Я обязательно вернусь!

Коридор все сильнее уходил в бархатную полутьму, а в простые медные подсвечники все реже были вставлены факелы. На темные земляные стены эти маленькие огоньки слепящего желтого света отбрасывали замысловатые черные силуэты, пляшущие вместе с мерным шевелением пламени, сливаясь в причудливом и полудиком танце. Вскоре, пройдя еще немного вглубь, процессия из детей и надзирателей остановилась у маленькой комнатушки почти в самом конце коридора, перешептываясь и настороженно оглядываясь. - Ждите здесь – быстро бросил юноша в сторону детей и шмыгнул в каморку, прикрыв неплотно хлипкую и влажную, скрипнувшую от касания холодных пальцев дверь. Дети стояли небольшой группкой, все еще не снимая своих капюшонов. Аврора неуверенно осмотрелась вокруг, неловко прижимая руки к груди – от внутреннего неприятного трепетания воздуха катастрофически не хватало. Помимо нее в компании были две девочки, которые были гораздо младше неё, и будто замерзшие воробышки трусливо жались друг к другу, изредка сдавленно перешептываясь и глядя на девочку огромными рубиновыми глазами, полными испуга. «- И как таких малышек могли отдать в столь жуткое и опасное место?..» - с холодком в сердце подумала девушка, нервно теребя светлую косу. Рядом с ней стоял взрослый юноша, мрачно исподлобья поглядывая на коридор из-под капюшона, а рядом, прижавшись спиной к стене, сидел мальчик на пару лет младше её, беспомощно раскинув белые исхудавшие ручки. «- прямо как мать тогда…» - подумалось Авроре, но она быстро прогнала тяжелые воспоминания из головы и сконцентрировалась на долгом ожидании. Да уж, обстановка здесь совсем уж не радужная, что было ничуть не удивительно – зная то, что говорят об этих стенах, даже странно, что им до сих пор не попался чей-нибудь призрак – подумалось было ей, но Аврора чуть не рассмеялась в ответ на эту безумную мысль. «- Нервничаю, наверное» - подумалось той. Прошло достаточно много времени, прежде чем девушка заметила, что дверь не заперта, и ее захлестнуло любопытство, а голоса, слабо доносившиеся из-за прикрытой неплотно двери, лишь подогревали его. Аврора неуверенно подошла к ней и заглянула в щель, придерживая холодную рассохшуюся древесину руками и вздрагивая от легкого поскрипывания рассохшегося материала. В комнатушке, освещенной гораздо лучше, нежели коридор, в который она выходила, состоялся такой диалог: - Вы уверены, что Вас тогда никто не заметил, Госпожа Тереза? – тихо спросил юноша, напряженно прислонившийся к большому книжному шкафу и глядя на склонившуюся над письменным столом немолодую женщину – ее темные волосы вились, спадая на плечи, а большие топазовые глаза смотрели строго и напряженно. Рядом с ним, развалившись в небогатом кресле, сидел тот самый мужчина, что пытался перевоспитать паренька всю дорогу и исподлобья, молча глядел на своих сообщников, подпирая рукой подбородок и почти по-хозяйски закинув ногу на ногу. - Нет, я думаю, что у них не должно было возникнуть никаких подозрений… - немного озабоченно, но с твердостью в голосе произнесла та, сосредоточенно перелистывая и раскладывая в какой-то замысловатой последовательности бумажные горы архивов чуть дрожащими руками. – Я уже закончила с подменой документов сестер Моур и Беренса, остались необработанными лишь данные Крайс и… - она посмотрела на тонкую пожелтевшую стопочку бумаг, которую доселе держала в руке и внезапно потускнела, опустив на стол стопку листков – Майнсом, которого завтра нужно отправить в третье крыло на...- она нервно кашлянула – Пробное тестирование. Бедный ребенок… Юноша вздохнул, сгреб документы в стопку, сложил на краю стола и взяв один из архивов в руки мельком просмотрел его, пробежав внимательным взглядом чей-то аккуратный почерк. Женщина, которую по-видимому звали Тереза, дождавшись пока тот пролистает его и осмотрит, взяла документ из его рук и принялась возится над столом, пока мужчина, поднявшийся с ворчанием из кресла, рылся в массивном, напоминавшем монолитную скалу, шифоньере. Когда он наконец нашел, что искал, то Аврора заметила в его руках маленькую коричневую и крайне потрепанную коробочку. «- Такую же я видела у Сельвы!» – пронеслось в её голове. Помощник Терезы быстро подошел к столу и взволнованно глянув на часы, высыпал её содержимое прямо на лежавшие там бумаги. Женщина неодобрительно глянула на него и фыркнула, мол, нечего разводить тут беспорядок. В коробочке лежали маленькие фотографии, аккуратно подрезанные по краям и чуть смазанные. Тереза взяла одну из них и, щедро намазав клеем, прикрепила на документ, разгладив пальцами шероховатый листик. Аврора не стала досматривать, как надзиратели работают над подменой документов и, отстранившись от двери, прислонилась к стене, которая оказалась противно сырой и пахнущей чем-то затхлым. Она погрузилась в размышления и даже задремала от усталости на пару мгновений, опустив голову на грудь. Спустя буквально минуту юноша и мужчина вышли из кабинета, оглядываясь по сторонам – юноша – с интересом и опаской, мужчина же – с усталостью и недоверием. Паренек громко хлопнул дверью, за что получил испепеляющий взгляд наставника. Юноша замялся и внимательно перебрал бумаги, что до этого держал в руках – тихий шорох страниц разлетелся громким эхом по опустевшему ходу. После чего он мягко взял младших детей за руки и повел в сторону жилых комнат, бросив оставшейся Авроре и парнишке напоследок: - Ждите здесь, никуда не уходите и ни с кем не разговаривайте. Поняли? – И, не дожидаясь ответа, быстро скрылся в тенях затихшего коридора, подгоняемый старшим инквизитором. Девушка шумно вдохнула. Обстановка здесь была настолько невыносимо тяжелой, что ей хотелось, как можно скорее броситься прочь из этого темного, будто пропитанного тенью места. Единственная мысль, которая не позволяла ей этого сделать, была мыслью о том, что сейчас с Эми все хорошо. «- Наверное…» - прошептала она с долей неуверенности, что так пугала её. Эта женщина, правда ли она сможет позаботиться о Эмилии? Вернет ли она ее родителям, или оставит жить у себя на