Моя душа

— Я, в общем… ах, как это глупо с моей стороны, — девушка недовольно хмурит брови, сжимая в кулачках подол своей юбки. Парень натягивает уголок губ и прислоняется плечом к стене, взглядом окидывая её с ног до головы. Его забавляли метания брюнетки, но он не смел показать ей этого. — Скажи что хочешь, и тогда я отвечу, действительно ли это глупо, — легко хмыкает, ловя ее взгляд серых глаз. Девушка медлит пару секунд, задерживая взгляд на пуговицах его рубашки. Она глубоко вздыхает и произносит, уверенно глядя в его аметисты: — Думаю, ты мне нравишься. Он молчит, не разрывая их гляделки. — Я понимаю, что скорее всего у тебя нет таких же чувств ко мне, но… Я просто не могла бы дальше молчать, — на секунду она отрывает глаза, впиваясь ими в серое и тусклое небо за окном школы. Сомнения предприняли попытку остановить ее порыв, но брюнетка продолжила, — Поэтому мне бы хотелось сохранить наши отношения. Кажется, с ее души упал огромный тяжёлый камень бремени, который напоминал девушке о её мыслях в сторону своего лучшего друга. Но, может быть, он уже и не друг? Что будет, если Хайтани вздумает отказать и вовсе порвет с бедной девушкой все связи? Безусловно, это разобьёт ей сердце. Она прекрасное понимает, что сама решилась на такой резкий шаг вперёд — так почему же она вся дрожит, как кленовый лист на ветру, ожидая ответа? Наконец, Хайтани отталкивается от стены и делает пару шагов к ней. Его рука накрывает её макушку — дурацкая привычка парня, которая всегда ее просто выводила из себя: — Конечно, без проблем, — произносит он и улыбается, слегка прикрыв глаза, — У нас же с тобой «Les amitie‌ amoureuse» — Аме… что? — вкидывает вопросительно одну бровь вверх, пытаясь скинуть его руку со своей головы, — Это ведь значит, что мы все еще друзья? — Верно, — Ран поддается ее порыву и убирает руку в карман, — У меня еще есть дела, так что… Увидимся завтра. Ран разворачивается, поправив школьную сумку на плече, и идет в сторону выхода. — Пока, — машет рукой, не поворачиваясь к девушке и скрывается за поворотом школьного коридора. Она осталась стоять в темном коридоре, чувствуя, как по щекам прошёлся жар, оповещая то ли о смущении, то ли о подступающих слезах. Её глаза были устремлены в пустоту, а запутанные мысли вертелись лишь вокруг одной сказанной парнем фразы: «Les amitie amouruese» — любовная дружба.