Я обязательно вернусь!

Вот уже второй год, бесконечностью растянувшийся в одну сплошную бесцветную и мерзко-вязкую полосу, Аврора жила в этом Богом забытом месте. Девушка в конце концов смирилась с раскладом нынешних событий и, спустя десятки неудачных и вялых попыток сбежать пустила все на самотек - она слишком устала от внутренней борьбы с собой, устала от попыток что-то сделать, что всегда кончались крахом и грубыми выговорами смотрителей, что равнодушно, сказать даже, машинально возвращали ее обратно, стоило ей сделать малейший шаг навстречу той зыбкой грезе под названием "свобода". Попыток сбежать было несколько, и все они не увенчались успехом – дальше лестницы меж этажами она не забегала – всегда находился тот, кто грубо хватал за плечо и тащил обратно в комнату, грозясь розгами (хотя все прекрасно знали, что до подобного редко доходило – у многих надзирателей просто напросто не было времени на подобное, хотя, все же один раз Авроре здорово прилетело и после у нее надолго отпало желание кому-либо перечить или нарушать устав). Девушка сдалась и от этой мысли она ненавидела себя, бессильно трепыхаясь в сетях беспомощности и отчаяния, ненавидя и тех, кто окружал её в жалком существовании. Спустя время она просто смирилась, и лишь мысль о сестре, что сейчас находится в безопасности не давала ей сломаться окончательно - хотя, в её голове к ужасу девушки поселилось еще одно чувство – зависть, жгучая и скручивающая сердце в тугую пружину. Аврора с отвращением признала, что завидует своей собственной сестре, ради которой и решилась на эту авантюру (знала бы она тогда, сидя на старом стуле в родном и теплом доме, чем обернется этот побег). Эми находилась в безопасности, тепле и заботе, а она, Аврора, заточена в этой дыре, кишащей бездушными людьми и безвольными их куклами, как лабораторная крыса. Девушка отчаянно пыталась подавить в себе эти эмоции, ей было противно от собственной зависти и бессильной злобы, от собственных чувств - грязных, отвратительных. Но, в конце концов она бросила попытки бороться с собой. «Бесполезно что-то делать» - так сказала она себе, однажды отводя одного из младших детей на эксперимент, кричащего и вырывающегося - маленький мальчик ныл и утирал кулачками слезы, пытаясь договориться с ней, хлюпая носом, но юной инквизиторше нельзя было отпустить ребенка, как бы того ей не хотелось. Да, изредка смотрители поручали ей водить своих товарищей по несчастью туда и это было еще одним поводом для её ненависти что она копила в сердце - когда-нибудь эта чаша переполнится - в этом подопечная Центра была уверенна. Аврора проснулась в очередной ничем не выдающийся из общей массы день. - Новый день – безэмоционально сказала она, лениво сев в кровати и устало потирая мутные ото сна глаза. Сегодня она могла свидеться с Сэм, которая ныне шла на тяжелый опыт - нужно было поговорить с подопытной перед тем, как та отправится на второй этаж. До сих пор её так и не раскрыли, и инквизиция полагала, что препарат, что ей вкололи два года назад, подействовал. Девушка привычно заплела полосы, надела плащ и отправилась в коридор, чтобы поддержать подругу. Выйдя из комнаты, она с недоумением заметила, что в обычно тихом и безлюдном коридоре сегодня было крайне шумно - крики и громкие возгласы заполнили ее отвыкшие от громких звуков уши, когда ее ботинки коснулись порога. Аврора неуверенно подошла к большому столпотворению неподалеку и с радостью, смешанной с удивлением, заметила в его центре Терезу. Ту самую женщину, что два года назад помогла ей спасти маленькую Эми… И превратила жизнь Авроры в ад. Но тем не менее, девушка уважала эту смотрительницу, что несмотря ни на что с трепетом и заботой относилась к каждому из своих подопечных. Это был единственный взрослый, что искренне жалел их, хотел им помочь, облегчить их боль, которую они не заслужили. Аврора старалась помогать Терезе с её поручениями по возможности облегчая работу той, а женщина с сочувствием и заботой