Пара сущих бестий

—Веди меня к тем, кому ты должна. — с ходу потребовала Мэри Тёрнер собственной персоной, переворачивая мир Кары с ног на голову в очередной раз. Она отцепилась от неё, убирая сжатую женскую руку со своей одежды и выскальзывая из-под Мэр, прижимающую её к стене. Рыжеволосая отряхнулась и равнодушно поправила свою футболку, проигнорировав слова блондинки. Она с неким отвращением осознала, насколько же быстро расползаются слухи в этой богом забытой школе. Сероглазая ждала ответа, глядя на собеседницу, которая не спешила его давать. Поправив вещи и убедившись, что те в порядке, девушка всё же подняла на неё взгляд. Тёрнер нахмурилась, встречаясь с безразличием и скрытым презрением в изумрудных глазах. —Полмиллиона нашла? — сухо поинтересовалась переведённая в группу «Д» день назад. Стало очевидным, что та считала, одноклассница просто пришла поиздеваться над ней. Да и никто бы в здравом уме не поверил в обратное. Кармен просто смотрела на прибежавшую безучастным взором, намереваясь вот-вот уйти. Мэри, прочитав это на её лице и мгновенно вскипев, раздражённо сжала кулаки. Люди проходили мимо, спеша домой после окончания рабочего дня. Осенний ветер пробирался под кожаную куртку рыжеволосой и под синюю потрёпанную джинсовку блондинки, но никак не остужая их пыл. Горящий характер не смог бы погасить даже суровый мороз Антарктиды. Кара, пожав плечами на отсутствие ответа и на разозлённое выражение лица Мэр, начала разворачиваться. Этот пустой диалог интересовал её меньше всего, и оставаться здесь у неё не было никакого желания. Она просто хотела поскорее уйти домой. Собеседнице это, однако, не понравилось, она тут же схватила её за предплечье, грубо разворачивая назад. Второй рукой сероглазая перебросила вперед рюкзак и открыла молнию, демонстрируя содержимое. Стюарт неосознанно перевела туда взгляд и опешила, замирая на месте так, словно её тело априори не могло никогда двигаться. Зрачки округлились, не в силах посмотреть даже в сторону. В системе кувалдой раздался сбой, требуя немедленной перезагрузки. Брови свелись к переносице в то время, как привычный мир Кармен рушился. В её жизни происходило то, что не входило в рамки привычной. Ей показалось, что судьба издевается над ней, дразнит, намереваясь сначала подарить, а потом забрать, чтобы задеть как можно больнее; чтобы потом обыграть сцену трагедии «Ромео и Джульетты», и как там обставить причину смехотворным происшествием. Но для зеленоглазой бестии это не шутка — для неё это конец жизни, над которым все посмеются. Она посмотрела на Мэри, с трудом отрывая глаза от рюкзака, до отвала заполненного пятитысячными купюрами. Чуть дрогнув, Кара поняла, что над ней играется не судьба, а сидящая за первой партой третьего ряда — Тёрнер. —Это, конечно, всё очень хорошо, — девушка в кожаной куртке мягко положила свою ладонь поверх руки собеседницы, которая сжимала её предплечье. Она высвободила свою кисть, разворачиваясь к блондинке боком, — Но мне от тебя ничего не надо. Рыжеволосая отвернулась полностью, делая шаг в направлении дома. —Да ты шутишь, — Мэр вновь схватила её за локоть, сгорая от раздражённости слышать отказ в очередной раз, — Предпочтёшь сдохнуть от рук тех мужиков из-за своей гордости!? Думаешь, крутой будешь казаться!? Сероглазая вцепилась в воротник знакомой обеими руками, пытаясь образумить. Она тряхнула её, считая, что та просто не в себе. Кто отказывается от полмиллиона, когда на кону собственная шкура, что за идиотизм!? Изумрудные глаза вспыхнули яростью, готовые прикончить ту, кто открывал свой рот, не подумав перед этим несколько раз как минимум. —Не лезь не в своё дело! — прорычала она, ногтями врезаясь в ладони той, кто без спросу хватает её одежду уже в который раз! — И пусти, блять, меня наконец! —Стюарт нащупала какую-то стеклянную бутылку, тут же неосознанно замахиваясь ей для удара. Правило второе: не предлагайте помощь тем, кого зовут Кармен. Блондинка инстинктивно метнулась на шаг назад, расставляя оборонительно руки по сторонам. Её взгляд освирепел, а у