Секрет лис.

Лян Вэньин не был уверен сколько он прибыл без сознания. Час? День? Год? Он не знал и не хотел этого.  Хоть он не любил быть в неведенье, но сейчас это был лучший из всех вариантов. Что для него являлось немало важным так это то, что адская боль в сердце утихла, оставив лишь неприятное ощущение, которое напоминала удар в грудь, не приятно, но терпимо. Лучше испытать физическую боль, нежели та которая была в душе. В приступе резких и сильных эмоций, Лян Вэньин не заметил, как воспользовался не только темной энергией, но и принял попытки золотым ядром, но метка не позволила, что только усугубило ситуацию. Принц понимал, если бы кто-то не направил поток энергии в его тело, то все могло бы закончится намного хуже. Не только для его души, но и для остальных, кто был рядом с эпицентром взрыва темной ци. Лян Вэньину оставалось надеяться и молиться всевышнему, чтобы он успел натворить неисправимое, иначе Ван Хуан не наберется проблем вместе с ним. Лян Вэньин помнил, что его кто-то придерживал за тело и что-то говорил, но он не помнил в чем заключался посыл тех слов. Наследник пытался возобновить прошедшее событие, чтобы понять был ли тот демон наяву или же иллюзия. Принц хотел внушить себе, что слух с ним сыграл очень плохую шутку, но в глубине, он понимал, что это не так. Ведь, нос чувствовал знакомый до боли запах гари. Даже после перерождения, Лян Вэньин не смог его забыть. Все еще находясь в беспамятстве, он продолжал видеть отрывки из прошлого. Некоторые были хорошие и грели его сердце. Первое, что появилось в воспоминаниях так это сад, который был возле дворца. Наследник увидел, как, он завёл маленького черного котенка с большими голубыми глазами.  Каждый раз, когда появлялась возможность, он играл с ним. Хоть у зверька были острые когти, он не думал ранить своего спасителя. Но кого он не жалел, так это Шэнь Жонга. Из-за этого, у учителя иногда можно было заметить следы от когтей. Наставник не желал, чтобы в его идеальном образе были видны изъяны, поэтому одевал верхние белые одежды с очень длинными рукавами. Они с котенком словно были злейшими врагами. Тигр лишь мог терпеть нападки младшего представителя. Ведь, обидеть того, кто меньше тебя это признак слабости и неуважения к своей персоне. Потом перед принцем появилась его комната. Лян Вэньин читал допоздна и у него уже слипались сонные глаза, к нему в это время подходили сестры или его высоко любимая матушка. Те приносили ему фрукты и горячий белый улун. Они любили гладить принца по гладким, словно шелк волосам.  Любили давать наставления, что не нужно так себя истязать учебой. Матушка, когда была менее уставшая, показывала силу своего браслета. Показывала, как управлять его потоком и когда лучше им воспользоваться, а когда лучше не применять.  Она говорила сыну, что тот однажды получит его и станет его полноценным хозяином. Тот в свою очередь брал ладонь женщины и нежно поглаживая ее, отвечал: -Любимой матушке не нужно думать об этом. Моя матушка всегда будет лучше всех, сын не сможет превзойти ее. Госпожа Лян любила комплименты и не смогла скрыть улыбку на своих немного накрашенных губах. Принц также увидел, когда он соревновался с императором, используя самую малость духовной энергии. Старший любил давать наставления младшему и говорил между делом: -Мой будущий правитель! Сын мой, ты когда-нибудь сможешь победить этого старика. Ты ведь не станешь убивать его, ради раннего получения титула? Хоть он говорил с улыбкой на лице и не давал большого значения своим словам, Лян Вэньин их не воспринимал как шутку и отвечал со серьезным лицом, не забывая отбиваться от слабых атак отца: -Ваш сын никогда даже не подумает над совершением этого жестокого преступления. Император, когда слышал такие слова от своего сына, коротко вздыхал и говорил: -Ох, сын мой. Тебе нужно научиться быть менее серьезным и быть простым юношей. Тебе только исполнилось четырнадцать, а ты ведешь себя намного мудрее и старше, чем твой старик. Твой отец волнуется, что тебе будет сложно в отношениях. Отбив очередную атаку, принц ответил спокойным голосом: -Отец, я понимаю, что вы беспокоитесь, но в этом нет нужды, ведь ваш сын идет по пути самосовершенствования, где запрещены даже мысли, об отношениях, которые вы имеете виду. Мужчина заговорил голосом, в котором чувствовалась грусть, от того что его слова не имели никакого веса для наследника, если они противоречили его учению: -А-Вэньин я помню это, но все-таки старик надеется, что ты немного изменишь свое мнение на этот счет. Ведь мне будет горестно, если мой сын не ощутит вкус сладкой любви и ласки девушки. Лян Вэньин ответил, после того как специально рассёк воздух: -Отец, мне нужно это. Даже, не идя по данному пути самосовершенствования, ваш сын бы навряд ли начал отношения, если бы они не были угодны для безопасности государства. Но про себя он думал: -Но даже в таком исходе, это было бы маловероятно. Другие воспоминания возвращали в те события, где Лян Вэньин получил прозвище адская псина. Где на него смотрели не с уважением, а со страхом в глазах. Где он больше не мог носить титул наследного принца. Появился демон имени, которого так и не смог узнать. Он вновь и вновь кричал: -Смотри! Смотри что происходит с твоим государством! Нравится же?! Лян Вэньин резко очнулся, пальцы непроизвольно сжались на мягкой ткани. По лбу стекали капли холодного опыта, словно на него вылили ведро воды. Он не сразу понял, это продолжение сна или же явь. Лян Вэньин начал резко осматриваться и увидел, что он лежит на свежо постеленной кровати, которая уже успела пропитаться его холодным потом. Наследник увидел Ван Хуана с протянутыми, вперед светящимся белом цветом руками, которые лежали рядом с принцем. Глаза Ван Хуана были прикрыты, поэтому он не сразу заметил, что принц уже очнулся от глубоко сна. Рука Лян Вэньина потянулась к волосам давнего друга. -Ван… едва слышно позвал его наследник, поглаживая того по волосам. Этого хватило, чтобы император открыл янтарные глаза. Лян Вэньин заметил на лице друга царапины, которые только-только начали покрываться легкой бордовой корочкой. Мужчины некоторое время молча смотрели друг на друга, словно виделись впервые в жизни. Лян Вэньин не убирал руку с волос мужчины, а Ван Хуан, заметив на своей голове прикосновения наследника, сладко улыбнулся. Кто первый прервал молчание, так это был наследный принц. Прикрыв лицо вспотевшей ладонью, Лян Вэньин спросил немного дрожащим голосом: -Что я сделал? Ван Хуан, услышав вопрос, убрал ладони с кровати из которых струилась светлая энергия. Император встал с пола и сел на кровать, чтобы их глаза с наследником были на одном уровне. И теперь Лян Вэньин увидел каждую рану на лице давнего друга. Ван Хуан заговорил голосом, в котором было только спокойствие и доброта его намерений: -Ничего такого синь-синь не сделал. Просто… -Ты разрушил пол дворца своего дружка. Оставил увечья на его теле. Отозвался мужской голос, в котором читалось презрение, словно судья озвучивает непростительные преступления человека. Лян Вэньин перевел взгляд сонных глаз и увидел, что в углу комнаты сидел высокий мужчина. На его коленях лежали ножны золотистого цвета. Он сидел, облокотившись на руку, как это делал учитель на троне. Его взгляд был устремлен на принца, он ясно давал понять, что он не настроен доброжелательно. Глядя на двоих мужчин, у принца невольно возникала мысль, что они являются полными противоположностями друг друга. У одного лицо было добрее и светлее. У другого, словно грозовая туча опустилась на его физиономию, отбрасывая темную тень. Наследный принц не знал кто перед ним.  