Последнее желание

Во всем институте имени Склифосовского на удивление было спокойно. Тусклые лампы освещали только лестницы и регистратуру, в то время как в каждой палате было темно. Ночь вступила в свои законные права и положила конец суете и неразберихе в больнице. Дежуривший Брагин неспешно шел по плохо освещенному коридору, проверяя, все ли в порядке и все ли пациенты в своих палатах. Его внимание привлекло движение в одной из смотровых. Через стеклянную перегородку он увидел прячущуюся ото всех Павлову. Бывшая заведующая в ожидании приговора сидела на больничной койке, оперевшись о нее руками и склонив голову. - Что это Вы тут? Прячетесь? - Олег зашел в комнату, не дав Павловой опомниться. Хирург быстро занял место на кушетке напротив бывшей начальницы. - Нет, что Вы! - попыталась ретироваться Ирина Алексеевна. - Отдыхаю. После тяжелого трудового дня. - Ну показалось, значит, - нарочито наивно кивнул Брагин. - А то я смотрю, Вы окопались здесь, как в бункере. - Ой, глупости не говорите, - с грустной улыбкой отмахнулась Павлова, получая взамен добрый смех Олега. - Шефство надо мной решили взять, да? Опекаете, как маленькую. - Да! - без тени издевки подтвердил Брагин, снова улыбнувшись в ответ. - Я сразу это почувствовала... Врачи смотрели в глаза друг друга и понимали все, что скрыто внутри, без слов. Олегу было не по себе видеть такую слабую Павлову, которая после лишения своей должности чувствовала себя не в своей тарелке. Ирине Алексеевне, в свою очередь, очень льстило внимание Олега, но она не хотела отказываться от его покровительства. Казалось сущим преступлением нарушать создавшуюся между ними идиллию. Комната наполнилась необычайным теплом и комфортом. Брагин переместился на кушетку к Павловой, соприкасаясь с ней плечом к плечу. Медленно повернув голову и в очередной раз заглянув в глаза Ирины Алексеевны, он оказался от нее в нескольких сантиметрах, так близко, что оба боялись дышать. - Олег, вставай, - легкий толчок и явно не от Павловой привел Брагина в чувства. - Уже утро, пора домой. Костя окончательно разбудил врача, и тот очнулся ото сна, наполненного воспоминаниями и фантазией. Ночное дежурство прошло без происшествий, и хирург со спокойной душой мог передать свой пост. Обсудив с Лазаревым очередную попытку неудавшегося у них с Сашей ЭКО, Олег переоделся в повседневную майку и джинсы и попрощался с другом. Перед тем, как отправиться домой, Брагин накинул белый халат и решил проведать Павлову. У больничной кровати на сей раз оказалась Ханина. Женщины о чем-то спокойно беседовали, но у Ани был озадаченный вид. - Доброе утро, - мужчина улыбнулся своим коллегам. - Как прекрасно начинать день с обхода таких прекрасных дам! - Брагин, ну ты не меняешься, конечно, - хихикнула Аня. - Хорошо, что зашел. - Как приятно, когда тебя ждут! - Олег зажмурился от удовольствия. - Ирина Алексеевна, как Вы? - Нам нужно поговорить, - пытливый взгляд заведующей говорил сам за себя. - Оставлю вас наедине, - Ханина приподняла брови и хитро улыбнулась, поспешив удалиться. - Ого! - внимание Брагина привлекла кипа бумаг, лежащих на прикроватной тумбе. - Смотрю, Вы времени даром не теряли и вернулись к работе. - Не совсем, - Павлова потянулась за документами, - я изучала свой анамнез. Профессиональный интерес, знаете ли. - Так, так, - Олег занял свое место и с неподдельным интересом подпер голову рукой. - Каков же Ваш вердикт? - Нужно делать повторную операцию. И как можно скорее. - Я согласен, повторная операция нужна. Но не сейчас. Нужно подождать. - Нечего ждать, - возразила Павлова. - Ирина Алексеевна, прошло непозволительно мало времени. Вы еще до конца не восстановились. - Олег Михалыч, поверьте моему многолетнему опыту… - Сейчас Вы не врач, Ирина Алексеевна. Вы мой пациент. Мой и Андрея Яковлевича. И