Spooky season

Мощный стук чуть не снес с петель хлипкую входную дверь жилища офицера Бронсона. Бобби взглянул на часы, потом в окно. Сквозь мутное стекло на абсолютно темном небе виднелась полная луна. В загадочно свисающем с ветвей вездесущем мху путался туман, ядовитыми парами вздымающийся со стороны болот. Стук раздался еще раз, уже сильнее. — Да открываю я, открываю, — пробормотал Бронсон, торопливо щелкая многочисленными замками. Он всегда запирал свою единственную защиту от окружающего мира от всей души. Зажженная сигарета привычно болталась на губе Бобби, роняя пепел на и без того грязный пол и штаны. Когда дверь распахнулась, на пороге обнаружился именно тот, кого Бронсон так нетерпеливо ждал весь вечер — его драгоценный патлатый ублюдок в дебильной рубашке с таксами и с самой похабной улыбкой на весь штат Луизиана. — Охуительно выглядишь, красотуля, — прошепелявил он, смерив Бронсона взглядом, но Бобби в ответ лишь молча отправил сигарету в полет щелчком пальцев, вцепился в расстегнутый ворот и втянул говнюка внутрь, звучно захлопнув дверь, а затем без лишних слов и предупреждений вжал своего гостя в стену и жестко поцеловал в губы, собственически клеймя рот. Чужие руки в ответ привычно сжали его задницу сквозь штаны, и Бобби едва сдержался, чтобы не простонать. — Ненавижу, когда ты шляешься в полнолуние в одиночку, — раздраженно выпалил Бронсон, тыча пальцем в волосатую грудь, интригующе проглядывающую из ворота рубахи гостя. — Найджел, ты же знаешь, что это ебаное, мать его, самоубийство! — А я ненавижу, что ты до сих пор живешь вблизи болот, но, согласись, мы оба по-своему кайфуем от этого, — промурлыкал Найджел, покрывая поцелуями щетинистый кадык ворчливого копа. — Мы адреналиновые наркоманы, конфетка, и нам с тобой уже этого не изменить. — То есть наше свидание в силе? — томно спросил Бронсон, притирась пахом к ноге Найджела. Ебаный боже, что же этот говнюк с ним творил... У него уже стояло колом. — А что, были какие-то сомнения? — промурлыкал ему в ухо Найджел и тут же забрался туда теплым языком. По телу Бобби прокатилась непрошенная дрожь. — У меня с собой ящик пива, две бейсбольные биты и отличный, обвешанный фонарями пикап. Трахнемся сейчас или отложим на попозже? — снова спросил Найджел, сжимая рукой чужой член. Бронсон сглотнул. Это был сложный вопрос и практически невозможный выбор! Он был готов трахнуться и сейчас, и потом, но ночь все-таки не была вечной, а они не выезжали на свои особые свидания слишком давно. Коп глухо простонал и позволил себе еще пару раз толкнуться в заботливо обнимающую его член ладонь, прежде чем с сожалением пробормотать: — Лучше потом. Я хочу быть на пике, когда начнется боулинг. Трахнешь меня прямо там, когда со всеми разберемся. — Разложить мою красотулю на бампере моей стальной красотки? Охуенная перспектива. Ради этого я готов даже придержать член в штанах, — промурлыкал Найджел, с видимым сожалением убирая руки с круглой задницы Бобби. Все-таки бампер у этого легавого был выше всяких похвал. Бронсон отошел на шаг, подхватил со стола ключи от дома, мобильник и пушку, и первым вышел на хлипкое крыльцо своей лачуги, надежно запирая входную дверь. Вокруг стояла абсолютная тишина. Пугливый человек назвал бы ее зловещей, но тертые калачи вроде Найджела или Бронсона прекрасно знали, что по-настоящему зловещим может быть только влажное чваканье или тихие хриплые стоны. Сейчас же даже болота стеснялись выпускать наружу газы, будто боясь спугнуть кутающий их туман. Шаги Бобби и его друга были первым, что нарушило тишину. — Ну что? Поведешь? — спросил Найджел и после ответного кивка Бобби кинул ему ключи от машины. — В конце концов, именно ты знаешь все самые хлебные места. Они забрались в авто, Бобби завел двигатель и уже через полчаса, изрядно попетляв по округе, остановился неподалеку от заброшенного кладбища, наполовину затопленного водой. Болота наступали, поглощая собой почву, размывая могилы и выпуская наружу тех, кто больше не должен был увидеть свет. Была ли это причудой луизианской почвы, играми болотного ила или магией лунного света, но факт оставался фактом – раз в месяц, в полнолуние, мертвецы поднимались из своих могил. — Мясо