Секрет лис.

Ван Хуан потянул за собой Лян Вэньина, а тот заметив, что император не снял ножны священного орудия со своего пояса, решил ему об этом сообщить: -Ван-Ван, ты намерен идти мыться вместе с Таянгом? Не в обиду ему, но он будет мешать. Не лучше ли его снять? Коснувшись кончиком пальца поверхности ножен, поинтересовался наследник. Ван Хуан, который шел с уверенной походкой, остановился и обернувшись, ответил с полной серьезностью в голосе: -А как я буду защищать Лян-Ляна, не имея собой оружия? -Ты собираешься с кем-то драться? Усмехнувшись поинтересовался Лян Вэньинпринц, переведя взгляд с меча на мужчину перед ним. -Осторожность не будет лишней. Произнёс император, немного припустив брови. Наследный принц не понимал, чего может остерегаться давний друг ведь ему не было ведомо всех тонкостей этой деревни, как и того, кто помышляет злостные деяния. Лян Вэньин знал, что еще есть время до прихода демона, который забирал глаза ни в чем неповинных людей, поэтому все же попытался переубедить бессмертного: -А-Хуан, если ты не возьмёшь Таянг, думаю ничего не произойдет. -… Ван Хуан хотел продолжить стоять на своем, но припомнив что дух оружия сильно вымотался и даже когда острие было убрано ножны, он не думал об отдыхе, поэтому бессмертный решил послушаться наследника. Сняв серебристые ножны, на которых были узоры, напоминающие силуэт волка, с пояса и уложив их на только застеленную кровать, вновь взял грациозную ладонь наследного принца и направился в нужную им комнату. Лян Вэньин подумал, что ничего не будет такого, если Ван Хуан поможет вымыть раны, ведь многие таким образом помогают своим товарищам по учебе. Двое мужчин не раз выручали друг друга, поэтому ни у одного из них не возникло задних мыслей, но так им казалось на первый взгляд. Бессмертный не вложил много усилий в свою руку, которая была ухвачена за ладонь принца, чтобы в случае чего не сделать тому больно. Так как Ван Хуан шел впереди, ему пришлось приоткрыть деревянную дверь в ванную комнату. Раздался скрип который как резко врезался в слух мужчин, так и быстро закончился. Бессмертный император мельком глянул на наследника вдумчивым взглядом и повел их двоих во внутрь. Оказавшись в комнате, мужчины увидели две бочки которые были наполнены почти до краев водой, от которой исходил едва видимый пар. В комнате также стоял столик, на котором лежали полотенца, мыльный корень и спальные одежды. Лян Вэньин мысленно поблагодарил Син Сян: -Госпожа Син подошло к этому делу очень тщательно. Нужно будет потом поинтересоваться насчет оплаты. Нельзя халатно относиться к такому благому делу. Приятное тепло, которое было в помещение, обволакивало тела императора и наследного принца, и их белоснежная кожа начала понемногу краснеть. Ван ХуанИмператор нежно отпустил руку Лян Вэньина с фразой: -Раздевайся. Наследный принц уставился на бессмертного императора с немым вопросом: -Что значит раздевайся? Ван ХуанМужчина, заметив замешательства Лян Вэньинчеловека, ответил, смотрев то на одежду, то в глаза принца: -Ты ведь не хочешь намочить одежду? -На мне только штаны, не страшно, если намокнет. Наследник развернулся и собирался подойти к бочке с водой. Бог верности поспешил остановить наследного принца, прихватив его запястье. -ЦиньциньСинь-синь, почему ты такой упрямый?  Не удобно же будет. Император увидел лицо и мочки ушей наследного принца, которые залились алыми красками. Сощурив золотистые глаза и хитро улыбнувшись, мужчина спросил: -Лян-лян стесняется? Затем вспомнив недавнюю фразу наследника, мужчина добавил: -Разве не он говорил, что ему нечего стесняться? Хм? Лян Вэньин возразил: -Кто говорил о стеснении? Я как никак, но взрослый мужчина и меня нельзя таким способом смутить. Ван Хуан приблизил свои губы к ушной раковине наследного принца и бархатистым голосом прошептал: -Но тогда почему ты не снимешь оставшиеся одежды? Что тебя останавливает? -Ты и твой взгляд! Выкрикнул внутри себя наследник, сомкнув лепестки губ между собой, из-за чего на подбородке появилось несколько складок.  