Milles voies conduisent en erreur, mais seul induit à vérité.

Йор, выйдя из спальни Лойда, закрыла дверь и быстро ушла в свою комнату. Оказавшись в безопасности, она села на кровать и прикрыла лицо руками. Какой же дурой всё-таки она была! И что только на неё нашло? Вот надо же было ей обязательно целовать его сейчас. И какого мнения теперь о ней будет Лойд? Наверняка, он считает её какой-то сумасшедшей или бесчувственной. Конечно, сначала всячески унижала, а потом набросилась на него с признанием и поцелуями. — Я такая глупая, — пробормотала она, чувствуя, как её щеки горят от смущения. Лойд открылся ей, было видно, как тяжело давалось ему каждое слово, она чувствовала, что он не врал. А она вместо того, чтобы поддержать его, сделала… Это. Конечно, часть её всё ещё злилась и обижалась на него из-за того, что он был Сумраком. Но когда он признался, выглядя таким открытым, таким честным, она видела в нём только Лойда и никого другого. Она видела в нём своего мужа, которого она хотела любить и которым хотела быть любима. И он ведь действительно был влюблён в неё! Он сам признался в этом. Когда он произнёс это, что-то в глубине Йор кричало, что это правда, что сейчас он не обманывает, что сейчас говорит не холодный и расчётливый Сумрак, а тёплый и стеснительный Лойд. Поэтому она не сдержалась и сделала то, что обычно делали в любовных рассказах — поцеловала. В ней бушевали эмоции, которые были абсолютно разными по своей природе. Ей хотелось целовать Лойда, но ей также хотелось придушить Сумрака за то, что им пришлось пройти через всё это, чтобы признаться. Поэтому она не смогла удержать себя от того, чтобы чуть сжать его горло. Тем более, вроде бы, в какой-то книжке говорилось, что некоторым мужчинам это нравится. Может, Лойд был одним из них, кто знает? Однако вскоре уже Йор почувствовала себя виновато, поэтому она решила в качестве извинения поцеловать его в шею. Это тоже описывалось в книгах, поэтому Йор думала, что это нормально. (Если забыть о том, к чему обычно приводили такие поцелуи). Однако затем Лойд попросил её остановиться. Он, наверняка, чувствовал себя некомфортно из-за её действий. Она должна была прислушиваться к нему. (Тем более какая-то часть внутри неё говорила, что так и надо сделать, чтобы проучить Сумрака) Поэтому она отступила. Ей с трудом удалось сохранить спокойное лицо. Всё-таки она не была уверена в том, стоило ли ей прощать Лойда сейчас или нет. К счастью, образ Терновой Принцессы предал ей уверенности в себе. Йор вздохнула и посмотрела на себя. Она всё ещё была в своём чёрном платье, которое, скорее всего, вызывало много вопросов у прохожих. Всё-таки было довольно прохладно, а она разгуливала в вечернем платье без рукавов. Нужно было поскорее переодеться, потому что Йор нуждалась в небольшом моральном отдыхе от своей второй личности. Да и обработать заново рану тоже стоило. Подойдя к шкафу, Йор взяла первые попавшиеся брюки и кофту с длинным рукавом. Всё-таки они собирались пойти на прогулку с Аней, поэтому особо наряжаться ей не хотелось. Главное, чтобы было удобно. Как только Йор вышла из своей спальни, Аня подбежала к ней. — Мы пойдём гулять сейчас? — спросила она. — И ты ведь не убила папу? Он всё-таки пойдет с нами, да? Йор сглотнула, услышав «убила». Она очень надеялась, что её дочь не знала о её второй работе. Хотя откуда Аня могла знать, если даже великий шпион из Весталиса не знал до вчерашнего вечера? — Да, мы скоро пойдём. Я пока в ванну схожу, а ты можешь одеваться. Насчёт Лойда… С ним всё в порядке, так что спроси его, хочет он или нет пойти с нами, — улыбнулась Йор. Вот только если Лойд пойдет с ними, то это будет