взял? — деловито спросил Бронсон, дернув ручник чужой тачки. — Обижаешь, — ухмыльнулся Найджел. Он не лукавил, в багажнике действительно лежал свежепристреленный олень. Они откинули крышку и совместными усилиями отволокли тушу подальше, к самой кромке подтопленной части кладбища. Теперь им оставалось только ждать. — Надеюсь, крокодилы не доберутся до мяса первыми, — пробормотал Найджел, с пшиком открывая пиво. Бобби жадно сглотнул, когда от знакомого звука рот наполнился слюной, и тоже взял себе банку. — Крокодилы сюда не ходят. Умные твари, знают, что тому, что здесь водится, крокодилье мясо тоже по зубам. Найджел впечатленно присвистнул и вылез из машины, усаживаясь на капот своей детки. Бобби тут же запрыгнул рядом, и они оба притихли. Мертвяки не отличались прытью, так что ожидание могло занять и сорок минут. Хорошо, что Найджел успел заскочить в маркет на углу и взять пива с запасом – трахаться на охоте или даже щупаться точно не стоило, по крайней мере, до тех пор, пока они не уложат всех сегодняшних "гостей". Это было то единственное правило безопасности, которым они старались никогда не пренебрегать. Найджел выкинул в траву очередную пивную банку, и следом Бронсон напрягся. — Что это еще за звук? Ты рыгнул? — Не в этот раз, — ухмыльнулся Найджел, спрыгивая с капота. — Похоже, у нас гости. Да будет свет! На последней фразе он щелкнул выключателем в салоне авто, и по всей машине ярко зажглись фонари — передние фары, "люстра" на крыше и еще добрый пяток прожекторов по бокам и на багажнике. Пикап Найджела засиял, словно казино в Вегасе, пронзая острыми лучами окружающую тьму, и теперь, при свете огней, даже неопытному человеку стало бы очевидно, что он уже не один. Кладбище ожило, как и безмолвная топь болот. Среди покосившихся памятников, разбитых надгробий и разрытых могил, медленно покачиваясь, брели они — зомби — с единственным желанием убивать. Убивать все живое и теплое, все, в чем бьется сердце и теплится жизнь. Их привлекла кровь, в этом не было сомнений, но теперь, почуяв живых Бобби и Найджела, мертвяки забыли об оленьем мясе и пошли прямо на них. — Ну нихрена себе их расплодилось! — присвистнул Найджел, вскрывая очередное пиво. Он достал из машины биту, всю ощетинившуюся огромными гвоздями, и предложил ее Бобби. Бобби предпочел пиво. — Караулят олухов по ночам. Сам посмотри, половина свежак, да еще и туристы, — Бронсон привычно сплюнул на землю, спрыгнул следом и все же забрал у Найджела биту. — Если бы мы время от времени не прореживали их популяцию, готов спорить, они скоро постучались бы ко мне в дверь! — Значит, наше маленькое хобби – это не только веселье, но типа благое дело? — хохотнул Найджел, берясь за вторую биту. Он провернул запястье, словно примеряясь к оружию, и описал в воздухе искрящуюся остриями дугу. — Ну что, погнали, красотуля? Кто больше уложит, тот сегодня и сверху. Как тебе пари? — У меня сегодня активное настроение, — предвкушающе ухмыльнулся Бронсон, — так что не щелкай клювом, а то самому придется полировать грудью капот, когда я тебя натяну. – Эй, в предыдущие разы именно я тебя уделал, — кокетливо напомнил Найджел, игнорируя приближающееся рычание. — Значит, я просто обязан хоть сегодня взять реванш, — азартно заявил Бронсон, крепче сжимая биту в руке. Господи, сколько же их было! Зомби перли на них сплошной стеной, вздымая костистые руки, скалясь и хрипя. Клацали обнажившиеся зубы, щелкали челюсти, чавкало под ногами и урчало в животах. Сплошная стена раскололась, более сильные и расторопные особи вырвались вперед, но, насколько мог видеть Бронсон, мертвяки не кончались. Из болот вздымались одна волна за другой. Это был первый момент, когда его аккуратно и тонко укололо нехорошее предчуствие. Оно было похоже на зудящий комариный укус в основании черепа, и Бобби не нашел ничего лучше, чем просто растереть это место рукой. — Погнали! — крикнул он и рванул в самую гущу. Это было гораздо лучше, чем прислушиваться к скребущему чувству внутри. Свистнула бита, и первая голова с давно умершим мозгом сорвалась с плеч, взмывая ввысь. — А ты, смотрю, серьезно настроен отыметь меня, детка! — жизнерадостно отозвался Найджел и тут же ввинтился в хрипящую и скалящуюся