время? – Аврора решила не мучить себя вопросами, на которые нет ответов, а сосредоточится на приятных мыслях о том, как будут рады родители видеть сестричку живой и невредимой. И как будет рада сама Эми оказаться в безопасности. Этот энтузиазм придал девочке сил, и та уверенно подняла голову, посмотрев вперед. Спустя пару мгновений появилась и сама Тереза, в чьих руках лежала приличная стопка архивов. Женщина осмотрела детей и, заперев дверь на ключ, начала свой монолог: - Дети – выдохнув начала она – Я думаю, что вам все и так известно, верно? – Аврора неуверенно кивнула, сжав в руках одеяние инквизитора, что грузом ложилось на плечи и прижимало весомой тяжестью к земле – а может быть, дело не только в одеждах? Женщина внимательно оглядела её своими глубокими синими глазами и продолжила – Прежде чем мы продолжим вы обязаны подписать некий…контракт. В случае младших детей, контракт подписывают их официальные опекуны, а в случае вас…Вы сами. Отныне и все время, что вы проведете в стенах этого заведения, вы отказываетесь от своего законного имени и принимаете имя тех, кого вы заменяете. – она посмотрела на бумаги в руках и, пробежавшись глазами по тексту продолжила – Не при каких обстоятельствах вы не можете упоминать события происходящие в данный момент, и никто не должен знать о вашей настоящей личине. – Она выразительно глянула на них еще раз и, протянув им листки и перо проследила чтобы подростки расписались. Аврора взяла в руки перо и поставила внизу листка подпись, аккуратно выводя буквы. После девушка быстро прочла договор. Там упоминалось все то же самое, что и говорила Тереза, но в значительно больших подробностях. Например, помимо того, что они не смеют рассказать о том, что их подменили, дети также не могут упоминать в разговорах с другими детьми то, что они контактировали с надзирателями. Аврора не стала читать все слишком внимательно и скоро отдала документ женщине, которая удовлетворенно кивнула. Юноша же читал контракт пристально и долго, после чего неуверенно поставил свою подпись чуть дрогнувшей рукой – его глаза испуганно метнулись в темный коридор, прежде чем он одернул перо от листка, боязливо поежившись. Надзирательница выхватила из его рук листок, после чего спрятала бумаги где-то под темным одеянием и, воровато оглядев коридор, пошла в ту же сторону куда ушел и юноша. Аврора и парень посеменили следом за ней. Петляя по не слишком большим, но странно построенным коридорам, девушка даже предположить не могла, что они могут быть такими запутанными. Проходы, по которым они шли, были гораздо тише тех, что находились у лестницы - здесь было настолько беззвучно, что все время пока Аврора семенила следом за Терезой, она слышала лишь стук капель, стекающих со стен, звук шагов, громким стуком отдающийся от стен и изредка шепотки надзирателей, что словно муравьи, сновали по ним, занимаясь какими-то понятными только им делами. Процессия поворачивала то направо, то налево, иногда заныривая в совсем уж темные ходы, где Аврора испуганно жалась к своему товарищу по несчастью. Девушка иногда замечала детей, уныло следовавших за смотрителями, или же выглядывающими из комнатушек, словно любопытные лесные зверьки. Аврора долго неосознанно шла за Терезой, пока не заметила, что парень, доселе тенью следовавший за ней, куда-то пропал. Аврора решила впервые за все это время спросить работницу: -Мэм? Да? – Не оборачиваясь небрежно спросила женщина. – Тебе что-нибудь нужно? -Я… - запнулась Аврора – Куда делся тот юноша, что шел за нами? – она съежилась, ожидая тяжелого взгляда, но на её удивление Тереза ответила спокойно и мягко, чуть улыбнувшись: - Его уже передали сопровождающим. Не стоит волноваться, я бы точно не упустила его из виду. – Она подошла к двери сбоку уже ставшего очередным коридора, и выудив из складок одеяния ключ, трижды повернула его в замке. Дверь издала душераздирающе громкий скрип, но отворилась, ударив в нос стоявшей позади служительницы Авроре запахом рассохшегося дерева, земли и ещё чего-то приятно-химического. - Вот мы и пришли. – произнесла та, входя в комнату и зажигая массивную керосиновую лампу, стоявшую на тумбочке рядом с входом. Девушка прошла следом за женщиной, заинтересованно осматривая новое место жительства – темная комнатка все же была довольно уютной, пусть и небольшой. Сама комнатушка была весьма скромно обставлена даже по меркам рабочих домов. Под потолком висела небольшая железная лампа с уже почти прогоревшими свечами, прямо напротив входа стояла массивная дубовая кровать, а рядом с ней красовалась компактная тумбочка, на которую и водрузили лампу – ножки шкафчика страдальчески всхлипнули, сгибаясь под тяжестью железного подсвечника. Аврора присела на кровать, пока женщина закрывала дверь и заметила, что в комнате стоял еще и небольшой столик со стулом, предназначенный то ли для обеда, то ли для личных нужд обитателя комнаты, что было крайне маловероятно. «- Да уж, кажется, Правительница не слишком спонсирует своих работников мебелью…» - подумалось Авроре. - Так...Ты ведь Эмилия Крайс, верно? – спросила Тереза, встав напротив девушки. - Авро… - та запнулась, встретившись с грозным взглядом инквизитора, которая подбоченилась, встав перед ней – Да мэм. Эмилия Крайс. - Хорошо, Эмили – Мягко продолжила та – Все что ты здесь видишь – твоя жилая комната. Здесь ты будешь проводить большую часть своего времени. – Женщина вдруг посмотрела Авроре в глаза, от чего та мгновенно съежилась. –Также помни, что в любой момент тебя могут вызвать на…особое тестирование. – она вдруг спешно отвела взгляд в сторону. – Карта расположения всех важных мест нашего заведения находится у смотрителя крыла. Обычно ты можешь встретить его, патрулирующем коридор. Если что его зову-ут... - протянула Тереза, внезапно выудив из-под балахона блокнот и глянув на него – Его зовут Джаспер. На этом все. Ах да, Эмилия. Твои способности дара заставляют нас обратить на тебя внимание, потому завтра ровно в пять тридцать ты отправляешься на второй этаж для повторного осмотра. Если твои способности