– –
17 января 2023 г., 15:29
Когда воскресенье, наконец, наступило, Рицуко показалось, что прошло не несколько дней, а несколько лет. Она потратила больше времени, чем могла бы признаться, пытаясь подобрать наряд, который выглядел бы повседневно (но при этом красиво), и подходящий оттенок помады (но не слишком яркий или подавляющий). Хорошо, что она недавно подкрасила корни, так что хотя бы об этом не нужно было волноваться.
Уже в поезде, направляясь в район, где жила Майя, она размышляла о том, чем по сути являлась эта встреча. Почему ее так беспокоил внешний вид? Это свидание? Никто из них не говорил об этом, она и сама не уверена, имела ли это ввиду, когда спрашивала. Она задумалась о том, когда в последний раз ходила на свидание, и в тихом ужасе уставилась на свои туфли, не в силах вспомнить. Потертый пол вагона внезапно стал очень интересным до самого конца поездки.
Кафе должно было находиться недалеко от станции. Сверяясь с указаниями Майи в своем телефоне, она прошла пару кварталов и чуть не пропустила нужное место, затаившееся в неприметном углу, если бы не…
– Рицуко!
Она обернулась и увидела Майю, которая махала ей рукой, прикрыв другой глаза от утреннего солнца. Рицуко не заметила ее, сидящую в маленьком внутреннем дворике, и прошла мимо, как идиотка. Упс.
– Давно ждешь? – спросила она, занимая место напротив за маленьким стеклянным столиком. Она приехала заранее, значит, Майя пришла еще раньше.
– Всего пару минут, - заверила ее Майя, – Соседские дети вели себя очень шумно сегодня утром, поэтому я решила поскорее сбежать от этого кошмара.
Рицуко хмыкнула и оглядела фасад кафе. Отпечатки лап, нарисованные на матовом стекле входной двери, выглядели довольно мило, хоть и немного странно.
– Может, тогда зайдем внутрь и закажем кофе?
Майя улыбнулась, согласно кивнув, но в ее глазах мелькнуло нечто похожее на волнение. Заметив его, Рицуко на миг оказалась в замешательстве и чуть не упустила возможность придержать для нее дверь, но быстро пришла в себя и...
Кошки?
– Добрый день! – раздался приветливый голос, когда над ними звякнул маленький колокольчик.
Она зависла у входа, разглядывая окружающую обстановку, тогда как Майя потянулась к витрине с выпечкой и меню.
– Вы уже бывали здесь раньше?
– Нет, - ответила Майя и повернулась к Рицуко, улыбнувшись.
– О, тогда добро пожаловать! Мы рады новым гостям! - сотрудница порылась за прилавком и вручила им два планшета с анкетами, - Сперва вам нужно заполнить эти формы и ознакомиться с правилами пребывания в кафе.
Колокольчик над дверью снова звякнул, когда вошла молодая пара, и девушка направилась им на встречу, чтобы помочь устроиться. Рицуко быстро изучила формуляр: «Не кормить кошек едой со стола, не брать их на руки без спроса, не подавать в суд, если вас поцарапают…» - и расписалась в конце страницы. Майя сделала то же самое и затем подняла смущенный взгляд:
– Это все не слишком…? Я подумала, что было бы забавно. Наверное, следовало сначала уточнить…
Рицуко заметила, как другой посетитель чухал за ухом особенно толстого табби.
– Кошачье кафе, - усмехнулась она, взглянула на Майю и улыбнулась, – Это здорово.
Майя уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но ее прервала бариста, которая вернулась, чтобы забрать их анкеты. Затем они бегло просмотрели меню у стойки, сделали заказ и Рицуко проскользнула вперед, чтобы оплатить за двоих, несмотря на тихий протест своей спутницы. Она взяла табличку с номером и направилась к свободному столику. На нем тоже были нарисованы отпечатки маленьких лап, как будто здесь прошел кот, и Рицуко это ужасно понравилось.
– Я видела на вашем столе маленькие фигурки кошек, - Майя водила пальцем по краю таблички с номером, – И я подумала, что раз это место только что открылось, то это идеальный вариант.
– Так и есть, - кивнула Рицуко и склонилась к столу, чтобы протянуть руку приближающемуся черному коту. Тот с энтузиазмом уткнулся мордой в ее ладонь и замурчал. Она снова подняла взгляд.
– Знаешь, у меня была кошка.