одноклассницы, наоборот, просиял. Кару словно пробило током, она с испугом отступила, провела рукой по лицу, приходя в себя. Девушка отбросила стекло на землю. Между ними наступила тишина, разбавленная сбитым и напряжённым дыханием обеих, — Никогда больше не трогай меня. — ещё раз уже более спокойно повторила она, а бутылка, достигнув пола, лопнула. Тёрнер сжала челюсть: «Что это щас было?». Их разделял метр расстояния, обе поняли, что перешли границы, заведя куда-то не туда. От адреналина девушек чуть потряхивало, зеленоглазая не решалась поднять взгляд, ища глубоко внутри успокоения, в то время как Мэри, наоборот, не сводила его с собеседницы, видя словно впервые. Их характеры жестоко схлестнулись, чуть не приведя к увечьям или тяжким последствиям. Несовместимые души входили в конфронтацию, болезненно кусаясь. Им не предписано сталкиваться, доктор назначил рекомендации: обходить друг друга стороной, пока это не привело к чему-нибудь опасному, но что делать тем, кто не слышал такого слова, как «отступать»? Нужно было выстраивать иную стратегию, чтобы обе добились того, чего хотят. Рыжеволосая махнула рукой, по-прежнему не поднимая глаза: «Помочь хочешь, Тереза? Вперёд». Развернувшись и не проронив ни слова, она побрела по тротуару прямо. Мэр, спохватившись, недоверчиво поплелась за ней. Иронично было то, что мать Тереза никогда не являлась таким уж добрым и милосердным человеком, как о ней принято говорить, и с горькой улыбкой Кара это знала. Минут пятнадцать ходьбы привели к частным секторам, но, как позже выяснилось не туда, куда блондинка рассчитывала прийти. Нейт передал ей информацию, которую нарыл, кажется, что девушка вляпалась во что-то вроде неудачной азартной игры — парень точно не знал, но дома напротив и в крупицу не похожи на то, куда был проложен их путь. Чуть позже рыжеволосая угрюмо обмолвилась, что они пришли к порогам её жилья, — той что-то нужно взять. Наказав стоять на улице, сама зашла внутрь, оставляя сероглазую одну. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, погружая мир в темноту и уступая место чарующей луне и звёздам. Осенняя погода беспощадно поднимала ветер, заставляя девушку застегнуть куртку. Она устало зевнула, сегодня ночью ей не выбилось возможности поспать, поэтому та всецело была намерена осуществить свой план как можно быстрее при помощи Кармен. Мысли вновь с опаской вернулись к ней — как вообще можно получить долг в пол-ляма, да и вообще, что за взрывная реакция? Мэр неуютно поёжилась, хмурясь и мысленно всё матеря. Осень была таким же рассветом юности, как и любое другое время года, но в отличие от романтичной и опьянённой влюблённостью весны, суровой и молчаливой зимы, — жёлто-оранжевая пора года была временем ссор, бунтарства, строгости и неудач; была разбитым коленом, проехавшим по опавшим листьям и впоследствии ударившимся о ребристый асфальт; бегством по крышам; высоко задранным подбородком и средним пальцем на любые правила взрослых; встречам закатов и рассветов в компании друзей, лёжа при этом на холодном полу улицы. Две бестии, чьим хобби было по кусочкам поглощать этот мир, одним своим присутствием выбивать у остальных кислород из лёгких, идеально вписывались в это время. Они были для него рождены. Кровожадно облизываясь, пусть и ненамеренно, они устраивали в чётко-отлаженной системе хаос. И сегодняшний день готовился стать пополнением в их коллекции. Хлопнув дверью, Стюарт вышла из своего дома, ничего не говоря, она раздражённо опять куда-то побрела, невербально захватывая с собой и одноклассницу. Куртка на ней тоже была застёгнута, руки сложены в карманы. На одном плече висел рюкзак. Путь им предстоял долгий — аж в другой район. —Зачем оно вообще тебе? Минуты шли, по ощущениям наращивая темп. Солнце окончательно скрылось за горизонтом. Зеленоглазая в этом мире многого не понимала, но что-то точно могла понять. Она чувствовала людей, видела скрытые мотивы и была в принципе человеком с развитой эмпатией, но то, что задумала девушка, хмуро шагающая рядом с ней, заставляли наталкиваться на не