относилась к младшей помощнице, поддерживая ту в самые неудачные её дни, беседуя с той, принося ей вещи из внешнего мира и утешая, рассказывая истории из ее юности и показывая свои рисунки - когда-то давно, еще тогда, когда не существовало приказа о "Неприкасаемости магии", Тереза была художницей, но после издания приказа Правительницы ее жизнь переломилась на "до" и "после" - но о тех событиях инквизиторша никогда не рассказывала Авроре, да и та лишний раз не тревожила болезненную тему, избегая ее всячески. Теперь же женщина стояла, стыдливо опустив голову, а рядом с ней грозно возвышался высокий и грузный темноволосый мужчина в бордовом костюме. Он зло кричал что-то и та, слабо пытаясь отнекиваться, зажимаясь в угол - господин выглядел таким грозным и рассерженным, что у самой девушки сжалось все внутри от одного вида его красного толстого и перекошенного яростью лица. Дети, стоявшие вокруг, активно перешептывались и наблюдали за происходящим, жадно ловя его слова. Аврора протиснулась сквозь толпу, подойдя к Сэм и настороженно глядя на сцену перед собой. - Что случилось? - Спросила она, аккуратно тронув подругу за плечо. Девочка зло шикнула на обескураженную Аврору и отмахнулась: - Тереза, оказывается, предательница. Только представь, она заменяла документы, орудуя также еще с несколькими людьми! Негодяи! – Саманта по привычке разъяренно стала накручивать короткие волосы на палец и злорадно наблюдала за действом, развернувшимся перед их взором уже в самом разгаре. Девушка с отвращением и одновременным беспокойством посмотрела на подругу. Что управляющие могут сделать женщине? Выгнать из Центра? Сократить? Аврора не понимала и презирала нездоровую привязанность Сэм к этому месту, но сейчас её больше волновали мысли об уличенном обмане. Как надзиратели смогут узнать, кого подменили и… Аврора вдруг испуганно вздрогнула, осознав, что она также втянута в эту сомнительную ситуацию. «Что, если инквизиция узнает о подмене?! В таком случае, сюда может попасть и Эмили… что они со мной сделают? А что сделают с ней?» - думала она, нервно наблюдая за происходящим скандалом и борясь с противным чувством страха, больно щемящим сердце. Выдернул из собственных мыслей её, надзиратель, что грозно крикнул на детей, влетев в коридор и появившись за спиной девочек будто из ниоткуда: - Вон отсюда! Вам здесь не место, проваливайте! – он раздраженно подбежал к остальным детям, странновато взмахнув руками, но те уже суетливо стали расходиться, на ходу шумно обсуждая произошедшее меж собой. Было очевидно, что произошедший скандал взбудоражил умы многих из них - не каждый день можно увидеть подобное вопиющее происшествие. Аврора, затравленно оглядываясь, пошла в свою комнату, стараясь разглядеть что происходит за ее спиной. Тереза, опустив голову, уходила за своим начальником, изредка отвечая что-то ему и ежась от злобных выкриков в сторону той. Она вдруг заметила, что тот с размаху ударил женщину по лицу и отвернулась, съежившись от отвращения. Дела плохи, кажется. Девушка провела остаток дня в комнате, читая редкие потрепанные книги и тревожно размышляя о произошедшем, но её относительно тревожное спокойствие прервала Саманта, будто ураган влетевшая в каморку Авроры после полдника. Девочка выглядела так, будто увидела что-то совсем уж из ряда вон выходящее - глаза, размером с блюдца, смотрели на подругу с непонятной смешанной эмоцией, потому инквизиторша вопросительно взглянула на ту, лениво захлопнув роман, что читала до этого. Сэм бесцеремонно плюхнулась на кровать Авроры, и, отдышавшись после бега, выкрикнула той в лицо, не поздоровавшись: - Эми, только представь! Терезу хотят повесить как предателя организации! – она распахнула глаза на подругу, чье сердце в ужасе упало вниз, пробив собой , наверное, каменный пол. «П…повесить?!» - Мысленно вскрикнула девушка, побледнев как лист бумаги. Она была потрясена услышанным и просто молча смотрела на взбудораженную Саманту – девочка часто