Улыбка Майи потускнела.
– Была?
– Да.
Кот запрыгнул на стул рядом с Рицуко, дотронулся лапой до ее руки и затем перебрался на колени. Что-то сжалось в глубине ее души, но она не подала виду, а стала просто гладить кота, наблюдая, как Майя возится с пакетиком сахара.
– Моя бабушка забрала кошку к себе, когда я переехала, чтобы быть ближе к штаб-квартире. А взяла я ее, когда еще училась в колледже.
Она слабо улыбнулась, вспоминая, каким злым крысенышем та выглядела в приюте. Телефонный звонок не стал неожиданностью. Когда Рицуко ее брала, кошка уже была взрослой, так что было даже удивительно, что она продержалась так долго. Рицуко вздохнула:
– Она позвонила на прошлой неделе и сказала, что кошка умерла.
– Ох, - выдохнула Майя, ее глаза преисполнились печали и сожаления, – Мне так жаль, я не знала, я... Если бы я знала, я бы не предложила нам прийти сюда...
– Все в порядке, - покачала головой Рицуко. Кот на ее коленях продолжал мурлыкать. – Меня не было рядом, чтобы заботиться о ней, как следовало. И это все не мешает мне находиться здесь. Мне действительно нравится.
Не похоже, что Майю это успокоило, но подошедший официант вновь прервал их беседу. Поставив в центр стола две кружки, а также круассан перед Майей, он задорно улыбнулся, забрал табличку с номером заказа и ушел.
– О Боже, - воскликнула Майя, склонившись над своей кружкой. С сияющими глазами и улыбкой она повернула ее так, чтобы Рицуко тоже смогла увидеть кошачью мордочку, нарисованную на молочной пене.
– Атмосфера здесь выдержана на все 100, - усмехнулась Рицуко, делая глоток своего кофе, – Это очень мило.
– А у вас разве такого нет?
Рицуко покачала головой:
– Я взяла американо, в нем нет молока или пены, как в латте.
Майя слегка нахмурилась, глядя в свою кружку:
– Я почти чувствую себя виноватой, что выпила это и испортила...
Они потягивали напитки в дружеской тишине, из динамиков кафе играла тихая музыка, а другие посетители болтали между собой. Кот по-прежнему сидел на коленях Рицуко, и она свободной рукой гладила его спину, а он в ответ нежно сжимал лапками ее бедро, как любят делать все кошки. У нее давно не было такого умиротворяющего контакта с животными, и она с удивлением осознала, насколько спокойно чувствует себя в этот момент. Никаких привычных страхов внутри, только теплый кот на коленях, ненавязчивый инди-трек, играющий над головой, и...
– Хотите попробовать круассан? - спросила Майя, и Рицуко вернулась в реальность, где Майя уже разрывала пирожное пополам, а затем поставила тарелку в центр стола.
– Он с шоколадом. Правда, очень вкусный!
Она взяла предложенную половину и откусила. Слоеное тесто посыпалось на кота, что вызвало ее смех:
– Да, вкусно, но теперь тут такой беспорядок, - заключила она, смахивая крошки с темного меха, – Как твой кофе?
– Тоже прекрасен, особенно теперь, когда я смирилась со своей ролью убийцы милого кофейного котика и могу просто наслаждаться вкусной жертвой мистера Китти, - ответила Майя и улыбнулась, когда поняла, что этим опять развеселила Рицуко, – Я рада, что мы побывали здесь, и что вы пригласили меня сегодня.
От последних слов Майи на миг перехватило дыхание, но Рицуко совладала с собой.
– Я тоже. Приятно иногда вот так выбраться и просто... отдохнуть.
Майя обняла руками свою кружку и кивнула, глядя на остатки кофе в ней:
– Мне нравится моя работа, – медленно проговорила она, – Но порой ее действительно слишком много.
Затем она с досадой глянула на Рицуко:
– Оу, наверное, не стоит говорить подобного своему боссу.
Рицуко со вздохом отмахнулась:
– У нас тяжелая работа. И нет ничего постыдного в том, чтобы признать это. Но мы должны продолжать делать то, что необходимо… Это наш единственный шанс.
– Я не могу представить, каково приходится пилотам, - тихо пробубнила Майя, – Просто наблюдать за происходящим со стороны – уже достаточно сложно, но испытать все это на себе... не думаю, что я смогла бы справиться с таким стрессом. Они очень сильные ребята!