Рассудок все еще находился в беспорядке, будто прошелся вихрь и нужно время, чтобы все восстановить Лян Вэньин будто позабыл об этикете и поинтересовался у Ван Хуана: -Ван-ван, а это кто? Ван Хуан ответил по контракту душ: -Старик, которого я на дух не переношу. Лян Вэньин догадался: -Владыка? Мужчина сидевший в углу, привстав, повесил ножны на свой пояс.  Он направился к кровати на которой лежал наследный принц, потирая фиолетовые глаза. Дойдя до места, где сидел император, он снова посмотрел на наследника, но обратился к Ван Хуану, сощурив белые, как снежинки, глаза с такими же ресницами: -Интересно как теперь ты его оправдаешь? Что теперь скажешь?  Хмм? Ван Хуан сморщил нос, и промолчал, не сводив взгляда с принца. Вэй Янлин: -Думаю, тебе не нужны доводы, чтобы суд все-таки состоялся над ним? -Нужны. Отрезал император, не поднимая глаз на рядом стоячего высокого мужчину. -Вот ты сейчас серьезно? Мне снова назвать, что он сделал за одну ночь? -Не нужно. -Ну так в чем…. -Я не договорил. Прервал владыку император. -… -Владения мои, мне решать кого наказывать за них, а кого нет. Тело полностью принадлежит мне, а значит только мне решать, как им будут распоряжаться. Владыка усмехнулся, услышав слова императора. -Ты в этом так уверен? Ничего не забыл? Или ты забыл о моей услуге, которую я тебе указал сто лет назад? -Я не забывал. Если хочешь, я верну тебе это обратно. Но вопрос в другом, захочешь ли ты этого? Тебе ведь известно, что я могу сделать? И говорил тебе это не раз, но ты не желал даже слушать. Так к чему это сейчас? Седые брови опустились, тем самым между ними появилась глубокая складка. -Не зазнавайся, Ван Хуан! Не забывай, что от моего решения зависит какое наказание получит старший Лян! Ван Хуан приподнял уголки губ в издевательской ухмылке: -Вэй Янлин, мне кажется тебе пора на покой. А то ты какой-то нервный в последнее время. Да и память ухудшилась. Сам упоминаешь о моей забывчивости, а о своей не подумал? Ты не можешь вынести приговор, озираясь лишь на личную неприязнь, а то, как-то не по божественному получается. Вэй Янлин: -Ван Хуан! Сейчас ты ходишь по лезвию моего терпения! Ван Хуан мельком глянул н Лян Вэньина: -Так свергни. В чем проблема? Раздался звук ломающиеся двери. Все синхронно обернулись и увидели в проеме Сюэ, кадык которого то опускался, то поднимался резко, сменяя свою позицию. Сюэ стоял с приподнятой ногой, которой недавно со всей силы выбил дверь. Ладони были сжаты в кулаки на которых выступали вздувшиеся вены. В одной руке он крепко держал меч, который через мгновенье, острие указывало на императора. В другой руке виднелась красная энергия, похожая на огонь феникса. Ему и рта не потребовалось открыть, ведь его лицо описывало, как ничто лучше, что тот находится в неистовой ярости.  -Ван Хуан! Я много терпел наглости и неуважения в свою сторону, и в сторону других божеств. Но такой наглости я тебе не позволю! Если твой ядовитый язык так длинен, то позволь мне его отрезать, чтобы не…. В ушах принца снова зазвенело. Хоть он не слышал, что далее говорил бог войны. Но посмотрев на выражение лица, он понял, что кроме брани, в его словах ничего нет. Сюэ не смог долго поливать императора грязью, заметив недовольный взгляд владыки, но будь у него такая возможность, он бы это делал несколько дней подряд. Опустив голову, он замолчал. Вздернув головой, слух наследника пришел в норму, и он начал ждать чем же закончится спор трех божеств. Лян Вэньин не думал встревать в их перепалку, ведь пока в этом не было нужды, да и будь она, что он бы сказал? Принц посмотрел н Ван Хуана и ничего кроме улыбки на его лице, он не смог увидеть. Бог войны был готов кинуть сгусток огня в их сторону, если бы не владыка рядом с ними. Вэй Янлин больше не смотрел на императора и бога войны. Он ни на