Путь из стекла

— Ты же понимаешь что это значит, не так ли? — Лёгкая, вполне дружелюбная улыбка красовалась на лице мафиози, пока он прижимал пистолет к моей шее. К сожалению, нож, который я так старательно сжимал в своей руке, был отброшен в сторону. — Эх, — не смог я сдержать свое разочарование — конечно, отец. — Отлично. Тогда твоя одежда лежит в соседней комнате. Выходи как будешь готов. — Отодвинув холодный метал от моей кожи, он с огромной радостью указал в какую сторону мне стоит идти. Чёртов папаша. — Готов морально или физически? — Уточнил медленно подходя к двери. В ответ прозвучала усмешка. — Не думаю, что за это время у тебя получится быть готовым морально. Вместо ответа я быстрее, пусть и с большей неохотой, направился в нужную комнату. ---------------------------------------------------------------------- Прошёл месяц с тех пор, как меня приняли в эту...семью. Вскоре после неожиданного прихода Кисаки и Хинаты ко мне наведались собаки главы, которые без лишних разборок, красиво и аккуратно притащили меня к...отцу. Это недолгое время, что я провел здесь, как ни странно не было ужасающим и гнетущим, скорее неожиданно нежным. Нет, конечно же без крови не обошлось, ведь как маленького мафиози меня проверили на знания убийств и их применение. Радует то, что тела выносить нужно было не мне, а потому я сильно не спорил. После всех процедур похоже глава убедился в моей значимости или чего-то там еще, но интересоваться он начал мной куда больше чем раньше. К примеру взять те же мучения, когда он заставлял называть его отцом, до тех пор, пока я не запомню это простое, но в то же время досадное слово. Но то, что у него получилось вбить это в меня - бесспорный и весьма раздражающий факт. Мафия, кажется, смирилась с моим появлением и положением, а потому, все кого бы я не встречал так или иначе проявляют ко мне уважение. Будь то простой поклон или взгляд полный восхищения. Так что же сейчас происходит? Все крайне просто, а потому до нелепого смешно - это выход в криминальный свет. Или тьму, кто как больше любит называть. Проще говоря, отец официально представит своего "ребёнка", что будет означать возможность наследственного преемства поста главы мафии и, как очевидно, угрозы и предупреждения для других группировок. — ... — Застегнув последние пуговицы белой рубашки и накинув до чёртиков изысканную тряпку на шею, я решился взглянуть на себя в зеркало. Стоило ли говорить, что мой вид застал даже меня врасплох? Выбежав из комнаты я тут же рванул в комнату, где до этого сидел глава. — Отец! — Я махом распахнул дверь, та с громким хлопком отварилась, ударившись о стену. В центре комнаты стоял названый, небрежно поправляя рукава рубашки. Мужчина, одетый в статный костюм тройки мрачных цветов, с улыбкой взглянул на меня. Даже не зная кто он такой, было не сложно догадаться что этот мужчина богат. — Ха, как и думал, подлецу все к лицу. — Я двинулся к нему, в то время как он вальяжно сделал пару шагов на встречу. Когда мы подошли достаточно близко друг к другу, он ухмыльнулся, перед тем как бережно начать поправлять мне воротник и ткань свисающею с шеи, не забывая недовольно причитать. — Ну разве можно так поступать с украшениями, тщательно подобранными твоим отцом? Ах, неблагодарный сын, ты даже не удосужился завязать бант как подобает. Совсем помятым выглядишь. Значит я не ошибся. Это был бант. На данный момент я совсем не разделяю его энтузиазм, а потому раздраженно посмотрел в глаза мужчины, от чего тот усмехнулся, явно поняв, что столь вычурную рубашку можно было исключить из моего гардероба. Но вот собирается ли он это делать - совершенно другой вопрос... Закончив возиться с бантом на моей шее, отец взял со стола ленту и лёгким движением руки приказал мне обернуться, сопровождая все действия дружелюбной усмешкой. Я послушно повернулся к