Остановись, Джи!

Джинни очнулась только когда в комнату влетела Эллен, отталкивая её с прохода. - Маркус, пожалуйста! - всё ещё умоляла Максин, сидя перед братом на коленях. Её Эллен тоже быстро, но аккуратно оттолкнула в сторону. - Боже мой, Маркус, что ты наделал? - только сейчас Джинни заметила пустую упаковку от снотворных таблеток в руке парня. Тех таблеток, которые она собственноручно ему вручила. - Он не дышит. Джинни, звони в скорую! - велела Эллен, так как только у неё в руках был телефон. Слёзы застилали глаза и размывали картинку, но Джинни по памяти набирала нужный номер. Длинные гудки в трубке смешивались с рыданиями Максин и собственным громким дыханием. Эллен пыталась вызвать рвоту у сына, кажется, она единственная, кто знал, что нужно делать, или она просто не могла позволить себе поддаться панике: сначала спасти сына, потом всё остальное. Наконец в трубке послышался голос: - Вы позвонили в скорую. Чем могу помочь? Джинни не знала, что говорить. Маркус может умереть, а она стояла и молчала. - Вы меня слышите? - снова раздалось в трубке. - Я не могу, - прошептала девушка, но никто не услышал. - Я не могу! - повторила она громче и упала на колени. Комната начала кружиться и сужаться, воздуха стало катастрофически мало, тогда Джинни вновь услышала голос Эллен: - Макс, возьми телефон Джинни, и объясни диспетчеру, что произошло. Макс тоже была охвачена паникой, поэтому не сразу сообразила что от неё хочет мать. - МАКСИН! ВОЗЬМИ ТЕЛЕФОН, ИЛИ ТВОЙ БРАТ УМРЁТ! - крик Эллен наконец дошёл до дочери, и та начала действовать. Она подошла к Джинни, села с ней рядом, заглядывая в заплаканные глаза. Одной рукой она взяла телефон, а второй накрыла ладонь подруги, и начала говорить: - Нам нужна скорая. Срочно! У моего брата передозировка снотворным. Он без сознания. - Макс продиктовала адрес, умоляя, чтобы машина ехала как можно быстрее. - Пять минут! Мам, они будут через пять минут! Эллен кивнула, но ничего не ответила, всё ещё пытаясь сделать хоть что-то для сына. Максин обхватила лицо Джинни руками, заставляя успокоиться. Они обе старались замедлить дыхание и остановить истерику. Пять минут длились словно целая вечность. Джинни не знала молитв, но она вспомнила всех богов, о которых читала когда-то в детстве, и попросила их сохранить жизнь Маркусу. Наконец, в комнату вошли два медика. Они взяли дело в свои руки: быстро погрузили парня на каталку, и спустили вниз, к машине. - У нас только два места, - сказал один из мужчин, и выбор был очевиден: в машину скорой вошли Эллен и Макс. Джинни же осталась стоять посреди дороги, наблюдая как яркие огни скорой скрываются за поворотом. Только когда машины не стало видно, девушка заметила, что идёт сильный дождь, и она уже до нитки промокла, но она не могла пошевелиться, не могла сдвинуться с места, не могла даже заплакать. Несколько минут Джинни стояла неподвижно, не чувствуя как холод окутывает её тело, пробирая до костей. Она не могла потерять его. Не могла. Не сейчас. В эту самую ужасную минуту Джинни поняла, что любит этого странного парня со скейтом. И не сможет жить, если не выживет он. Джинни сорвалась с места, и кинулась в свой дом. - Мам! Мама! - кричала девушка, поднимаясь по лестнице. Ей было абсолютно плевать, что стрелка часов перевалила за два часа ночи, и что она разбудит всех в доме. Она влетела в комнату. Джорджия уже проснулась от её криков: - Мам, отвези меня в больницу! Срочно! - Что случилось? - подорвалась Джорджия, переживая за дочь. - Что с тобой? - Джинни, ты плохо себя чувствуешь? - вмешался Пол, он же включил светильник, и оба взрослых увидели зарёванное лицо девушки и насквозь промокшую одежду. - Джинни?