самые приятные догадки. Предчувствие подсказывало ей, что добром это не кончится, но чем чёрт не шутит? У Кармен банально не оставалось выбора. Мэри искоса взглянула на неё с презрением. —Не лезь не в своё дело. — ответила она её же словами и ускорила шаг. Рыжеволосая, силясь с собой, вздохнула: —Вздумаешь предать меня — пойдешь ко дну вместе со мной. — предостерегла, и тоже увеличила темп. Покерный дом открыл на себя вид ещё через тридцать минут ходьбы, когда обе уже из-за холода продрогли. Ночь прикрывала большинство заведений, но распахивала двери особо опасных, но так манящих квартир. Работали стриптиз-клубы, хостелы, мотели и игровые дома в том числе. Взглянув на двухэтажное здание, Тёрнер присвистнула: «Не думала, что ты увлекаешься таким». Кармен поправила рюкзак и угрюмо ответила: «Я и не увлекаюсь». В публичном месте для гостей при деньгах горели окна, намекая на то, что те открыты и готовы принимать посетителей (грабить, конечно же, тоже). Охрана, чтобы лишний раз не отпугивать, стояла внутри, а вход расположен традиционно на нулевом этаже, уходящим под землю. В государстве Х азартные игры были нелегальным делом, но те, кто промышляли им, всегда очень тщательно скрывались или давали ментам взятки, которые их с охотой принимали. Утром этот подвал очень хорошо маскировался под обычный отель, ровно, как и гласила вывеска основного здания. Мэр с издёвкой усмехнулась: «Да, ведь долг на круглую сумму просто так появился», и тоже поправила сумку с деньгами. В этот момент на её телефон пришло оповещение, она тут же потянулась к карману куртки. Сообщение от знакомого номера включало в себя всего несколько слов:

«Всё в силе»

После которых девушка довольно оскалилась, убирая смартфон обратно и бросая на Кару двусмысленный взгляд. Та, заканчивая глядеть на здание, развернулась к Тёрнер и протянула ей руку. —Давай деньги. Пришло время платить по счетам, но Мэри почему-то не двинулась с места. —Я сама их отдам. На её лице больше не было улыбки — только привычная серьёзность и ненамерение отступать. Ладонь сжимала рюкзак с наличкой на одном плече, демонстрируя только одну вещь, — что именно ей решать. Кармен нахмурилась, с сомнением убирая протянутую кисть. Её глаза сощурились, пристально смотря на стоящую напротив. Предположение, что та что-то задумала уже не создавалось, а кувалдой забивалось Каре в мозг. Стюарт устало вздохнула и потёрла глаза. —Валяй. — проговорила она и махнула рукой. Понять, а тем более разгадать скрытые мотивы Мэр, ей было просто не под силу — слишком много вариантов, а она, к сожалению, не Шерлок Холмс с его дедуктивным методом. Тешила мысль, что хуже ей уже не будет, а потому плевать. Сероглазая тут же шагнула по направлению к двери, пока Кармен вновь не окликнула её, — Погоди, — резко начала она, вынуждая блондинку раздражённо бросить на неё взгляд через плечо, — Как мне потом отдать тебе долг? — задала вопрос, который в действительности имел вес. Собеседница отвернулась и сделала ещё шаг ко входу, в конце концов, цепляясь за ручку и открывая на себя дверь. —Отработаешь. — ответила она строго и зашла внутрь. Женский силуэт в пороге подвального этажа растаял, отрезав себя от всего мира и уйдя добровольно псам на растерзание. Кто-то бы подумал, что это верх благородности — защитить другого, бросившись грудью на амбразуру самому, но те, кто знали девушку, сейчас помолились бы всем богам, надеясь успеть спасти свои души от лап этой сущей бестии, которая, даже не раздумывая, бросила бы их Дьяволу в пасть и заключила на чужую жизнь смертельный контракт. Рыжеволосая осталась одна в смешанных чувствах: «Ей её вообще ждать?», может, стоило настоять на своём или в крайнем случае пойти с ней? Девушка потёрла виски, которые, от распирающих мыслей заныли, и осела на пол. Вопрос закрылся тем, что та решила подождать около десяти минут и только потом начать бить тревогу. Ветер опять капризно задул, вынуждая поёжиться от холода. Стюарт села на бордюр, накрыв лицо рукой. —Эта Мэри сошла с ума, и такими темпами она сведёт и мой рассудок.