нему спиной. Несмотря на то, что я примерно понимал следующие действия главы, все равно не мог не вздрогнуть в тот момент, когда грубые пальцы ненароком коснулись моей шеи, собирая в ладонь изрядно отросшие тёмные волосы и перевязывая их лентой. — А теперь взгляни. — Взяв меня за плечи, отец повернул все моё тело к огромному зеркалу, которое уже давно стояло рядом с нами. Я на секунду замер, казалось, сейчас я выгляжу совершенно не так, как когда переодевался в соседней комнате. Когда то растрепанные, непослушные вьющийся волосы, теперь были собраны в низкий хвост, которые добавлял некого аристократизма. Белая рубашка и громоздкий бант уже не казались на столько вульгарными, а дутые рукава, пусть и почти прозрачные, могли скрыть надоедливые шрамы. Лишь отметины на моем лице были все так же видны. — Ужасно. — Озвучил свой вердикт я. — Я похож на чью-то подстилку. — Пха, пусть даже и так, — не стал оспаривать мои слова отец, — но кто осмелиться сказать тебе подобное? А если и скажут, тогда просто убей их и дело с концом. — А если это скажет кто-то из других глав? — Смотря на отца через зеркало, все продолжал задавать вопросы я. — А если так, то ты можешь похныкать там немного, убить кого нибудь под конец. Они слишком пустоголовы, а с трупами мы о серьёзном не разговариваем. — Холодно усмехнулся отец, слегка сжав мои плечи. — Или же просто скажи об этом мне и я лично разберусь с проблемой — Как жестоко. — С улыбкой ответил я, на что в ответ получил до странного мягкий смех. Вместе с тем, отец взял пиджак, явно приготовленный для меня, и накинул мне на плечи. Слова о том, что действующие лидеры Раппонги - пустоголовые трупы были чертовски верны, но кто мог знать об этом, за исключением путешественника во времени, который прекрасно осведомлён о скором перевороте власти? Никто. Но, все-же даже в прошлом есть осведомленные, крайне проницательные люди. Когда мы дошли до входной двери, то её с почтением распахнули близь стоящие люди, что с почтением и страхом склонили головы. В ответ на это мы молча вышли и дошли до приоткрытой двери затонированной машины, после чего сели на пассажирские сидение. Дверь захлопнулась и машина плавно тронулась с места. Достав бумаги отец стал медленно вчитываться в текст, иногда усмехаясь. Он любил перечитывать серьёзные документы перед мероприятием, чтобы в следующий момент со свежими эмоциями напомнить партнёру о всех нюансах. К сожалению не каждый мог физически выдержать эти "нюансы". Под шелест бумаги, я наблюдал за мелькающими в окне пейзажами, как вдруг в отражении стекла заметил, что отец с полуулыбкой уже какое-то время наблюдает за мной. Повернув голову, я не понимающие глянул на мужчину. — Совсем не волнуешься? — На его улыбчивый вопрос я отрицательно покачал головой. — Молодец. Хотя, на этот раз нам придётся встречаться с более..приемлемыми людьми, чем те кого ты видел до сих пор. Я думал ты будешь хоть немного стрессовать. Эх, похоже не суждено мне увидеть твою растерянную мордашку. — Похлопав меня по макушке, он опустил руку и провел тыльной стороной руки по моей щеке, слегка поглаживая мой глаз. В ответ на подобные действия, я недовольно нахмурился, пусть и не отталкивал руку. Сначала меня настораживала неожиданная тактильность босса, но теперь я вполне вжился в роль сына, а потому подобные действия перестали вызывать у меня тревогу. — Да у меня не сын, а котенок. — По доброму посмеявшись, мужчина все же убрал свою руку. — Ну чтож, котенок, мы приехали. Обернувшись к уже открывающейся двери, я непринуждённо вышел на улицу. Предо мной находилось довольно освещённое трехэтажное здание, что в большей степени поражало своей шириной, нежели высотой. Подхватив меня за спину, Босс с улыбкой повёл меня внутрь. — На клуб похоже. — Озвучил я, придерживаясь за чужую руку Мужчина в согласии усмехнулся. Вновь, стоило