Вы должны следовать нашим назначениям. - Что ж, в таком случае я отказываюсь от того, чтобы Вы меня дальше вели. Волошин согласился на повторную операцию. Ханина тоже дала добро на наркоз. - Вы ведете себя неразумно. Как маленькая, ей богу! - Уверена, Андрей Яковлевич быстро найдет себе другого ассистента на операцию, - перебила уговоры Павлова. - Вы хотя бы отдаете себе отчет в том, что все может стать только хуже? - Брагин постепенно терял самообладание. Его хороший настрой вмиг улетучился, сменяясь тревогой. - Серьезно?! - усмехнулась заведующая. - Хватит, - процедил сквозь зубы Олег. - Я же за Вас переживаю! - Так переживал, что прооперировать нормально был не в состоянии?! - выдала Ира, тут же пожалев об этих словах и своем агрессивном тоне. Ее губы незаметно задрожали под испепеляющим взглядом врача. «К черту», - подумал Брагин и в тот же момент сорвался и вылетел из палаты. Раскинувшись на диване, перебирая между пальцами пазл Кати, Олег совсем успокоился. Он знал на собственном примере, что переубедить человека очень сложно и еще тяжелее его переделать. Если бы не предложение Куликова поехать после смены на заброшенный участок, чтобы, как в старые добрые времена, побить стекло о кирпичную стену, Брагин не почувствовал бы себя настолько легче. С каждой разбитой бутылкой из Олега вырывалась вся накопленная злость и все невысказанные ранее слова. И все же в его душе до сих пор сидела горечь обиды от слов Павловой. Хоть она сказала это и сгоряча, что Олег понимал, она все-таки это сказала, не думая о мотивах хирурга. А ведь абсолютно все, что он делал или чего не делал, было только для ее же блага. Тем временем рядом Марина с умиротворенным видом заплетала Кате косичку и что-то напевала себе под нос. Семейную идиллию прервал очередной входящий звонок. - Слушаю, - ответил Брагин, хотя совершенно не хотел тратить и минуты своего выходного дня на разговор с Кривицким. - Олег, прошу тебя, приезжай. Волошин собирается оперировать Иру. - А я здесь при чем? Я был категорически против. - Как это, при чем! Ты ее лечащий врач. Волошин не может самовольно ее прооперировать! - Ирина Алексеевна отказалась от моего наблюдения. Теперь ее врач Андрей Яковлевич, - спокойно ответил Олег. - Я тебя очень прошу! Она не в себе! Ты всегда умел влиять на Ирину Алексеевну! Если не как врач, так как друг! - не унимался Кривицкий. - Геннадий Ильич, к сожалению, я ничем Вам помочь не могу. Ирина Алексеевна приняла решение. И если она не прислушивается даже к Вам, как к самому близкому для нее человеку, то я не знаю, кто еще может повлиять на нее. - Олег, ты можешь, - настаивал мужчина, после чего в воздухе повисла тишина. - Извините, мне нужно идти. Всего доброго. И удачи, - на этих словах Брагин сбросил вызов. - Что-то случилось? - обратилась у мужу Марина. - Да так, очередные проблемы у Павловой, - нехотя ответил Олег. - Ей стало хуже? - Нет. Она попросила повторную операцию. - Так рано же еще, - нахмурилась Нарочинская. - Вот и я говорю, что рано. Но Ирина Алексеевна лучше знает, - Брагин замолчал, что-то обдумывая. - Я отъеду ненадолго? - Ты что, шутишь? - Марина посерьезнела. - У тебя вообще-то сегодня выходной. И я недавно тебе объявила, что беременна. Я залетела, Олег! - Ну не злись, - добродушно попросил Брагин. - Я вернусь, как только все решу. - Я не могу не злиться. Пусть другие носятся с Павловой! А у тебя есть своя семья, своя жизнь, - без доли злости, а скорее с безысходностью в голосе проговорила Нарочинская. - Да, есть. Но еще у меня есть обязательства перед другими людьми. И ты сама не раз оказывалась на моем месте. Брагин поцеловал жену в щеку и нежно погладил ее по спине. Услышав вздох некого смирения, Олег снова собрался в Склиф. Время до конца операции Брагин провел в ординаторской. Минуты как