***

Внутри заведение было броским, цепляющим взор, вульгарным, сделанным в дорогих красных и тёмно-зелёных тонах. Люстры с потолка блестели золотом, привлекал и махровый ковёр под ногами бордового оттенка, эдакий элитный отель на пять звёзд или покерный дом, где главная цель — отмыть деньги. Мэр горделиво усмехнулась, чувствуя в глубине своего характера тот же дух азарта и наживы. Эта работа была бы ей по плечу: развести богатеньких дядек, навесить на них долг, выбить его, а затем смыться от копов. Но сегодня блондинка здесь по другому поводу. —Вам чем-то помочь? Чужой ласковый голос раздался на этой стороне мира, где правила валюта, азарт и владельцы «пятизвёздочных отелей». Вошедшая устремила взор на ту, кто спрашивал, и оценивающе оглядела её с ног до головы. Из-под светлых ресниц блондинки, которые словно были покрыты морозным инеем, серость глаз казалась как ни у кого другого бездушной, беспощадной и безжалостной. Составлять о себе плохое впечатление с самых порогов у Мэр был просто талант. Двое охранников смотрели на пришедшую хмуро и недоверчиво, уже готовясь сообщить, что детский сад на соседней улице, но особе со скверным и рискованным характером было на их издёвки плевать. Вопрос, однако, задали не мужчины, а хостес, которая стояла на пороге вместе с ними, дабы провожать посетителей с их карманами налички до места, куда те их безвозвратно сольют. Исключений в этом зачастую не бывало — казино всегда в выигрыше, но Тёрнер всё равно собиралась им стать. Она откинула прядь волос и сняла с плеча рюкзак. Расстегнула молнию, демонстрируя его содержимое, ровно, как и Кармен больше часа назад. —Я хочу сыграть в Техасский покер. Игровой дом был наполнен запахом табака, откуда-то дальше слышались перестукивания фишек, раздачи карт дилером и короткие обрывки фраз, вроде: «Пас». Сразу со входа происходящего не было видно, опять же, в целях безопасности. Чуть дальше от порогов стояла железная арка — металлоискатель, проверяющая на наличие запрещённых вещей, в том числе и телефоны с камерами, конечно, не говоря уже о жучках, которые проверялись отдельно людьми, скользящими по одежде в поисках на теле нехарактерных выступов. Темноволосая работница добродушно улыбнулась (уж они-то умели улыбаться очень хорошо, а главное натурально). Она кивнула и жестами пригласила гостью дальше: оставить вещи в небольшой гардеробной и пройти стандартную процедуру обыска. Пока у посетителя были деньги — здесь ему никто не имел права отказать, такова политика этих дешёвых заведений. Проблема заключалась в том, что их наличие очень быстро решалось тридцатиминутной игрой, а далее шла расправа. Мэри гадко усмехнулась, осознавая это, может и не в полной мере, но в подавляющей её части точно. Сероглазая проследовала за хостес, где можно было снять верхнюю одежду. Однако тут стоит внести оговорку, правило запугиваний и система долга применялась далеко не к каждому, всё-таки чтобы прибрать к своим рукам как можно больше, покерные дома должны были не отпугивать, а привлекать людей. Богатых радовали периодичными выигрышами, увлекательной игрой, кальяном — в общем, всем, что смогло бы привести этих гостей к порогам подобного места ещё раз. В такую категорию входили те, кто мог платить казино долгое время, а не слиться после первого же проигрыша, как, например, обычный человек со средней или даже выше средней зарплатой по стране. По оценкам работников предприятия Тёрнер, конечно же, входила во вторую касту. Блондинка повесила на крючок куртку и проследовала за женщиной далее. Металлоискатель удовлетворённо пропустил её в эпицентр азартных игр, открывая вид на дух блефа, ставок и серьёзных, высокопоставленных лиц. За стойкой другая работница предложила пересчитать деньги и обменять их на фишки, что восемнадцатилетняя наотрез отказалась делать, сказав, что не дура: «Если такая мелочь, как я, выложит сейчас всё на стол, то уже в следующую секунду окажется за дверью, вылетев туда пинком». Девушку это рассмешило, а стоящих рядом вынудило прикрыть рот, чтобы не выдать их истерику насчёт услышанного — каждый был готов закатиться от смеха куда-нибудь в угол. Работница покерного дома заверила: «Вам нечего бояться, это сделано для удобства игры, к тому же, нам нужно проверить подлинность денег». Она прикрыла глаза, расплываясь в очаровательной улыбке, но только слепой не увидел бы в ней издевательства. Мэри раздражённо открыла молнию сумки и, небрежно смяв, достала первые попавшиеся