Встреча с прошлым

Проснувшись, Нил заметил, что всё ещё находится в доме Добсон. Эндрю спал, сидя в том же положении, только обмотавшись одеялом. В комнату, предварительно постучав, вошла Би, из-за чего мальчик мгновенно проснулся. Неуспевший насмотреться на милое личико спящего Доу, Джостен заворчал: – Ну вот зачем так рано просыпаться? Вы куда-то опаздываете? Нападающий не мог не заметить, что Эндрю изменился в лице. Убедившись в пробуждении Доу, Добсон ушла и вскоре послышался негромкий грохот со стороны кухни. Обеспокоенный чем-то ребёнок, стал осматривать комнату. Нилу не потребовалось много времени, чтобы определить источник нервозности и в следующую секунду мини-Дрю подпрыгнул от неожиданного возгласа: – Ты меня слышишь! – сразу после, наблюдая за учащённым дыханием и быстро бегающими по помещению глазами мальчика, Джостен осознал свою ошибку, – Ой, прости! Я просто очень обрадовался, что ты услышал меня. Не волнуйся, я тебе ничего не сделаю. – Конечно ты мне ничего не сделаешь. Тебя ведь нет, – несмотря на напуганный вид, он держал голос ровным. Неожиданно рассмеявшись, Доу выдал – Меня походу сильно ударили по голове вчера. Да так, что крыша поехала. Вся радость мгновенно улетучилась, освободив место вчерашней палитре эмоций. Заставив внутреннего Натаниэля замолчать, он начал медленно объяснять ситуацию. По всей видимости Нила слышал только Дрю, поэтому он продолжал рассказ даже во время завтрака: – Я – Нил Абрам Джостен. Мы встретились, когда ты, твой сокомандник и тренер пришли подписывать со мной контракт о вхождении в состав команды по экси города Пальметто – "Лисы". Помнится, мне тогда нехило досталось от тебя. Мы с тобой и остальной командой через многое прошли. Я на тот момент был в бегах и не хотел оставаться с вами, но ты дал мне надежду на счастливую жизнь. Благодаря тебе я обрёл семью, хоть и не кровную, но самую родную. – порывшись в кармане джинс, лис достал связку ключей, – Ты дал мне дом и защиту, даже моё имя – твоя заслуга. Всем, что у меня есть, я обязан тебе...– он вспомнил о своей глупой обиде. Из мыслей его вывел короткий кашель маленькой версии возлюбленного Джостена, который, не найдя собеседника, уставился в чашку с какао, – А, да, прости, я задумался. О чём это я? Ну в общем, мы и остальные лисы многого добились! Выиграли самую сильную команду – Воронов Эдгара Алана. Правда один из членов команды был убит из-за меня...А твой брат убил одного из твоих...."обидчиков"... Допив свой напиток, Эндрю отнёс тарелки убирающейся Би. Та улыбнулась, заставив, не очень любившего эту улыбку Нила, тихо фыркнуть, и сказала: – Сегодня нам придётся поехать в участок. На Стива открыли дело и полиция требует твоих показаний. Я пыталась убедить их перенести встречу, но они наотрез отказались. Постарайся сильно не напрягаться при допросе. Если тебя это тяготит, так и скажи им, они не могут заставить тебя, ты ведь ещё ребёнок. Доу кивнул и направился в свою комнату, где уже лежала сменная одежда. Видимо, не сумев уснуть, пчела съездила за вещами мальчика, потому что сейчас одежда не свисала и все раны были успешно скрыты от чужих глаз. Нил заметил знакомую вещь – повязки, которые ещё раз доказали многократность насилия над его Дрю. Джостен нахмурился. Подавлять кипевшую кровь Веснински, было всё труднее. – Ты мне напиздел, – послышался голос Эндрю, поправлявшего одежду перед зеркалом, – У меня нет братьев или сестёр. Я даже не знаю в лицо женщину, родившую меня и мужчину, выебавшего её. И что это за сюжеты для дешёвой мелодрамы? "Ты дал мне всё, что у меня есть... Я тебе жизнью обязан... Мы победили непобедимую команду...