назло тянулись, а в комнате то и дело чередовались хирурги, приходящие со своих операций и вновь уходящие решать очередные сложные задачи. Это невыносимо нервировало. Следующая в ординаторскую наконец-то зашла Ханина. Ее появление было как глоток свежего воздуха. - Мы закончили, - Аня сняла с волос медицинскую шапочку и убрала в свой шкаф. - Как все прошло? - без какой-либо надежды спросил Олег. - С моей стороны без каких-либо осложнений. Она скоро придет в сознание. Хирург закивал в знак принятия и остался сидеть у стола. - Иди к ней, - мягко прошептала Аня, приобняв мужчину со спины. - Ты ей нужен. - Вы с Куликовым все никак не угомонитесь? - Олег ухмыльнулся. - Не только мы. Сложно не замечать очевидное. Брагин закатил глаза и направился к Павловой, бросив напоследок: - Лучше бы сама с Куликовым определилась, что между вами. Олег дошел до поста медсестры, которая заполняла очередную кипу отчетов. Встав напротив стеклянной перегородки палаты, где лежала Павлова, мужчина скрестил на груди руки и оперся о стойку. В ушах стоял непривычный гул, а сердце забилось чаще, так что Брагин сжал руки в кулаки, чтобы хоть немного унять свое волнение. Доктор видел, как Волошин наклоняется над Ириной Алексеевной и водит перед ее глазами фонариком. Как он обходит кровать и берет неврологический молоточек. Как дотрагивается до ее ног, проверяя рефлексы, а Кривицкий стоит поодаль и за всем этим наблюдает, закрыв наполовину лицо ладонью. Эмоции присутствующих не менялись: все то же обеспокоенное и тревожное состояние царило в помещении. И только Павлова повернула голову и посмотрела прямо на Брагина с чувством полной отрешенности. В сотый раз за день у Олега перевернулось все внутри. С одной стороны, он оказался прав, когда отстаивал свое мнение. Его правота восторжествовала. Но с другой... С другой стороны, Павлова закрыла глаза и отвернулась от него, и только по ее взгляду и этому, самому незначительному жесту стало ясно, что теперь ей все равно, что будет дальше. Андрей Яковлевич вышел из палаты, оставляя Ирину с Кривицким. Волошин приблизился к стойке, чтобы расписаться в журнале после проведения операции. - Не надо было делать эту операцию. Рано, - безапелляционно констатировал Олег. - Я ее врач, - Андрей встал напротив Брагина, - мы решили это вместе с пациенткой. - А результата нет, - пожал плечами второй. - Вижу, - Волошин коротко моргнул в знак солидарности с Олегом. Андрей Яковлевич все понимал и не гнался за признанием, но от этого не становилось легче. Он развернулся и быстро исчез из вида. Брагин заметил, что Павлова все это время наблюдала за хирургами. От ее безмерно огорченного вида Олег тяжело вздохнул и сглотнул ком в горле, не давая волю слезам. Очень некстати Геннадий Ильич встал со своего места и пошел навстречу Брагину. - Олег, привет. Спасибо, что приехал. К сожалению, уже слишком поздно, - на Кривицком не было лица. - Знаю, - несмотря на все произошедшее, Олег не испытывал чувства вины, но казалось, что виноватым себя ощущает Геннадий Ильич. - Я бы все равно не смог ее переубедить. - Да, наверное... Я могу тебя попросить остаться здесь на какое-то время? У меня даже не было возможности поесть толком. - Конечно, идите. - Спасибо! - Кривицкий слегка поклонился, пропуская в палату коллегу. Брагин неспешно вошел в комнату. Изначально было сложно понять, спит заведующая или просто закрыла глаза. Так и не прореагировав на посетителя, Павлова продолжала просто лежать. Олег сел на стул и аккуратно дотронулся до ее запястья, поглаживая выпирающую косточку большим пальцем. - Привет, - прошептала Ира, приподняв веки. - Как Вы? - Прости меня, пожалуйста. Я была неправа. - Ирина Алексеевна... - Нет, - Павлова не дала договорить Олегу. - Я должна была тебя послушать. Кто, если не ты, скажет мне всю