катастрофой, ведь Йор не думала, что в ближайшее время сможет смотреть ему в глаза. — Хорошо, мама. Я спрошу папу, а потом очень быстро соберусь! — кивнула Аня прежде, чем поспешила в сторону комнаты Лойда. Йор же зашла в ванную и закрыла дверь на замок. Она только сейчас заметила, что не сняла сапоги. — Когда придём домой, надо полы помыть, — сама себе сказала Йор, расстёгивая молнию на них. Когда обувь была снята, Йор вздохнула. Конечно, её сапоги были удобными, чтобы у неё легко получалось справляться с заказами, однако ходить в них почти полдня было не очень. Даже если она поняла это только сейчас. Затем Йор сняла свой золотой ободок, а потом достала каждую шпильку из своего пучка. Её волосы упали на плечи, а Йор чуть помассировала кожу головы, которая тоже устала от причёски. Слегка потянуло в сон, отчего Йор зевнула, прикрыв рот ладонью. Нет, нельзя сейчас спать. Она же обещала погулять с Аней. Обещание дочери было важнее сна. Йор же по собственному желанию не сомкнула сегодня ночью глаз. Так что она должна была терпеть теперь ради Ани. Расстегнув и сняв платье, а вместе с ним и иглы, которые были закреплены на бедре, Йор почувствовала ещё большую усталость, словно вместе с облачением Терновой Принцессы она теряла энергию, которая поддерживала её более двенадцати часов. Она взглянула на себя в зеркало и грустно улыбнулась. Она знала, что у неё было не красивое тело. Она ведь с подросткового возраста получала множественные шрамы, которые навсегда остались на её коже. Но это была часть её истории. И Йор, честно говоря, не стыдилась их. Она коснулась шрама на груди. Она почти что умерла тогда. Риск был очень высок. Она могла лишиться жизни на том лайнере. И Лойд с Аней, скорее всего, ничего бы не узнали. Точнее, им бы сказали, что произошёл несчастный случай, из-за которого она утонула или что-то в этом роде. Она не хотела думать об этом сейчас. Поэтому Йор открыла шкафчик, где находилась аптечка, чтобы отвлечь себя более полезным делом. Обработав рану и перебинтовав руку, Йор надела свежую одежду. Брюки и кофта совсем не сковывали её движения, чему Йор радовалась. Всё-таки после облегающих сапог и платья такая просторная одежда была в самый раз. Взяв расчёску, Йор причесалась и уже собиралась вновь собрать волосы в пучок, однако в последний момент она остановилась. Она решила, что волосам и голове тоже нужен отдых, потому оставила волосы распущенными. Сложив платье и взяв сапоги, Йор открыла дверь и вышла из ванной. — Ух ты, мама, ты такая красивая с распущенными волосами и в этом новом наряде, — восхищённо сказала Аня, которая до этого играла с Бондом недалеко от дверей в ванную. Девочка уже переоделась в уличную одежду, что немного удивило Йор. Обычно Аня собиралась довольно долго. — Спасибо, — улыбнулась Йор. — А ты уже так быстро собралась? Вот это ты умничка. — Ага, я сегодня мега ультра скоростная, — кивнула Аня. — Папа тоже должен скоро выйти. — О, он всё-таки согласился? — удивилась Йор. — Да, правда он какой-то рассеянный. В облаках вьётся, — ответила девочка. — Не вьется, а витает, это раз. А во-вторых, никакой я не рассеянный, — раздался голос Лойда. Йор, повернув голову, встретилась с ним взглядом. Надеясь, что она не покраснела, она опустила взгляд, разглядывая его. Она ожидала, что он наденет свой любимый зелёный костюм, в котором был и вчера на задании. Однако он выбрал синий костюм — тот, в котором он был, когда они вместе пошли в бар. Однако неизменной осталась одна деталь — таинственная брошь бронзового цвета. Может, это была брошь его тайного агентства? Да нет, глупо. Лойд всегда носил эту брошь. А шпион такого масштаба не мог себе