Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Я провёл несколько часов изучая останки Дорна, собирая анализы и проводя те, что мог, прямо на месте. Феи-стражницы не сводили с меня глаз, но всё, что мне оставалось, это ставить галочки напротив пунктов, уже составленных до меня королевой Дианой. Наши результаты сходились, и как бы мне ни было обидно это признавать, я не привнёс ничего нового в расследование этого дела. Но даже уже понимая это, я не спешил завершаться и уходить. Призрачная надежда ещё раз столкнуться с Авророй в кабинетах приковала меня к лабораторному столу, к стерильному кабинету и скальпелю в мои руках. Возможность снова побывать на родине Авроры, — уже одно это делало меня чуточку счастливее, пусть и чувство это было иллюзорным и таким одиноким в своём молчаливом добровольном изгнании. Солнце село. Стражницы зажгли сферы. Результаты последних анализов, которые я мог провести здесь, были готовы, и я, в очередной раз протяжно вздохнул, вписал в колонки те же слова, что оставила до меня Диана со своими помощницами. Амазонским феям не стоило смотреть на меня со столь плохо скрываемым презрением. В научной работе нет ничего плохого, чтобы прийти к похожим или пусть даже идентичным результатам. — Передайте это своей королеве. Они приняли документы, и направились сопровождать меня к выходу из дворца. Мне было любопытно, каким был приём Авалона на Тир На Ног? Мне доводилось слышать от Фарагонды, что его лично встречала королева Небула. Я был удостоен только аудиенции старших помощниц амазонской королевы. Это не задевало меня само по себе. Как исследователь я не стремился окружить себя регалиями или людьми, их носящими. Но что неприятным осадком копилось под коже, так это понимание, что даже в таких мелочах Авалон оставался на шаг впереди. Быть паладином означало быть воином, но премудрости битвы не единственное, чему обучали в Крепости Света. Авалон был превосходным дипломатом, по крайней мере, таким мне рисовался его образ за долгие годы нашего знакомства. В меру строгий, но гибкий и проницательный. Было неудивительным, что Фарагонда согласилась отправить его на переговоры с королевой Небулой в это неспокойное время. Мой взгляд остановился на тонкой линии света закатного солнца, алой, будто полыхающей, прибитой сверху свинцовым полотном облаков. Мы минули лестницу и снова оказались в продольном коридоре, по одну сторону которого были распахнутые окна. Томительный аромат вечерней грозы сгущался в остывающем после жаркого дня воздухе. Я ослабил воротник рубашки, и за этим жестом меня застала фея Справедливости. Я замер. И феи за моей спиной тоже замерли. Сибилла смерила нас взглядом и коротким жестом руки приказала стражницам уйти. Оставалось только растерянно смотреть, как юные воительницы без слов выполняют приказ наставницы, оставляя меня с ней наедине. Её присутствие казалось искрящимся светом, таким же ясным и алым, как догорающие угли в камине, как закат в его последнее мгновение перед неотступной ночью. Я позволил тишине настоятся между нами, и лишь затем осмелился заговорить: — Я обескуражен, признаться, — поклонился. — Старшая фея Сибилла, я полагаю, у вас есть ко мне разговор? — Конвой для союзника, протягивающего руку помощи в момент нужды, мне кажется излишним. Не говоря о том, что Тир На Ног уже довольно давно поддерживает тёплые отношения с Алфеей, а вы — доверенный подчинённый мисс Фарагонды. — Боюсь, что королева Диана немного иного мнения. — Вы нашли что-то новое? — Не могу так сказать, но я планирую продолжить работу в школе. Как и амазонские феи, я также нашёл маги-частицы, которые, полагаю, могут быть недостающими частями формула яда или же продуктами его распада. — Всех ещё интересовали насекомые. — Да, те, которые вырвались из глотки Медиуса Дорна и отравили Аврору. К большому сожалению, но мы не нашли их следы в пищеводе. Хотя я сделал мазки, брал кровь у королевы Авроры, изучал, но видится мне, создатель этого заклинания подошёл к делу серьёзно. Мы навряд ли будем способны понять, что это была за сила, по крайней мере, пока. — Полагаю, лучшее, что мы можем пока сделать, это не сражаться в одиночку. Я помедлил, а затем согласно кивнул. Мне внезапно захотелось куда-то день руки. Я теребил замки на сумке, затем принялся за край рубахи, но, как Сибилла заметила мою немотивированную нервозность, я