- Джорджия подскочила к ней. - Маркус! Он в больнице. Он умирает, Мам, - слёзы новым потоком полились из глаз. Джорджия переглянулась с Полом, ничего не понимая, но не задавая больше вопросов, начала быстро одеваться. Пол тоже поднялся с кровати: - Я отвезу вас. - Не переживай, я сама справлюсь, - попыталась убедить его Джорджия. но мужчина был непоколебим: - Ты нужна ей! - Пол кивнул в сторону девочки, которая размазывала слёзы по лицу трясущимися руками. - Хорошо. Давай скорее. - Джорджия взяла дочь за руку, словно ей снова пять, и она снова отчаянно нуждается в своей матери. Они сели на заднее сиденье машины, и Джорджия прижала голову девочки к своей груди. - Что произошло? Что с Маркусом? - Это я виновата. Это я... - голос срывался, и девушка с трудом продолжила говорить: - Маркус не мог уснуть последние несколько дней, а я сказала, что могу дать ему твоё снотворное. А сегодня... - Джинни всхлипнула. - У него передозировка. Он выпил все таблетки. Я не знала, что он... - Тише, - Джорджия поглаживала её по голове. - Ты в этом не виновата, солнце. - Я должна была понять. Ему было плохо. Я его лучший друг, я была его девушкой, и ничего не заметила. - Невозможно понять, что творится в голове у другого человека, Джинни. - Он не дышал какое-то время. Я думала, он умер. - Теперь он в надёжных руках. Всё будет хорошо. - А если нет? Мам, я не смогу без него... - Тш-ш-ш. Не думай сейчас об этом, ладно? Пол вёл машину аккуратно, но быстро. Всего через десять минут они уже вошли в зал ожидания больницы. - Эллен, как вы? Как Маркус? - Максин казалось тоже была на грани панической атаки, а Эллен была крайне серьёзна и сосредоточенна, хотя цвет её лица слился с цветом бледно-зелёных стен больницы. - Мы пока ничего не знаем, - ответила женщина, и предложила Джорджии сесть рядом. Джинни же подошла к Макс, теперь была её очередь утешать подругу. - Мне так страшно, - прошептала девушка, опуская голову на плечо подруги. - Мне тоже, но теперь мы вместе, - Джи буквально ощущала как Максин дрожит всем телом. - Он справится. Он сильный. - уверяла она то ли себя, то ли подругу. - Расскажешь, что произошло? - Джорджия тоже пыталась подбодрить Эллен, но пока не знала как лучше подступить. - Честно? Я сама ничего не поняла. До сих пор будто во сне. Услышала как Макс кричит, а дальше туман... В машине скорой его сердце останавливалось два раза, - наконец, маска Эллен тоже треснула по швам, и женщина, словно только сейчас осознав, что же действительно произошло с её сыном, заплакала. - Эй, не надо, Эллен, - Джорджия теперь успокаивала подругу. - Врачи что-нибудь говорили? - Нет, ничего... Джорджия, если он не выживет, я не знаю, как смогу справиться с этим... - Он выкарабкается. Вот увидишь. Вчетвером они просидели на ужасно неудобных скамейках до четырёх часов утра. Конечно, удобство скамеек никого не волновало. Каждая из девушек погрузилась в собственные мысли и переживания, пытаясь справиться со стрессом своими способами, но они не забывали поддерживать друг друга невесомыми прикосновениями и обнадёживающими взглядами. Наконец вышел врач. Все разом вскочили на ноги, пытаясь прочитать информацию по бесстрастному лицу доктора. - Он жив. Состояние стабильное, но это пока не даёт никаких гарантий. - Что это значит? - переспросила Эллен. - Сейчас он подключён к аппарату ИВЛ, если он сможет продержаться следующие 12 часов, то, вероятно, он выживет, но когда он придёт в себя, и сможет ли существовать без аппаратов, я пока не могу сказать. Эллен обреченно присела на скамью, тяжело выдыхая воздух. - Понимаете, его сердце останавливалось, кислород не поступал в мозг какое-то время, что может вызвать серьёзные последствия. Но мы надеемся на лучший исход. Вера - то, что сейчас вам необходимо, - попытался приободрить их доктор после всего озвученного им кошмара. - Сейчас вам незачем здесь оставаться. Поезжайте домой, отдохните, как только что-то станет известно, мы вам позвоним. - Джорджия, забери Макс к себе, пожалуйста, а я останусь. - Эллен, может ты тоже поедешь домой? Покушаешь? Отдохнёшь немного? - Нет, я останусь, это не обсуждается. - Тогда, я останусь с тобой. - Нет, лучше присмотри за девочками. Им тоже непросто. - Ладно, - согласилась Джорджия, взглянув на утомлённых детей, и сжала предплечье Эллен. - Ты только держись! Уже втроём девушки вышли на улицу. Джорджия позвонила Полу, и попросила теперь уже их забрать. По приезде