Принц не мог сосредоточиться, ведь дыхание давнего друга не давало ему этого сделать. Лян Вэньин хоть не видел лица бессмертного, но был уверен, что он сейчас довольно улыбается. Наследник почувствовал, что волоски на теле начали привставать, а кожа покрываться мурашками. -Меня ничего не останавливает. Просто не хочу. Устал. Император хитро ухмыльнулся: -Хм. Тогда если циньциньсинь-синь устал, то позволишь мне это сделать? Такой вариант тебя устроит? Глаза принца распахнулись, услышав предложение бессмертного. Он хотел достать веер и ударить того лбу, чтобы он не задавал подобных вопросов, но вспомнил что он остался в одеяниях который нес Вей в своей пасте. -Вот почему, когда в веере нет нужды, он всегда со мной, а когда нужен, он не под рукой?!  Лян Вэньин успел проклясть свою удачу, которая отвернулась от него, не предупредив. Император, не дождавшись ответа, спросил басовитым голосом: -Если Лян-Лян не отвечает, значит он не против? Новая дорожка мурашек прошлась по телу наследного принца. Ван Хуан принял это как за согласие и потянулся к штанам, чтобы быстрее их снять и начать заниматься ранами давнего друга. Лян Вэньин перехватил руку императора и собравшись с духом, обратился к нему: -Я сам. Только отвернись. На последнем слове мужчина отвел глаза, чтобы скрыть волнующийся взгляд, но принц не учел, что его лицо давно стало ярче розы, поэтому этот жест никак не помог скрыть смущение. Ван Хуан прошептал в ухо: -Хорошо. ЦиньциньСинь-синь же позовет, когда он закончит? Принц коротко кивнул. Ван ХуанИмператор отпустил запястье давнего друга и отступил на небольшое расстояние и отвернулся как в былые годы. Лян Вэньин невольно вспомнил момент, когда он с императором были еще юношами, которые толком еще не знал друг друга уже успели разделить совместно баню. Тогда принц из-за общепринятых законов не мог явить всему государству свой облик и новый знакомый не стал исключением. Тогда для него самое главное это было скрыть лицо, которое было спрятано белыми, как и монашеские одеяния тканями. Лян ВэньинПринц в те годы был уверен, что он не сможет поладить с юношей, ведь его поведение было настолько своевольное, что ему казалось, что слово стыд не был знакомо Ван Хуану.  Император не мог заинтересоваться, почему же наследник носит ткани на лице в отличие от учителя и услышав, что тот нарушил правило, сразу предположил, что он подался внутренним желаниям. Если бы не учение Лян Вэньина, тот бы скорее всего влез вначале словесную перепалку, а затем и в драку. Ван Хуан же испытал удовольствие, когда смог подшутить над юным монахом, лица которого он не знал. Принц, видя довольное лицо юноши не знал это был признак бесстыдности или несерьезности, да он и не хотел думать насчет этого, надеясь, что он сбежит, не выдержав обучение наставника. Но все вышло из-под контроля, когда ушел не Ван Хуан, а Шэнь Жонг, оставив их наедине друг с другом. Лян Вэньин предполагал, что после того как его определят в школу то на том их пути и разойдутся. Когда настал осенний праздник, кого он увидел первым после того как вышел из дворца так это будущего императора, который стоял под мандариновым деревом и смотрел только на него и ни на кого больше. Когда осенний праздник подходил к концу Ван Хуан не думал покидать то место. Он ждал, когда же вернется наследный принц, чтобы запустить с ним вместе красный фонарь. Запустив фонарь в небо, они тем самым закрепили дружеские узы, которым не было суждено распутаться.  