купюры. —Проверяйте, — хмуро проговорила она. — Но большее не отдам. Её опасения были понятны, но у других вызывали не больше, чем смех. Хостес, которая привела её, стояла не так далеко рядом с одним из охранников, они перешепнулись: «Наверное, стащила наличку у родителей и прибежала сюда, чтобы попытать удачу сорвать куш». Мужчина, не выдержав, прыснул, а от темноволосой, что привела сероглазую сюда, вслух раздался вопрос: —У тебя, наверное, богатые отец и мать? Её ладонь накрывала другую руку, расслабленно располагаясь спереди юбки-карандаша. На ней, как и на женщине за стойкой, пока та проверяла деньги на подлинность, была одна и та же форма с тёмно-синей жилеткой в тон низа, а также чёрные непросвечивающие капроновые колготки. Блондинка обернулась на неё, лицезрея ту же лицемерную улыбку, и сама расплылась в такой, но более гадкой. —Богаче, чем твои. — ответила она, издевательски усмехаясь. Мэр оскалилась, полностью довольная собой и мгновенно получая ожидаемую реакцию. Хостес округлила глаза, таращась на пришедшую так, словно видя впервые. Её лицо побагровело от злости и смущения одновременно, особо неприятно для неё стало слышать смех коллеги за стойкой и, чуть отвернувшегося охранника, с которым она заигрывала всего минуту назад. Работница, проверив купюры, протянула их обратно, делая Тёрнер некое одолжение, мол, так и быть, сделаем для наших клиентов разовую акцию, если не доверяете нам, хотя в действительности второй игры ученицы группы «Д» просто не видать, если проиграет это — заберут всё, продует больше — свесят, как и на Кармен, долг. На лицо была разлаженность и двуличность коллектива, где каждый прогнил до глубины души и не скупился смеяться с незнакомцами над своим другом. Мэри приняла купюры, про себя отмечая: «Я абсолютно такая же». Её провели за нужный столик, усадили, принесли коктейль и попросили подождать пару минут конца другой игры. В покере у девушки были некоторые таланты, она умела в него играть, обучившись этому когда-то и видя такой же способ заработка. Однако, к сожалению, много собрать не получалось — школьники с площадок никогда не скидывались больше двух тысяч — для них это край, тогда как для блондинки — копейки. Но сегодня у неё был шанс сыграть по-крупному и упускать его она не собиралась. —Просим следующую группу сесть за стол, — проговорил дилер, открывая новую пачку карт. Все расселись, бросив насмешливые взгляды на Тёрнер. Девушка, как ни в чём не бывало, ожидала раздачи. — Игра началась, желаю удачно провести время.

***

«Чёрт, ну где она там?», — Кара раздражённо поглядывала на часы, ожидая скорейшего выхода знакомой, но время всё шло, а той не было. Длинная стрелка беспощадно преодолела сначала пять, а теперь уже десять минут, — пройти столько для обычной отдачи долга просто не должно. Кармен взвинчено поднялась с бордюра: «Я знала, что эта дура куда-то вляпается!». Девушка лишь сильнее убедилась в мысли, что нельзя было отпускать её туда одну — из этого места так просто не выбираются, но понять это сейчас оказалось уже слишком поздно. Рыжеволосая взглянула на здание, раздумывая как лучше всего поступить, и, в конце концов, наплевав на риски, она зашла в главное здание — первый этаж со входом в отель. Дорогостоящий интерьер бросился в глаза сразу на пороге, от двери противно зазвенели колокольчики, обозначая чей-то приход. Работница роскошного заведения мило улыбнулась вошедшей с потрёпанной школьной юбкой и самой стандартной кожаной курткой. —Вам чем-то помочь? — спросила она, в то время как зеленоглазая целенаправленно шла к стойке с, не предвещающим ничего хорошего, лицом. —Да, мне, пожалуйста, номер в этой гостинице, — девушка дошла до стойки, и стоило женщине за ней наклониться к компьютеру, как Кармен резким движением схватила ту за воротник, перегибая через отделяющую их столешницу. Светловолосая хостес на миг опешила, жмуря глаза, но как только она их открыла, то увидела прижимающееся дуло пистолета к своему лбу, полностью осознавая, что самое худшее лишь начиналось, — И комнату видеонаблюдения за нулевым этажом. Стюарт была хмура и до смерти серьёзна. Мышцы её лица были напряжены, а скулы сжаты. От вида огнестрельного стоящая напротив ужаснулась, мимика чётко исказила страх, но больше всего испугала последняя фраза, вынудившая женщину оторвать взгляд от оружия и перевести его на изумрудные бездонные глаза. Кара тряхнула работницу, сильнее впечатывая в стол, завидев как та руками