Судьба.

Я оглядел комнату и парней, понял, что хочу ещё двоих и вздохнул с облегчением. Слава богу этот марафон заканчивается, и я смогу отдохнуть. Заслужил. Подобрался Феликс, снова меня осмотрел, сделал заключение, что все в порядке, я спросил может тогда продолжить. — Ну с тобой все в порядке и у тебя много сил. Если считаешь, что готов, тогда давайте заканчивать. — Давайте мальчики кто готов? Ответил мне Сынмин. — Готовы то все и уже давно, но я буду первым. Он уже был возле меня. — Встань пожалуйста на четвереньки, хочу тебя так. — Попросил он. Конечно я встал, он так долго ждал, заслужил поощрение. Я покрутил попкой и опустился грудью на кровать, отклячив попку и расставив ножки, повернул голову, чтоб видеть его. Мда. По-моему, я переборщил со стимуляцией. Сейчас он на меня кинется. Не кинулся. Вот это выдержка, я же вижу, как ему трудно сдерживать себя. Я больше не шевелился. Сынмин наклонился, обхватил мою попку ладонями и стал целовать спину. Почувствовал, как его член начал входить в меня, нежно и аккуратно, хотя по тому, что его тело дрожало, понятно на сколько ему сложно не вломиться в меня сразу, и начать вколачиваться, чтоб получить удовольствие. Но мой мальчик заботился обо мне. Он вошел полностью, сделал несколько движений, а потом обхватил меня за талию и поднял, прижав к своей груди, положил одну руку мне на грудь и стал ласкать, поглаживая и пощипывая, покручивая между пальцами сосок. Вторая тем временем опустилась к моему члену. Он целовал мою шею и ушко. Мы стояли на коленях, и он входил в меня сильно и быстро. Мне не понадобилось много времени, было слишком много ощущений, я кончил, крикнув и забившись у него в руках он кончил вместе со мной. Видимо сокращения при моем экстазе его доканали. Мы бочком свалились на кровать. Нам дали полежать минутки две, прийти в себя. Потом Чонин отобрал меня, лег на спину, посадил меня сверху себе на бедра. — Хочу, чтоб ты принял меня сверху. — Сказал он. Я лег на него, он был большой весь очень большой. Я хотел попробовать сесть на него сразу, пока еще не сократилась после Сынмина. Я поцеловал его, приподнялся, рукой себе помогая приставил член к моей дырочке и начал надавливать, чуть вошло, я привстал и снова опустился, головка вошла. Я снова сел и попробовал подвигаться, и у меня получилось, я опустился ниже и с каждым движением все больше и больше принимал моего малыша. Понадобилось несколько минут, чтоб принять его полностью. Я растянулся до предела, его член уперся мне в (т.к он омега у него есть матка) матку, было немного больно, но оно того стоило. Чонин сел обхватил мой сосок губами, лаская и посасывая, Его член во мне что-то задевал такое, что меня как будто током било. Я орал и кончил несколько раз подряд, когда я забился первый раз он подхватил меня и начал вбиваться в меня сам, он кончал и изливался в меня, а меня это еще подстегнуло и я снова улетел. Потом я, по-моему, опять вырубился на несколько секунд. Очнулся от его поцелуев, Чонин прижав к себе, целовал мне губы, глаза, щеки подбородок, все что находилось на моем лице. — Счастье мое, радость моя, жизнь моя, люблю тебя. Я не верил, дурак, до последнего не верил. — Между поцелуями. — Чонин, милый мой, хороший, все, успокойся, все хорошо, ты со мной. Мой, навсегда мой. Мне очень хорошо было с тобой. — Я гладил его по плечам, рукам, лицу везде где дотянуться мог. — Я уже смирился, что у меня никогда не будет омеги, а тут ты. Как подарок, награда за ожидание. Я так тебе благодарен, что выбрал меня. — Ты достоин любой награды, вы все достойны. Это не я подарок, это вы подарок для меня. Сильные, красивые, умные, добрые, нежные. Я очень вас всех люблю. — Феликс. — Позвал он. — Проверь пожалуйста, у Джисона все хорошо после нас всех? Феликс положил ладонь мне на поясницу, через пару минут сказал. — Все в норме, разрывов нет, но давай уже отпусти его, он устал ему отдохнуть нужно. Чонин прижал меня напоследок, поцеловал. — Как же не хочется тебя отпускать и выходить из тебя не хочется. — Посмотрел на меня. — Обещай, что мы скоро это повторим. — Конечно повторим и не раз. Может всю ночь. Выдержишь? — Как это сладко звучит. Я выдержу все, у меня стоит только от мысли о тебе. — Ответил улыбаясь. За эту улыбку я готов был на многое. Феликс снял меня с Чонина и положил рядом. Обнял, а я с чувством выполненного долга, просто выключился.