кого не смотрел. Повернувшись спинной и убрав руки за спину, он сказал: -Суд состоится завтра в полдень в павильоне Феникса. Обвиняемые в лице Лю Дэя и Лян Вэньина должны присутствовать беспрекословно. Если их по какой-то причине не будет на суде, то они понесут наказания, исходящие из их обвинений. И не важно, совершали они это или нет. Не став дожидаться ответной реакции, владыка ушёл из комнаты, и будь дверь на месте, то громко бы прихлопнул ею, заставив каждого вздрогнуть. Сюэ посмотрел на императора и принца грозным взглядом, после чего направился следом за владыкой. Но перед этим он сказал: -Господин Ван, не наделайте глупостей, о которых вы будете сожалеть. Ван Хуан: -Наделать глупостей? Без проблем. Сюэ цыкнул языком и вышел из комнаты. Лян Вэньин убедившись, что двое ушли на приличное расстояние, обратился к Ван Хуану: -Хуан-эр, присядь ко мне ближе. Учитель впал в легкое замешательство, но поступил так как наказал наследный принц. Принц увидев, что одна из просьб выполнена, снова мягко потребовал: -Наклонись ко мне поближе. Мужчина вновь выполнил просьбу принца. Рука Лян Вэньина коснулась щеки наставника, проведя нежно по месту, где не было царапин, он спросил потухшим голосом: -Это было больно?  Задрожав ресницами, словно лепесток на ветру, он продолжил: -Насколько я был неуправляем? Насколько велики твои раны? Рука Ван Хуан прильнула к ладони принца к той, которая лежала на его щеке. Он крепче прижал руку наследника к себе. Мужчина заговорил, чуть ли мурлыкая: -Мне не больно. Легкие царапины, не страшно, исцелю. Синь-синь не долго был в таком состоянии, так, что не страшно.  Опустив длинные ресницы, он спросил: -Что случилось с его величеством во время моего отсутствия? Что его заставило испытать сильное волнение? Лян Вэньин ответил, глядя в глаза императора:  -Ван-ван, он вернулся. Ван Хуан не понял: -О ком говорит его величество? -О демоне с моим лицом. -Синь-синь ты уверен? Может это снова был кошмар, который я не смог… Император замолк поняв, что только чуть не рассказал о том, что не требовалось знать наследному принцу. Лян Вэньин заметил это и спросил: -А-Хуан, что ты не смог? Ван Хуан знал, что давний друг не терпит лжи. Все было бы так легко и просто, если бы не правда которую он скрывал многие года. -Его величество не расстроится, если узнает правду, связанную с ним? -Ван-ван лучше узнать все сейчас друг от друга, нежели от кого другого. -Наследный принц решил припомнить мне мою же фразу? Но увидев серьезный взгляд принца, Ван Хуан решил не подкалывать его. Вздохнув, он нежно убрал ладонь наследника с лица и заключил ее между двумя своими. -Когда его величество мучали сильные кошмары и он пришел в. Подобрав нужные слова, он продолжил: -В не лучшем виде. Его верный слуга не смог это оставить без должного внимания, и он воспользовался слабостью наследного принца и применил одно заклинание, которое позволило ему уснуть крепким сном. Погладив пальцы Лян Вэньина, он продолжил рассказ: -Когда синь-синь был в своей комнате, я решил узнать причину его кошмаров. Оказавшись во сне, я увидел неописуемо страшную картину. Мое второе заклинание, которое я использовал не давало мне долго находиться в том месте. Недолго думая, я решил применить одну запретную технику. Лян Вэньин: -…! -Техника носит название «Вор всего». Данное заклинание позволяет, что-то забрать у души вне зависимости у какой именно. Забрать можно и зрение, и слух, руку или ногу, но, а я решил забрать твои кошмары. Конечно, эта техника называется запретной не только из-за этого. Но и за то, что забирает, что-то у души, которая воспользовалась этим заклинанием. Лян Вэньин спросил: -И что же забрали у тебя? -Техника забрала у меня зрение на один глаз и… Ван Хуан замялся. Лян Вэньин позвал: -Ван-ван. -И я не смогу завести своих детей…