можно подавить, то мы подавим их. Если нет, то – женщина вдруг посмотрела прямо в глаза девушки, от чего та испуганно съежилась. – То ты не сможешь занять пост жнеца. Одарованые не могут свободно перемещаться по государству, это опасно для мирных жителей. - Но почему? - внезапно громко спросила Аврора, дивясь собственной храбрости. – Почему я не могу просто не использовать свой дар и жить как все? – с горечью произнесла она, сжимая пальцы – одеяло чуть скрипнуло под подушечками, врезавшись в кожу. - Потому что так постановлено её величеством. Точка. Не тебе обсуждать решения Правительницы. – жестко отрезала Тереза, поправляя черные как воронье крыло волосы – И да, не думай, что отсюда можно просто так сбежать. - После чего женщина встала и быстро вышла из комнаты, не попрощавшись. Аврора ещё какое-то время неподвижно сидела на кровати, переваривая все, что случилось с ней за эти несколько часов. Вот и все. Теперь она даже не знает, где она находится и ей осталось лишь надеяться, что на ней не решат провести что-то ужасное. В какой-то момент девушка все же решила собраться с силами и дойти до смотрителя, чтобы взять карту. «-Неужели столько несчастных людей попадают сюда?» - подумалось ей, когда Аврора открыла дверь и вышла из своей комнаты. Она медленно и нерешительно пошла по коридору, замечая на себе любопытные взгляды его обитателей. Подопечных корпуса не было видно, а вот инквизиторы частенько проходили мимо, будто не замечая девушку, робко идущую рядом со стеной, и отчаянно старающуюся слиться с окружающей обстановкой. Хотя, парочка детей ей все же встретилась по дороге. Маленький мальчик лет семи отчаянно брыкался и кричал, пока инквизитор тащила его за руку в сторону лестницы, неуверенно успокаивая ребенка высоким и чуть дрожащим голосом. Аврора тут же отвела взгляд в сторону, вспомнив как жнецы точно также тащили за собой малышку Эми. Второй ребенок же неуверенно выглядывал из комнаты, и девушка лишь на мгновение заметила огромные как блюдца серые глаза. Когда коридор уже почти подошел к концу, она наконец-таки заметила смотрителя, который быстро шел, озабоченно листая какие-то документы и бормоча себе под нос что-то нескладное. Аврора подошла ближе к человеку в балахоне и окликнула его: - П-простите! Фигура остановилась. Инквизитор резко обернулся и неохотно подошел ближе к девушке, тогда та и заметила, что из-под мешковатого капюшона виднелось совсем молодое лицо юноши с черными волосами и такими же черными как смоль глазами. - Что? – спросил смотритель, убрав документы – Тебе что-нибудь нужно? – голос звучал не так грубо, как у тех людей, что заменяли документы, но тем не менее от него сквозило таким равнодушием, от которого, Аврора хоть и слегка расслабилась, но все же продолжала нервно теребить одежды. - Ты… Вы же смотритель этого крыла, верно? – спросила она, отойдя от стены, к которой до этого жалась то ли от волнения, то ли от холода. Юноша кивнул: - Верно. Так что тебе понадобилось? - Карта… мне нужна карта нашего этажа. – ответила та. – Мне сказали, что она есть у Вас?.. – полувопросительно сказала Аврора. Паренек холодно усмехнулся и развел руками: - Не нужно таких формальностей. Для твоего удобства мы перейдем на «ты». Я Джаспер, и вероятно тебя уже ввели в курс дел. В таком случае – Юноша пролистал стопку бумаг, и, выудив оттуда одну небольшую, протянул её Авроре – Держи. Вот карта, и я надеюсь, что ты не заблудишься и не угодишь туда, куда не надо. – Он отдал ей листок, и быстро развернувшись пошел в сторону выхода, будто секунду до этого не разговаривал ни с кем. Даже не обернулся. Девушка проводила взглядом смотрителя и, вздохнув, отправилась в сторону своей комнаты. «Пора бы привыкнуть к равнодушию со стороны окружающих» - подумала она, закрывая дверь своей каморки – «Но все же никак не привыкается» - вслух вздохнула Аврора, положив листок на край стола - бумага чуть взлетела в воздух от резкого жеста, но быстро осела на деревянную столешницу. Девушка жутко хотела спать, но не могла представить себе, сколько времени прошло уже с тех пор, когда она покинула дом Малис. Есть ли смысл вообще пробовать уснуть здесь? Аврора подошла к шкафу, что стоял в тени, рядом со столом, и открыла дверцы. Облачко пыли вылетело ей в лицо, заставив закашляться и резко отпрянуть. Девушка чихнула и вновь посмотрела в темноту шкафа - на единственной вешалке висел обычный инквизиторский плащ, а рядом с ним, аккуратно сложенные, лежали белая длинная сорочка, кофта с узкой горловиной и штаны. Негусто, но выбора у Авроры не было. Она быстро переоделась в сорочку, попытавшись завернуть свое домашнее платье так, чтобы оно не помялось - напоминание о том, что она все сделала правильно. После чего девушка подошла к кровати и, захватив со стола карту, уселась на матрас, подогнув под себя ноги. Глаза быстро скользнули по листку бумаги, внимательно изучая расположение коридоров. На деле все оказалось гораздо проще, чем Аврора представляла себе. Их жилой этаж был очень маленьким, и через него проходили три коридора, изредка пересекающиеся ходами, ведущими в подсобные помещения. «Было бы неплохо раздобыть карты и других этажей, чтобы возможно, в будущем, организовать побег» - подумалось ей, но девушка тут же выкинула из головы эти мысли. Во-первых, Аврора уже почти смирилась со своей незавидной участью, а во-вторых… Есть ли смысл бежать? Вокруг нее кишат работники и смотрители, а выход отсюда она даже не видела. Девушка выругалась на себя за то, что ей не хватило ума смотреть в оба, пока её и других детей вели сюда. Что теперь поделать, возможно когда-нибудь она сможет выбраться из дыры, в которую ей угораздило попасть, но пока что бежать смысла нет - слишком мало она знает, да и к тому же, ни с кем не сдружилась еще - в случае чего некому будет даже прикрыть ее. Аврора отложила карту и все же решила прилечь на скрипнувшую кровать. Как только голова её коснулась подушки, дверь в комнату распахнулась и туда заглянул смотритель, не тот, с которым до этого говорила девушка. Это оказалась скрюченная