Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Следующие дни пролетели мимоходом, пока я под надзором (иначе это было назвать никак нельзя), Дианы инструктировала арктических фей на случай нападения Огрона. Мы сделали уже многое: возвели новые укрепления, зачаровали каждый миллиметр острова и даже начали подготовку защитного купола над Землей. Всё это и ещё многим более нам предстояло закончить до конца года, надеясь, что Огрон не совершит нападение до того. За эти дни я почти не думала о Палладиуме. Удивительным образом единственным напоминанием об эльфе стало письмо от Авалона, в котором он со всей присущей ему учтивостью осведомился о моём здоровьи и пригласил провести с ним вечер в Магиксе или на Земле, если на то будет для меня предпочтительнее. Ни одного упоминания о магах. Ни единого слова о нашем сражении. Я не сомневалась, что мою почту проверяют, но чтобы паладин сам догадался не сорить тайнами в письмах? Его тренировки в Крепости Света, я предположила, не прошли зря. На бумагу упал лепесток вистерии. Я подняла глаза на Диану. Та со скучающим видом смотрела в окно, за которым простиралась снежная пустошь до самого горизонта, где встречалась со столь же бесцветным небом, заволочённым тучами. — Скоро будет метель, — я сбросила лепесток с письма. — Тогда тут и вовсе смотреть будет не на что. Твой мир лишён красок, Аврора, вот, что я тебе скажу. Я вскинула бровь. Над головой феи распускались пурпурные цветы, проросшие даже сквозь лёд моей башни. — Ты стала сильнее, — я отметила коротко, возвращаясь к письму. — Как и должна была, — довольно усмехнулась фея. — Мы не зря поддерживаем такой плотный контакт с Землянами. Тебе бы тоже стоило попробовать. Они источник нашей силы и слабость наших врагов. Я помотала головой: — Этот контракт давно пора разорвать. Не понимаю, в чём смысл полагаться в вопросе магии на людей. Их вера переменчива, и один раз она уже нас подводила. — Иллидис со своей магией иллюзий под замком, мы с тобой вдвоём очень хорошо это знаем. — Когда такие неприятности останавливали Огрона? — я бросила письмо на стол и присела. — Он найдёт способ разорвать эти узы в любом случае. Не лучше ли сделать это самим? — И дать Огрону доступ к его магии? Нет уж. Чем больше люди в нас верят, тем мы сильнее. Чем мы сильнее, тем слабее маги. Если Огрон где-то бегает на пару с Анаганом и Гантлосом, сейчас самое время их прихлопнуть. Мы на пике магии, Аврора, ты ведь тоже чувствуешь, что наша чаша полна. — И это меня волнует, Диана, феи становятся слишком самоуверенны. Отвыкают бороться любыми средствами. Слишком полагаются на могущество, которое в нужный момент может обернуться мнимым. Каждая секунда, которую мы тратим, Огрон употребляет на создание плана по уничтожению острова. И помяни моё слово, он победит, если мы первые не нанесём удар. Ветер ударил фею природы в лицо и она, соорудив ставни из виноградной лозы, обернулась ко мне: — Даже не думай. Небула чётко дала понять твоё место в плане. Ты на обороне Земли. Если так волнуешься за веру людей, сделай всё, чтобы не подпустить Огрона к ним. — Небула поручила мне это задание, потому что она знала, я не могу пренебречь подобным. Она не оставляет мне и минуты свободного времени, неужели ты не видишь, Диана? — Позволь, а зачем тебе сейчас свободное время? Уж точно не для свиданий, ты мне чётко дала понять, что после вашей интрижки с Палладиумом, тема отношений для тебя табу. Я фыркнула. Внутри меня всё взрывалось в протесте. Диана не только понимала, как Небула поступает по отношению ко мне, но и поощряла это! С каких пор мой дом стал моей тюрьмой? А мои соратницы взяли роль надзирать за мной? — А если я изменила