толпу. Полетели головы. Буквально. Пользуясь медлительностью зомби, подгнившими сухожилиями и отсутствием у них плана, Найджел и Бобби сносили головы с плеч, словно мрачные жнецы. Бронсон до сих пор не знал, почему они назвали это боулингом, ведь это куда больше напоминало бейсбол. — Смотри, инфилд-флай! — крикнул Бронсон, и крученый «мяч» взмыл высоко в небо. Череп с лохмотьями кожи, бывший когда-то чьим-то лицом, на миг заслонил собой луну и полетел вниз, повинуясь силе земного притяжения. Бронсон не слышал как он упал, занятый следующим "клиентом". Они крушили черепа и ломали ноги, они разбивали тела на осколки мяса и костей, они обращали останки людей в фарш, но они не убивали их, ведь эти люди и так были давным-давно мертвы. Бронсон утер пот со лба рукавом и улучил миг, чтобы схватить еще банку пива из упаковки. Запястье уже начинало уставать, а мертвякам по-прежнему не было конца. — Жаркая оказалась ночка, — улыбнулся Найджел, внезапно оказавшись рядом. — Дай-ка и мне глотнуть. Он хлебнул пива и тут же поцеловал Бобби взасос, врываясь к нему в рот языком. Бронсон простонал от волны накатившего возбуждения, ударившей его словно током так, что, казалось, даже волоски на руках встали дыбом. Он толкнул Найджела в грудь и тут же снес очередному зомби башку. Оторванные головы валялись вокруг них, как очень реалистичные Хэллоуинские тыквы. — Придержи коней, кобелина, — оскалился Бронсон, но они оба знали, что это не всерьез. — Я не хочу рисковать. — Риск – благородное дело, — парировал Найджел, запуская очередную голову в небо, и рыжая копна волос, взметнувшаяся следом, сделала ее похожей на комету. — Но даже я готов признать, что их стало больше. Ты не должен продолжать жить вблизи болот. — А ты не должен указывать мне, что делать, — выдохнул Бронсон, в очередной раз занося биту. — Зато я могу очень убедительно попросить… — искушающе ухмыльнулся Найджел, и Бобби, засмотревшись, чуть не пропустил неожиданный бросок очередного зомби. Найджел ловко поймал зомбаря битой и окончательно отправил на тот свет. В этот миг нехорошее предчувствие кольнуло Бронсона во второй раз. — Не отвлекай меня, — буркнул коп, но его беспардонный и бесконечно сексуальный друг и любовник тут же оказался рядом и, интимно прижимав Бобби к себе, жарко шепнул на ухо, что всегда его защитит. Бронсон в этом не сомневался, как, впрочем, и в том, что это искреннее и чистосердечное признание всегда будет вызывать у него неконтролируемую эрекцию. Бронсон был суровым ублюдком, и за все эти годы никому никогда не приходило в голову, что он тоже может хотеть заботы. — Если мы справимся быстро, я дам тебе и на этот раз, — щедро посулил Бобби, шутливо отталкивая Найджела от себя. Мертвяков было еще слишком много для полноценных обжиманий, но их количество явно уже шло на убыль. Теперь парни могли позволить себе урвать короткий поцелуй или шлепок по заду перед очередным ударом. Они успели выпили еще по банке пива, и чем меньше становилось живых мертвецов вокруг, тем продолжительнее и раскованнее становились их взаимные ласки, поэтому было совсем неудивительно, что когда в воздух взмыла последняя голова, у них обоих уже стояло так, что буквально лопалась ширинка. Когда вокруг воцарилась долгожданная тишина, они замерли на месте, тяжело дыша. Небо взирало на поле битвы желтым глазом полной луны, а туман с болот медленно наползал на вереницы тел, будто пытаясь укрыть их призрачным саваном. Головы валялись в траве словно спелые яблоки, а в самом центре побоища освещенные фарами, будто огнями рампы, стояли двое — бывший наркоторговец и коп. Убедившись, что все окончательно стихло и в их сторону со старого кладбища никто больше не идет, они синхронно уронили биты и бросились друг на друга с жадной алчностью, которой позавидовал бы любой мертвяк. Бронсон ловил ртом обветренные губы Найджела с привкусом табака и пота, а Найджел в это время потрошил ширинку Бобби, намереваясь сжать горячей натруженной ладонью уже вовсе не биту, а его член. Возбуждение достигло такого накала, что они и правда были готовы трахнуть друг друга прямо там. Затрещала ткань, полетели пуговицы, и Бронсон внезапно для себя оказался по пояс голым. Когда он протянул