старушка, грозно зыркнувшая на неё - дородная женщина хлопнула ладонью по двери и громко прикрикнула на Аврору: - О-о-отбой! Чтоб мои глаза вас после часа ночи вне комнаты не видели! Понятно? Девушка промямлила что-то невнятное себе под нос и хотела согласиться, но смотрительницы уже и след простыл - она мчалась по коридору, громогласно повторяя одни и те же слова то в одну, то в другую комнату, хлопая дверьми и наверняка перебудив весь корпус своими возгласами. Аврора вздохнула и закрыла глаза, подумав напоследок: «Будь что будет». * * * Наутро её разбудил громкий хлопок дверью, что, видимо, было нормой для местных жителей - Аврора мгновенно проснулась и подпрыгнула на кровати, беспомощно озираясь - испугавшись от неожиданности, она беспомощно хлопала глазами. - Эмилия Крайс! – громко, почти в ухо протрубил голос старухи, что вчера уведомила этаж об отбое. Сейчас же она оказалась в изголовье кровати, на которой спала Аврора и её грузная тень нависла над лицом той. – Тебя не предупреждали, что в пять тридцать утра тестирование?! Ты опаздываешь на десять с половиной минут! Персонал ждет! – женщина схватила обескураженную девушку за руку и стащила с кровати. Та растерянно промямлила, закручивая в пучок длинные взъерошенные волосы: -Н-нужно…нужно надеть плащ? Старуха, по-видимому в своей обычной манере, грозно посмотрела на подопечную и побежала по коридору, не выпуская её руку из своей: - На тестирование плащ не надевают! Тебе что, не сказали это в первый раз? – отчеканила она, несясь с полусонной Авророй по крутой прямой лестнице. Двери за их спиной со скрипом приоткрылись и оттуда выглянули любопытные лица подростков, которых разбудил вопль инквизитора. Те перешептывались и жестикулировали друг другу с разных концов коридора, но инквизитор прикрикнула на них и двери почти синхронно захлопнулись, оставив парочку в тишине, прерываемой лишь стуком ботинок. Аврора уже почти проснулась и бодро бежала вслед за смотрительницей, потирая глаза. «Какое тестирование…» - подумала Аврора, изредка спотыкаясь, как тут же неприятный липкий холодок пробежал по её спине. Тестирование? Это то, о чем говорила Тереза, скорбно перелистывая чьи-то документы? Девушка решила было спросить женщину об этом «тестировании», когда та открыла дверь на второй этаж, на ходу доставая из-под плаща какие-то документы и связки ключей, и перечитывая архивы, что держала в руках - сосредоточенно сдвинутые брови и сморщенный нос напоминали подопечной какого-то грозного полководца. Второй этаж представлял из себя большой коридор, обустроенный гораздо лучше, нежели жилая часть заведения. Пол, потолок и даже стены здесь были вымощены отшлифованным камнем, и повсюду стояли странные приспособления, напоминающие то ли кресла, то ли носилки, то ли что-то между. «Так значит инквизиция – научно-исследовательский центр?..» - удивленно подумала она, растерянно семеня за женщиной. Слухи часто искажают реальные события - в городе говорили совершенно иное. Они подошли к одной из прочных стальных, но тонких с виду дверей, и старуха открыла её, после чего хотела нырнуть в темноту комнаты, когда девушка все-таки собралась с силами спросить инквизитора. - Мэм? – Аврора остановилась у двери, не заглядывая внутрь комнаты. Женщина остановилась и недовольным тоном ответила: - Да, Эмилия? - Мэм…а что за тестирование хотят провести на мне? Смотрительница втянула носом воздух и спустя пару неловких мгновений, медленно начала объяснение, тщательно подбирая слова: - Как бы объяснить тебе… Хм… Сейчас мы хотим попробовать подавить твои способности. Процедура не из легких, особенно при твоем уровне дара, но стоит все же попробовать. Даже если мы не подавим твой способности, то сможем наглядно узнать, как подобные методы влияют на твое тело. Понятно? – строго спросила она, зажигая свет и входя в кабинет скорыми шагами. Её голос эхом отразился от его холодных стен: - Входи и садись на кресло. Я позову остальных людей, и мы начнем. Быстрее. Девушка прошла в комнату, робко оглядываясь и чуть подрагивая от напряжения - она боялась, что что-то может пойти не так. В конце концов Аврора – не Эми, и способностей у неё никаких нет. Что если эта процедура навредит ей? Борясь с диким желанием броситься наутек, Аврора подошла к креслу, попутно осматривая кабинет - комната представляла из себя достаточно просторное и светлое помещение. Почти по центру стояло железное кресло, подобные из которых можно встретить в больницах, однако оборудовано оно было гораздо мудрёнее, нежели те, что Аврора видела в стационарах. Она присела на шероховатое сиденье, рассматривая шнуры и проводки, гаечки и разнообразные рычажки, торчавшие из него - идеально чистые, гладкие и металлические. Вокруг нее, в стенах и потолке проходили запутанные трубы и массивные колбы, а в правом углу был стол, на котором стояло множество приборов и к которому выходили все запутанные механизмы помещения. Выглядело все это жутковато, и девушка сжалась в кресле, морщась от острого запаха хлора и чего-то противного. Она погрузилась в свои мысли и вздрогнула, когда подошедший к ней инквизитор начал поворачивать шестеренки на кресле, сверяясь с бумагой - заглянув в его записи, подопытная увидела инструкцию по регулировки этой шайтан-машины. Мужчина, сидевший рядом с ней на коленях не смотрел на свою подопечную и был явно сосредоточен на регулировке механизмов. Он тщательно сверялся с записями и постоянно заглядывал то туда, то сюда, шурша накрахмаленными одеждами. Закончив с креслом, он перешел к соединенным колбам и трубам слева от него, спросив суетящуюся над столом молодую помощницу, одетую в белый и менее пышный, нежели у смотрителей плащ: - Мария, документы уже готовы? - Да, сэр – покорно отрапортовала Мария, скоро перенося бумаги в стоявший рядом со столом, у стены, деревянный шкаф. По пути девушка запнулась, и чуть не выронила всю свою огромную стопку документов, что держала в руках, за что получила быстрый и небрежный выговор со стороны напарника, который медленно подошел к столу и сел за него, записывая что-то в