мнение? — Ой ли. Я протянула письмо Авалона. — Профессор хочет видеть меня. И я тоже хочу увидеться с ним. Тебя это так удивляет? — Удивляет меня то, Аврора, что из нас всех ледяное сердце у тебя, — она сунула мне пергамент назад, — и при этом больше всего любовников. Я пожала плечами. Диана помотала головой. — Если твой профессор так хочет тебя видеть, пусть приходит сюда. У тебя миссия, Аврора, защищать Землю от Огрона. Это ли не то, чего ты хотела? — Я хотела его убить! Крикнула ей в спину, как подруга собралась на выход. Диана тяжело вздохнула и со всей неохотой обернулась ко мне: — Мы все хотим его смерти, Аврора. Эта месть принадлежит не только тебе. — Правда? — я всплеснула руками. — А мне кажется, что вам всем уже совершенно плевать на то, что Огрон совершил с нами. На все потери, на всех павших. На крылья, которых мы лишились, ведь, ох! они заново отросли! Он отнял мужчину, которого я любила, он, простят меня прародительницы, отнял у меня самого себя. Ты знаешь, как мы были близки, и—! — Довольно, Аврора. С того времени прошли сотни лет. Мы успели отстоять Тир На Ног перед армией Феникса. Мы успели совершить дворцовый переворот и установить власть Морганы на Острове, похоронив Мегерию. Ты успела полюбить другого мужчину! Мы успели проиграть битву Огрону и стать узницами собственного дома, а затем снова обрести свободу. Прошло слишком много лет, чтобы говорить о нём, как о друге, не говоря уже, как о любовнике. — Но это не ты хранишь тело своего возлюбленного в подвале собственного дома после того, как твоя магия отняла у него жизнь. Если бы не Огрон, Тэмин был бы жив. И он помог бы нам отстоять Тир На Ног. — А ещё была бы жива моя мать, и она бы тоже сделала много для нашей победы. Не забывай, что мы все что-то потеряли в этой битве. Но время идёт, раны затягиваются, приходит пора открывать новую главу. Если ты останешься в прошлом, то Огрон уже победил, — она резко отвернулась. — Тогда я навещу Авалона в Магикс—! — Нет, Аврора, ты никуда не идёшь. Таков приказ Небулы, и тебе нужно уже признать в ней королеву. Небула старается защитить Остров! И я ни на йоту не верю в твои слова об этом профессоре. Ты используешь его, как повод улизнуть, а потом наломать дров. Тир На Ног только стал налаживать контакты с державами Магикса. Если ты подорвёшь авторитет Небулы, что ты прикажешь нам делать тогда? Я сжала кулаки, и было уже непонятно, на что я была так сильно разозлена. На то ли, что Диана встала на сторону Небулы, которая, из-за страха перед моей силой решила запереть меня на Севере. Или на то, что Диана втаптывали в грязь моё право на месть в очередной раз. Я распахнула для неё двери. Сквозняк вынес ставни из лозы и те в щепки разлетелись на морозном ветру. Поднималась вьюга. — Если ты считаешь, что мы равны в нашем желании убить Огрона, я не буду с тобой спорить. Но никто не хочет сделать его смерть настолько мучительной, как я. — Аврора, я не… — Хватит, Диана. Королеве нужна твоя помощь, а мне нужно ещё пригласить в башню Авалона, — я вернулась за стол и взялась за перо. — Ты ведь не пытаешься заполнить этим профессором пустоту? Ты знаешь, это так не сработает. Лучше я поговорю с Небулой, чтобы она позволила мне ввести тебя в дело. Все знают, что никто не идёт в авангарде лучше, чем арктические феи. — Ох, не стоит терзать самомнение Небулы моим присутствием, — бросила я небрежно. — А пустота в моём сердце настолько велика, что и десятью Авалонам её не заполнить. Впрочем, — я поставила точку и отправила письмо в конверт. — Это всё ещё не значит, что я не могу скоротать в его компании одинокие ночи, пока мои феи патрулируют Землю, а я сама заперта в Башне. Я подбросила письмо, и