Без будущего

Проснуться в одиннадцать для него было в новинку. Может из-за позднего подъема, но у парня болело всё тело. Прежде чем пойти в душ Макс решил размяться. До того как у него появился хороший доход он снимал напряжение физическими упражнениями. Пусть он и чувствовал себя помятым после сна, но настроение было приподнятым и он решился на пробежку. Он пробежал несколько кругов в парке возле дома, от чего еле поднялся на свой этаж и упал на кровать тяжело дыша. Он отключился прежде, чем в его голове промелькнула хоть одна мысль. Второе пробуждение было более приятным. Мышцы тянуло, но он чувствовал себя гораздо лучше. После водных процедур Максим устроил генеральную уборку, которую так, кажется, ни разу в жизни и не довел до конца. А закончив, наконец решил поесть. Открывая холодильник, он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, но стоило поднести вилку ко рту, как подступила тошнота. Вскочив со стула, парень понёсся к унитазу. Максим проработал за ноутбуком весь день, так ничего и не съев. Сегодняшний завтрак отправился в урну. Он собрался за два часа до выхода и уже пятнадцать минут ходил по комнате, то смотрясь в зеркало, то на экран телефона. Идти на ужин не хотелось. Все мысли были о нём и все они пугали. Наконец собравшись с духом он вышел из квартиры. Дорога улучшила настроение и Макс уже ни о чём не переживал. Но стоило подойти к знакомому подъезду и он забыл, как дышать. Дима стоял в свитере и домашних тапочках и крепко обнимал девушку. Вдруг они отстранились друг от друга и девушка его поцеловала. Максим с хрипом вдохнул. «С чего я вообще взял, что ему нравятся парни?» Девушка что-то сказала на прощание и убежала. Дима выдохнул пар, на улице было холодно, он подёрнул плечами и закурил. — Холодно, ты чего здесь стоишь? — Макс накинул шарф на плечи парня. — Ты вечно пытаешься меня укутать. Ты что моя мамочка? — Мне становится холодно от одного взгляда на тебя. Пошли в дом. Парень пожал плечами и зашёл в подъезд, кинув окурок куда-то в сторону урны. — Тут немного грязно, — от открывающейся входной двери потянуло алкоголем и сладкими духами. — Ко мне приходили подруги. Я не успел убрать. — Кажется, вы неплохо повеселились — Макс хмыкнул глядя на разбросанную одежду, бутылки из-под выпивки, тарелки с едой и окурки. — Прости, день не задался, — Дима виновато прятал глаза. — Я потом всё уберу. Давай сегодня поедим на кухне. — Тебе не нужно извиняться. Это твоя квартира. Дима впервые за сегодня поднял на него глаза: — Значит я могу делать что угодно? — В рамках закона… и приличия. — Приличия? — губы парня скривились в усмешке. — Думаешь я тут бордель устрою? — Просто не хочу чтобы тебя выселили. Это приличный район, да и я порекомендовал тебя, как квартиросъёмщика… — Переживаешь за свою репутацию? — Если меня уволят, кто будет платить за квартиру? — Я и без тебя как-то раньше обходился, — зло кинул. — Я не говорил… — Макс повысил голос, но потом вздохнул и потёр бровь, — я просто хочу, чтобы у тебя была хорошая жизнь, — выдохнул парень, разглядывая розовое пушистое нечто валяющееся на полу. — И что это такое «хорошая» жизнь? Макс устало глянул на Диму: сарказм и едкие замечания парня уже порядком надоели. Обычно его манера речи очаровывает, но сегодня всё по-другому. — Что случилось? Дима скрестил руки на груди и поджал губы. — Просто неудачный день… — он хотел отмахнуться, но встретившись глазами продолжил, — давай расскажу за ужином. И не дожидаясь ответа парень пошёл на кухню. Прежде чем последовать за ним, Макс не удержался и пощупал розовое боа. «Странно видеть такое в гардеробе парня.» — Тебе помочь? — Всё готово, нужно только разогреть, — Дима достал заранее приготовленную еду из холодильника. — На самом деле, я бы сходил в душ и проветрить бы не мешало. Справишься сам? — Да, без проблем. Дима ушёл в спальню, оставив Макса наедине с плитой. «Так, ну разогреть то я должен суметь.» Из ванной донеслись звуки душа. «А как плита включается?» Вода затихла, послышались шлепки босых ног и какое-то шуршание в гостиной. «Я точно в ту сторону кручу?» Открылось окно. «Может сломалась?» — Что ты делаешь? — голос Димы прозвучал слишком близко и Макс подпрыгнул от неожиданности. — Разогреваю… Он хмыкнул как-то игриво: — Ты плитой никогда не пользовался? — Что? Пользовался конечно! Лет десять назад, — парень смутился и отошёл от плиты, — мне это как-то не нужно было. — Ладно, просто присядь. Я сам всё сделаю, — обычно ровный голос Димы сейчас звучал звонко. Макс улыбнулся: — Прости, на кухне я бесполезен. — Ничего, мне нравится готовить. Дима поставил кастрюлю на плиту. — Значит это твоя мама тебя научила… Прости. — Всё в порядке. — Какой она была? — Она была доброй, — он улыбнулся, а потом помрачнел: — слишком доброй и слишком слабой. «Он кажется впервые улыбнулся. Что ему ответить? Моя мать была не той женщиной, которой можно было бы гордиться. Пускай она и моя мать, но особой любви я к ней не питаю, как и к отцу. Они до сих пор живут в том унылом городишке из которого мне посчастливилось сбежать. Каждый месяц я отправляю им деньги и на этом наше взаимодействие заканчивается.» — Когда она умерла? — Три года назад. 