очередные архивы - рука молниеносно скользила по листку, выводя небрежные буквы. Его подчиненная же подбежала к Авроре, что все это время растерянно наблюдала за происходящим с кресла - огромные глаза наблюдали за каждым жестом персонала - девушка была готова броситься бежать, как затравленный зверек. - Так. – начала девушка, пристегивая хрупкое тело к механизму – Дыши ровно и не кричи. Это не смертельно, максимум из того что может случиться – ты просто впадешь в обморок. Ничего такого, правда? Аврора подпрыгнула, выразительно глянув на инквизитора. «Ничего такого?!» - мысленно вскрикнула она – «Да уж, эта девушка…она явно не умеет утешать людей…» - подопытная не пыталась убежать, однако на неё постепенно накатывала паника, неприятной горечью растекаясь по онемевшим конечностям. Это все может плохо кончиться, и Аврора знала это, однако её держали здесь плотные ремни и ещё кое-что. Обещание, которое она дала, прежде чем вышла за порог родного дома день тому назад. "-Лишь день..." - подумалось подопытной, она поверить не могла, что за 24 часа ее жизнь могла перенести Аврору из теплой кровати отчего дома в испытательное кресло жнецов. Девушку начинало потряхивать от волнения, когда дверь заперли на ключ и этот щелчок отразился эхом от холодных стен. Лампа, светившая откуда-то сверху, держала комнату в полутьме, и все эти чудные механизмы в желтоватом свете казались загадочными и жутковатыми, а инквизиторы, обсуждавшие что-то у стола, выглядели такими безразличными, будто машины. «Если со мной что-то случиться, то они даже не подумают что-то делать. Мое тело просто закопают где-то глубоко в лесу…» - подумалось девушке, которая судорожно сжала руками прохладные подлокотники - руки были холоднее даже этого белого железа. Когда в комнатку вошли еще два человека, лица которых она не смогла разглядеть в полутьме, и дверь снова заперли, Мария подошла к ней и вкрадчиво спросила: - Ты не боишься игл? Аврора растерянно покачала головой, не понимая, к чему был этот вопрос, и девушка резво, даже как-то весело достала откуда-то из-за спинки кресла две трубки с иглами на конце, чем-то похожие на капельницы. Воткнув их в обе руки ойкнувшей девушки, скоро протерев их противно пахнущим антисептиком, она подошла к доктору, если этого человека можно так назвать, и громко сказала, хлопнув в ладоши: - Начинаем! А дальше все происходило будто в тумане - белесом и болезненном. Аврора видела, как замигали приборы, как громко загудело кресло, на котором она сидела, как по колбам и трубкам к ней потекла странная желтоватая жидкость. Девушка запаниковала и хотела было что-то сказать, но тут её тело пронзила острая боль, заставившая все мышцы напрячься как пружины, а саму девушку – закрыть глаза и протянуть что-то бессвязное сквозь зубы - Аврора ни разу в жизни не чувствовала подобной боли. Это было что-то между острой болью в животе и болью от сильного удара, только это неприятное, с каждой секундой усиливающееся чувство распространялось по всему телу, начиная от кистей рук, куда ей вставили капельницы и до самых кончиков пальцев босых ног. Девушка напрягла руки, от чего ремни впились в запястья и локти. Закружилась голова и в ушах загудело. Аврора рефлекторно пыталась брыкаться, но у неё не выходило. Она задохнулась от очередного приступа боли и подняла голову. «Неужели Эми пережила подобное в свои первые дни здесь?!» - пронеслось у неё в голове незадолго до того, как Аврора потеряла контроль над собой - слишком быстро, будто ушаком по голове, ее погрузили в состояние страха и тупой боли. Мысли путались и смешивались в бессвязный густой и серый клубок, который никак не хотел распутаться, в глазах метались огни, а сама она пыталась не закричать. «- Ты просто плакса – возник образ её самой в голове. Тогда Эми расшибла себе лоб и Аврора, перевязывая его, отчитывала сестренку – Ты же должна быть сильной, потому что тебе не один раз придется терпеть неприятности в своей жизни! – говорила она тогда, нахмурившись. Если бы девушка знала, что иногда терпеть бывает невозможно!» - «Результат…Необычно…Нет дара…Стоит прекратить» - сквозь шум в ушах и собственную панику девушка слышала громкий разговор ученых за ее спиной - встревоженные и удивленные, а некоторые даже восхищенные голоса эхом отдавались в ушах, перекрывая противный писк. Терпеть подобное было сложно. Аврора хватала ртом воздух, её тошнило, она больше не могла сопротивляться звериному ужасу, который накрыл её с головой, как волна холодной воды тогда, в реке. Она ощущала себя подопытной крысой. -Прекратите – прохрипела она, содрогнувшись в очередной раз – ПРЕКРАТИТЕ! –взвыла Аврора. Слезы уже давно лились градом по её щекам - слишком болезненно. Мария лишь сочувствующе пожала плечами, что-то громко проговорила ей и махнула своему начальнику рукой, но Аврора уже не слышал, что та сказала. Единственная мысль, которая не слилась с остальным бессмысленным потоком, была криком. Нет, не криком, воем, который стоял у неё в ушах - «ХВАТИТ!». - Достаточно…я…больше не могу! – рыдала она, царапая ногтями кресло - подопытная не видела смысла больше мучить ее тело. "-Ну, увидели что хотели?" - с обидой и гневом подумала она, глядя как неспеша рука врача касается выключателей. Когда все эти чувства, вся эта бессмысленная боль и дикий ужас достигли своего апогея, накрыли с головой и затуманили разум, девушка потеряла сознание и погрузилась в мягкую темноту спокойствия и забытия. * * * - Ах! – вскрикнула Аврора, поднявшись на локтях, но тут же снова упала на подушку, поморщившись от боли в забинтованных руках. Тело ныло, но, благо, шум в голове и резь в глазах постепенно рассеивались. Девушка осмотрела место где она находилась, и с удивлением обнаружила себя в её комнатке, освещенной лишь керосиновой лампой, стоявшей на тумбочке, вокруг которой лениво кружил мотылек, взявшийся не пойми откуда. «Это все закончилось.» - пронеслась в её голове мысль и она облегченно выдохнула, потерев глаза руками. Аврора перевернулась на живот и обняла подушку, хлюпая носом. Это все позади. Девушка