домой, подруги сразу забрались в кровать. Джинни прижалась животом к спине Макс, обнимая. - Ты как? - Отстойно! - меланхолично ответила вторая девушка и почти мгновенно уснула. Вся эта ситуация забрала слишком много сил и энергии у всех. Вот только Джинни никак не могла уснуть, она всё думала о Маркусе. И чтобы хоть как-то отвлечься от собственных мыслей, решила прогуляться по дому. Она спустилась вниз. За окном уже светало, поэтому в доме тоже было светло. На кухне она обнаружила Джорджию с бокалом вина в руке, и Пола, он был одет в свой рабочий светло-серый костюм. - Ты чего не спишь? - спросила мама девушки, когда заметила её. - Не могу... - Вина? - предложила Джорджия. - Давай, - не отказалась Джинни. - Как Макс? - Не очень... - А как ты? Джинни посмотрела на мать, размышляя над её вопросом: - Тоже не очень... Но у меня такое ощущение, что я не имею права страдать рядом с Макс и Эллен. - Ты не его мать, и не его сестра. Ты знаешь его не так давно, но у тебя точно такие же права на эмоции, как и у них... это нормально, что тебе так больно, - Джорджия сжала руку дочери. Пол доедал свой завтрак, и только сейчас Джинни поняла, что из-за них он совсем не спал этой ночью: - Прости, что не дали тебе поспать перед рабочим днём, - обратилась к нему девушка. - Джинни, не бери в голову. Я смогу прожить полдня без сна, сейчас главное, чтобы Маркус поправился. Я ушёл, а вы хотя бы попытайтесь отдохнуть, - он сжал плечо падчерицы и поцеловал жену на прощание, после чего взял сумку и скрылся за дверью. - Чем займёмся? - спросила Джорджия, осушая уже не первый бокал до дна. Она хотела развеять слишком уж мрачную обстановку, но Джинни было сейчас не до её игр. - Можешь просто полежать со мной? - немного смущённо попросила она. - Конечно, крошка! - они перебрались в гостиную, на диван, где устроились поудобнее, накрывшись пледами. Джинни опустила голову на грудь матери и тут же уснула. Джорджия тоже ненадолго задремала, пока её не разбудила вибрация телефона. Она поднялась, подкладывая под голову дочери подушку, и ответила, уже находясь в соседней комнате, на кухне. - Да? ... Да, Эллен, она спит. Как ты? Что говорят про состояние Маркуса?... Мы приедем чуть позже и заменим тебя, хорошо?... До встречи! - Мам... - позвала из гостиной девушка. - Да, милая? - Как Маркус? - Пока без изменений. Джинни потупила взгляд и закусила губу, поддаваясь нервам. - Но 12 часов ещё не прошли. Всё может измениться в лучшую сторону, - попыталась обнадёжить Джорджия. - А может в худшую... Джорджия сжала ладонь девушки. Всё, что она сейчас могла сделать для дочери - это просто быть рядом. - Пойду проверю Макс. Вторая девушка проспала беспробудным сном до самого вечера, казалось, её невозможно разбудить даже пушками - так сильно она было истощена эмоционально и физически. Когда Макс всё же проснулась, они быстро перекусили и тем же составом вернулись в больницу. Маркуса перевели в палату, изо рта у него торчала устрашающая трубка, благодаря которой он всё ещё мог беспрепятственно дышать. Эллен сидела возле его койки, поглаживая сына по ноге. - Мам?! - Макс подошла к матери и обняла её. - Как он? - По-прежнему, никаких изменений. Увидев бледное осунувшееся лицо подруги, Джорджия предложила пойти прогуляться и выпить кофе. - Ладно. - Макс заняла место матери, а Джинни присела на стул с другой стороны, когда обе женщины покинули палату. - Я не понимаю, прошло уже больше 15-ти часов, но они ничего не делают, - Эллен нервно долбила по кнопкам кофейного аппарата в ожидании спасительного напитка. - Думаю, что сейчас всё зависит только от Маркуса. Если он захочет выбраться, то он обязательно сделает это. Эллен растерянно взглянула на Джорджию, не до конца улавливая смысл сказанных ею слов. - Давай я отвезу тебя домой. Ты еле на ногах стоишь, на тебя больно смотреть, - настойчиво предложила Джорджия. - Ты всё равно ничего пока не можешь для него сделать. А так, отдохнёшь немного дома, потом вернёшься. Девочки с ним побудут. Неохотно, но всё же Эллен согласилась: -Только ненадолго.