потянулась к кнопке вызова охраны. Переведённая в группу «Д» сняла ружьё с предохранителя, шутки кончились, она, полушёпотом и чеканя каждое слово, проговорила: —Либо ведёшь меня туда, либо я простреливаю тебе пальцы и иду сама. Вестибюль погрузился в гробовую тишину, где раздавалось только судорожное сглатывание слюны работницей, а через ткань около груди ощущалось её бешеное сердцебиение. Выбор был очевидным. По наставлениям рыжеволосой администратор подняла руки и вышла из-за стойки. Приложив к её спине дуло, они двинулись к комнате с видеонаблюдением, которые организация вела, дабы избежать мошенничества со стороны посетителей, вовремя это выяснить и расправиться с теми, кто нарушал правила. Девушки шли по коридору и обе знали, что в их сторону уже был направлен отряд охраны. Проблема зеленоглазой заключалась в том, что полиция сюда никогда не вызывалась. —Это оно? — поинтересовалась Кармен, смотря на дверь, возле которой они остановились. Работница сдавленно кивнула. — Отлично. Послышался оглушающий звук выстрела. Пуля пронеслась на огромной скорости, поражая свою цель. Кара прострелила электрический замок, который, исходя из многоуровневой системы безопасности, тут же блокировал дверь. Светловолосая побледнела и замерла на месте. Из её уст вырывались нечленораздельные слова: «Н-но как…? Зачем?». Её тело потряхивало, а прежняя сдержанность растаяла под гнётом нынешних ужасающих чувств. На лбу бегущей строкой читалось: «Что-то не так», а в голову била безудержная тревога, в первую очередь за свою жизнь. И не зря. Она перевела взгляд на Стюарт и опешила, на лице отобразился неподдельный страх. В глазах у восемнадцатилетней пустота — буквальная, бездонная, пожирающая. Ствол для удара был занесён в бок, намереваясь вот-вот набрать скорость и рвануть в сторону черепной коробки хостес. У Кары не дрогнула ни одна мышца, видя животный ужас напротив, её сердце билось спокойно и равномерно. За дверью, куда полминуты назад был сделан выстрел, требовательно застучали мужские кулаки. —Как и зачем? — начала школьница тихо, — Да просто я знаю это здание, как свои пять пальцев. Спокойной ночи, Зель. — закончила она подлинным именем администратора и, вырубая её прикладом пистолета. Достигнув женской головы, та потеряла координацию, глаза закатились, демонстрируя все признаки потери сознания. Тело свалилось вслед за потяжелевшей макушкой. Кармен поправила куртку и, не обращая внимание на тех, кто стучал за дверью, двинулась по правильному маршруту. Она преодолела лестничный пролёт, завернула налево, а затем дважды направо. Её стопы мчались туда, где она могла увидеть происходящее в покерном доме, но в голове беспощадно метались мысли, что она теряла время. Сколько уже прошло суммарно: пятнадцать, двадцать минут? Если блондинка там так долго, то вероятность, что она до сих пор в полном здравии сводилась к нулю. Уж Стюарт это хорошо знала — здесь никого не жалеют, но нырять в этот омут, не удостоверившись самой, что что-то идёт не так — чистейшее самоубийство. Там-то охрана не спрятана, а стоит сразу на входе, при чём вооружённая до костей. Девушка ворвалась в комнату видеонаблюдения, для защиты заперев изнутри дверь. Взгляд тут же метнулся к горящим мониторам, транслирующим происходящее внизу. Одна игровая комната, вторая, третья… Ни в одной нет Мэри. Двигая мышкой по ячейкам, рыжеволосая задавалась вопросом: «Где же она?». Спокойствие куда-то испарилось, сердце колотилось так, что в груди отдавало чечёткой. Гнетущее чувство с каждой пустой камерой начинало пожирать изнутри. Но вот он — успех, девушка нашлась в главном зале! Кара нахмурилась, разглядывая в тёмном помещении экран. —Какого чёрта она делает? — задавалась она вопросом, видя, как искомая сидела за покерным столом и играла в карты. Злость зеленоглазой вскипела разом вся, наблюдая за этой картиной. Вот результат её переживаний и риска!? Девушка с силой ударила боковой частью кулака по столу. В голове тысяча и одно бранное слово насчёт той, кто сидела за игровым полем. Никогда она на самом деле не хотела отдать за Кармен долг, — в груди неприятно зажгло, даже не из-за того, что ей не подарили с небес вот так просто полмиллиона, а за то, что использовали; в том числе из-за лжи. Уголок женских губ раздражённо и в то же время огорчённо поджался. Рука, которой та безжалостно ударила, болезненно заныла, но ничто не шло в сравнение с тем, какое разочарование рыжеволосая испытывала теперь. Одни люди не