содрогнулась, представив сестричку Эмилию на собственном месте - теперь она понимала, что значили слова той, сказанные девочкой в роковую ночь. Девушка даже представить не могла, как её маленькая и хрупкая сестра сидела на том же месте и точно также кричала от боли. Спустя какое-то время она собралась с силами и встала с кровати, стараясь не упасть - и все же для обычного человека подобные исследования были куда больнее. Девушка подошла к двери и выглянула в коридор, осторожно высунувшись из жилища и держась рукой за холодную стену. Пусто, пусто и тихо. Аврора хотела пойти и осмотреться наконец без чужого надзора и подозрительных взглядов. Она неуверенно зашагала босыми ногами по земляному полу, неуклюже ступая и изредка все ещё прислоняясь спиной к стене от головокружения - подопечная корпуса не подумала надеть ботинки - мысли все еще были где-то далеко, в мягкой бархатной темноте и Аврора шагала в полусне. Безмолвный коридор выглядел зловеще, тени плясали в углах, искривляясь в немыслимых позах, которые выглядели еще причудливее в её плывущем взгляде. Девушка не знала, который час и потому старалась не шуметь, дабы не привлечь к себе внимание надзирателей. Пока Аврора шла, в её голове роились мысли. Мысли о побеге, о даре и о том, как ей выжить здесь, об Эмилии. «Что, если они догадались что меня подменили?» - вдруг испуганно подумала девушка – «Что они сделают в таком случае со мной?» - она содрогнулась, вспомнив свой недавний опыт. Неужели все, кто здесь находится, переживают это, переживают множество мучительных раз? За эти два дня, проведенные здесь, Аврора будто отчасти переосмыслила свой взгляд на нынешний мир. До того судьбоносного утра ей казалось, что этот мир наполнен лишь радостью, и боли в нем гораздо меньше. Теперь же её розовые очки разбились вдребезги, когда она поняла, насколько могут быть жестокими и равнодушными люди. Девушка продолжала идти по коридору, перебирая мысли в голове, как вдруг она заметила, как из-за поворота вынырнула фигура в плаще. «Догулялась» - затравленно пронеслось в голове у Авроры, и она уже готова была сжаться под грозным взглядом смотрителя, как вдруг услышала чей-то спокойный и холодный голос: - Что ты здесь делаешь? Аврора посмотрела на надзирателя и заметила под капюшоном знакомое лицо. Джаспер, юный смотритель, которого она встретила в первый день. Девушка расслабилась и ответила: - Я… я просто решила выйти прогуляться… - она пожала плечами, встретившись с изучающим взглядом надзирателя. Юноша полистал документы, которые видимо из привычки носил с собой и, найдя там какую-то графу, взволнованно отчеканил: - Эмилия? Ты знаешь, что тебе положено находиться в комнате сейчас?! После тестирования положен постельный режим в течение двух дней, а ты разгуливаешь по коридору! Что если тебя заметят? – он непреклонно скрестил руки на груди – марш к себе. Аврора хотела было возразить, но юноша уже шел в противоположном от нее направлении, ворча что-то под нос, мол «Почему я вообще должен присматривать за ними?..» Девушка вздохнула и вернулась обратно в комнату, приземлившись за стол и равнодушно глядя на рассохшуюся древесину. Ей очень хотелось есть, и Аврора хотела было снова выйти и спросить кого-нибудь, когда к ней в комнату заглянула женщина с кружкой чего-то похожего на чай и жиденькой серой похлебкой - унылое пойло, поверьте мне, и еще удручающе оно смотрелось здесь, в странном месте с холодными стенами и не менее холодными лицами ее обитателей. - Обед. – будто по инструкции сказала та и захлопнула дверь, поспешив по своим делам, которых у инквизиторши было немало. Аврора подняла со стола стальную ложку, брезгливо помешав свой обед, когда вдруг надзиратель заглянула в дверь снова и сказала: - И да, Крайс, пока тебе нельзя выходить из комнаты. Через пару дней, когда ты восстановишься поле тестирования, мы проведем еще один опыт на тебе и еще нескольких детях. – она уже окончательно ушла, оставив девушку наедине со скромной едой. Аппетит мгновенно пропал после услышанных новостей - Аврора хоть и осознавала, что ей стоит быть готовой к повторению подобных «экспериментов», но все это время она старательно абстрагировалась от этого разочаровывающего факта. Она надеялась, что это был первый и последний опыт, проведенный над ней, и после увиденного результата, ученые просто причислят её в ряды жнецов и оставят в покое наконец, заставив таскать кучки бумаг, как это делала Мария. Но нет. Видимо инквизицию подобные показания не устроили. Девушка принялась есть, подозрительно осматривая пищу в тарелке. Все было в порядке, за все свое наблюдение за жидким бульоном девушка подметила только большой скол на краю тарелки - больше ничего, и Аврора, поужинав, совершенно опустошенная, отправилась спать, упав лицом в подушку. Больше в этой дыре, впрочем, заняться было нечем. Весь следующий день Аврора провела в комнате, сходя с ума от скуки и стараясь хоть чем-то скрасить свой однообразный досуг - найдя в шкафу какую-то старую книгу, она прочитала ее от корки до корки (потрепанная книга оказалась каким-то научным романом, жутко скучным и монотонным). Девушка попыталась еще раз прогуляться, но на этот раз получила жесткий выговор от смотрительницы и более не решалась выходить из каморки, решив что с нее хватит. Когда наконец настал вечер (А Авроре по её просьбе принесли небольшие часы-будильник, чтобы та могла хоть как-то прослеживать время), она заснула в совсем нерадостных мыслях и половину ночи неспокойно ворочалась, с ужасом ожидая завтрашний день. Девушка всем сердцем надеялась на то, что грядущий опыт будет менее болезненным. Наутро она встала по будильнику и села в кровати, пытаясь утихомирить заевший звонок - раздраженно стукнув по механическим часам, обитательница комнаты облегченно вздохнула, поставив затикавший снова механизм на тумбу. Аврора нервно выдохнула и протерла глаза, откинув одеяло в сторону - по ногам мигом подул мерзкий сквознячок. Немного покачавшись на матрасе взад-вперед и собравшись с мыслями, она стала собираться на предстоящий «опыт». Девушка