***

- Макс, я... должна тебе кое-что рассказать... - неуверенно промямлила Джинни. - Те таблетки... это я дала их Маркусу. Клянусь, я даже не подозревала, что он так поступит... Но мне нужно было сказать кому-то ещё, - быстро протараторила девушка, не зная какой реакции ожидать от подруги. - Прости, я... - Хэй, - Макс протянула руку через койку, и их ладони встретились над животом Маркуса. - Ты ни в чём не виновата. Разве в том, что недоглядела за ним, - усмехнулась девушка со слезами на глазах. - Но тут мы все виноваты... Он явно был НЕ в порядке, но никто из нас этого не замечал, потому что мы были поглощены собственными проблемами. Боже, я ныла из-за того, что на меня обиделась Сильвер, но я не подумала заглянуть к брату и спросить "как он"... - В оправдание нам, он хорошо умеет притворяться... - Это точно, - обе девушки перевели взгляд на бесцветное лицо Маркуса. - Я отойду в туалет,- сказала Макс и быстро выскользнула из палаты. Ладонь Джинни осталась лежать на животе парня, ощущая медленное сердцебиение. - Маркус, если ты меня слышишь…- прошептала она. - … Ты мне нужен! - девушка встряхнула головой, чтобы скрыть набежавшие слёзы от вернувшейся подруги. Внезапно все аппараты неприятно запищали, а Маркус начал дёргаться. - Что происходит? - перепугалась Макс. - Понятия не имею…- Джинни выбежала в коридор за помощью. Медсестры, находившиеся за стойкой регистрации, сразу же заполнили палату пациента. Одна из них, судя по всему, старшая медсестра, вынула трубку, которая пару минут назад помогала ему дышать, но сейчас же, наоборот, только мешала. Парень вздохнул, наконец, полной грудью, и приоткрыл глаза. - Маркус! - Макс уже готова была броситься ему в объятия, но всё та же медсестра её остановила. - Не торопись! Твоему брату нужно прийти в себя, осознать что произошло и где он находится. Макс притормозила, но это ничуть не умалило её радости. Женщина в белом халате провела базовый осмотр, чтобы удостовериться, что все органы и системы организма парня в норме, и кивнула девушкам: - Теперь можно, только без резких движений. Макс подошла к койке и осторожно обняла брата. - Я позвоню Маме! - сказала она и скрылась за дверью. Джинни стояла чуть поодаль, не двигаясь. Она была безумно рада, что Маркус выжил, но её пугали собственные заключения, к которым она пришла, когда парня увозили на скорой. Она действительно всё ещё любит его… - Бро…- с трудом произнёс Маркус и слабо улыбнулся. Наконец, Джинни отмерла. Она подошла к койке: - Я рада, что ты выжил,- она тоже улыбнулась, хотя, на самом деле, хотелось кричать «как ты посмел» и бить в грудь кулаками, но сейчас Маркус был для этого слишком слаб. Он всё объяснит, когда будет готов.