нам только подойти к двери, как та распахнулась. У входа стояло множество людей, будь то галантно одетые мужчины, или же развратно одетые женщины, что украдкой глядели на босса горящими глазами, в которых то и дело проскальзывал давно знакомый мне след похоти. Из строя донёсся мужской голос, что осторожно и обходительно, словно боясь как-то разгневать присутствующих, обращался к гостям. — Приветствую, Господин, прошу пройти на второй этаж. Вас сопроводят. — Согнувшись в низком поклоне вторил мужчина. Стащив с меня пиджак и сняв свой, отец передал их одному из слуг. После чего пошагал к лестнице на второй этаж. Я последовал за ним, но движение мне перегородила рука только что говорящего мужчины, что с презрительной усмешкой разглядывал меня. Взгляд его не сильно отличался от того, каким совсем недавно женщины сопровождали босса. Босс остановился и раздражённо оглянулся. Весь вид его так и изучал высокомерность и затаившуюся угрозу. — Прошу прощения, но свою зверушку вам следует оставить здесь, ему не следует.... — Договорить слуга не успел, ведь его надменный голос прервал неожиданные выстрелы. Бам. Бам. Две пули из отцовского пистолета точно ударили по руке слуги, что загораживал мне проход, и по его ноге. Не издав ни звука мужчина упал на, пока еще, целое колено, плотно закусывая губы дабы не издать пропитанный болью крик. — Мусор. Решил посмеяться и назвать моего сына животным? Тогда не стоит и мне показать разницу между ними? Не хочешь отправиться прямо сейчас на растерзание настоящим животным? — Направляя дуло пистолета к голове слуги, голос отца был по настоящему ледяным, пропитанный не поддельной злостью. Глава убийц ясно дал понять, что подобные оскорбления он терпеть не станет, даже если означает перестрелять всех, кто находился рядом. Взглянув на несчастного, я, уже без преград, подошёл отцу. Положив ладонь на оружие, я слегка отвёл его в сторону. — Шумно. — Произнеся это, я смотря в глаза отца. По залу прошлась звонкая тишина.  Никто не смел даже вдохнуть. Оглядев меня, взгляд босса вновь приобрёл тёплый оттенок и он убрал пистолет. — Ах, как же я мог забыть, что у детей острый слух? Придётся разобраться с мусором в другом месте. Хотя... — взглянув на скореженного слугу ещё раз, мужчина продолжил — издай он хоть писк, пришлось бы разобраться с ним прямо здесь. Все-же надо поберечь слух милого ребёнка. Моего ребёнка. — Грубо подчеркнул последнее предложение мужчина, небрежным взглядом пройдясь по присутствующим. — А теперь пойдём, боюсь, ты можешь испачкаться. Вздохну от очевидной угрозы, благо не в мою сторону, я взял отца за руку и пошёл следом. Руки мужчины были напряжены, но с особой осторожностью держали меня. Как я и думал, он в ярости, да такой, что, возможно, в этом здании прольются реки крови. Поднявшись на второй этаж, нас сопроводили до нужной комнаты, а точнее зала. Внутри, в самом центре, располагался огромный стол, который чуть ли не ломился от изобилия разных блюд и выпивки. За столом сидели люди в дорогих одеждах, начиная от обычных рубах, заканчивая сетчатыми футболками, под которыми без особого труда можно было разглядеть все прелести, и не прелести, мужского торса. Проведя нас к двум свободным стульями, что стояли рядом друг с другом, сопровождающая покинула комнату. Вместо неё в зал зашли десяток почти обнажённых девиц, что встали к стене недалеко от выхода. Кто-то из них приветливо улыбался пытаясь заигрывать, а кто-то жался в стороне, явно стыдясь даже поднять глаза. Путаны, куртизанки, распутницы, жрицы любви, ночные бабочки или же проще говоря проститутки. Девушки, чьё тело предлагалось для весёлого время провождения и судя по всему, задабривания посетителей. По их поведению было весьма очевидным предположить, что добрая половина этих девушек здесь не по своей воле, возможно, за неуплату долгов или же