Сын Синего Алмаза: Будущее

Спустя один перенос телепорта, Стар и Синяя Жемчуг оказались в одном из садов Розового Алмаза, что располагались на Земле. Этот сад был закрытым, здесь она обычно проводила время со своими друзьями. Тропинки и дорожки по бокам были окружены кустами роз, широкими скамейками, ягодными кустами. И сейчас человек и самоцвет шли по одной из дорожек, к месту где их должны были встретить. — Так.. я точно не буду там лишним? — чувствовал себя неловко Стар, оказавшись в таком ухоженном и красивом месте. — Нет. Хоть я и хотела устроить эту встречу лишь между своими старыми подругами, но ты там лишним не будешь. Кому как не супругу Синей быть желанным гостем на нашем вечере? — Ты прикалываешься, или серьезно? — не мог тот понять её тона. — Я абсолютно серьёзно, Стар. Расслабься, это просто дружеские посиделки. Тем более там тоже будет новенькая, Белая Жемчуг. — Ну ладно, постараюсь быть спокойным. Эх, просто ведь, до этого я долго общался только с Синей, потом перескочил двенадцать лет и общался только с ляписами. В плане, с кем общался из самоцветов. Будут ли жемчуга такими же неформальными и простыми? — Хм, разве что Желтая может смотреть на тебя свысока, но с остальными я думаю всё будет в порядке. Ты вообще выглядишь довольно обеспокоенным, даже до этого дня. Что такое? — взглянула на него Жемчуг, остановившись от ходьбы. — Мне действительно стоит... Ох, ладно, всё равно мне больше некому рассказать. Я всё не могу перестать размышлять об Орионе и его отношениях. Особенно после того как они сегодня устроили себе закрытую вечеринку. Да и об этом вообще трудно не думать, когда они постоянно показывают свои чувства. Орион ведь ещё растёт и меняется. А вокруг него вертятся девушки, что готовы ради него на всё. Не вырастет ли он от этого.. ну... таким, словно ему всё дозволено. Словно ему можно всё. Может он даже сам не будет этого замечать, но пользоваться слабостями других. Я ведь видел, как Орион и ляписы смотрят друг на друга, они словно... одержимы. Почему ты улыбаешься? — Я уже видела такие взгляды. — Где? — Здесь, — указала она пальцем на его глаза. — И у Синей тоже, когда вы были вдвоём. Это не одержимость, это любовь. И нет, Орион точно не вырастет эгоистом. Такой он человек, что всегда делает что-то, только если знает что другие не против и он не сделает им плохо. Были случаи, когда он например замарал платье Седьмой краской и почувствовал её досаду от этого, он тогда заплакал и винил себя за то что расстроил её. Со временем конечно мы научили его, что это не плохо, и даже если другие почувствовали себя не очень, они не винят его. Он не хочет никого обижать, и влезать к ним в голову чтобы что-то менять тоже не хочет. Я уверена в этом. — Оу, чтож... да, надеюсь ты права и я себе просто накручиваю. Хотя не волноваться трудно. — Это нормально, когда родитель волнуется за своё создание. Было бы странно, если бы это было не так. — Так. Но если ты знаешь, что значит этот взгляд... ты знала и раньше? Раз замечала наши с Синей взгляды? И когда ляписы и Орион стали так друг на друга смотреть, ты тоже это видела? И ничего не сделала? — глубоко в себе, Стар почувствовал возмущение и обиду на то, что Жемчуг не уберегла его сына от неправильных отношений. Даже если эта мысль была глупой, даже если его сын сейчас был счастлив и любим, где-то глубоко в корне разума человека сидела мысль, что жить нужно правильно, как полагается, нормально. Эта мысль, что с детства прививалась ему собственными родителями. — Сложно сказать, когда взгляды любви брата и сестёр