– А как тебе удается справляться со своим? – спросила Рицуко, подперев ладонью подбородок, в надежде, что так выглядит участие, а не пристальное внимание. Кот на коленях смену ее позы не оценил, протестующе мяукнул и спрыгнул вниз, чтобы отобрать игрушку у другой кошки.
– Как вы и сказали, «порой нужно просто отдохнуть». Это помогает отвлечься от происходящего, пусть даже если всего на несколько часов, – она улыбнулась про себя. – Макото и Шигеру пригласили меня на какой-то музыкальный фестиваль. Группа Шигеру будет там выступать.
– Звучит забавно, - сказала Рицуко, игнорируя странное чувство, вызванное этой новостью. Она засунула его на задворки сознания, чтобы препарировать позже, – Я часто видела на мостике, как он играет на воображаемой гитаре, когда думает, что никто не смотрит. Не знала, что у него это серьезно.
– Да, – Майя рассмеялась, снова став собой, – Фуюцуки как-то сказал ему прекратить паясничать, но он все равно продолжает. Мне кажется, это неплохое развлечение в мирное время.
Перестав смеяться, она подняла на Рицуко решительный взгляд:
– Пусть это порой и очень трудно, но я верю в нас. В NERV.
Рицуко сдвинула руку, чтобы скрыть за ней легкую улыбку, вызванную румянцем смущения на лице Майи.
– Это хорошо. Ты знаешь, что нужна мне… – осознав то, что только что сказала и свою ошибку, она поспешила добавить, – Мальчики хороши в своем деле, но, если бы мне пришлось терпеть парфюм Хъюги чаще, чем я уже это делаю, не думаю, что я продержалась бы даже месяц.
Рицуко замерла, увидев в больших глазах Майи то, что могла бы определить как "сияние". Они просто смотрели друг на друга, продолжая сидеть неподвижно, и казалось, что зрительный контакт затянулся чуть больше, чем положено, но тут большой рыжий кот запрыгнул прямо на стол, чем вывел обеих из транса. Удивленная Майя тщетно пыталась не рассмеяться, а Рицуко просто закрыла лицо ладонями, чтобы заглушить собственный смех, в то время как служащий за стойкой громко кричал коту: «Клайд, слезай!»
Вскоре после этого они покинули кафе. Майя пригласила ее зайти в книжный магазин на соседней улице, и хотя Рицуко совсем не хотела завершать их совместный день, она знала, что стопка папок на кухонном столе сама себя не разберет. К счастью, Майя понимающе кивнула и, подарив свою улыбку, пообещала увидеться завтра утром.
Рицуко вернулась на станцию и села в поезд вместе с полуденным потоком семей, едущих домой после прогулок и пикников. Кто-то из детей плакал, но она не обращала внимание на шум. Достав телефон, Рицуко написала:
15:32 РА: Сегодня было весело
Некоторое время она смотрела на второе сообщение, набранное на экране, прежде чем нажать кнопку «Отправить».
15:33 РA: Мы должны это как-нибудь повторить
– – –
На следующее утро Рицуко обнаружила в кабинете маленький листок бумаги, подсунутый под дверь. На нём был нарисован веселый кот, окруженный звездочками, а в одной лапе - кружка с дымящимся кофе. Он говорил: «Спасибо!» Рицуко прикрепила его рядом с первой запиской и решила запланировать свой обеденный перерыв на то же время, что и у команды мостика. Во вторник днем Мисато по-хозяйски оккупировала кресло напротив. Она догнала Рицуко сразу после синхро-тестов и тащилась следом по всем коридорам до самого кабинета, несмотря на неоднократные попытки блондинки избавиться от нее. И вот сейчас она сидела в кресле, откинув голову назад, и разглагольствовала о чём-то или о ком-то. Кажется, там мелькали имена Синдзи и Аски, но Рицуко не слушала, ей было все равно. Уже близился вечер, и она намеревалась сегодня уйти домой пораньше (если считать по ее стандартам, конечно, а не по обычному расписанию для персонала), предварительно успев закончить еще несколько важных дел. – Хей, – вдруг воскликнула Мисато, громко шлепнув рукой по столу совсем рядом с отчетом по дневным тестам пилотов. Рицуко вздрогнула от неожиданности, и вместо восьмерки на листе Аски получилась какая-то ерунда. Она обвела цифру ручкой еще несколько раз, чтобы сделать ее хоть немного разборчивой. – Мы должны пойти куда-нибудь сегодня вечером. Рицуко