их просто продали, это не имело особого значения, ведь посетителей это совсем не интересует. Главное - красивое лицо и тело, а их прошлое или, как бы это смешно не звучало, душа, не представляют собой абсолютно никакой ценности. Это известно всем, кто хоть на секунду задумывался о том, что скрывается за заворажиющими лицами дев. — Ох, господин Дайске, для сегодняшнего мероприятия мы выбрали самых красивых девушек, на любой вкус. Может, вам приглянется какая-то особа? — Мужчина с гаденькой лысиной блаженно улыбнулся, окидывая взглядом красавиц и представляя их отцу. Черт, да от его взгляда мурашки даже по мне пробежали. Угх. Мужичек, подойдя к ближайшей девушке, грубо схватил ту за подбородок и потянул гостям, дабы в большей степени похвастаться красотой девицы. Сама же куртизанка сжалась в плечах, но изо всех сил старалась не показывать эмоций на лице. Все верно, ваш страх лишь возбуждает, а потому, не стоит лишний раз показывать свои эмоции. От подобных действий я решительно повернул голову в противоположную сторону, стараясь сдерживать подкатывающею тошноту. Угх, как же мне знакома данная картина. Я сам был на месте этой девушки и потому прекрасно осознаю какой ад ей суждено пройти. Избиения, принуждение, купля и продажа - все это на слух было омерзительно, но в действительности было ещё хуже. Сбежав от Бонтен, а если быть точнее от Манджиро, я подался в данную профессию, более чем уверенный, что  там меня искать не будут. В принципе так и произошло, вот только спустя небольшой промежуток времени я стал сомневаться, а где на самом деле было хуже? Все то, что преследовало меня в Бонтон приходилось терпеть и путанам, правда, трахаться надо было уже со всеми подряд. В этом и было главное отличие. Но несмотря на это, я поборол себя, свою панику и отвращение к домогательствам, научившись даже соблазнять своих клиентов. Больше всего я блогадарен множественным сестрицам, что все это время плыли со мной в одной лодке. Да, наши ситуации отличались, но итог был один - продавать свои тела, дабы сохранить ничтожную жизнь. Мы полностью оправдывали свое звание милых, но порочных созданий. Сестрицы терпели мои слезы первые пару месяцев, они изо всех сил утешали меня до тех пор, пока мои слезы не иссякли. Их уроки по соблазнению были очаровательны, обучение флирту или как выкрутиться из различных ситуаций были на столько прекрасны, что многими я пользуюсь до сих пор, но наверное самое лучшее что происходило в той жизни - это время, когда клиентов не было. В такие вечера мы собирались все вместе и просто разговаривали, будто бы все хорошо, будто того кошмара, что нам пришлось пережить и вовсе не существовало. В такие моменты, лёжа на коленях у одной из девушек и слушая их мелодичные голоса я задумывался, а не сон ли это? Возможно, когда я открою глаза, то увижу как девушки радостно живут своей жизнью, не представляя о горести минувших дней... Но все это было мимолетной фантазией, которую по истечению трех рабочих лет я научился отгонять. На сама деле не все куртизанки были милы со мной, но находясь в данном обществе чуть ли не единственным мужчиной - проститутом вполне очевидно, что рано или поздно я нашёл контакт со всеми. Да, именно так прошла одна из моих жизней, а потому я никак не могу испытывать даже капли отвращения или презрения к девушкам, что сейчас стояли у стены, но и помочь я им не могу, а потому лучшим решением будет просто не смотреть. Я не могу их спасти, а жалость станет для них слишком болезненным ядом. Внимательно наблюдавший за реакцией сына, Мураками презрительно поглядел на присутствующих с ног до головы и махнул рукой. — Уберите. — Холодно озвучил мужчина и все присутствующие замерли, даже Такемичи поднял глаза на говорящего. — Мой сын не терпит шум, особенно необоснованный, так что прошу вас всех заткнуться. — Всё также высокомерно