правду. - Иногда нужнее сладкая ложь, чем горькая правда. - Я только зря надеялась. Как я могу теперь загладить свою вину? - Вообще-то есть кое-что, о чем я хотел Вас попросить. - Готова выполнить любое желание, - на полном серьезе пообещала Павлова. - Тогда дайте себе время. Это все, что мне нужно, чтобы Вам помочь. Ирина Алексеевна будто в первый раз увидела Брагина, и его вид поразил ее до глубины души. Всегда сильный, независимый и хладнокровный, сейчас Олег по-настоящему переживал, не скрывая этого от начальницы. - Ну так что, мы договорились, или мы и дальше будем такими принципиальными? - Договорились, - Павлова еле заметно улыбнулась и сжала руку мужчины. - Не дай никому другому снова ко мне прикоснуться. Даже если я буду умолять. - Но я же не Ваш лечащий врач, - парировал с ответной улыбкой Брагин, прогоняя всю свою печаль. - Как это?! - наигранно удивилась заведующая. - Так меня сегодня этого права лишили. - Я была не в себе! А ты больше глупости слушай! А если я совсем из ума выживу и попрошу тебя... - Любое желание госпожи - закон, - подыграл Олег, чтобы разрядить обстановку. Павлова поерзала на кровати, укладываясь удобнее. - Принеси мне все-таки, пожалуйста, свой сборник стихов. Мне предстоит впереди много бессонных ночей. - Давай помогу, - Брагин навис над ней, поправляя подушку, и его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от женщины. - Так удобно? - Да, спасибо. Олег задержался на мгновение в этой позе, смотря на Ирину сверху вниз. Вопреки своему возрасту и перенесенным двум операциям подряд, она была очень красива. - Вся красота твоей печали. Мы, как две линии, совпали... - Брагину вспомнились строки какой-то песни. - Откуда это? - только спросила Ирина, как дверь в палату резко распахнули. - Михалыч, - Нина сильно нервничала, - прости, но ты нужен! Срочно! Белоснежное одеяло с ног до головы укрывало блондинку. Она лежала почти неподвижно, и только пара слезинок текли по ее щекам, а грудь едва заметно дрожала на каждом вдохе. Следом за Дубровской зашел Брагин, когда около Марины стояла Саша с результатами ее анализов в руках. - Привет, - в своей тактичной манере Покровская кивнула коллегам. - Нам, наверное, лучше вас сейчас оставить, - фраза, обращенная скорее к Нине. - Если что-то будет нужно, мы в ординаторской, - добавила Дубровская. Стоило обеим скрыться из вида, как Марина тяжело вздохнула с криком отчаяния на выдохе. Олег сел у кровати жены и уронил голову на руки. Еще несколько минут Нарочинская беззвучно плакала, сотрясаясь под одеялом. - Тебя снова не было рядом, - Марина устало посмотрела на мужа. - Я весь телефон оборвала, пока пыталась тебе дозвониться. - Я оставил его в ординаторской. Прости. - Брагин, тебя никогда нет, когда ты нужен. Ты в доступе для Кривицкого, Куликова, Павловой, но не для меня. - Марин, не надо. Истерики не приведут ни к чему хорошему. - А у нас когда-то было иначе? Я живу с тобой как на пороховой бочке. В день свадьбы ты оперировал и подорвался на мине. Когда я рожала Катю, ты был у своей бывшей. Не говоря уже о бесконечных проблемах. Брагин, вот объясни мне, почему я все время должна тебя ждать и жалеть? Кто меня пожалеет? - Я тебя жалею, - Олег с состраданием посмотрел на Нарочинскую. - Да что ты говоришь, - с издевкой хмыкнула Марина. - Если ты хочешь второго ребенка, мы попробуем еще раз. - Не хочу, Олег. Не-хо-чу, - по слогам выпалила блондинка. - Я хочу, чтобы желание было обоюдным. Чтобы ты при первой возможности стремился домой, а не в Склиф. Чтобы ты, черт возьми, заботился обо мне, а не о Павловой! Но у нас все наоборот. Марина внезапно замолчала, оставляя Олега с этой мыслью. Брагин устало потер ладонями лицо и уставился в пустоту. Ему хотелось, чтобы этот бесконечный день скорее закончился или вовсе оказался очередным сном.