прищурилась и посмотрела на нее поверх очков: – Разве у тебя нет… детей, за которыми нужно присматривать? Ты вроде как несешь за них ответственность. – Они подростки и могут сами о себе позаботиться, - Мисато лениво махнула на осуждающий взгляд, – Кроме того, сегодня ужин готовит Синдзи. С ними все будет в порядке. – Он определенно готовит лучше, чем ты, - хмыкнула Рицуко, перебирая файлы, чтобы найти нужный, – Или, если быть точнее, он в принципе готовит. Не представляю, как ты выживала до его переезда, - после краткой паузы она поморщилась, – И не думаю, что хочу знать. – Эй, доширак не так уж плох. Быстро, просто и удобно! – Но это не значит, что он должен составлять весь твой рацион. – Иногда я заказывала еду на вынос. Так что доширак был не каждый день, - пробурчала Мисато и, подперев щеку рукой, стала блуждать взглядом вокруг. Рицуко решила просто игнорировать ее. Она уже закончила обновлять файл Синдзи и открыла более толстый файл Рей. Взглянув на календарь, она отметила, что следующий медицинский осмотр Рей состоится в пятницу, и добавила в папку новые формы и записи. Тень упала на бумаги, когда Мисато наклонилась над столом вперед. – Оооу, от кого это? Я не знала, что у тебя тоже есть поклонники. Рицуко подняла глаза и, увидев, как та тянется к ярким стикерам, отклонила ее руку. – Это от Майи. – Да, кстати об этом! - оживилась Мисато, садясь обратно и опираясь локтями на стол, на этот раз устроив подбородок на обеих руках, как школьница, ожидающая сплетен, – Кадзи говорил, что между вами что-то есть… – О, так вы с Кадзи снова разговариваете? – То, что у меня с этим придурком, не твое дело. – И все же ты здесь, сидишь и спрашиваешь о моих делах, – заметила Рицуко, не отрывая взгляда от заполняемых бумаг, – Звучит весьма подозрительно. – Она тебе нравится? Рицуко спокойно отложила ручку в сторону, приложив к этому простому жесту все самообладание, какое только у нее было. – Послушай, – сказала она, – Я не знаю, что там тебе наговорил Кадзи, но между нами ничего нет. – Это, – Мисато указала на стикеры, – Не похоже на «ничего». Рицуко недоуменно посмотрела на нее: – Это записки от друга. – О, так вы друзья? Не просто коллеги? – вопрос Мисато прозвучал так, будто она загнала Рицуко в угол, и той ничего не оставалось, кроме как во всем признаться. Она с трудом подавила раздражение, глядя в это самодовольное лицо. – Как будто никто вокруг не знает, что вы с Хьюгой в последнее время неплохо дружите, - парировала она, захлопнув папку Рей громче, чем следовало, – Тебе действительно что-то нужно, или ты здесь просто, чтобы докучать мне? – Я всего лишь пытаюсь наверстать упущенное. Теперь мы не так часто общаемся друг с другом, – Мисато поникла, уткнувшись щекой в руку, и Рицуко на миг стало стыдно за свою отстраненность, – Я не хотела тебе докучать. – Вся наша дружба строилась на том, что ты мне докучала, – улыбнулась Рицуко и Мисато повеселела тоже, – Еще в колледже не замолкала никогда. Ты доставала меня с самого начала. – Для этого и нужны друзья! – уверенно заключила Мисато, – А еще для того, чтобы давать советы по отношениям. – Я не собираюсь слушать советы по отношениям от того, кто «встречается», - Рицуко изобразила кавычки в воздухе, – с Рёдзи Кадзи уже… сколько лет? И кроме того, нет никаких отношений, чтобы давать советы. Мне жаль, о великий майор Кацураги, но ваши услуги здесь не потребуются. Мисато закатила глаза, да так, что казалось, вся голова последует за ними. – Дааа, конечно… Но ты хочешь, чтобы у вас были отношения? Рицуко вздохнула: – Помнишь ту часть, где было что-то о том, чтобы не лезть не в свое дело? Или ты освобождена от необходимости соблюдать собственные правила? – Мы дружим уже много лет, Ритси... – Сколько раз я должна повторять вам с Кадзи, чтобы не называли меня так… – И я никогда не оставляла тебе таких милых записок. Рицуко откинулась в кресле и скрестила руки, окинув Мисато равнодушным взглядом: – Ты же знакома с Майей. Просто она такая. – О да, она определенно милая, – кивнула подруга, – И Хъюга упоминал, что