и величественно произнёс мужчина, прежде чем с нежностью обратиться к ребёнку. — Такемичи, может ты хочешь кого нибудь из них? А может мне стоит избавиться от лишнего шума? Поборов тошноту я вновь выпрямился и взглянул на девушек. Все хороши, но что я должен с ними делать? Мне 12 и то, чем ублажают девушку, у меня ещё не выросло, чтобы я мог хотя бы на словах угнать одну из них в комнату, но отец на полном серьёзе предлагает мне проститутку? Серьёзно? Вздохнув, я указал на одну из девушек, что стояла у стены. — Она. — К собственному удивлению голос мой был совершенно безэмоционален, а потому заставил нескольких мужчин вздрогнуть, в то время как отец, довольно улыбаясь, смотрел на выбранную мной девушку. Её серые глаза испуганно дернулись, но она изо всех сил старалась сохранить лицо, поэтому сделала вид, что поправляет волосы. Но её руки дрожали, пока она тщетно пыталась убрать прядь длинных черных волос за ухо. — О, господин, да у вашего сына прекрасный вкус! Не желаете взять ещё одну девушку для себя? — Всё не унимался лысый толстяк, пытаясь добиться распоряжения, но отец не удостоил его даже ответом, лишь холодно махнул рукой. — Я понял. Тогда, не желают ли и остальные выбрать себе девицу для вечера? — Остальные мужчины, будто только и ждавшие этого момента, как гиены начали указывать на девушек, что стояли напротив. В это время один из слуг грубо толкнул выбранную мной даму, и та как можно увереннее приблизилась ко мне. Ох, и что я должен ей сказать? "Привет, давай дружить" ? Серьёзно? Ух, может она просто молча постоит сторонке? Нет? Судя по её бегающим глазам - нет. Тогда надо что-то сказать... — Я хочу пить. Налей мне что нибудь. — Сказав это, я указал ладонью на бокал. Вздрогнув, девушка подошла ближе к столу, оглядела его и потянулась к бутылке с вином, но её руку грубо схватили. — Нет. У тебя совсем мозги отшибло? — Раздражённо произнёс отец, все крепче сжимая запястье проститутки, о чего та, съежившись от боли, бледнела на глазах. — Что нибудь не алкогольное. — Произнёс я, стараясь сохранить хладнокровность, но усталость все же была заметна в голосе. Девушка, поняв в чем её оплошность, кивнула, и когда рука освободилась от болезненно хватки, потянулась за чайником. Да, все что было на столе из не алкогольных напитков - это каким то чудом нарытый чай. Почему вообще чай? Сок был бы пригляднее, но ладно. Когда мой бакал наполнился красноватой жидкостью, я отозвал девушку, и она неловко встала за мою спину. Боже, да нам обоим тут очень неловко. Справившись с потрясением, я наконец начал вслушиваться в диалог, что совсем недавно начался между людьми сидящим за столом. Стоило мне поднять на них глаза, то я сразу пожалел о том, что могу видеть. У ног каждого второго мужчины сидела проститутка. У каждого второго! Нет, я понимаю, что в принципе в этом ничего страшного нет, но понять почему это допустили на собрании с мафией я совсем не мог. Возможно, мне просто не суждено понять. Вновь делая глоток напитка и замечая, что бокал почти опустел, я все же решаюсь вновь прислушаться к нарастающим обсуждениям. Мимо ушей проскальзывают вопросы о том, что делать с задолжавшим им денег министром и куда девать скопившиеся тела. Мне казалось странным поднимать подобные вопросы на столько значимом собрании, ведь, будь я сейчас на собрании Бонтен, и кто нибудь посмей задать столь тривиальные вопросы, тогда бы пришлось и его телу искать местечко. Обратив взгляд на отца, я про себя посмеялся, заметив, что несмотря на его серьёзное лицо, все его естество так и выражало безграничную скуку. — Молодой господин, — неожиданно обратился ко мне один из сидящих неподалёку стариков — вы совсем не прикоснулись к еде. Прошу, отведайте хотя бы эту закуску. — Сопровождая все свои действия улыбкой, худощавый старик ринулся наложить мне в чашку немного хваленой