завёл руки за спину и сцепил в замок. Женщина глубоко вздохнула. Она выглядела совершенно, будто доведённая до идеала фарфоровая фигура. Лёгкий ветер теребил её рыжие волосы, и карминовые лучи света играли в её неповторимых янтарных глазах. Длинные ресницы дрожали, но с губ её почему-то не сходила полуулыбка. Я с прищуром всмотрелся в её аккуратный профиль, замерев. — Профессор Палладиум, вполне вероятно, что скоро ваша лояльность будет проверена на прочность. — Это ваше предсказание для меня? — Наблюдение. Моя магия прорицания работает немного иначе, чем её обычно себе представляют. — Если позволите, я хотел бы узнать об этом больше. Иногда мне кажется, предвидь я наперёд, во многом поступил бы иначе. Хотелось бы верить, что во всём это есть какой-то смысл, и что всё неизбежно закончится хорошо. — Не могу вас в этом ничем обнадёжить. Я невольно усмехнулся. — Вас мучают чаяния смертных. — Пусть я эльф Запретного Леса, это не делает меня вечно живущим, хоть я и проведу на этой земле намного больше, чем отведено другим. — Профессор Палладиум, вы скучаете по дому? — Не более, чем должно блудному сыну. Я покинул Запретный Лес достаточно давно, чтобы смириться с тем, что по-настоящему уже никогда туда не вернусь. Но порой смирение перед горем приносит больше боли, чем столкнуться с ним лицом к лицу. Её светлое лицо озарила лучезарная улыбка: — Теперь мне ещё яснее, почему вы занимаете особое место в ледяном сердце королевы Авроры. К щекам прилила краска. Сибилла в последний раз взглянула за окно и проплыла мимо меня, коротко кивнув на прощание. Я спешно покинул дворец и уже через час докладывал о результатах исследований директрисе Фарагонде в её кабинете. В дверь постучались, и к моему неудовольствию на пороге оказался Авалон. Директриса пригласила его присоединиться. Я позволил себе не поворачиваться, чтобы встретить друга лицом. Выслушав последние доводы, паладин скрестил руки на груди, и произнёс: — Я полагаю, нам потребуется приложить все усилия, чтобы вести не дошли до Крепости Света. Мне удалось сгладить углы с инцидентом на Диких Землях. Совет остается в неведении, директриса, — в полупоклоне закончил он, и женщина одобрительно кивнула в ответ. У меня волосы встали дыбом от его слов: — Какие у нас есть основания скрывать эту информацию от Крепости Света, и, что важнее, от королевств Магического Измерения? — Королевств сотни, Палладиум, ты хочешь известить всех, чтобы что? Все знаю, что королевства не умеют договариваться между собой, и в лучшем случае, найдутся те, кто буду спекулировать на этой теме. — Нам требуется тщательно обдумать решение, — остановила нас директриса. — Случившееся может повлечь большие потрясения для Магического Измерения, и пока у нас ещё есть время, отправить вести через Винкс будет нелишним. Мы привлечём к делу Андрос, Солярию и Домино. По коже прошёл жар возмущения: — Но, директриса, стоит ли мне напоминать, что планеты наших учениц далеко, совершенно далеко не единственные, кому может угрожать опасность? — Я понимаю, о чём вы говорите, профессор Палладиум. Однако, большинству планет будет так или иначе нечего противопоставить угрозе. Для их защиты придётся привлечь Винкс. Не говоря уже о том, что в свете минувших событий с Валтором и Тританусом, полагаться мы можем исключительно на эти три державы. — И я уверен, — подхватил Авалон, — старшие феи первыми примут меры, если хотя бы тень Магов Чёрного Круга промелькнёт в Магиксе. Крепость Света любит сгущать краски и пользоваться кризисными ситуациями, чтобы установить свои власть и порядки. Будет лучше не давать им лишнего повода покидать стены зала собраний. То же я бы мог сказать об Эраклионе и Зените. — Линфея не станет предпринимать никаких активных действий, пока угроза не проявит себя достаточно серьёзно, — продолжила Фарагонда. — И говоря о Мелодии и более мелких державах, мы не можем доверять им. — К сожалению, Палладиум, — уверенно заключил паладин. Между Авалоном и Фарагондой повисла нить безоговорочного понимания, и меня, хоть это я изначально представлял директрисе доклад, посетило чувство, что и в этой компании я становлюсь лишним. — Тогда я полагаю, мои услуги больше не нужны. — Благодарю за помощь, — Фарагонда приняла от меня папки и взглядом проводила за дверь. Авалон не последовал за мной. Я простоял в коридоре несколько минут, но