руку, чтобы вернуть услугу, Найджел шлепнул его по ладони и всунул в нее вместо рубашки собственный член. Бобби с энтузиазмом сжал руку, тут же зарываясь пальцами в податливые лобковые волоски, пытаясь достать до яиц, но, потерпев неудачу, снова вернулся к члену, дроча его в ритме собственного сбившегося дыхания. Найджел не остался в долгу, стиснув его член в ответ. — Я так хочу тебя, детка, — прошептал Найджел, осыпая поцелуями щетинистые щеки. — Меня пиздец заводит, когда ты вот такой. — Нравится видеть, что трахаешь не сопляка, а мужчину? — прохрипел Бобби, неудержимо двигая кулаком. — Тогда давай, я могу развернуться и приспустить брюки, отымеешь меня прямо здесь и сейчас… Это предложение было опрометчивым, и Бронсон прекрасно это осознавал. Им не стоило задерживаться тут надолго, так, максимум передернуть по-быстрому, и спешно ехать домой, под замок, туда, где в безопасности можно продолжить ровно с того места, на котором они остановились. Мертвяков действительно было больше обычного и запоздавшие могли по-прежнему красться к ним с болот. Ночь полнолуния была не тем временем, когда стоит предаваться любви на природе, но Бобби сейчас мало что соображал. — Нет, — с видимым усилием процедил сквозь зубы Найджел, и по тому, как дернулся его член у Бобби в руках, Бронсон понял, что его тоже это завело. — Красотуля, ты же знаешь, что мы должны соблюдать осторожность. — Когда ты со мной, я об этом забываю. — Хорошо, что не забываю я… Время слов закончилось, остались только звуки — стоны, сбитое дыхание, хриплые ругательства и влажные чвакающие звуки, за которыми совершенно не слышно мокрого чавканья болот. Они кончили вместе, как обычно. Бобби только и успел, что заправить обмякший член в штаны и устало упасть на капот. Металл машины приятно холодил разгоряченную спину, и он с улыбкой наблюдал за тем, как Найджел, натянув джинсы, придирчиво изучает любимую рубашку на предмет пятен. Вероятно, Найджел остался доволен увиденным, потому что следом он неспешно полез в карман за пачкой сигарет. Бобби моргнул. Когда он закрывал глаза, рядом был только Найджел, но когда снова их открыл, перекошенное лицо зомби было уже у самого плеча его любимого ублюдка. — Сзади! — крикнул Бронсон и стремглав скатился с капота, хватая биту. В этот момент Найджел уже и сам скинул с себя мертвяка и добил его, попросту размозжив крепким ботинком череп. — Ты как? — обеспокоенно спросил Бобби и в ответ раздалось глухое и хриплое: — Не подходи. Найджел пятился от него, медленно подрагивая всем телом, а на его шее алым полумесяцем расцветал укус. Вокруг него синела кожа и набухали вены, уродливым рисунком разбегаясь за ворот рубашки, чтобы донести яд и туда. Бобби судорожно сглотнул. — Чего ждешь, красотуля? Садись в тачку и вали отсюда. Сам знаешь, что свежие хуже всего. А тем более я. Бронсон чуть не подавился вздохом. Он смотрел на Найджела и сам не знал, чего ждет. Он должен был последовать этому совету, запрыгнуть в тачку и валить как можно быстрее. Только... только он не мог. Ноги словно вросли в болотистую жижу, рука с битой дрожала, дыхание частило, а он все никак не мог насмотреться на единственного человека, которого он когда-либо действительно любил. И который любил его. Куда ему теперь идти? Что его ждет? Бобби снова сглотнул. — Беги, — отрывисто скомандовал Найджел изменившимся голосом – голосовые связки уже изменились – а потом еще раз, но уже совсем хрипло. — Беги, мать твою! Бронсон выставил вперед биту. — Я ведь так тебе ни разу и не сказал, что люблю, — хрипло пробормотал коп, наблюдая за последней трансформацией Найджела. Еще немного, и он набросится на Бобби. Это было неизбежно. — И знаешь, Найджел... к черту это все. Как там они говорят в своих дурацких клятвах? В горе и радости, в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас...? Бронсон выронил биту на землю и шагнул вперед. Его укус был до странности похож на поцелуй. С тех пор прошло более пятидесяти лет, но если прийти к старому кладбищу близ луизианских болот в лунную ночь, можно издалека заметить странную пару, которую так и не тронул тлен. Они по-прежнему вместе и, возможно, даже осознают это, потому что любовь всегда побеждает смерть.