сменились на взгляды любви большей. Но да, я их замечала. За годы, трудно было не заметить. Но что бы я сделала? Сказала Ориону, что любить нужно в меру? Оградила бы его от общения со всем экипажем и не выпускала бы из своей каюты? Сказала бы, что сестёр так любить нельзя? Или что нельзя любить сразу нескольких? У меня даже не было аргументов, чтобы объяснить, почему это плохо. Или я сказала бы ляписам сдерживать свои чувства? Они и сами это делали, и не сказать что это шло им на пользу. Здесь не было золотой середины, лишь путь одиночества и сдерживания чувств, или путь их открытия и любви. Я решила, что пусть всё идёт своим ходом. Главным было, что они идут к тому пути, где будут наиболее счастливы. Как завещала Синяя. — Ты.. ах! Не знаю что и сказать. У меня голова кипит. После того как меня разморозили, во мне так и борется старое с новым, желание чтобы сын жил нормально и желание чтобы он был счастлив. Это только моя головная боль, и мне не хочется вываливать её на других... — Я не знаю, как тебе помочь. Могу лишь сказать, что каждый в ответе за свою жизнь. И если Орион не вредит себе, то нет повода вмешиваться в его жизнь. А ему в твою. Ты тоже волен жить и выбирать. Быть может.. ты бы смог снова кого-то полюбить, после Сине.. — Нет! Никогда! — твердо возразил Стар. — Раз уж мы заговорили обо мне, то нет, спасибо, я лучше буду хранить память о годах с Синей в сердце, чем буду с кем-то встречаться, жениться или крутить интрижки. Нет... Я ведь до сих пор люблю Синюю. Очень люблю. Её и только её, — глубоко дышал тот, отходя от эмоций. — Хорошо. И это тоже нормально, Стар. Каждый нормален по своему, пока не разбрасывается дестабилизирующими гранатами. — Пожалуй так. Фух, да. После таких мыслей, мне на каплю, но легче принять то, что жизнь сына всё таки нормальна. По своему. — Угу, — улыбнулась та. — Ну, пойдём, нас наверняка уже заждались, — взяла она его за руку, как друга.

***

— Вы опоздали на две минуты! — негодовала Желтая Жемчуг. — Ах, Желтая, — Синяя вместо извинений просто подошла и обняла её. — Я скучала по тебе. — А, эм... ты чего... я.. э, ладно, не то чтобы мне не хватало тебя, но я приму этот знак, всё же я нахожусь на Кристалле и должна принимать местную культуру, одобренную Розовым Алмазом, — было той крайне неловко, и она не знала, вырываться ей из объятий или ответить на них. — Хихи, да, ты всё такая же, — отпустила она Желтую. — А вот ты изменилась. Сменила прическу, и сама вся какая-то.. смелая. Если так подумать, то поведением скорее ты сейчас подходишь на роль Жемчуга Розового Алмаза. Вот, посмотри на Розовую, она вся такая серьёзная, — они бросили взгляд на Жемчуг, что писала сообщение в планшете. — Розовая, эй, они уже пришли! — О, вы здесь? — удивленно хлопала та глазами. — Извините, просто в последнее время столько работы. Я стараюсь работать даже в выходные, хоть госпожа Алмаз мне этого не позволяет. — Ууу, так ты бунтарка? Нарушаешь указ Алмаза? — усмехнулась Синяя. — Я не.. нет, я просто... — Да расслабься, Розовая. Я просто шучу. А где Белая Жемчуг? — Смотрит на цветочки или что-то в этом роде, за этим углом, — указала им Желтая. — Скажите ей прекратить, не хватало ещё повредить здесь что-то, мы должны быть благодарны за то, что Розовый Алмаз вообще позволила нам здесь находиться. Пока они договаривала, человек и Жемчуг уже пошли в указанном направлении. Стару пока не очень хотелось оставаться с жемчужинами наедине. Пройдя через пару арок из живой изгороди, они увидели её. Светлую Жемчуг, в аккуратном платье со средней пышности