27 мая. В субботу. Я радовался началу лета. Мама пошла в магазин, она хотела купить тортик в честь конца учебного года. Сердечный приступ… Его голос дрожал, а всё тело трясло. Когда Макс подошёл и обнял его, Дима схватился за него, уткнулся носом и взвыл. Максим сглотнул тяжёлый комок. Через какое-то время парень притих, но Макс не отпускал его. Так они и стояли пока Дима не оттолкнул его. Вытирая лицо руками он пошёл в ванную перед этим сказав парню: «присмотри за борщом». Когда парень вернулся борщ уже был готов и Максим безуспешно пытался разогреть блинчики так, чтобы те не пригорели. — Нужно огонь убавить. — Вот так? — Ага, у тебя неплохо получается. — Спасибо. Ты в порядке? — Да. Дальше я сам. — Я хочу помочь. — Тогда поставь чайник. Чай во втором шкафу слева. Там же и кофе. — Тебе что? — Чёрный и две ложки сахара. — Любишь сладкое? Я ещё в тот раз в кафе заметил. Сколько пакетиков с сахаром ты использовал? Три? — Да, я люблю сладкий чай и что? — Ты не разу не заказывал десерт. — Там было только мороженное. — Не любишь мороженое? — Оно холодное. Я легко мёрзну. — Но при этом ходишь вечно раздетый. — Это уже твои фантазии, — он хитро улыбнулся. — Нет, правда, как это работает? Дима пожал плечами. Сейчас казалось, что его настроение улучшилось и Макс решил не портить всё расспросами, но Дима сам поднял тему: — Она беременна. От неожиданности Максим замер с чайником в руках и осторожно ответил: — Твоя девушка? — Что? Нет! Я бы никогда так не поступил! — Извини, я не совсем понимаю… Видимо, это не планировалось. Аборт? — Как у тебя всё легко, — голос Димы сорвался, рука дрогнула и он уранил ложку, которой перемешивал салат. — А отец? — Он не тот человек с которым можно растить ребёнка. — Если ты не расскажешь всю историю вряд ли я смогу помочь. — А как ты вообще можешь помочь? — Я могу найти психолога, приют или сообщество помогающее матерям-одиночкам в зависимости от ситуации. Я понимаю, что ты волнуешься за свою подругу, но стоит остыть и подумать. — Прости, это слишком личное для меня. Вот я и перегнул палку. — Всё нормально. Я практически заставил тебя всё мне рассказать. Давай спокойно поужинаем, а как будешь готов, то продолжим этот разговор. Дальше они провели вечер в тишине. Макс решился нарушить тишину только, когда ужин уже подошёл к концу: — Спасибо большое за ужин. Очень вкусно. Наверное было сложно всё это приготовить? — Дима не ответил и парень решил, что пора идти. Он уже встал из-за стола, когда Дима обратился к нему: — Знаешь… ты по своей прихоти дал мне эту квартиру и… — он говорил опустив голову так, что Макс не мог видеть его лица, — если ты по своей прихоти её заберёшь, я просто умру в какой-нибудь канаве… Макс опешил, он впервые видел парня в таком состоянии: казалось тот сейчас расплачется. Это совсем не вязалось с обычным поведением парня и Макс не удержался. Он подошёл и сел перед Димой на корточки, взяв его за руки: — Тогда ты должен использовать меня так, чтобы и без этой квартиры у тебя всё было хорошо, — он развернул ладони Димы вверх и опустил на них голову. Дима поднял лицо парня и Макс снова мог любоваться его пронзающим взглядом. И пусть его глаза покраснели, менее волнующими они от этого не стали. — Что ты хочешь завтра на ужин? — своим чуть хриплым голосом он произнёс фразу, дающую понять, что Макс таки сумел заполучить каплю хрупкого доверия. — Свиные котлетки. Дима тихо посмеялся: — Хорошо. Его печальный вид и тихий смеющийся голос пленял. — Ты восхитителен, — еле слышно прошептал Макс. Дима вздрогнул, поджал губы, внимательно рассматривая лицо в своих руках. — Тебе пора, — Дима уронил руки себе на колени и отвернулся. — Я что-то сделал… — Уже поздно, — предугадывая вопрос, ответил парень. — Я дам тебе что-нибудь на завтрак, — встал и ушёл на кухню, прихватив пару тарелок. «Опять ляпнул не подумав.» — Я помогу тебе убрать со стола. — Это лишнее. — Извини за те слова, вырвалось. — Всё в порядке. — Нет, если они тебя задели. — Я в порядке! — Дима сунул в руки мужчине уже собранный пакет с едой, — не забудь вернуть судочки. — Ой! — Что? Максим вспомнил, как не задумываясь выбросил посуду вместе с содержимым. — Я тебе ещё те не вернул. «Нужно будет купить новые.» — Завтра принесёшь всё вместе. — Хорошо. Под тяжёлым взглядом парня Максим больше не решался заговорить о недавнем и они распрощались. Настроение у мальчишки скачет галопом, только успевай глотать пыль.