Двое юнош не знали, как нужно себя вести с новыми знакомыми поэтому решили, что лучший способ — это не изменять своим принципам. Это оказалось верным решением и спустя несколько недель они наши общий язык и проводили большую часть дней вместе. Но какой день никогда не выйдет из памяти наследного принца так это их первая совместная ночь в бане. Тогда Лян Вэньин впервые увидел чужое обнажённое тело. Увидел спину, на лопатках которых были шрамы, полученные от собственного отца. Он помнил, как полотенцем он проходил по крепкому телу, которое было развито не по годам. Хоть Лян Вэньин не сильно отличался телосложением, но даже он не смог пропустить тело юноши мимо глаз, оценив его должным образом. Но тогда они были совсем юношами и не повторяли подобного спустя много лет. Наследный принц, убедившись, что бессмертный наставник не смотрит, принялся снимать штаны с нижним бельем. Аккуратно сложив вещи, он некоторое время смотрел на Ван Хуана и размышлял: -Насколько это выглядит странно, что император целого государства помогает одному заклинателю промыть раны? Он не в своем дворце, а в деревне, в которой даже нет названия. Что же подумала Син Сян, застав нас весьма в странном положении? Император держал заклинателя, у которого из одежды был лишь одни штаны и не было ранений? Лян Вэньин пробыв в размышлениях не уловил момент, когда Ван Хуан стал снимать верхние одеяния: -Ван-Ван, что ты делаешь?! Император невольно обернулся и ответил: -В комнате слишком жарко. Циньцинь же не против? Лян Вэньин резко развернулся тому спиной, чтобы давний друг не увидел определенную часть тела, которая однажды сильно его подвела, когда император находился в бессознательном состоянии. Перед глазами бессмертного возник прекрасный облик наследного принца, который походил на небожителя, спустившиеся с небес. Кожа, которая всегда была белоснежная, стала немного красноватой, гладкие и красивые мышцы, которые стали только более ярко выраженными чем тогда, когда он был мальчишкой. Шелковистые волосы, небрежно заплетенные в пучок, смотрелись как-то по-особенному, словно это было сделано специально.  Даже шрамы, которые покрывали большую часть мужской спины никак не портили прекрасный образ давнего друга. Метка контракта виде лисы с тремя хвостами придавала загадочности.  Метка проходившая через всю бело-розовую шею виде черного кольца означала, чуть ли не приговор, но принц не был такого о ней мнения. Каждая деталь, которую подмечал бессмертный казалось ему самой красивой во всех мирах. Любой изгиб тела наследника прям сиял изящностью, при виде на который невозможно остаться равнодушным. Глаза хотели увидеть все, поэтому они припустились к округлым ягодицам принца, но каким бы не был бесстыжим и смелым император, он не мог позволить себе долго на них открыто пялиться. Не мог, но очень хотел: -Циньцинь закончил? Спросил Ван Хуан, придав голосу привычную нотку, чтобы не выдать в нем желание, которое таилось глубоко в его душе. -Угу. Пробормотал Лян Вэньин. Лян Вэньин уняв смущение, которое не думало отступать, залез в бочку с почти горячей, но приятной для кожи водой. Принц, оказавшись полностью в воде, запрокинул голову назад и довольно вздохнул. Он прошептал голосом, в котором кроме как удовольствия ничего не было: -Так приятно. Улыбка начала вырисовываться на лице наследника, прикрыв фиолетовые глаза, лениво подрагивая ресницами, он погрузился в наслаждение теплой воды. Ван Хуан наблюдал за действиями наследного принца с легкой улыбкой. Ему было приятно, что давний друг наконец сможет