приносила робкой подруге сплетни, самые разные - неясно, где она их находила и как узнавала все самое интересное, но эта новость заставила девушку ужаснуться. Изредка растерянно открывая и закрывая рот, как рыба, она сидела на кровати, поджав под себя ноги. Единственный милосердный и неравнодушный к ним человек приговорен к казне. Как жить после того, как Тереза погибнет, и Аврора останется уже совершенно одна, даже без такой небольшой, но такой важной ей поддержки!? Она еще какое-то время ошарашенно глядела на Сэм, которая с энтузиазмом ожидала реакции той. Наконец девушка вышла из шока и не нашлась что ответить странноватой знакомой, растерянно промямлила дрогнувшим голосом: - Ч…что? Сэм разочарованно фыркнула, болтнув ногами в разные стороны: - Я же говорю, казнят Терезу и всех остальных, замешанных в этом деле! Чего ты так уставилась! – девочка поерзала на кровати и принялась с интересом рассматривать комнату, после чего вдруг небрежно извинилась – Ах да, прости что ворвалась к тебе. Просто такие невообразимыми новостями обязательно надо поделиться! И тут Аврору прорвало. Все что копилось в ней многие месяцы, вырвалось сейчас наружу - весь гнев, обида... Зависть. Девушка, задетая таким спокойным отношением подруги к таким отвратительным вещам, происходящим в этом месте, заставило ту вспыхнуть как сухую ветку, брошенную в пламя. Она соскочила с громко скрипнувшей кровати и в порыве гнева подлетела к отпрянувшей от той Саманте. - Ты хоть понимаешь, что происходит?! – выкрикнула Аврора ей в лицо, сжав кулаки и побелев еще сильнее - но уже от ярости – Ты понимаешь то, с каким безразличием ты говоришь об убийстве человека?! Разве тебе все равно на это?! Ведь Тереза так хорошо относилась к нам, она искренне любила нас, тебя в том числе! Ты не хочешь предотвратить это?! Неужели тебе все равно?! – девушка поняла, что все это время трясла чудачку за плечи и резко отдернула руки, стыдливо опуская глаза в пол. Сэм же смотрела на нее с холодным безразличием, присущим той, но теперь в её взгляде читался еще и гнев: - Нисколько. Ей надо заплатить за предательство нашего дома. Я не буду ей помогать, нет. Аврора в ярости выдохнула, подняв лицо на уже бывшую подругу -отношения с той испортились в мгновение. Эта девчонка теперь не казалась той просто чудаковатой сумасшедшей, теперь она казалась девушке животным. Неужели у нее не осталось никакой благодарности к милосердной женщине, неужели это ужасное место, которая та считает своим домом важнее жизни человека?! Неужели ей настолько промыли мозги! Девушка бессильно опустилась на пол, на секунду почувствовав одновременное отвращение и жалость к той, что сидела на кровати, раздраженно и обиженно смотря на Аврору сверху вниз своими яркими зелеными глазами. Спустя секунду девушка поднялась с пола и грубо бросила Сэм: - Убирайся – после чего она вылетела из комнаты и быстро пошла по коридору, скривившись от гнева, и борясь с желанием вернуться и дать Саманте звонкую пощечину, чего инквизиторша, разумеется, делать не стала. Отвратительно. Аврора неслась по крылу, игнорируя гневные оклики смотрителей, проходящих мимо, что сегодня суетились в коридоре, по-видимому готовясь к грядущему ужасному, но необычному для их Центра событию. Она тряслась от бессильной злобы на этих людей, на мир вокруг себя. Ну почему, почему здесь так много холодно – жестоких людей, почему все хоть немного доброе чахнет здесь так быстро и болезненно!? Девушка шла, сжав кулаки и не глядя, и сама не заметила, как ноги принесли ее к каморкам смотрителей. Закрытые на ключ, темные и узкие железные, со стеклянными маленькими окошками, двойные двери, ведущие в коридор с жилыми комнатами инквизиции - запретная зона. Аврора устало прислонилась к одной из створок двери и выдохнула, пытаясь успокоить метавшиеся в голове безумные мысли и решить, что ей делать, как помочь наставнице. Она сложила руки на голове и опустила её, глубоко задумавшись. «Можно ли как-то спасти Терезу? И