бла, бла, бла". Как минимум, имя тебе дали родители. Блевать тянет от этих соплей. Единственное, что я могу тебе дать, бегунок, так это по морде. – Ты меня даже не видишь... – Не имеет значения, бегунок. – Пхах, – Нил обрадовался, услышав знакомое прозвище. Хотя "кролик" было привычнее. – Брат у тебя есть, я не вру. Более того, внешне – он полная копия тебя. – Бред, – сказав это, мальчик двинулся к выходу из комнаты. У машины уже ждала Бетси. Преободряюще улыбнувшись и обняв малыша Доу, она села за руль и они двинулись, навстречу мучениям, в участок. Добсон осталась в коридоре, а мини-Миньярд и Нил зашли в кабинет. За столом, прямо напротив двери, сидел следователь, рядом находился его помощник. Эндрю сел на свободный стул и стал изучать взглядом присутствующих. Осмотрев мальчика, полицейский начал допрос: – Итак, Эндрю Джозеф Доу, мы пригласили вас, чтобы получить сведения о прошлой ночи от первого, так сказать, лица. Раскажите: правда ли, что вас изнасиловал, в сексуальном смысле этого слова, ваш приёмный старший брат – Стив Маккоул? – Да, – сухо ответил Дрю. Он не отводил стеклянного взгляда от следователя. – В крови обвиняемого были найдены наркотические вещества, а именно: окситоцин и марихуана. Так же, он, предполагаемо, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Вполне возможно, что именно это послужило причиной такого поведения, – вклинился в разговор помощник. – У вас есть доказательства обратного? – следователь смотрел на восьмилетнего ребёнка свысока. Нил был почти уверен – его купили, что дико выводило парня. Эндрю сидел тихо и даже не пытался сказать что-то. "Что он, чёрт возьми, делает?!" подумал Джостен и произнёс уже вслух: – Скажи что-нибудь! У тебя синяки по всему телу! Ты хочешь оставить это так?! Доу даже не моргнул. На его лице стала медленно появляться улыбка, что было явно не хорошим знаком. – Если вам нечего сказать, то мы позовём сюда обвиняемого, пусть он говорит. Полицейский махнул своему помощнику и тот вышел из кабинета. Через пару минут он вернулся, а за ним шёл вчерашний парень. – Господин Маккоул, раскажите о событиях прошлой ночи. – Простите, но можно я сначала извинюсь перед братом? Я очень сильно виноват перед ним...– парень опустил голову, сделав очень грустное выражение лица. – Конечно, не стесняйтесь! Кивнув, он повернулся к мальчику: – Извини меня, Эндрю! Пожалуйста, прости меня! Я тебя прошу, пожалуйста! – "сраный ублюдок", как его уже успел обозначить Нил, делал огромный акцент на слово пожалуйста. Видимо он хорошо знал о слабости своего "брата". Ранее появившаяся улыбочка, мигом слетела с губ Доу. – Товарищь следователь, я искренне сожалею о случившемся! Раньше такого не было, я даже не принимал никогда наркотики и вёл трезвый образ жизни! Видимо те бандиты, которые напали на меня вечером, что-то вкололи мне и меня, с непривычки, разнесло. Я признаю, что, в состоянии аффекта, воспользовался телом своего приёмного брата и готов возместить весь нанесённый ущерб. –Хмм...Ваша история действительно чиста. Никаких пьяных дебошей или употреблений запрещённых веществ...Мы выслушали обе стороны и, если никто не хочет ничего добавить, то вы можете быть свободны. Вы получите письмо с принятым решением на следующей неделе. Они вышли из кабинета и жалобное лицо Стива сменилось на злобную ухмылку: – Решил меня подставить, малыш Доу? Тебе в жизни никто не поверит! Ну кроме твоей туповатой мозгоправки. Сиди тихо, иначе обычного "пожалуйста" мне будет мало. "Сраный ублюдок" ушёл, а лицо Дрю было всё такое же отрешённое. Нил готов был поклясться, что ещё чуть-чуть и его чудо накроет истерика. Он автоматически выдал "Можно?", после чего раскинул руки для объятий. К его удивлению, мини-Миньярд сделал шаг