юбкой. Её одежда была в пастельных тонах, и сочетала в себе цвета всех младших алмазов: голубые рукава, желтый передник, розовая юбка. На груди у неё располагался белый ромб, а её камень был на лбу. И она занималась тем, что рассматривала розы, и часть из них уже сорвала. — Привет, Белая. Что ты делаешь? — помахала ей рукой Синяя. — О, здравствуйте, — поклонилась им Жемчуг. — Я подумала, что для нашей встречи будет не лишним приготовить всем особый подарок, связанный с колонией Кристалл. Мой взгляд пал на эти цветы, они больно колятся, но довольно красивы. Но.. ам... — не решалась та что-то сказать. — Я нашла белые розы, желтые и розовые, но не смогла найти синие. Извините. — Не страшно, главное внимание, а не подарок. Спасибо тебе, Белая. Тем более что синих роз не бывает в природе. — О, вот оно как... Хорошо, тогда я оставлю букеты с тремя цветами, вот, я уже обрезала их шипы своим копьём, — вручила она им цветы. — А ты довольна инициативная, так недавно тут, а уже изучаешь местную флору, — улыбнулся Стар. — Оу, просто Розовый Алмаз сказала делать все что мы хотим, ведь этот сад создан для её друзей, и друзей друзей, так что... Вот, — подняла она с земли копьё и убрала его в самоцвет на голове. — Розовый Алмаз так доброжелательна. И это место удивительно! — Да, она такая. Ладно, идём, вручишь цветы остальным, — взяла её за руку Синяя. Войдя в беседку, где все расположились, Белая тут же вручила Желтой и Розовой по букету. — Эм, благодарю, я полагаю, — изучала Желтая Жемчуг букет, будто не могла понять смысл, зачем это существует, зачем собирать цветы воедино и вручать, если их и так полно вокруг. — Спасибо, Белая, я поставлю их в вазу позже, — убрала Розовая букет в самоцвет на животе. — А пока что, раз все собрались, полагаю стоит подать угощения. Желтая, Белая, вы будете есть? — Нет конечно! — Да, я попробую, — сказали они почти одновременно, после чего Желтая смотрела на младшую сестру свысока. Самоцветам не полагается поглощать органическую пищу, это не имеет смысла. — Хорошо, — Розовая достала шар, из которого показалась голограмма кварца. — Принесите нам четыре порции, пожалуйста. — Сию минуту, мэм! — отчиталась Розовый Кварц, и действительно, буквально через минуту, к ним пришло двое кварцев, что быстро разложили еду, разлили напитки. — Так, какие у вас новости? — обратилась ко всем Розовая, кушая тортик. — Всё довольно хорошо, с ляписами обустроили новый дом, и сейчас живём там. Ах, да, вы ещё не видели. На свой день рождения, Орион подарил мне эти крылья, — достала она их из самоцвета. — Кто-нибудь хочет полетать? — Ты умеешь летать?! — эмоционально удивилась Желтая, тут же покрывшись желто-зеленым румянцем от сказанного. — Кхм, так что, это так? — Да. Это не так сложно, если часто практиковаться. У нас в семье все умеют летать, даже Стар уже привык, — взгляды обратились на него. — Ну, да, у меня есть антиграциво... в общем пояс для полётов. Порой он неплохо помогает. — Удивительно, прямо как Розовый Алмаз, когда использует свои силы, — улыбнулась Розовая Жемчуг. Где-то в глубине себя обдумывая мысль, что ей тоже не помешали бы крылья или пояс, может даже она бы полетала вместе с Алмазом... Но сейчас было не до этого. — Если можно, я хотела бы полетать, — тихо проворила Белая Жемчуг. — Конечно, держи, — протянула та ей крылья. Жемчуг осмотрела их, закрепила за спиной, где они тут же встали как надо, словно на магнитах. Расправила одно крыло, потом другое. Некоторое время она стояла, закрыв глаза, а после начала танцевать. Изящно и тонко, как могла бы