когда назначено время ее смерти?» - думала девушка, нервно перебирая пальцами пряди волос. Сейчас Аврора жалела, что не расспросила Сэм об этом деле подробнее, и вообще о том, как та узнала эту информацию. Но сейчас надо найти неудачливую женщину, а с этой идиоткой она разберется потом. Девушка была прогнана из этой части крыла смотрительницей, что заходила в комнату с огромной стопкой документов - бумаги опасно дрожали в ее руках, сваленные горой. Аврора еле сдержалась от того, чтобы выбить из ее рук эти злосчастные стопки архивов и отчетов, но вовремя остановила себя мыслью о том, что эта девушка всего лишь работает на своё начальство и в большей части происходящих здесь вещей не виновата. Она подождала, пока та выйдет из полутемного коридора и, воровато оглянувшись по сторонам, вернулась, чтобы посмотреть в узкие мутные окошечки двери. К великой ее радости, на дверях маленькими буквами были выгравированы инициалы их жителей. Теперь осталось лишь угадать, в какой из комнат живет наставница и тихо пройти в коридор. Аврора повернула ручку и потянула на себя. Дверь издала такой громкий скрип, хотя вернее было бы сказать, вопль, что казалось, его слышали все этажи здания. Девушка отпрыгнула от неё и поняла, что все смотрители, которые до этого при ней заходили в комнаты, открывали другую створку двери. Аврора раздраженно стукнула себя по лбу и тут же испуганно прислушалась, стараясь уловить шаги, приближающиеся к молчаливому крылу. Девушка была готова в любой момент сорваться и пуститься наутек, ведь она была уверена, что для надзирателей подобный скрип значил бы, что в их каморки пытается войти чужой человек, ведь скорее всего, жильцы знали об этой «особенности» двери. Но, благо, в коридоре стояла привычная зловещая идеальная тишина. Постояв еще с минуту, инквизиторша снова подошла к виновнице шума и открыла уже без происшествий. Аврора проскользнула в коридор и стала оглядываться по сторонам, читая инициалы и пытаясь выудить из дальних уголков памяти хоть что-то, связанное с фамилией Терезы. В коридоре оказались две двери, буквы которых могли быть именем и фамилией наставницы. Девушка решила начать с двери с буквами «Т.Н.». Она открыла ее и аккуратно заглянула внутрь, после чего чуть не взвизгнула и захлопнула дверь обратно - причиной ее страха была древняя старуха-смотрительница, которую все недолюбливали - уж больно ядовито-сварливой она была. Та лежала на койке, громко храпя и изредка ворочаясь, от чего кровать скрипела и предательски шаталась. Аврора же тихо притворила дверь и облегченно выдохнула, мысленно покрывшись холодным потом. Пронесло, к счастью. Она подошла к другой двери, и на этот раз не ошиблась. Заглянув в комнатушку, девушка к своей огромной радости увидела Терезу, которая сидела спиной к двери и что-то читала, сосредоточенно водя пальцами по страницам, в своей обычной странноватой манере (а что в этом Богом забытом месте не было странным?). Эту странность надзирательница объясняла тем, что она «лучше чувствует книгу», и Аврора со временем к такому поведению привыкла. Сейчас же она вдруг замялась, не зная, что делать дальше. Тереза же, вздохнув и отложив произведение обернулась, и тут же пораженно воскликнула, широко распахнув глаза: - Эмилия?! Что ты тут делаешь?! Прочь отсюда, если это кто-то увидит, то тебе несдобровать! – женщина подошла к двери и гневно глянула на девушку, собираясь покинуть комнату. Аврора же немного помялась, но собравшись с силами она вдруг выпалила: - Простите, мэм, я знаю! Но я пришла поговорить с Вами по поводу Вашего приговора! – она тут же опомнилась и испуганно прикрыла рот рукой. Ей не стоило так открыто говорить об этом наставнице. Тереза же еще сильнее нахмурилась, но приглашающе открыла дверь: - Что ж… Входи, но, чтобы впредь ноги твоей здесь не было. Аврора тут же почти радостно влетела в комнату и встала в центре, теребя плащ скорее по привычке, нежели от волнения. С виду грубая, но на деле заботливая женщина