идут на риски ради других, не становятся героями, защищая собственной грудью, от них не исходит блеск честного имени и о них не сочиняют песни среди народа, — зеленоглазая это знала — всё это знала, но всё равно надеялась. «На что?», — вопрос встал сам, напрашиваясь на логичный ответ: «На помощь». Но девушка знала, что её используют, просто в очередной раз втопчут в грязь, — знала это, так, спрашивается, на что она надеялась? На то, что едва знакомая станет её ангелом хранителем? Да как бы не так. В этом капиталистическом обществе каждого волновали только деньги и выгода, а сидящая за столом лишь воспользовалась этим шансом. Горечь и подавленность пригибали голову к полу, вынуждали убежать от того, кто их вызывал, но, прежде чем взгляд окончательно потускнел и опустился, он зацепился за Тёрнер в последний раз. Блондинка на экране зевнула и притянула к своим губам коктейль. Только сейчас смотрящая обратила на него внимание. Зрачки Кары тут же округлились, выбивая из головы любой намёк на досаду. Она сразу узнала его и, не веря, провела курсором по видео на семь минут назад, опешив из-за собственной скверной догадки. Съёмка попала ровно на тот момент, где одна из работниц подсыпает в бокал наркотики. Всё встало на свои места: Тёрнер уже клонило в сон, дело за малым, дождаться её отключки, а затем обокрасть, обесчестить или сделать что-то ещё, на что только не способен их грязный ум. Не осязая своё тело, Стюарт сделала один неуверенный шаг назад, ошарашено глядела в экран: как Мэри передают жидкость, как та бездумно его отпивает. Нутро восемнадцатилетней замерло с осознанием, как же она ошибалась, на не сгибающихся ногах пришедшая сделала ещё шаг назад, а затем сорвалась на бег.

***

Игра подходила к кульминации, образуя в руках Мэр неплохую комбинацию. Она притянула к губам коктейль, раздумывая над поднятием ставок. Глаза слипались, и, казалось, девушка вот-вот уснёт, но она всячески отгоняла эту идею. На стол легла пятая карта, обозначая последний круг. Крупье спросил: «Ваши ставки?», один ушёл в пас, двое подняли на большую часть фишек — так, что за их столом в сумме было уже около трёхсот тысяч, по половине от каждого. —Ставлю полмиллиона. — безразлично произнесла сероглазая. Её зоркий взгляд следил за реакцией соперников, он же изредка поглядывал на суетящихся работников, чтобы те не выкинули какую-нибудь пакость. Ответ со стороны оппонентов поступил незамедлительно — те хмуро покосились на блондинку. Недовольные лица дядек в костюмах-тройка говорили сами за себя о неодобрении. Читалось, что девушка просто неотёсанный бестолочь и между тем полный дилетант. Каждый принял новую ставку, решив, что соперница блефовала, а они намеревались утереть ей нос. Дилер обозначил, что все суммы приняты: «Время вскрывать карты». —Две пары. —Сет валетов. Комбинации шли по старшинству, демонстрируя вылет первого из игры и обнуления его полмиллиона налички. Тот сжал кулаки и напряг челюсть, но второй не спешил радоваться своей победе — впереди ещё двое игроков, в числе которых Мэр. Девушка откинулась на спинку стула, выбросив рубашкой вниз, карты. Её лицо серьёзно, своим взглядом она уничтожала уже двух заведомо проигравших. —Фулл хаус. — дилер озвучил новую, самую высшую из всех присутствующих, комбинацию карт. С чьих-то счетов списывались крупные суммы денег, банкротились фишки. Мир азартных игр был безжалостен, и удача здесь далеко не первенствующий фактор — главное задавить соперника стойкостью характера, задушить его намерение победить любой ценой. Борьба кошелька, борьба интеллекта и стратегии. Восемнадцатилетняя обходила в этой игре каждого по всем фронтам, нанося бесчеловечные удары по жертвам, попавшим под руку. Остался последний, кого нужно было раздавить. Все перевели взгляды на последнего игрока. Тот не был выскочкой, не намеревался показать блондинке её место в цепи миллионеров, он просто любил играть. Вдохнув никотин из толстой сигары, он глядел на свою ладонь, держащую карты, а затем, выдыхая плотный дым из уст, он выбросил их на стол, демонстрируя свою комбинацию. —Фулл хаус, — достаточно громко обозначил крупье, поднимая взор на хмурых оппонентов за игровым полем, те враждебно настроено смотрели на того, у кого была такая же стратегия, как и у Тёрнер, но только с другим набором карт. — Эта раздача обходит по старшинству все прошлые, поздравляем с победой! Тройка валетов и пара десяток лидировали руку первого игрока, сет второго и фулл