закуски, что от обилия перца приобрела красный цвет. Подняв голову, я лишь натянут улыбнулся. Не сказать, что подобного рода еда была мне очень привлекательна, но по крайней мере не помру, если съем это. Мысленно пожав плечами, я сжал палочки в руках и приступил к еде, стараясь не обращать внимания ни на покалывания языка, ни на бесконечно тянущиеся время. К тому моменту, как я покончил с едой, разговор зашёл о сделке, благодаря которой принявшие в собрании лица смогут знатно обогатиться. — Я не думаю, что стоит вкладываться в сделку на таких условиях. — Вытерев рот салфеткой, начал говорить я. — Это кажется через чур... — Маленький босс так умен, но все же позволь взрослым самим разобраться, а вы пока слушайте старших и наслаждайтесь едой. — Перебивший меня старик сидел от меня значительно дальше, из-за чего сказанные им слова уж ни как не могли быть произнесены тихо. За столом царила атмосфера высокомерия, но ни кто не даже посмеялся, во всю пытаясь делать вид, будто они поддерживают меня. Взглянув на говорящего, я ни смог не задержать на секунду взгляд. Этот человек казался знакомым. — Ох, мне кажется, я вас где-то видел... — Мои слова вновь были прерваны. — Старшие правы, младший господин, вам следует просто наслаждаться. — Ещё один мужчина старательно улыбался, вытирая дорогим платком пот со своего лица. — Отведайте и сладостей, маленький господин, должно быть вам они прийдутся по душе. — Сказав это, он быстро положил предо мной капкейки темного цвета. Нахмурившись, я неосознанно поджал язык. Еда была горькой, из-за чего я с трудом мог бы её проглотить, несмотря на вычурный вид. Вновь прийдя к мысли, что от подобного смерть не страшна, я собирался приступить к трапезе, дабы как и все здесь сидящие продолжать делать вид, что все в порядке. Неожиданный сильный удар выбил небольшую ложку из мой руки, вместе с тем опрокинув чашку с десертом на пол. Раздался пронзительно треск стекла. Не успев опомниться от первого проишествия, как стоявшая на столе тарелка, полная капкейков, была насквозь пробита ножом, да с такой силой, что нож так и остался стоять в столе. Сильна рука медленно отпустила рукоять ножа. Взгляд невзначай проскользил по её обладателю и меня пронзила мысль, что я ошибся - не все сидящие хотят продолжать делать вид, что все в порядке, всегда должно быть исключение. И в данном случае исключение - мой отец. В горле застрял ком, казалось, я хотел что-то сказать, но понятия не имел что именно. Все моё тело сковал страх, что так и кричал о том, что надо бежать. — Хватит уже ваших игр. — Яростный взгляд босса перешёл на нервных господ, что до этого с уверенными лицами верили в свою возвышенность. Девушки, окружающие сидящих, испуганно замерли, не в силах и взгляд поднять. — Неужели вы решили восстать против меня? Ради этого вы устраиваете этот цирк? — Г-глава, это не так! — Решился возразить один из сидящих мужчин, со страхом подняв взгляд на босса. — Прошу простить нашу глупость, господин! Вместо ответа, босс легкомысленно рассмеялся. — Прекрасно! До чего же прекрасно! Такемичи, — острый взгляд метнулся ко мне, вместе с этим приведя десятки подозрительных и молящих глаз — продолжай. Расскажи же, как избавится от высокопоставленного лица? — Улыбка на лице отца была на столько дружелюбно, что становилось страшно. Прийдя в себя, будто отойдя от долгого прибывания во сне, я быстро повторил в голове вопрос отца. — Ах, тогда, убить его выстрелом в голову? — Ответ был очевиден, но паника все ни как не прекращала бушевать где-то в груди. От чего ему задавать мне что-то настолько примитивное? — Слишком шумно. — Улыбка так и осталась подобна мягкой гавани на лице отца, но в слегка приоткрытых глазах мелькнул опасный огонёк, как у хищника перед убийством. —... Зарезать насмерть? — Слегка помедлив ответил я. Отец усмехнулся. — Я понимаю, что