сейчас выглядела крайне подавленно, и девушка тут же померкла, заметив это - немудрено, что наставница была вовсе не рада подобным событиям. Сейчас же она присела на кровать и заглянула в глаза девушке, будто ища там что-то лишь одной ей известное: - Аврора… я думаю, что мне уже терять нечего, потому я назову тебя так. Ты ведь еще помнишь свое имя? – она кивнула, и Тереза продолжила, вздохнув снова, еще мрачней – Я не знаю, кто сказал тебе эти новости, но… Да, все правильно. Меня казнят как предателя Приказа Госпожи Правительницы, завтра, ранним утром. Подписывая контракт, я соглашалась с этими условиями, но все же не учла предупреждений. Я… сейчас я хочу извиниться перед тобой, правда, искренне хочу извиниться. Аврора удивленно подняла глаза: - Извиниться? Но… за что? – женщина скорбно отвела глаза, поджав губы и прервав Аврору поднятой вверх рукой. Тереза какое-то время молча сидела и размышляла, нахмурившись тревожно, в то время как девушка, все еще стоявшая в центре комнаты, терпеливо ждала, чуть трепеща перед наставницей - она еще ни разу не видела инквизиторшу в подобном состоянии, и ее печальное лицо пугало подопечную. Наконец, наставница поерзала на стуле и взвешивая слова, начала свой монолог: - С чего бы начать… Что ж. Пожалуй, с того, что всем прекрасно известно. Я сама являюсь воспитанницей организации, хоть в мое время здесь не проводились научные исследования, да и приказа об отлове таких как ты еще не было… - Женщина выдохнула и неуверенно прокашлялась, пока Аврора, до того с интересом слушавшая смотрительницу, сама ощутила неприятное липкое чувство страха. Что же такое могла сказать эта милая женщина, что заставило её так разнервничаться? – Выросшая здесь, в стенах этого темного отвратительного здания – продолжала та - я всеми силами старалась помочь таким же как я, детям, а позже и подопытным, ведь меня саму отдали сюда мои родители. Но… В один день я заключила еще один договор. Договор с несколькими оккультными организациями. Договор о поставке им детей… То есть, Аврора, твоя сестра и все… Сданы в культы или личные лаборатории. Мне очень жаль, правда. Я… Что-то больно кольнуло в груди, очень больно. Аврора еще шире распахнула глаза от ужаса, отступая назад на пару шагов: - М-мэм… Что Вы такое говорите… Не может такого быть, а как же контракт, который мы подписали?.. – Она не могла поверить своим ушам. Не может быть. Тереза не могла так поступить. Она же… Та отвернулась, закрыв веки: - Увы, если бы мы прописывали это в документах, то клиентов стало гораздо меньше. Я… Я не могу ничего сказать в наше оправдание. Лишь только то, что все средства, за которые выкупили ваших родственников собирались для масштабного побега и петиции об отмене приказа. Девушка сжала кулак - ногти впились в ладони до крови, услышав это, фразы, которые как игла пронзали насквозь. Она была готова услышать все что угодно, но не это. Еще одно предательство. Слезы заструились по щекам, пока она медленно отступала к двери, разочарованно глядя в темные синие глаза той, что казалась лучиком света в этой треклятой лаборатории, той, кому она доверяла. Аврора в ужасе осознала то, что все ее надежды, все что не давало ей сгинуть в темноте этих коридоров, оказалось лишь сладкой ложью, иллюзией безопасности и правильности принятых решений. - Но за что?.. Зачем Вы лгали нам?! – Аврора закрыла лицо руками, сдерживая потоки слез и трясясь от ужаса и злобы –Почему Вы уподобились остальным!? Мы же доверяли Вам! – она с ненавистью посмотрела на инквизитора, что, опустив голову смотрела в пустоту, не двигаясь. Девушка не стала ждать реакции своей наставницы и бросилась прочь, оттолкнув пришедшую на шум старуху. Та в своей обычной манере протрубила что-то вслед, но разочарованная, она не слушала ее слова. Аврора бежала прочь, прочь оттуда, куда-нибудь, хоть куда, но только бы не оказаться в том месте. Все ее мечты о счастливом будущем ее сестрички, о их воссоединении, о том, как та счастлива, жива