Моя душа

В сыром помещении пахло кровью. Казалось, что этот металлический запах пропитал все голые стены. Может, так оно и было, но все видимые следы стёрли. Каждый шаг или шорох эхом отскакивали от бетона, разлетаясь всё дальше по тёмным коридорам, но так и не найдя выхода на улицу, в отчаянии замолкали. Подойдя ближе к мужчине на полу, Харучиё присел на корточки и усмехнулся: — Этими глазами ты пожирал её? — он коснулся кончиками пальцев роговицы глаза и надавил, — Скользил по ней своим похабным взглядом, как животное, — он выплевывает последние слова, между тем, приложив немного усилий, достает глаз из глазницы и легко вертит его на ладони. Ощущать, как от собственных действий рвутся зрительный нерв и мышцы, было хорошо, но ещё лучше было не получать на это никакого сопротивления. Громкая тишина поглотила заброшенное здание, пряча в своих углах тени, которые предвкушающе потирали ладони. Этот вакуум, казалось, наделял безграничной властью. — Но больше ты этого не сделаешь, — он откинул орган на холодный пол и сложил из пальцев руки пистолет, направив его в дыру на лбу мужчины, — Потому что мёртвые не заглядываются на чужих девушек, — Санзу коротко усмехнулся и сымитировал звук выстрела ртом, — Бах. Ответом ему послужило молчание. Губы Харучиё расползлись в довольной улыбке: он напоминал довольного кота, что вот-вот облизнётся, как после плотного обеда. Пару секунд он тупил взгляд на собственных руках, которые были в перчатках. Не хотелось марать руки в таком мусоре. Светло-красные разводы крови на нитриловых перчатках смотрелись красиво. Завораживающе даже, в какой-то степени; не сильнее лица этого ублюдка, конечно же. Тихий шорох одежды послышался во всех углах помещения. Санзу коснулся указательным пальцем тёмной лужи, что расползлась от головы трупа. Кровь была холодной и тёмной. Не задумываясь, парень дорисовал ею улыбку на лице мужчины: — Не грусти, — розоволосый жалостно поджал губы, скорее скрывая весёлую улыбку, чем выражая своё сочувствие. Он поднимается с корточек и разминает ноги, вдыхает родной грудью, ощущая странное удовлетворение, которое разрасталось внутри. Лёгким движением снимает одну из перчаток и тянется в карман за телефоном. Быстро находит нужный контакт и нажимает на вызов, прикусывая нижнюю губу в предвкушении. Лишь неизвестными ему самому усилиями заставляет себя стоять на месте, а не наворачивать круги по бетонному полу. — Привет, ангел! — радостно произносит, когда вызов принимают с другого конца, — Как ты? Я, кстати, с работой уже закончил, так что скоро буду дома. Отходит немного подальше от трупа, чтобы разглядеть его в полный рост — да, он проделал хорошую работу. Теперь в мире на ещё одну тварь меньше, что отравляют кислород, которым дышит его девочка. Санзу медленным шагом приближается к мужчине. Каждый раз звуки от каблуков его дорогих туфель разбегаются в темные коридоры здания. — Ты же скучала по мне? — останавливается между раскинутых ног и улыбается, пряча собственнический отблеск в глазах, — До встречи, мой ангел. Он упирается пяткой в «достоинство» мужчины, лежащего на полу, и резко надавливает, чувствуя как нога проседает в холодной плоти. Девушка, казалось, не заметила, как парень интонационно выделил обращение и завершила вызов. «Надеюсь, от крови тебе не будет гадко, но не переживай, я работаю в перчатках»