только жемчуг, используя крылья как дополнительный балансир, запрыгивая на перила беседки, а потом и на забор возле неё, после чего в очередном развороте танца, она взлетела ввысь, редко махая синими крыльями, по большей части паря на воздушных потоках. — Красиво, — неосознанно проговорила Желтая, но никто не обратил внимания. Полёт Жемчуг не был похож на скоростные гонки и виражи ляписов и Ориона, он был скорее полётом бабочки на ветру. Жемчуг смеялась, загораживая собой заходящее солнце, поднимаясь всё выше. И с высоты облаков, она увидела, что весь сад был выполнен в форме символа сердца, подобно самоцвету Шпинель. А в его центре был телепорт, открытый для всех друзей Розового Алмаза. Не решившись на крутой спуск, Белая не торопясь спланировала к беседке, в конце врезавшись в розовый куст. — Я в порядке! Почти не укололась, — вылезала она оттуда. — Это было так восхитительно, воздушные потоки, птицы и дроны что летали внизу, и вид на всё это буйство красок! Ради этого действительно стоит летать, — была та очень рада. — Хм, да, возможно и я так однажды взлечу повыше. Но точно не сегодня, — прокомментировал отзыв о полётах Стар. — Кхм, да, это было неплохо. Так, если о новостях, — пыталась Желтая выглядеть безразлично к увиденному. — У нас с Алмазом полно работы, и естественно я во всём участвую и везде её сопровождаю. Ну, почти, есть некоторые дела, куда меня не берут, и тогда мне приходится заниматься рутинной работой. Но в целом, всё хорошо. Вам очень повезло, что у меня нашлось несколько свободных часов и Алмаз одобрила моё здесь присутствие. — О, мы с Белым Алмазом тоже последнее время много путешествуем, и на многих из тех планет тоже была органика, кое-где были кислотные дожди, красные трава и деревья, большие океаны со множеством кальциевых образований. — Кажется, это любимые планеты Синей, — с неуверенностью проговорил Стар. — Возможно. Побывать на них было приятно. Белая разрешала мне везде ходить и всё изучать, лишь быть при этом осторожной. — Белый Алмаз так много позволяет тебе? — удивилась Желтая. Она уже начинала чувствовать себя неуютно. Ей казалось, что уж они с Белой Жемчуг будут здесь образцами нормальности, приверженности дисциплине и воле Алмазов. А в итоге, кажется она здесь самая ненормальная, самая несвободная, и самая... одинокая. Эти мысли противоречили её долгу и раздражали, но от них не получилось избавиться. — Если хочешь, я могла бы попросить, чтобы мы с тобой тоже.. — Попросить?! Ты просишь о чем то Алмаза?! Да что с вами всеми не так? Вы.. вы... Ты, Белая, смеешь просить о чем-то Алмаза! Ты, Розовая, судя по всему выполняешь работу вместо Алмаза, даже отдавая приказы! И не делай вид что это не так, я видела как обслуга из кварцев лепетала перед тобой, сколько всего ты делала в планшете! А ты, Синяя.. ты... — Хэй, всё в порядке, — Синяя Жемчуг подошла к Желтой, и обняла её, поглаживая по голове. — Да, мы изменились. Но ты тоже можешь. Это не плохо, если меняться в лучшую сторону. И никто из не делает того, чего не позволили бы Алмазы. — Всё это неправильно, и даже... — её рот не мог продолжить слова. Она не могла позволить себе сказать, что даже Алмазы стали неправильными. — Это не неправильно, просто сейчас всё по другому. Но это не плохо, это просто изменения. Они не принесли вреда. — И благодаря изменениям, мы смогли собраться сегодня здесь, никуда не торопясь, — поддерживала её Белая Жемчуг. — Разве это не прекрасно? — Может быть. Вообще я... скучала, мне не хватало наших разговоров, когда Алмазы посещали друг друга. Но Синяя