в конце концов – все это было обманом, обманом ради выгоды. Девушка не понимала, почему такой светлый с виду человек, такой открытый и такой важный для нее мог так поступить. Она не могла поверить, что ее сестру, Эми, за которую она отдала собственную свободу и бросила родных просто продали культистам за горстку золота. Аврора влетела в каморку и упала на колени, зажав рот руками, чтобы ее никто не услышал. Безмерный поток боли и отчаяния, непонимания и разочарования разрывал ее. Девушка раскачивалась взад и вперед, сидя на полу, словно безумная в безмолвном крике. «Что теперь делать?! Как найти Эми, как сбежать, и как теперь вообще жить?.. Что если Эми уже не…» - Аврора оборвала клубок мыслей на полуслове, размашисто тряхнув головой. Нет. Эмили не может умереть, да еще так легко. Ее сестричка точно жива, с ней не успели ничего сделать, она найдет ее. «Найдет? С этих слов когда-то запустился безумный механизм попыток что-то исправить, жертвуя всем, но по итогу всегда заканчивающий свой цикл в провале.» - отвечало внутреннее «я» девушки, издеваясь над той, упиваясь ее разочарованием. Авроре казалось, что в этот час мир должен был рухнуть. Рассыпаться на осколки, разлететься вдребезги от осознания происходящих в нем ужасов, от постоянного предательства и меркантилизма. Не может такой свет существовать. Аврора еще долго сидела на холодном полу, всхлипывая и глядя в темную пустоту перед собой. Она не знала, что делать. В комнате похолодало. Значит на поверхности медленно наступала ночь, окутывая все еще зимним промозглым холодом мартовский лес. Девушка безэмоционально подняла голову и взглянула на часы, размеренно тикающие на столе в своем монотонном ритме убегающего, словно песок сквозь пальцы, времени. Десять вечера. Завтра утром, завтра утром погибнет последний в ее нынешней жизни лучик надежды, но надежды ли?.. Аврора все еще не верила тому, что ее наставница, что казалось, искренне любила ее, так могла поступить. Это было чем-то за гранью реального. Она медленно поднялась с пола и пошатываясь присела без сил на кровать, продолжая смотреть в стену и ощущая полное опустошение. Казалось, внутри девушки больше ничего не осталось, кроме всепоглощающего отчаяния и пустоты, липкой черной массы, застилающей разум. «Забыться бы в безумии, как это сделала Сэм. Эй сейчас так хорошо, ведь она счастлива находиться здесь…» -Аврора тряхнула головой, прогоняя прочь дурные, глупые мысли, что окутывали ее сознание, чтобы хоть как-то защитить разбитое вдребезги сердце. Она долго сидела без движения, обдумывая произошедшее и размышляя о многом, но все же мысли ее были мрачнее свинцовой тучи. И все же ей нельзя было сломаться. Спустя какое-то время Аврора тяжело выдохнула, поерзав на койке, что хрустнула под ней, заставив вздрогнуть. Нет. Все же так нельзя. Она не может так просто сдаться, смириться с происходящими с ней мрачными событиями, не может просто спокойно зачахнуть здесь. Авроре хватило тех двух лет что она провела в тупом подчинении устоям, смирении и страхе. Она должна бороться, должна выбраться отсюда, ради Эми и самой себя. Она еще никогда не сдавалась без боя, ведь спокойное смирение, как показал опыт, ни к чему хорошему не приводит. Аврора решительно кивнула самой себе, придумав кое-что. Она обязана это сделать. * * * С таким решением девушка резко подняла голову и быстро встала с постели, откинув в сторону одеяло. Она с решимостью и даже какой-то злобой подбежала к столу и развернула карту этажа - хрустнула бумага, норовя прорваться под напором разгневанного жнеца. Её глаза сверкнули, когда Аврора заметила выход, обозначенный красной чертой. Девушка свернула бумагу в трубку и положила обратно в шкаф, после чего вдруг резко остановилась в замешательстве. Побег — это, конечно, хорошо, но она совершенно забыла о нескольких важных недочетах ее идеи, которые все эти два года были той самой стеной, отделяющей ее от заветного успеха. Во-первых, где ей можно достать