это твой любимый способ, но он слишком грязный. — Нанять убийцу? — Вновь бросил я одно из первых, что пришло мне в голову. — Мы и есть убийцы, Такемичи. Взгляд отца все больнее касался моей кожи, что я, почти ощутимо чувствовал жжение. — Сбросить с высоты? — Дальше. — Подстроить несчастный случай? — Как? Паника все сильнее охватывала тело, хотя снаружи я старался не показывать и тени беспокойства. Беспорядочные мысли кружили в голове одна за другой и желая просто быстрее закончить все это, я зацепился за одну из них. — Вколоть ему инсулин. Из-за этого он впадет в гипогликемическую кому, а следом и быстрая смерть мозга, в следствие чего человек умрёт. По времени это займёт минуты или часы, что не очень долго... При этом многие органы вполне можно спасти и использовать для трансплантации. Если вы хотите вызвать меньше подозрений, то очень эффективно применять инсулин в комбинации с другими средствами, надежно уничтожив шприц. Тогда его будут лечить, скажем, от отравления снотворным, а он спокойно отъедете от гипогликемии. Из минусов можно заметить то, что инсулин будет сложно достать без рецепта врача, но я думаю у мафии есть способ сделать это. Отец одобрительно хмыкнул, вальяжно подперев подбородок рукой. —Хммм, есть ли что-то ещё? Может быть, подскажешь способ побыстрее? Мысли ещё безумнее стали бить в голову, пока я вновь не начал говорить — Ввести хлорид калия внутривенно. Он довольно широкодоступен, а смерть наступит в течение пары секунд или минут. Инъекция вызывает сердечный приступ, что будет несомненно болезненно. При расследовании трудно отличить от естественной смерти. — Есть ли у тебя в запасе такой способ, чтобы след от иглы не так в глаза бросался? — Заставить его принять Alpiny или же просто подмешать его. Хватит и 15 грамм, но для уверенности можно и 20 грамм. По истечении 10-12 часов организму будет нанесён непоправимый вред и всякая медицинская помощь после будет бесполезна, но смерть наступит в течении двух недель с жуткими, болезненными побочными эффектами. После того как я договорился, тишина продержалась недолго, ведь спустя всего пару секунд зал был озарен смехом. — Чудесно, до чего же чудесно! — Закончив смеяться он похлопал меня по голове, одарив лишь мимолетным, но очень тёплым взглядом, прежде чем вновь обратить свое внимание на шокировано сидящих людей. — Ну чтож, не хочет ли кто либо дополнить его ответы? Нет? Ох, неужели вы относитесь к тем, кто является членами криминальный мира, но ничего кроме пистолета из оружия не знаете? Как жаль... — Отец вздохнул, точно разочарованный ребёнок. — Может вы удивите меня своими знаниями о пытках? Ну же, расскажите что-нибудь интересное! Всё молчали. Даже девушки, приведенные сюда чтобы развлекать и радовать, не смели сделать лишний вдох. — Пустить его к диким животным... — Неуверенно произнёс один из мужчин, со страхом подняв голову. — Ммм, ну, неплохо. Вот только информацию потом из него не выжмешь. Ну ладно, сойдёт. Кто-то ещё? — Вырвать ногти и зубы. — Второй ответила одна из немногочисленных глав женщин. — Классика, вполне изящно и просто. Дальше. — Накачать наркотиками... — Излишне затратно. Что следующие? — Переломать конечности. Отец утомленно испустил воздух. — Сойдёт. Такемичи, а ты что думаешь? — А, ну... — Я замялся. Пытки не были моим излюбленным делом и познаний я в них имел мало. — Поделись тем, что первое пришло на ум. Ну давай же. — Отец ободряюще помахал рукой, призывая меня к разговору. —... Тогда, думаю способ Чунгач-Гука. На самом деле это способ для самоубийства, но мне кажется для пыток тоже можно использовать. Суть в том, что кожа вымачивается в воде, затем ею перевязывают шею. Во время высыхания кожи она начинает стягиваться, приобретая свой истинный размер, передавливая горло. До смерти пройдёт где-то 1-3 часа и за это время можно добыть информацию, пока