к нему, но остановился. Поняв его без слов, Джостен сам подошёл и обнял мальчика. На этот раз его руки не прошли насквозь и, хоть тепла тела нечувствовалось, Нил был бесконечно рад поддержать ребёнка. Вдруг, он услышал шёпот: – Они бы не поверили. Они не поверили в прошлый раз и сейчас тоже не поверили бы. Парень метался между чувством злости и жалости. Где-то глубоко в душе таилась радость – его видят! Сжав крепче свои объятия, он сказал: – Я не смог ничего сделать. Меня не было рядом, когда ты в этом нуждался. Ты во многом мне помог, а я... – Заткнись, бегунок. Обратная дорога была охвачена унынием и тревожным молчанием. Нилу показалось, что она длилась дольше. Так и было. Они приехали в приют. – Ты больше не Маккоул. Извини меня, я не могу сделать больше, но я буду присматривать за тобой. В основном, я работаю в этом приюте и перевела тебя сюда же. Они зашли в здание и где-то час мучились с размещением Доу. Когда всё улеглось и они остались в комнате вдвоём, Эндрю отпустил свои чувства и разразился негромким смехом. Даже в таком состоянии он старался не привлекать чужое внимание. Из глаз полились слёзы и, весь покрасневший от нехватки воздуха, он сполз по стене вниз. Смех часто прерывался вдохами. Истерика постепенно переходила в паническую атаку. Нил присел рядом и заговорил: – Эндрю, ты меня слышишь? Сделай глубокий вдох и выдох. Сейчас тебе ничего не угрожает. Ты в безопасности, слышишь? Это не помогло. Доу достал из-под повязок лезвие, но прежде чем он успел им воспользоваться, Джостен накрыл его рукой. Почувствовав холод, мальчик дёрнулся и ударился головой о стену. – Я не хотел. Не делай этого. Дрю не слышал его. Смотря на красное лицо и широкую улыбку, совсем не позитивную, он начинал терять самообладание. В голове, яркими картинками пронеслись события Дня Благодарения. Тот же смех, те же слёзы, та же проблема. Неужели он опять ничем не поможет? Сам того не осознавая, Нил начал напевать испанскую колыбельную, которую пела ему мать, когда отец особо сильно расходился. Она всегда успокаивала маленького Натаниэля и он надеялся, что и на Миньярда она подействует. Всё так и произошло. Постепенно успокаивающийся Дрю, с интересом наблюдал за призраком. Когда тот допел, он поинтересовался: – Что это? – голос был хриплым и сам его обладатель выглядел не лучше. Его явно клонило в сон, после такого дня. – Тут слишом жёстко, не находишь? Поняв намёк, мальчик пересел на кровать. Он сидел так же как и вчера, только взгляд теперь был направлен на Нила. – Это колыбельная, родом из Испании. Когда-то моя мама была там и сильно приболела. Ей помогла вылечиться одна старушка, которая пела эту песенку своим внукам. Маме она очень понравилась и она позаимствовала её. Это история о маленьком волчонке, который был очень добрым, но его все боялись. Он даже стал вегетерианцем, ради того, чтобы завести друзей. Никто в это не верил. Стая бросила волчонка, а другие звери часто избивали его. Он не отчаивался и в один прекрасный день, встретил маленького лисёнка, ставшего ему лучшим другом... Эндрю заснул. Нил задумчиво смотрел на мальчика. На самом деле, Мэри не была больна. Та старушка была её заданием, как и куча других испанцев, задолжавших семейству Веснински или Морияма. Точнее, она взялась умереть за сына. А внуки...они тоже были там...не повезло с отцом. бабушка успокаивала детишек этой колыбельной, а допевала она уже трупам...Рассказ действительно вёлся о бедном волчонке, но он не встретил никакого лисёнка. Он умер от голода, отказываясь охотиться. Нил очень любил эту колыбельную, потому что ассоциировал себя, а позже и Дрю, с волчонком. Не встреть они друг друга, кто знает что бы с ними стало...