провизию? Девушка не знала, как долго ей придется провести глубоко в чаще, а питаться ягодами Авроре не очень хотелось, тем более, когда на дворе ранняя и голодная северная весна. Во-вторых, где найти ключи? Хотя, говоря честно, эта проблема не казалась ей такой уж и невыполнимой. Достаточно было просто пробраться в комнаты смотрителей и взять у кого-нибудь связку, а там уж она разберется, что делать – плевое дело, одним словом. Девушке для осуществления своего плана также понадобятся спички, но где их найти, она не представляла совершенно. Для этого, вероятно, придется пробраться на второй этаж и аккуратно осмотреть его, но…Это слишком опасно, слишком рискованно - будущей беглянке совершенно не хотелось отправиться вслед за своей наставницей в небытие за ограбление Центра. Аврора глубоко задумалась, решая, как ей быть с этими небольшими, но многочисленными, и оттого вызывающими трудности нюансами. Из размышлений ее выдернул настойчивый, пусть и тихий стук в дверь. Девушка вздрогнула и подошла к выходу, неуверенно выглянув из своей комнатушки. Посмотрев в щель, она заметила знакомое лицо, от которого она сморщилась и хотела было захлопнуть двери обратно, но девушка пересилила себя и все же вопросительно посмотрела на рыжую девочку перед собой. - Что-то нужно? – спросила она, чуть раздраженно оглядев Саманту, которая стояла у двери, переминаясь с ноги на ногу. Аврора открыла дверь чуть шире, но не приглашая незваную гостью пройти внутрь – все же она обижалась на подругу за ее равнодушие и жестокость. Девочка нахмурилась, подбоченившись: - Я пришла чтобы поговорить с тобой. – она снова начала раздраженно теребить прическу, и от этого привычного жеста Аврора фыркнула: - Уходи, я уже все тебе сказала. – она хотела прикрыть дверь, но девочка взяла рассохшееся дерево в руки и остановила ту, посмотрев в глаза капризно и упрямо. Аврора выдохнула, оставив многострадальную дверь в покое и резко ответила: - Говори. Быстрее, мне нечего с тобой обсуждать. Сэм высокомерно глянула на бывшую подругу и фыркнула в ответ на колкость: - Ты не извинилась. Аврора вдруг к своему удивлению, нервно хохотнула, заставив чудачку обиженно сморщиться, сведя брови к переносице. Та гневно сверкнула глазами, и не обращая внимания на девушку, которая почти снисходительно смотрела на нее, продолжила: - Да-да, я о тебе. Я не обязана была слушать твои тирады, ведь ты и сама понимаешь, что Тереза поступила мерзко. Тогда почему ты срываешься на мне, ничего и никому не сделавшей? – она грустно, и Авроре показалось, наигранно, потерла глаза, шмыгнув носом. Девушка уже не старалась смягчить свои слова и предоставила себе возможность высказать все эмоции сумасшедшей в лицо, хоть и понимала, что та, скорее всего, просто ненормальная и это было неправильно по отношению к больному человеку: - Ты сейчас серьезно!? То есть ты хочешь заставить меня извиниться за то, что ты – тупица? – Она ядовито усмехнулась в лицо чудачке, которая раздраженно сжала кулаки, сжавшись и напрягшись. – Знаешь, что, я не буду извиняться даже за то, что тряхнула тебя, хоть и хотела это сделать. Если ты такая преданная этой дыре, то иди обратно в комнату и ожидай, как собачка, следующего издевательства над собой, а я не намерена терпеть выходки этих сумасбродов! – Аврора резко остановилась, поняв, что в порыве гнева сболтнула лишнего, и прикусила язык, хотя было уже слишком поздно. Сэм закипела от обиды и, схватив раздраженно дверь, довольно громко выкрикнула в лицо Авроре: - Знаешь, что!? Если ты у нас такая умная, то катись отсюда на все четыре стороны! Неблагодарная! Ты пожалеешь, что не держала язык за зубами! – с этими словами она захлопнула дверь, отчего Аврора, доселе опиравшаяся на ту, покатилась по полу кубарем, мысленно удивившись силе бывшей подруги. Девушка быстро поднялась на ноги и в порыве гнева вылетела в коридор, все же мысленно молясь, чтобы кроме чудачки ее слов никто не слышал. Все-таки ей не стоило говорить этого, но как