неторопливо накинула на себя белую сорочку, туго заплела длинные светлые волосы и обреченно посмотрела на часы, что вновь держала в руке. Аврора всем сердцем не хотела идти туда, в те ужасные, холодные, освещенные ярким светом комнаты, но выбора у неё не было - она внезапно осознала, что за эти несколько дней её воля заметно подкосилась. Единственная эмоция, которая сидела у неё в сознании была эмоцией беспомощности и смирения. Девушка с ужасом осознала, что она смирилась с нынешним расположением дел - почти смирилась, но какой был выбор у нее? Мысли о побеге она не лелеяла, да и глупо было бы пытаться сбежать отсюда, когда повсюду шныряют надзиратели, а все входы и выходы скорее всего заперты на ключ. Она думала, что, попав сюда, девушка сможет спустя какое-то время организовать план спасения, сбежать и найти Эми, а после вернуться домой, но оказавшись в этом жутком месте её идеи казались не такими уж выполнимыми. Аврора ощущала себя загнанной в клетку, за ней будто сами стены наблюдали строго, беспрекословно. «И что теперь? Мне стоит смириться с участью жнеца, или того хуже, подопытной крысы?» - мысленно зло спросила она себя, выходя в коридор, который сегодня был на удивление достаточно людным - в его центре стояла небольшая толпа, состоящая из восьми детей, по-видимому её ровесников и трех надзирателей, что холодно приглядывали за ними - мужчина дремал, прислонившись к стене, старуха листала документы, а женщина оценивающе осматривала свои ногти. Двое из детей выглядели крайне подавленно, и Аврора предположила, что это уже далеко не первый их раз здесь. Одна низкая рыжая девочка вдруг попыталась сбежать на глазах у надзирателя, но тот ловко и даже немного профессионально подхватил ту за руку и раздраженно прикрикнул на неё, отводя назад. -Нельзя! – грубый голос отразился от стен, и беглянка наивно потупила глаза, встав рядом с ним и спрятав руки за спину - излюбленный прием младших детей. Она выглядела напугано, и Аврора понимала её эмоции - ей и самой хотелось закрыться в каморке и больше никогда не выходить к этим людям. - Эмилия Крайс? – послышался где-то совсем близко громкий возглас. - Я тут – с готовностью ответила девушка, подходя к негустой толпе. Дети с интересом посмотрели на неё, пробежавшись любопытными глазами по одежде и лицу. Рыжая девчонка хотела было что-то сказать, но смотритель одернул её и, посмотрев на бумаги, вздохнул: - Остался только Лоуренс. Сколько мы можем ждать его? – мужчина нахмурился и обратился к пожилой женщине, стоящей рядом – Мэм, можете ли Вы пройти за ним? Женщина фыркнула, сложив руки на груди: - Ты прекрасно можешь сходить сам, если опоздание на пять минут тебя так тревожит. - Язва. – отрезал человек и раздраженно пошел по коридору, сопровождаемый издевательским смешком своей начальницы. Аврора шумно выдохнула, сложив руки на груди. Оставшись без строго надзора, непоседливая девочка, что стояла рядом с девушкой, всё же тихо обратилась к той: - Я вижу ты тут уже не впервые. Меня зовут Саманта, а тебя… Эмилия, верно? – она накручивала на палец короткую прядь рыжих всклокоченных волос - Аврора вздрогнула, выдернутая из собственных тяжелых мыслей. - Я?.. Я Ав…Да, Эмилия. Приятно познакомиться – выдавила она из себя измученную улыбку и постаравшись хоть как-то выглядеть дружелюбно. Девочка безразлично посмотрела на нахмурившегося инквизитора и проигнорировала его намек, бесцеремонно облокотившись о новую подругу. - Мило. А сколько ты здесь? – она вдруг поменялась в лице, и в её взгляде скользнула нотка печали, но тут же та сменилась спокойным равнодушием – я вот уже как три года тут. После того как тетушку арестовали за мое укрывательство, а меня упекли в эту «больничку»… - она прервалась так внезапно, что Аврора уж было забеспокоилась о ней, но рыжуля была в полном порядке - девочка стала внимательно разглядывать новую знакомую, и от этого взгляда Аврора сжалась, случайно взглянув той в глаза. Было в них что-то жуткое… Спокойное смирение? Даже какая-то радость отражалась в этих зеленых глазах. Девушка довольно долго обдумывала, стоит ли ей задавать вопрос, но, собравшись с силами и пригнувшись совсем близко к уху Саманты, она спросила одними губами: - Ты не пробовала бежать отсюда? Ты уже так давно тут… - Аврора воровато посмотрела на инквизитора, который, видимо, не услышал её вопрос и стоял, записывая что-то в архивы и подозрительно зыркнул на ту, заметив огромные синие глаза, наблюдавшие за ним. Девочка удивленно спросила: - Зачем? Мне больше некуда идти, ведь тетушку скорее всего казнили через повешение, как они любят это делать, а я…Меня здесь любят, и я правда нужна им. Пусть только для опытов. –она немного печально хмыкнула и отвернулась, погрузившись в свои мысли, а Аврора скривилась, осознав, что ребенок по-видимому был немного не в себе. Девушка совсем не была удивлена этому - за три года опытов она и сама скорее всего потеряла бы рассудок, смирившись со своим плачевным положением дел. Через пару минут подошёл и покинувший процессию недавно смотритель. За руку он держал мрачного вида мальчишку, который по-видимому и являлся тем загадочным Лоуренсом. - Вот видишь. Ничего сложного – посмотрела на того старуха – Что ж, раз уж все в сборе, мы выдвигаемся. Женщина пошла впереди все, громко стуча ботинками по полу. Дети медленно поплелись вслед за ней, тихо перешептываясь и оглядываясь на инквизиторов тревожно и нервно. Кто-то из младших подопечных заплакал. Аврора шла по уже знакомому маршруту, ощущая, как все быстрее в груди мечется сердце от волнения. На этот раз инквизиторы остановились у другой двери, что находилась дальше по коридору. Они включили свет и завели детей внутрь, заперев изнутри на ключ двери. На девушку, при виде аппаратов, стоявших у стены, нахлынули неприятные воспоминания - засосало под ложечкой, живот скрутило так, будто вчерашний обед готов был прямо сейчас выйти обратно на белый свет. - воздух внезапно стал тяжелым и густым, в глазах потемнело. Аврора присела на койку, на которую взглядом указала пухлая старуха, рядом с ней