позволить носить вещь с символикой своей организации на самом видном месте. Его бы, наверняка, раскрыли в таком случае. — Ну ты и зануда, папа, — надув щёки, сказала Аня. — Не обижайся, ты же всё равно знаешь, что я прав, — подхватив её на руки, сказал Лойд. Аня счастливо рассмеялась, обнимая его за шею и прижимаясь своей щекой к его. Йор почувствовала, как в её груди разливается приятное тепло от этой картины. Было практически невозможно поверить, что Аня и Лойд биологически были друг другу никем, ведь было в них что-то неуловимо похожее. Да и смотрелись вместе они очень мило. Было легко поверить, что они были кровными дочерью и отцом. — Тебе очень идёт этот образ, Йор, — вырвал её из мыслей голос фальшивого мужа. Йор быстро подняла голову и заметила, что Лойд нерешительно улыбался ей. Йор, чуть смутившись от его слов, заправила одну прядь за ухо и тоже улыбнулась, надеясь, что она не покраснела от этого комплимента. — Спасибо, — кивнув, ответила она ему. — Папа с мамой флиртуют! — весело сказала Аня. — Неправда, — вместе ответили Йор и Лойд, однако их дочь лишь хитро улыбнулась в ответ. — Но, Йор, не сочти за грубость, ты выглядишь уставшей. Может, останемся дома, а ты поспишь и отдохнёшь? — предложил Лойд, обеспокоенно смотря на неё. Неужели она выглядела настолько плохо? — Нет, не переживай, всё хорошо. Тем более я обещала Ане сходить погулять, — отмахнулась Йор. — Вы пока надевайте куртки, а я быстро отнесу вещи в комнату. Лойд не выглядел довольным её ответом, однако Йор всё равно не последовала его совету, и он ничего не мог с этим поделать.

***

Вскоре они уже вышли на улицу. И Йор с первых секунд почувствовала себя неуютно. Вроде, было всё как обычно: Аня шла между ней и Лойдом, который ещё одной рукой держал поводок Бонда. Их домашний питомец шёл неспешно, задавая темп всем остальным. Казалось бы, очередная тихая мирная прогулка семьи Форджеров, но… Но Йор чувствовала, что за ними кто-то следит. Причём чуть ли не с самого их выхода на улицу. Этот кто-то не был новичком, но также не был профессионалом своего дела, поскольку следил он (или же она) довольно незаметно, однако Йор всё равно могла ощутить этот тяжёлый изучающий взгляд на себе, который ловил каждое её движение. Был ли этот кто-то из агентства Сумрака? Но зачем им следить за собственным работником? Или они всё ещё подозревали его в измене Родине? Или же это была та сумасшедшая женщина — Фиона? Она имела все причины делать это, ведь она была глубоко убеждена, что Йор испортила самого лучшего шпиона Весталиса, соблазнив его, что было бы абсолютной катастрофой, если бы это было правдой. Однако… Йор знала, что для Сумрака его страна всё ещё гораздо важнее чего-либо ещё. Йор, честно говоря, собиралась сказать Лойду о слежке, но с каждым шагом усталость становилась всё сильнее, а желание говорить лишь падало. Да и вокруг были люди, которые могли их услышать. Да и Ане, которая находилась между ними, не следовало знать о слежке. Поэтому когда они с Лойдом добрались наконец-то до скамейки и сели, пока Аня убежала играть на площадке, Йор подумала, что посидит две секунды с закрытыми глазами, чтобы передохнуть, а потом обязательно расскажет о неприятном чувстве слежки. Что могло пойти не так, верно? Но стоило ей сомкнуть веки, как Йор поняла, что двух секунд ей совсем недостаточно. Темнота убаюкивала и звала её в гораздо более продолжительный и глубокий сон. Йор не могла противиться. Не после насыщенного переживаниями бесконечно длинного дня. Особенно если рядом был такой тёплый Лойд, чьё плечо стало прекрасной подушкой. Хорошо, ей нужно было пять, а не две секунды, но точно не больше. Ведь так?..