Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Мне не хотелось больше дышать, и в тоже время я ощутила себя свободной. Вьюга торжествовала. Она, наконец, вынудила меня разорвать единственную хрупкой связь с мужчиной, подарившим мне тепло. Стены льда снова сомкнулись вокруг меня, пока я медленно поднималась по лестнице в тронный зал Ледяной Башни. Возможно, этот профессор, Авалон, был прав. Чем скорее я займу свою голову чем-то, кроме Палладиума, тем быстрее снова вернусь в колею. Я упала на трон и была не в силах даже поднять руку. Единственное, что утешало, это то, что я отправила всех своих стражниц в обязательный отгул. Сегодня мне хотелось побыть одной и подумать, зачем я вообще позволила себе сблизиться с этим мужчиной.  В этом была моя вина. Его тепло, улыбка и непосредственность, добро, которым он окутывал меня, так напоминали мне о старых, давно забытых временах. О том чувстве лёгкости, о счастье, которое могло быть и было до Вьюги. Теперь я сидела на своём троне и чувствовала, как она выедает в моей груди дыры. Вьюга не оставляла шанса на счастье, в этом было моё проклятие. И чем лучше мне становилось с Палладиумом, тем больнее мне было потом. Эти качели вынести было почти невозможно. Стоит только приблизиться к тому, что, я забыла, являлось блаженством, её холодные ледяные руки дотягивались до меня, брали железной хваткой и тащили на самое дно. Чем лучше, тем хуже будет потом. Такого спада жизненных сил я не испытывала даже, когда Огрон своими руками отнял мои крылья. Даже его предательство не наносило таких ран, какие Вьюга оставляла на мне в расплату за тепло, которое я получала в объятиях любимого мужчины. Любовь. Я испытывала такие чувства лишь раз за всю свою долгую жизнь, и то та история закончилась трагично. Пока наша любовь с Палладиумом не убило нас двоих, мне нужно было всё прекратить. Эльф понимал, что мы не могли быть вместе. Я раскрыла ему все мои тайны, дала коснуться самых глубин моего сердца. Обнажённой перед тысячной толпой было бы проще стоять, чем позволить себе перед кем-то быть такой откровенной. Но он не ранил меня, и я знала, другого такого я больше не встречу.  Я перевела взгляд за окно. Лучи рассветного солнца играли в ледяных кристаллах, напоминая о том, что жизнь продолжается. Я прошлась острыми ногтями по ледяному шару на постаменте передом мной. Он безошибочно говорил, что в Башне я абсолютно одна. Без арктических фей вокруг мне абсолютно нечем было себя занять. Летать не хотелось, есть тоже. Ровно как и спать или играть на фортепиано. Мне не хотелось даже читать. Вьюга отбирала все мои симпатии, замещая их беспросветной апатией. Мне и дышать становилось тяжело. Возможно, подумала я, это очень хорошо, что такого, как Палладиум, я больше не встречу. Я поднялась с трона и поволокла свои ноги в сторону единственного места, где я могла быстро испытать сильную боль, чтобы Вьюга поскорее оставила меня в покое.  В подвале было темно. Я затворила за собой дверь, и спустя время бледной подсветкой от пола очертился силуэт сидевшего на стуле мужчины. Он был в той же самой робе, как и в день, когда он погиб. Почти погиб. Тэмин¹ не дышал и не двигался. Он не закрывал глаза и ничего не хотел. Жизнь покинула его тело, но оставила после себя призрачное ощущение, что не давало ему обрести покой. Впрочем, в этой оболочке уже давно не было Тэмина. Я села у стены, заставляя себя смотреть на то, что с ним сделала Вьюга. На то, что с ним сделала я. В груди заболело, Вьюга торжествовала. Слёзы, срываясь с ресниц, тут же леденели на щеках, и я не могла перестать плакать. Вот во что Вьюга превращает жизни других!? Вот на что годна самая могущественная сила льда во всех измерениях! Я должна была коснуться ей Огрона². Лишить его всех чувств, всех алчных желаний, всей страсти, с которой он стремился нас убивать, но вместо этого я отняла жизнь у Тэмина. Последнего сильнейшего колдуна на Земле. Вместе с ним умерла часть меня, вместе с ним умерла и Гильдия Огня³. Земля осталась беззащитной на долгие столетия, и я не смогла это предотвратить, потому что боялась Вьюгу. Потому что надеялась, что справлюсь другими силами, что их будет достаточно. Но Звёзды Смерти⁴ было недостаточно, каким бы пафосным не было её название. Огрон был сильнее. Чёрный Круг был сильнее нас всех. Я слишком долго откладывала принятие Вьюги лишь для того, чтобы жизнь и любить Тэмина, чтобы в одночасье так его потерять. Как я ошибалась, и цена за ошибку была очень высока.  Я прижалась к ледяной стене. Воображение так и рисовало сидящего рядом с Тэмином Палладиума, такого же холодного и безжизненного. Возможно, мне давно пора было отпустить их обоих, а, может, и не начинать ничего. Та любовь, которой эти мужчины любили меня, сделала несчастной всех. Когда слезы перестали стекать по щекам, когда пустота осела внутри меня вместе с острой болью, что стала притупляться со временем, проведённом в подвале, я поняла, что больше такого не допущу. Я не допущу быть с мужчиной, способным сделать меня настолько счастливой. Пока проклятье Вьюги не будет разбито, пока моё ледяное сердце бьётся в груди, я не подпущу к себе того, о смерти которого я буду так сожалеть.