она иногда говорит о тебе. – Я ее босс. – Риицукооо, - Мисато от нетерпения начала канючить, – Почему ты не можешь просто попробовать и посмотреть, что произойдет? В худшем случае ты ей не понравишься. Это же не конец света. Ты когда в последний раз встречалась с кем-нибудь? – Ты ведь шутишь, да? В худшем случае это полностью разрушит нашу способность функционировать на рабочем месте, – с нажимом произнесла Рицуко, – Которое, не уверена, заметила ли ты, необходимо поддерживать, чтобы защищать все человечество. Мисато разочарованно оттолкнулась и встала из-за стола. – Ладно, делай, что хочешь. А мне пора идти. Синдзи и Аска, наверное, уже заждались. Рицуко согласно хмыкнула, но ничего не сказала, сделав вид, что не заметила никаких противоречии с тем, что говорилось ранее о самостоятельных подростках. Она не хотела раздражать подругу – это могло привести в очередному спору, и та осталась бы еще дольше. Поэтому она просто молча смотрела, как Мисато уходит. Когда дверь за ней закрылась (не с грохотом, но и не нежно), Рицуко выдохнула и опустилась в кресло, уставившись в потолок. Она не любила ссориться с Мисато. Правда. Она знала, что у нее доброе сердце, но Рицуко просто не могла перестать думать о том, что Мисато, убегая от собственных чувств, постоянно ищет проблемы у других людей. Своеобразная тактика уклонения, и Рицуко не сомневалась, что если бы удалось пересмотреть их студенческие годы, то эта история обнаружилась бы и там. Мисато всегда было интереснее распаковывать чужие вещи, сидя на своих коробках. Но Рицуко не считала себя лучше в этом плане. У нее тоже было прошлое и воспоминания, запертые на ключ. Разница заключалась в том, что она старалась избегать общения с другими людьми, дабы уберечь их от разочарования. Мисато, возможно, хотела бы сделать то же самое, но какая-то необъяснимая сила тянула ее к каждому брошенному щенку, которого она встречала на пути. Она до сих пор помнила тот день, когда Мисато гордо объявила о своей новой блестящей идее - опеке над Синдзи. Все дело в том, что они по-разному пережили опыт одиночества и теперь по-разному к нему относятся. Придя к этому решению, она начала собирать вещи, чтобы пойти домой. Записки Майи невинно висели на доске, наряду с различными напоминаниями, встречами и номерами телефонов, но Рицуко могла поклясться, что чувствовала, как они прожектором светили в ее спину, пока она снимала свой лабораторный халат и вешала его на крючок. Погасив свет, она заперла за собой дверь и вышла.– – –
Рицуко полагала, что ей удалось изолировать тот разговор с Мисато и не позволить ему проникать в ее мысли, однако она прекрасно знала, что это не совсем так. Впрочем, никто в NERV не замечал перемены в ее поведении, а если и замечал, то не говорил об этом. И сама Мисато больше не поднимала эту тему, даже после того, как однажды, зайдя в кафетерий, обнаружила там Майю и Рицуко, болтавших за одним столом. (И все же тогда она метнула Рицуко свой пристальный взгляд). В штабе все шло довольно гладко. Нападений Ангелов не было уже пару недель, и, хотя никто не предавался ложному чувству безопасности, это позволило сосредоточиться на повышении защитных мер и обучении пилотов. Очередное затишье перед бурей, но было бы чертовски глупо не воспользоваться хотя бы временным покоем. Однако, проблемы начинались там, где заканчивался NERV. В рабочее время Рицуко могла собой гордиться - всегда собрана и сосредоточена, даже если отсутствовали чрезмерное давление и стресс. Но за пределами штатного расписания даже ее начинало пугать количество пачек сигарет, которые она уже выкурила, и продолжающая расти гора окурков, переполнявших пепельницу на кухонном столе. Вспомнив полупьяное новогоднее обещание самой себе меньше курить, она усмехнулась, затягиваясь очередной сигаретой, зажатой между пальцами. Черт. Вот тебе и меньше. Уже было глубоко за полночь, она сидела в остывающей ванне и мысленно прокручивала прошедший день, глядя в потолок на застарелые пятна дыма, оставленные похожими ночами. А ведь это был даже не плохой день. В