приземлилась Саманта, по хозяйски закинув ногу на ногу - низкорослая девчонка выглядела спокойно, и это равнодушие передалось ее новой подруге. Та выглядела так, будто подобное с ней происходит каждый день. Кто знает? Когда все подопытные уселись на свои места, в кабинет вошли ученые, которые стали медленно настраивать аппараты, переговариваясь меж собой тихо и сосредоточенно. Одна из инквизиторов подошла к детям и громко произнесла, деловито подбоченившись: - Итак. Грядущий эксперимент – упрощенная версия попытки подавить ваши дары. – Она от чего-то хлопнула в ладоши, и большинство подопытных – в том числе и Аврора – вздрогнули. Девушка же, чуть смутившись их реакцией, продолжила уже с меньшим энтузиазмом: - Вместо капельниц мы используем определенную небольшую дозу препарата и посмотрим, как она повлияет на вас. От итога будет зависеть, какое будущее вас ждет. Либо мы продолжим проводить на вас опыты, либо вы сможете вступить в наши ряды. – Она чуть неловко улыбнулась детям и подошла к столу, взяв массивную коробку. Ученый взяла оттуда крупный шприцы, от вида которых Авроре стало тошно, и стала каждому из них, по очереди, вводить ту желтую странную жидкость. Аврора поморщилась, когда та дошла до неё и неумело воткнула иглу в руку. Закончив с инъекцией, девушка рассадила детей на разные койки и в ожидании села за стол, в сопровождении двух ученых. К детям, один за другим, стали подключать аппараты. Девушка облегченно заметила, что в этот раз их оставили сидеть на скамейках и связывать руки никто не собирался. Она искренне надеялась, что этот раз пройдет спокойнее, но все же в её душе сидел тот самый вредный червячок сомнения, который грыз ее. Спустя минут пять неловкого молчания и выразительных взглядов между подопытными, Аврора почувствовала знакомое покалывание в руках. Началось. Девушку слегка мутило, но боли почти не было, и она выдохнула облегченно, поудобнее усевшись на сиденье и ожидая окончания опыта - подопытная наблюдала за остальными своими товарищами по неудаче, подмечая их состояние и сравнивая с собой. Ей очень повезло, что радовало, а вот Саманте и еще нескольким детям было гораздо хуже. Девочка сжалась от боли и сильно вцепилась в койку, прикусив губу и изредка беспокойно ерзая на ней. Кто-то сдавленно промычал, но было понятно, что каждому из подопытных было неловко показывать свою слабость перед другими. Аврора сидела, периодически морщась от неприятного покалывания, изредка переходившего в приступы тошноты. Спустя десять минут к ним все же подошел один из докторов. Мужчина принялся сосредоточенно сверять показания приборов, висевших над каждым из подростков, изредка бормоча что-то себе под нос и сердито хмурясь. После того, как он закончил, инквизитор неторопливо подошел к коллегам, в предвкушении неспокойно наблюдавших за его действиями. Девушка напрягла уши, пытаясь услышать, что обсуждали эти люди в белых халатах с деловитыми и непроницаемыми лицами. Половины слов разобрать не удалось, но Аврора все же смогла с трудом понять, о чем идет речь. Они говорили о каждом ребенке, подробно обсуждая показания и сверяя их с "нормой". Половина слов была ей не понятна, но девушка с недоумением поняла одно – у нее есть зачатки дара сестры. Аврора потрясенно помотала головой, услышав эти слова. Неужели у неё тоже есть дар? Тут она похолодела – ведь если у неё есть дар, то девушка не сможет стать жнецом, а, следовательно, и сбежать отсюда. Аврора всхлипнула, чем привлекла внимание остальных детей, многие из которых сочувственно взглянули на ту - сочувствующе но непонимающе. Она была готова услышать все, кроме этого. Что теперь делать, было неясно, но подобные новости никак не входили в её и без того шаткий план - теперь же последовательность действий, построенная в голове рассыпалась на кусочки, а плана "б" у беглянки не было. После опыта детей развели по комнатам, оставив каждого в уже почти привычном одиночестве. Девушка съежившись сидела на кровати, обхватив руками колени и упиравшись в них лбом, обдумывая услышанное. Обстоятельства складывались хуже некуда - когда инквизитор отводила её в комнату, то ничего не сказала о решении ученых, как не сказала и то, какой дар был у неё, даже несмотря на то, что Аврора пыталась спросить это, женщина ушла от ответа, строго взглянув на ту. Теперь Аврора совершенно не понимала своего положения, и её пугала эта холодная и темная неизвестность. «И…что теперь делать?» - спрашивала мысленно она себя, кусая губу. – «Я… я даже уйти отсюда не смогу… Даже солнечный свет увидеть!» - Она обреченно заплакала, глядя в пол, и сильнее вжимаясь в кровать, желая раствориться в полумраке этой пыльной душной комнатушки, в которую она была фактически заточена на неизвестное время. Что дальше? * * * Дни тянулись медленно, один за другим, смешивались в нескончаемую серую и отвратительную ей массу. За время, проведенное здесь, девушка пережила на себе не один неприятный эксперимент, но в конце концов, выяснив что её дар безобиден, ученые причислили Аврору к жнецам и к великой радости той, прекратили эти мерзкие испытания, что автор не станет описывать из-за их откровенной и тупой жестокости. Она медленно, но верно обучалась своей профессии, смирившись со своей участью и лелея грезы о благополучии маленькой Эмилии где-то там, в туманном месте под названием "поверхность". С Самантой они сдружились, и Аврора даже стала отчасти понимать эту рыжеволосую чудачку, что каждый день как собачка бегала за своими врачами, расспрашивая их о том и о сем - как что работает и почему оно так работает? Девушка уже который месяц жила в детском корпусе и её желание бежать с каждым днем становилось все слабее, тлело как маленький черный уголек в костре, съедаемый языками пламени отчаяния. Иногда Аврора все еще задумывалась о своих грандиозных планах, что ранее казались ей воплощаемыми, но по итогу её размышления упирались в стену смирения и понимания нереальности этих фантазий. А потом произошло из ряда вон выходящее событие, что перевернуло однообразный быт центра с ног на голову.