насладится спокойствием и отдохнуть, ведь ему это очень не хватало. Рука потянулась, чтобы снять заколку с драгоценными камнями, ведь та уже не держала прическу, которую заплел мужчина. Принц пытался повторить прическу, которую делал давний друг, но по причине что кроме хвоста, он ничего не мог сделать. Поэтому вышел очень небрежный пучок. Ван Хуан взял несколько прядей волос и преподнёс к своим губам и начал вдыхать их аромат. Он не мог поверить, что все происходящие с ним это не сон или мечты, которым не суждено сбыться. Держа казалось обычные пряди волос, мужчина чувствовал себя самым живым.  Спустя столько лет он может прикасаться к наследнику, не волнуясь, что это бред или галлюцинации. Лян Вэньин почувствовал, что до его волос касались и нежно поглаживали. Приоткрыв глаза, он боковым взглядом уловил Ван Хуана, на теле которого остались лишь одни белые штаны. Мужчина смотрел на него с лаской и добротой, держа в ладони темную прядь. Ван Хуан отпрянул от волос: -Циньцинь слишком красивый, чтобы я смог сдержаться. Привстав, он подошел к столику, где были ванные принадлежности и взяв мягкое полотенце с мыльным корнем, он вернулся к мужчине в бочке: -Лян-Лян, давай посмотрим рану. Лян Вэньин недовольно пробурчал, не желая прерывать блаженство, которое он сейчас испытывает: -Мне так хорошо. Не хочу вставать. Ван Хуан ответил нежным голосом: -Циньцинь, придется. Если сейчас обработаем, то сможешь продолжить пребывать в наслаждениях. -Не хочу. С этими словами Лян Вэньин медленно припустил подбородок к самой воде и начал в нее погружаться. Император, который только взял прядь волос наследного принца, отпустил ее и стал наблюдать за его дальнейшими действиями. -Циньцинь, не дурачься. Осталось видно только два словно аметиста глаза, которые смотрели на человека перед принцем. Сейчас он походил на выдру, которая не желала покидать свой водный дом и смотрела прямиком на хищника, который едва оскалил и обнажил свои клыки. Лян Вэньин увидел пленительное тело давнего друга, которое только сильнее возмужало. На крепкой груди были видны розоватые шрамы, которые принц оставил, будучи в неконтролируемом состоянии. Принц про себя сказал: -Даже шрамы не могут испортить его тело. Наверно все девушки хотят обладать этим телом. Интересно, у Ван Хуана была уже суженная? Зная все природные данные, ответ сам вырисовывается. Будет странно, если это не так. Любопытно, какие девицы нравятся Ван-Вану. Ван Хуан не хотел, чтобы рана на спине наследного принца продолжила гнить, поэтому он придумал план как это сделать, не доставая мужчину из бочки. Положив руку на край бочки и начал медленно в нее залазить. Принц, заметив, что к нему пожаловал гость, мягко говоря удивился, но он не думал вылезать из воды, продолжая внимательно наблюдать. Лян Вэньин: -Что он задумал? Захотел меня таким образом достать из воды? Еще чего! Штаны императора начали впитывать в себя воду. Ван Хуан, оказавшись в бочке, начал думать, как ему подобраться к спине, и не получить пинок принца. Не придумав ничего лучше, он протянул руку к его талии и притянул ее к себе. Наследный принц ожидал многого, но точно не это. Оказавшись в хватке давнего друга, он ничего не предпринимал, ведь не знал, как нужно вести себя в подобной ситуации. Лян Вэньин не знал куда деть свои руки, поэтому решил была не была и положил их на плечи бессмертного божества. Император мельком взглянул на них и в глазах словно возникла искра. Ван Хуан одной рукой придерживал за талию, другой держал бархатистое полотенце, в котором был завернут мыльный корень. Они прибыли в таком положении несколько минут и взирали друг друга внимательными взглядами в которых таилось, что-то