друг так и не показался, и я поспешил вернуться в лаборатории. Как бы там ни было, Авалон и Фарагонда знали больше, чем остальные в Алфее. Меня душило чувство беспомощности. Я вошёл в свой кабинет и упёрся ладонями в стол. — Профессор Палладиум? — Профессорка Дафна? — Извините, я не хотела вас тревожит. Рокси разрешила мне воспользоваться кабинетом, чтобы, — документы посыпались у неё из рук, и девушка не знала, стоит ли тут же кидаться их собирать или немного подождать. Последний листок упал к моим ногам, и я поднял его: — Вы повредили рукописи? — Д-да, была неосторожна с заклинанием, и вспышка света сожгла часть чернил… Я надеялась, что у вас найдётся что-то, что могло бы проявить их. — Определённо… Я оставил Дафну собирать бумаги, а сам начал копаться в стеклянном шкафу. Выудив несколько порошков и склянок, смешал нужный состав, растворил в воде, и мы вместе с коллегой погрузили их на полчаса. — Вы выглядите усталым, профессор, — неловко заметила принцесса Дафна. — Последние дни выдались на удивление тяжёлыми… Я, признаться, уже не знаю, что делать. — Вы насчёт мистера Дорна? — А? Нет. Да. В смысле… Голова идёт кругом, честно говоря, — я упал в кресло. — Дорн и его яд это полбеды. Вероятность нападения на Алфею не так велика, но… тёмные маги никогда не останавливаются после одного хода. Вы не застали их, так ведь? — Я многое узнала от Блум. — Точно, вы же сёстры. Тогда вы должны знать, насколько они опасны. И что те, кого мы хотим защитить, могут быть в опасности. — Но вы же только что сказали, что вероятность нападения на Алфеи низкая? Я взглянул на её открытое лицо и распахнутые глаза. Переживя всё, переживя проклятие Сиреникса, профессорка Дафна осталась непосредственной, сильной и настоящей. Вышла замуж. И однажды должна была стать королевой Домино. Золотые волны её волос напомнили мне об Авроре. Вот, какую жизнь я желала для феи Севера, только в этой несравненной картине счастья снова являлся паладин… Я сжал кулаки и процедил: — Я боюсь, что говорю не о студентках, профессорка Дафна. Одной из старших фей угрожает опасность, и я боюсь, что целью этого Огрона может стать именно она. Она… проклята, и пока не найден способ снять это проклятье, фея уязвима перед ним. — Мне так жаль, профессор… Вы, должно быть, близки с этой феей. — Были… близки. Я провёл пальцами по раствору. На страницах уже стали проявляться выцветшие символы, — знакомые слова. Я обернулся к коллеге. — Пояс Афероны? Почему… вы искали о нём информацию? — Мисс Барбатея попросила меня собрать всё, что мне известно, о нём и планетах, входящих в его состав, и о… — Проклятье Вьюги. — Она сказала, что это важно для вас, и я вызвалась помочь. Если это личное… — Это не то, чтобы не личное, — я закрыл от усталости глаза на полминуты. — Я не уверен, что сам в том положении, чтобы пытаться ей помочь. — Думаю, если бы она знала о том, как вы о ней переживаете, она бы не стала держать на вас зло, — принцесса встретила меня улыбкой. — К сожалению, о проклятье я ничего не слышала, но про пояс Афероны было несколько глав в королевской библиотеке Домино. Министр торговли поделился со мной, что не так давно отправлял послов в отдалённые галактики, чтобы узнать, кто из прошлых союзных держав открыты к сотрудничеству… Мы получили ответ только от двух королевств. Императрица Айрона и король Христалии сообщили, что Саттина была уничтожена массивным всплеском энергии несколько десятков лет назад, и теперь необитаема. Пока она говорила, я не мог не представлять, что где-то там в поясе Афероны может если не быть прямой ответ на мои поиски, то хотя бы значительные части этой загадки. Мне было страшно предвосхищать успех, но я не мог сдержать нетерпение. — И вы договорились о чём-то с ними? Будут торговые пути? Скажите, я могу попасть на эти планеты? Я понимаю, что о многом прошу, но вы, профессорка Дафна, вы не могли бы сопроводить меня в эту поездку? — Я… не уверена, что сейчас подходящее время для таких дальних путешествий. Но как закончится триместр и студентки уедут на каникулы, да, я с радостью. Никогда ещё меня не охватывало чувство ликования. Лёд тронулся, и единственное, о чём я просил Дракона, это, чтобы след этот не оказался ложным. Древние государства Христалия и Айрон, путь даже руины Саттины… Я должен был побывать везде и собрать всю известную информацию о проклятии Авроры.