оно растворилось. Диана помотала головой. На продолжение спора у неё не было сил. В последнее время, какой бы разговор мы не заводили, всё сводилось к одному: Небула желает моей покорности, и Диана видит это обоснованным. Моя покорность регентессе? Я проводила подругу взглядом и закрыла лицо руками. Я не могу быть верна фее, которая дискредитирует меня. Которая требует от меня сидеть в стороне, пока мой враг — наш враг — готовит нападение на Остров. Если ей угодно призывать на помощь Винкс, то у меня плохие новости. Судя по тому, что мне удалось узнать от Авалона, Винкс будут заняты защитой Магикса и придут на Тир На Ног только в случае, если их собственные планеты будут в безопасности. В выборе силы, которая удостоиться чести оборвать жизнь Огрона, Небула снова предпочитала Огонь Дракона? Но если он раз дал магам уцелеть, будет ли Блум способна его убить теперь? Мои мысли прервал звук шагов, разносящийся под потолком кабинета с эхом. Я обернулась и к удивлению обнаружила Авалона. — Я прибыл так быстро, как смог. — А… это… Я совсем забыла, что буквально только что пригласила его. Я даже не могла вспомнить, что конкретно ему писала, но профессор выглядел встревоженным, если не возбуждённым, моим внезапным приглашением. Я привстала, стараясь сохранить невозмутимый вид, но гнев всё ещё мной владел. — Вы хотели знать, как я с нашей прошлой встречи? — Я рассчитывал на ответное письмо, но ваша просьба прибыть меня тотчас же застала меня врасплох. Я помотала головой и заставила двери за его спиной захлопнуться. — Простите великодушно, я совсем не разбирала, что пишу. Я ни в коем случае не хотела отрывать вас от дел. В Алфее скоро начинается учебный семестр? — Никак нет, госпожа Аврора. У меня достаточно свободного времени, не говоря о том, что я подыскиваю себе замену. — Уже? Но вы говорили, что контракт ещё не закончен. Мы сели на диваны друг напротив друга. — Так и есть, и я в целом не намерен покидать Алфею даже по истечении контракта, если жизнь не предложит мне, конечно, более занимательных альтернатив. Но этот год я думал посвятить вам. — Мне? — Разумеется. Вы владеете моими мыслями и днём, и ночью. И признаться, я ждал того момента, когда вы меня призовёте, а пока собирал всю доступную мне информацию о магов Чёрного Круга. — Ах, прекратите, профессор, — я откинулась на спинку. — Что заставит вас отказаться от этой гонки? — Ваше бесповоротное нежелание меня видеть, полагаю. Я считаю себя джентльменом и не стал бы докучать даме своей компанией. Если такого исхода не предвидится, я бы продолжил вас развлекать. Видите, вы уже начали улыбаться. — Вы смешной. Он присел на край дивана: — Надеюсь, это даст мне шанс выиграть ваше расположение… — Вы уже его выиграли. — Чем же, прошу, я его заслужил? — Как бы вам сказать… Я не могу обещать ответить на ваши, если можно сказать, чувства, — не сдержавшись, я покривила интонацией, и тут же поправилась: — вы должны меня понять, я не верю в искренность ваших признаний, насколько бы вы не пытались показать их откровенными. Они… нескромные. Вы говорите, что хотите меня, — я медленно поднялась, распахивая накидку, тем самым приковывая взгляд паладина к моей фигуре, — но жажду подобной близости вы могли бы удовлетворить в чьей угодно компании. — Вашу притягательность невозможно затмить, госпожа Аврора, — он заставил себя смотреть мне в глаза. — Я хотел бы заполучить вас всю, но я вижу, что нужен вам для другого. — Мне импонирует ваша сообразительность. Я пошла прочь от мужчины и остановилась у окна, за которым уже вовсю разыгралась вьюга. — Я весь к вашим услугам, госпожа Аврора. Скажите, что вам от меня нужно? Сгустились сумерки. Я даже не заметила, как