настолько глубокое, что они стеснялись это показать. Лян Вэньин будто забыл, что он был полностью обнажён в отличие от давнего друга, все его внимание было сосредоточенно исключительно на лице мужчины. Первый кто приступил к действиям это был Ван Хуан, который немного сжав длинные пальцы на теле наследного принца притянул его еще ближе к себе. Лян Вэньину оставалось поддаться на такой жест давнего друга. Рука бессмертного в которой было полотенце с мыльным корнем внутри потянулась к спине принца и начала по ней проходиться. Принц до этого момента не ощущал какой-либо дискомфорт от раны, все же почувствовал резкую боль. -Грх… Скрепив зубы между собой, наследник постарался сдержать стон боли. Император прошептал: -Если больно, то кричи. Если хочешь прикусить язык, то кусай лучше мою кожу. Главное не терпи и не держи все в себе. Полотенце вновь коснулась той самой раны. -Аргх… Принц уперся головой в грудь мужчины и вцепился ногтями в кожу императора. Он произнес: -Больно! Ван Хуан грустно сказал: -Знаю. Правда знаю. Но тебе придется потерпеть. Лян Вэньин подумал: -Сам же говорил, что не нужен терпеть. Лян Вэньину не нравилось это, но и другого выбора у него тоже не было. Что он себе позволял так это негромкие стоны боли и иногда пальцы на плечах бессмертного впивались них сильнее. Ван Хуан пытался делать все с предельной осторожностью, но, и чтобы полностью вымыть рану, пришлось прикладывать некоторые усилия. Мужчине было все равно на красные отметины который ему оставлял наследный принц, ведь лучше так, чем он будет терпеть все это в одиночку. Закончив, Ван Хуан посмотрел на Лян Вэньина и увидел, что тот обмяк в его руках, а глаза были скрыты за длинными ресницами, которые подрагивали словно крылья бабочки. -Циньцинь, я закончил. Произнес император, поглаживая волосы наследного принца. -… -Циньцинь? Приложив ладонь ко лбу, император ужаснулся. Ведь лоб принца не был просто горячим, он буквально горел! Лян Вэньин не знал, когда он погрузился в сон. Он даже не осознавал, где сон, а где реальность. Все его тело горело как ему казалось демоническим огнем. В глазах повис туман, сквозь который он не мог пробраться. В голову словно вонзилось сто, нет, тысячи маленьких острых иголок! Тело времени от времени било сильной судорогой. До сознания принца доносился голос Ван Хуана: -Циньцинь! Пожалуйста прими энергию и тебе полегчает. Циньцинь! Лян Вэньин ощутил, как в его тело хотела проникнуть ему знакомая энергия, но по какой-то причине каждая последующая попытка императора, получалась неудачной. -Ван-Ван. Прошептал принц, боясь, что давний друг оставит его наедине и как будто больше не вернется. Наследник приподнял руку словно хотел поймать бессмертного и не отпускать. -Черт! Почему не получается?! Отчаянно сказал император, не останавливая попытки передать духовные силы принцу. -Ван… Лян Вэньин хотел сказать, что не нужно пытаться. Что это лишь простуда. Но в горле настолько пересохло, что даже слово не хотело вылетать из уголков побледневших губ. Очередная судорога словила ногу наследника из-за чего тот шикнул, надеясь, что это скоро прекратиться. Лян Вэньин собирался вновь впасть в долгий сон лишь бы не испытывать боль. Но к его удивлению, боль начала отступать. Наследник не знал, что послужило причиной, но, когда сознание начало проясняться, он ощутил мягкое и влажное прикосновение на своих губах. Кто-то посмел воспользоваться наследным принцем, когда он находился, не осознавая происходящего?! Кто-то жадно впивался в его губы, которые уже начали немного опухать от резких прикосновений. Принц приоткрыл глаза, чтобы бы увидеть этого бесстыдника, но открыв их полностью, он увидел лицо Ван Хуана!