можно было сдержать себя, глядя как это животное заставляет ее извиняться! Аврора шумно выдохнула, выпуская пар и пытаясь успокоиться. В коридоре к ее великому счастью, никого не было, а значит о ее словах никто не узнает. Никто, если Саманте не придет на ум рассказать об этом инквизиции. В этот момент девушке внезапно стало неспокойно, тревожно. Натворила она дел сегодня, конечно, ничего не скажешь. Что если эта чудачка расскажет об этом кому-то? Ей может хватить смелости на подобное гнусное предательство. «В таком случае» - поежилась Аврора «- Страшно представить, что они со мной сделают за эти слова». - Она заметила смотрительницу, что зашла в их крыло и спешно вернулась в комнату, попутно переживая о побеге, Саманте и собственном туманном и крайне зыбком будущем. Все же ее гнев иногда играет с инквизиторшей злые шутки. Но, что сделано, то сделано и Аврора, чуть успокоившись, вернулась к разработке своего далеко не совершенного на данный момент, плана. Она долго ходила по комнате, осматривая каморку на наличие щелей в полу, трещин или других мест, где можно было бы запрятать все оборудование, не вызвав при это ни капли подозрения - в прошлый ее раз, смотрители перерыли всю ее комнату, и, найдя необходимое для побега снаряжение были в ярости. Закончив с укрывательством улик, девушка наконец-то облегченно вздохнула и отправилась спать - утро вечера мудренее. Наутро она вышла из своей каморки в приподнятом и решительном настроении, и, закончив с ежедневными поручениями, что по большей части, составляли переносы документов из одного крыла в другой, она отправилась прямиком к комнатам надзирателей для осуществления части своего уже твердо продуманного и нерушимого, казалось бы, плана. Аврора медленно подошла к двери и присмотрелась, сощурившись. На этот раз в коридоре стояла небольшая группа людей, которые что-то шумно обсуждали, активно жестикулируя и иногда выкрикивая отдельные фразы. Долго гадать, что было причиной их беседы не приходилось – весь корпус стоял на ушах из-за последних событий. Девушка вздохнула, вспомнив последний диалог Терезы с ней и то, на какой ноте он закончился. Стоило ли ей поступать иначе? Стоило ли закрыть глаза… «Нет» - жестко отрезала она свои же слова, продолжая наблюдать за активной беседой работников. «Интересно, она еще жива?» - все-таки переживала та, выглядывая из-за двери и прячась в углу, стараясь умерить свое любопытство. Наконец, заметив, что горячий спор, доносящийся из-за закрытых дверей, наконец поутих, Аврора отошла и укрылась в тени одного из коридоров, наблюдая за тем, как инквизиторы, уже спокойнее дискутируя меж собой, направлялись на рабочие посты. Спустя долгих семь минут коридор окончательно опустел, и Аврора вынырнула из-за поворота, взмахнув полами плаща. Она тихо подошла к двери и открыла ее, осматриваясь по сторонам, словно робкий воришка на рынке. Пусто. Девушка прошла в комнату старухи, заранее уверенная, что именно здесь она найдет желаемое – надзирательница была негласно избрана старшей по крылу и вероятнее всего, хранила у себя ключи минимум от лестничной клетки и ближайшего этажа. Аврора быстро распахнула дверь, игнорируя осторожность, мысленно осуждая себя за это, и начала бесцеремонно рыться в комоде, первым попавшимся ей на глаза. К её разочарованию, ключей в нем не было - лишь какая-то мазь для спины, ярко алая помада (видимо, даже этой, казалось бы, мужественной женщине, хотелось сделать себя красивее) и старая фотография, подписанная на иностранном языке. Девушка растеряно осмотрелась – мест, где могли бы храниться ключи, кроме этого комода, стоящего у койки, в самом углу, не нашлось. Выходит, что женщина всегда носит их с собой, в балахоне, а в таком случае стащить их у Авроры возможности не выдавалось, по крайней мере, сейчас. Она разочарованно вздохнула. Времени мало, катастрофически мало. Вздохнула и тут же распахнула глаза от ужаса, услышав за спиной чьи-то приглушенные шаги. - Что ты здесь делаешь?