хаус из трёх валетов и пары восьмёрок блондинки, обходя ту буквально на два достоинства. Мужчина прибрал к своим рукам выигранные фишки, так и не взглянув ни на кого из присутствующих. Мэри раздосадовано ударила ладонью по столу, из её уст вырвалось раздражённое: «Чёрт!», но и с проигрышем ничего не поделать. Не успев полностью осознать своё поражение, её плечо слегка сжали, она обернулась на лучезарно улыбающуюся работницу, которая тянула к сумке с наличкой, руку. —Ваши деньги, пожалуйста. — попросила она, но даже добродушный голос не смог скрыть в нём сталь и непримиримое требование. Кулаки у Тёрнер сжались против воли, унизительно смотря снизу вверх на темноволосую. Уголок рта дёрнулся в отвращении от этого лицемерия, но тем не менее она нехотя подчинилась. Протянула женщине рюкзак, стараясь не смотреть на неё больше, чтобы не испытывать отвратительного чувства огорчения. Однако в тот момент, когда стоящая собиралась принять крупную сумму, её нечто остановило. Входная дверь, которая была скрыта за поворотом, громко хлопнула, раздался оглушающий выстрел из огнестрельного, а затем мгновенно взвывшая сигнализация от металлоискателя. В один миг помещение заполнилось шумом, некоторые люди боязливо повскакивали со своих мест, оглядываясь в сторону двери. Рядом стоящая с Мэр работница вздрогнула из-за громких и резких звуков, которые не предвещали ничего хорошего. Взгляды каждого свелись к одной точке, а оттуда, буквально через мгновение, показалась надоедливая хостес. Но не одна и не по своей воле. Заключённая в заложники, она с мольбой о помощи смотрела на остальных, ноги её, не сгибаясь, шли вперёд, под давлением того, кто позади держал её за шею и прикладывал к виску дуло пистолета, демонстрируя наличие оружия. —Кара! — удивлённо, но в то же время радостно воскликнула Мэри, явно не ожидая прихода знакомой, — Что ты тут делаешь? Она спрашивала почти невинно, искренне не понимая, какими судьбами её сюда занесло. Появление одногруппницы стало глотком свежего воздуха, позволило сжатому почти до кровотечения сердцу расслабиться, а слезливому кому из горла пропасть. Однако стоило девушке подать голос, как дуло, направленное изначально на работницу, было переведено на неё. «Никому не двигаться», — ровно проговорила Кармен и судя по тону, это касалось всех. По заведению шла волна ужаса, никто не осознавал, что происходило, но точно нечто плохое. Каждый замер в тихом ожидании дальнейших действий. Зеленоглазая кивнула пистолетом блондинке: «Ты. Уходим». Она негодовала, что за взрывная и радостная реакция на её приход со стороны Мэр. Девушка вообще впервые видела на её лице, пусть и слабую, но улыбку, особенно в сторону Стюарт. Предположения закрадывались скверные. Ответчица не спешила подниматься с места, она с тем же выражением лица выгнула одну бровь. —Но зачем? Я играю здесь в покер, кстати, чудесное заведение. И, кажется, — она чуть тряхнула сумку с наличными, — Я только что проиграла полмиллиона. У Тёрнер абсолютное спокойствие, она говорила так, словно на счёте ещё имела столько же и готова была их сюда потратить. Рыжеволосая на короткий миг взвыла, её догадка подтвердилась — наркотик в крови сероглазой уже действовал. Девушка сделала уверенный шаг вперёд, увлекая за собой и ревевшую заложницу. Дуло пистолета метнулось на работницу рядом с Мэри, вынуждая ту выпрямиться, как по струнке и взвинчено попятиться чуть назад. Кармен кивнула ей отойти, чему женщина без возражений подчинилась, предпочтя скрыться от её изумрудных безжалостных глаз как можно скорее. Бестия с огненными волосами осторожно подходила к блондинке, переводя ствол то на одних, то на других. В конце концов она достигла светлой макушки, вставая позади неё и по-прежнему прикрываясь хостес. Ученица группы «Д» слегка смутилась, следя за умеренными движениями одноклассницы и за её хладнокровием. —Кара? — настороженно спросила она, предчувствуя что-то плохое. Жестокие, стальные глаза тут же устремились на говорящую. Металл ружья блеснул, резко вздымая вверх. Зрачки сероглазой потрясённо расширились, но было уже поздно — приклад пистолета настиг её голову, в прямом смысле выбивая мир из-под ног. Удар пришёлся сильным, заставляя жертву мгновенно свалиться сначала на игровой стол, а затем, скатываясь по стулу, на пол. Трансляция окружающего оборвалась вмешательством другого. Свет потух, закрывая обзор на происходящее, на натянутых, как струны, людей и в том числе не безбашенную Кармен.