человек не задохнулся. — Неплохо, но слишком терпеливо, тебе не кажется? Может что-то менее экзотическое и более мучительное? Я вновь помолчал, прежде чем открыть рот. — Накачать жертву наркотиками, тем самым обездвижив его, но не лишить сознания. После этого на его глазах медленно и мучительно убивать знакомых ему людей. Можно пустить пулю в лоб или расчленить за живо, что угодно подойдёт, что важнее, в конце жертва будет морально сломана и полностью в руках мучителя. Выбить информацию из него потом не получится, но то, что этот человек будет полностью в ваших руках гарантированно. Ведь это было проверенно на мне лично. — А это уже интересней. Молодец, сынок. — Грубая рука задорно потрепала мне волосы. — А теперь тебе стоит выйти от сюда. Пойди, поиграй где нибудь пока папа занят, когда ты понадобиться, я отправлю за тобой кого нибудь. После лёгкого толчка в спину, я поднялся со своего места и направился к двери. Ненароком я обвел присутствующих взглядом, замечая в глазах людей страх вперемешку с восхищением. Девушка, что до этого обслуживала меня, нервно дернулась, едва не отступив назад, но сдержалась и придерживалась своей роли. И вот, выйдя их переполненного зала и закрыв за собой массивную дверь, я направился по длинному коридору, в поисках того, за что можно было бы зацепить глаз. Пройдя пару поворотов, я заметил двери, ведущие на балкон, на котором, как кстати, никого не было. Оглядевшись вокруг и поняв, что никого нет, я прошмыгнул на балкон. Прохладный воздух приятно обжег лёгкие, от чего тело неумолимо расслабилось и я оперся руками о перила, любуясь пейзажами вечернего Токио. Только спустя время я смог оторвать глаза от живописных мест и наконец оглядеться. Как я и предполагал, небольшой балкончик был абсолютно пуст, тут не было ни людей, ни какой либо мебели, что облегчало просмотр помещения. Я вновь сделал глубокий вдох, наслаждаясь чистым, не пропитанным потом и кровью воздухом. Краем глаза я заметил небольшую странность на крыше - небольшая её часть, которую с балкона можно было увидеть только если достаточно наклониться на перила, была прямой и скрытой от чужих глаз, что делало её крайне подходящей для тихого уединения. Подумав немного, я решился забраться на неё. Уверен, вид там ещё лучше, а если меня ещё и побеспокоить не смогут - то это будет просто сказка. Сказано - сделано, меньше чем через минуту я уже сидел на крыше, наслаждаясь ветром, что нежно ласкал лицо. ~— Даже не думай прыгать. — Неожиданно произнёс ЧИ свои первые слова за этот вечер. ~ — Даже не думаю. — На лице сама собой вырисовалась мягкая улыбка, пока холодные руки обнимал мои плечи со спины. ~— И не кори себя за то, что не является твоей виной. Тебе нет нужды даже вспоминать об этом. ~ — Не беспокойся, я не собираюсь умирать из-за простых воспоминаний. Не важно чья это была вина. В ответ Ишики лишь сильнее сжал мои плечи, тихо шепча "не твоя". Временами мне кажется, что эти воспоминания причиняют ему больше боли чем мне, или скорее это связанно с тем, что эти воспоминания просто связанны со мной. Не имеет значение что из этого правда, ведь в любом случае изменить это я буду не в силах. — Ух ты, тут и вправду кто-то есть. — За спиной раздались шаги, а следом и прозвучали голоса. — Не думал, что кто-то и вправду найдёт это место. — Голос второго человека звучал слегка тоньше. — И кто это? Я обернулся в тот же момент, как первый парень ответил на вопрос младшего. — Кажется, зверушка одного из сегодняшних гостей, Риндо. Причём весьма занимательная. — Фиолетовые глаза изогнулись в улыбке, пока вылезшие из причёски пряди светлых волос обдувал ветер. Рядом с ним стоял парнишка чуть младше первого, что с тем же интересом разглядывал меня. Несмотря на многочисленные ругательства, что вылетали изо рта ЧИ, все о чем я мог думать было одно слово - Хайтани.