день перешёл в вечер, и вечер стал клониться к ночи. В теле чувствовалась усталость, которую я не знала, как исцелить. Я могла провести часы в постеле и подняться ровно в том же состоянии, в котором отправилась на отдых. В чём тогда был смысл прерывать работу, если блаженные часы сна не усмиряли тревогу и ярость? Теперь я обязана была провести несколько месяцев взаперти в Башне, чтобы следить за состоянием барьера, которым мы со старшими феями окружили Землю, и поддержать его в случае угрозы. И до каких пор? Пока Огрон не явит себя, и угроза Чёрного Круга не минет! Я ударила кулаком по ледяному подоконнику. Меня посадили на цепь, как собаку. Как после такого я должна была уважать королеву и подчиняться ей!? — Госпожа Аврора. Его горячий шепот коснулся теплом. Он стоял за моей спиной. Я убрала волосы и откинула голову, но паладин не прикоснулся ко мне. — Я исполню всё, что вы мне скажете. — Тогда я хочу, чтобы вы всё же помогли мне убить магов Чёрного Круга. Выследить их. И уничтожить. Я резко обернулась к нему, и дыхание перехватило от того, как, оказалось, ко мне близко стоял паладин. Я смотрела в золотые пуговицы его пиджака, а затем подняла взгляд выше. — Но чего <i>вы </i>хотите? — Мне казалось, я уже достаточно чётко обозначил мои желания. Вас, госпожа Аврора. Авалон держал руки за спиной. Он нарочито выпрямил плечи и встал по стойке, будто каменное изваяние, не позволяя себе сделать ни шага в мою сторону, ни коснуться, хоть я уже и прекратила отказывать ему. Джентльмен. — Значит, за то, чтобы получить в вашем лице союзника, я должна спать с вами? — Я предпочёл бы построить другую причинно-следственную связь. Я буду рад вам помочь вне зависимости от вашего желания провести со мной ночь. Обязывать вас подобным было бы слишком грязной для меня игрой. — Вы действительно создаетё впечатление джентльмена. Он незначительно нагнулся ко мне: — А вы действительно верите только себе. — Вы помните, что я говорила о довери. Мы переходили на шепот. Я смотрела на его губы и гадала, насколько горячими они будут, когда я коснусь их? В нашу битву паладин хорошо выдерживал экстремальные температуры, но делить со мной постель? Обычному человеку это было недоступно. Палладиуму помогала его горячая эльфийская кровь, но Авалон, не казалось, что обладал похожей способностью? Я усмехнулась, представляя, что, после одной ночи в моей постели, он подхватит простуду. — Я не знаю, что заставило вас улыбнуться, — прошептал он низко, заставляя моё тело вздрогнуть, — но позвольте отвлечь вас и поцеловать. — Если поцелуй это не всё, чем вы хотите ограничиться, я вам позволения не дам. — С вами рядом, госпожа Аврора, я чувствую, будто моё время пошло вспять. Он прошептал это мне в губы и почти поцеловал. Тепло. Его сильные руки легли на мою талию. Я закрыла глаза и положила ладони на его горячую грудь, чтобы чувствовать, как уверенно и быстро билось сердце. Всё, что он делал, было так непохоже на эльфа. Наши губы сцепились в поцелуе, чувственном и бессмысленном, но ни боли в груди, ни желания его отогнать, ни страха перед Вьюгой за мою беспечность, я не ощутила. Паладин крепче прижал меня к себе. Казалось, под его напором кожа могла начать таять. Он гладил мои плечи, скользил горячими пальцами по ключицам и не отрывался от моих губ. Смоляные ресницы дрожали, веки хранили тайны обмана, и прелесть была в том, что то, что происходило между нами, совершенно ничего не значило. Поцелуй кончился. По стенам вокруг пошли капли воды, тут застывая, как паладин отодвигался от меня, пряча за спиной массивные светящиеся крылья. Следы помады на его губах. Взгляд, полный сдержанного вожделения. И я коротко улыбнулась.