сейчас с этими ляписами и человеками, Розовая в этой колонии, Белая вон путешествует с Алмазом, так что они редко появляются у Желтой. Я осталась одна... — Ох, бедная, — обняла её сильнее Синяя. — Может быть... — Нет, стой. Ты наверняка хочешь предложить что-то, что взорвёт мой разум. Но давай не сейчас. Не всем дано летать в первый день, — криво и грустно улыбнулась она. — Да, я понимаю, — отстранилась Синяя, и они вернулись на места. — Спасибо вам всем, но мне пока нужно подумать. Изменения, знаете ли, пугают. — Конечно, — кивнула Розовая. — И помни, ты не одна, Желтая. Тебе здесь всегда рады. — И к нам можешь заходить, только звони заранее, — кивнула Синяя. — Это да, порой даже мне приходится звонить для визита, — пробормотал Стар. — Белый Алмаз не будет против, если ты будешь присоединяться к нам в путешествиях, я уверена, так что можешь и к нам приходить, — была воодушевлена Белая Жемчуг. — Ну хватит уже, совсем вы тут... тут... аргх, не важно! — пыталась та не показывать желто-зеленого румянца. Но на душе ей стало полегче. Если даже алмазы изменились, то может... Может быть, да. Но пока стоит отложить эти мысли. Все вновь вернулись к разговорам, уже о том как Розовая налаживала цепочки производств. Жемчуг, что наладила производство. Воистину нелепость мира. В ответ на эту нелепость, Желтая взяла из тарелки Белой кусочек фрукта, пока никто не видит.

***

Поздно ночью, когда человеку было пора спать и он расположился в гостевом доме, Желтая Жемчуг позвала Синюю на разговор. — Итак, как ты? — спросила Желтая. — После.. смерти Синего Алмаза. — Нормально, — вздохнула та. — Хотя поначалу было больно, и очень тяжело. Одна я бы точно не справилась. — Никогда не хотела бы оказаться на твоём месте. — На месте прошлой меня, что была погружена в боль утраты? Или на месте современной меня, что счастлива? — усмехнулась та. — Это уже какие-то странные вопросы... Кхм, в любом случае, если ты счастлива, то я рада. Я волновалась, эти двенадцать лет. Я думала тебя расколят или сотрут память, и что мы больше никогда не увидимся. — Я тоже думала, что никогда больше тебя не увижу. Прости, что не попрощалась. — Хах, да, конечно, думаю я бы тут же доложила Желтому Алмазу о ваших планах, нда... Странно это. Мы были по разные стороны баррикад, даже никак не контактируя друг с другом, а теперь это не имеет смысла, потому что охота за вами прекратилась. Мне больше нравится, когда мы в мире. — Мне тоже. И это чудесно, что мы снова можем общаться. Даже больше и свободнее, чем прежде. Ты всегда можешь мне писать, звонить, мы могли бы прогуляться по Кристаллу или по другим колониям и станциям. — По Кристаллу, да? Гуляла я тут недавно. Местные грубияны, эти ваши кристальные самоцветы, смеялись у меня за спиной и обзывали луковицей... — Да, некоторых стоит поучить вежливости и такту. Но все самоцветы совершают ошибки, и будем надеяться, что эти грубияны исправятся. И знаешь что? — взяла она её за руку и повела в соседнюю аллею. — Что? — Из луковиц вырастают прекрасные тюльпаны, — показала она ей стройные ряды цветов, в приглушенном свете фонарей: желтых, розовых, красных, местами эти цвета даже смешивались и переплетались. — Ты.. сама ты цветок! — бросила та в неё травой, сдерживая улыбку. — Ха-ха, получай! — Не достанешь, я теперь умею летать! — достала Синяя крылья. — Достану! Именем Алмаза, стой! — погналась Желтая за ней по садам. И их никто не наказал за их за эту проделку, да они ничего и не повредили. Радоваться, без страха что тебе прикажут не улыбаться. Это дарило чувство свободы.