавки, ибо как два титана, они ничего не будут замечать перед собой. Однако Империан тут же был подхвачен одним из танцующих людей и вовлечен в танец. Он словно оказался на другой земле или необитаемом острове, где как ребенок не знал куда идти и что делать. Словно его затянуло в водоворот, где каждый брал его за руки. Одни партнеры, сменяли других. Каждый человек двигался хаотично сам по себе то касаясь, то отпуская руки друг друга. Все переходили с одной стороны в другую. Время неслось быстро, и так близился конец танца. Руку Империана подхватила прохладная и мягкая ладонь хрупкой девчушки. Это была Гортензия. Взяв руки друг друга, они на мгновение переплелись в танце, а затем также неожиданно разлучились, переходя к другим танцорам. Вскоре танец подошел к концу. Все, кто танцевал, и кто наблюдал, захлопали в ладоши. Их окутала атмосфера эйфории. Нингирсу пошатнулся и вспотел, заметив, что Империан идет с грозным видом в его сторону. Но не тут-то было, он успел подготовиться. - Что, прикажешь отпороть розгами? - усмехнулся Нингирсу и протянул Империану жаренное мясо на палочке. Тот пристально посмотрел на него и взял палочку. - Что ты, всего лишь четвертую. - Кто же тогда за тебя думать будет? – Нингирсу играючи обхватил шею друга рукой. - Ах ты. Не поспоришь с тем, кто говорит правду. Все стали расходиться, а суета спадать. Империан освободил друга от удушающей хватки, и вскоре поравнялся с ним. Они уходили вперед к кораблю и все дальше от площадки, где еще недавно танцевали люди. - Ты бы видел себя со стороны. - Сейчас получишь, Нингирсу, - резко ответил Империан. - А ха-ха-ха. Знал, вызвал бы скульптора, жаль такому пропадать. Этот памятник стал бы мировым достоянием… Энси невзначай обернулся. Размышляя о том куда пойти, Гортензия сделала игривое и, вместе с тем, задумчивое выражение лица. Поляна у мыса, где росли деревья, а там и порт. Как только она развернулась, ее ждала неожиданная, но привычная пощечина, привлекающая внимание окружающих. Перед ней стояла Фаиза. Идя по открытому морю, корабль не знает, где его приютит штиль, а где настигнет ураган. То, что должно произойти, произойдет, как и человек, встречает тех людей, которых должен встретить.