том-то и дело. Это был прекрасный день. Все утро Рицуко наблюдала за командой мостика, проводившей проверку систем MAGI, и хотя она была сосредоточена на руководстве процессом, было невозможно игнорировать то, как Майя оглядывалась на нее через плечо каждый раз, когда она что-то говорила. Можно было списать это на простое уважение – смотреть на того, кто говорит с тобой, или что-то в этом роде – но когда Рицуко один раз поймала Майю на этом, та покраснела и быстро развернулась на своем стуле обратно. Это было странно, но в остальном проверка систем прошла гладко. По-настоящему волнительный момент случился позже, во время обеда. Когда Рицуко зашла в кафетерий, чтобы разогреть в микроволновке остатки еды, Майя сидела за столом с другими членами команды, что было вполне обычным делом. Все они, казалось, хорошо ладили, да и Майя неоднократно упоминала о своей дружбе с коллегами. Также вполне обычными были улыбка и приветствие Майи, когда она заметила Рицуко в другом конце комнаты. Обычным было и то, что Майя в конце концов переместилась за столик к Рицуко, чтобы посидеть с ней последние минуты своего перерыва. Однако, ставшие привычными вещи на этом заканчивались. В этот раз, когда Майя села напротив, она выглядела чем-то взволнованной. Рицуко могла бы даже сказать, что она нервно теребит подол своей униформы под столом. Но прежде, чем Рицуко успела открыть рот, Майя на одном выдохе пригласила ее пообедать вместе на следующей неделе во время длинных праздничных выходных. Она так нервничала, что проговорила все это очень быстро и почти неслышно. Рицуко подняла руку и сделала очередную затяжку, наблюдая, как выдыхаемый дым поднимается к потолку ванной комнаты. Конечно, она согласилась. Но вся проблема была в том, что, когда она согласилась, Майя так изменилась в лице, что у Рицуко сбилось дыхание, словно ей кирпич в живот бросили. Майя выглядела такой взволнованной и счастливой, и эта картина застряла в мозгу Рицуко на весь оставшийся день. Она не позволяла себе даже попытаться думать о том, что стало причиной этих эмоций, пока не вернулась домой и не закрыла за собой дверь. Но теперь, когда она провела целый час за препарированием собственного мозга и сердца, беспокойство начало затягивать узел в ее животе. Докурив сигарету, она дрожащей рукой затушила ее в совсем недавно опустошенной пепельнице, которую принесла с собой в ванную. Рицуко не была дурой. Она понимала, что вероятно, игнорировала свои чувства, по крайней мере, какое-то время. Раз отношения не являлись главным в ее жизни, то и не о чем было беспокоиться, верно? Однако, она не ожидала, какой силы будет эмоциональный удар, когда она не сможет больше это отрицать. Закрыв глаза, Рицуко вздохнула и опрокинула голову назад. Не будь столкновение с кафелем таким болезненным, она, наверное бы пожелала, чтобы это привело, наконец, в порядок ее мысли. И самым страшным во всей этой ситуации было поведение Майи. Сколько бы Рицуко не осуждала себя за неуместное развитие чувств к одному из своих сотрудников, выходящих за рамки рабочих отношений, было похоже, что Майя испытывает то же самое. Она не была готова к этому. Да, бывало, что с ней флиртовали однокурсники еще во времена колледжа, или незнакомые мужчины в барах, когда у нее было время ходить в бары, но это никогда ее особо не интересовало. С ней не случалось ничего такого, что захотелось бы затем продолжить, и уж точно никогда ничего такого, что оказалось бы взаимным. Достав пробку из ванной, она вышла из нее, даже не удосужившись дождаться полного слива воды, осторожно перешагнула через пепельницу и взяла полотенце. Внезапно накатило ощущение клаустрофобии и удушающей влажности, несмотря на холод из-за долгого сидения в остывшей воде. Она уже выходила, но остановилась у зеркала. Сквозь мутный слой конденсата на нее смотрела нелегальная копия матери. Рицуко тряхнула головой, чтобы эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Она не такая. И ситуация тоже совсем другая. Она не позволит этому помешать ее работе, не позволит этому поглотить ее.
