Встреча с прошлым

Натаниэль пришёл в движение. Он сел на кровати и удивлённо посмотрел на Миньярда. Мэри давно ушла, а мальчик продолжал впадать в бездну кошмаров, из-за чего парень решил продолжить напевать песню, по крайней мере мелодию он запомнил. – Откуда ты её знаешь? – Твоя мать пела её тебе. Как ты себя чувствуешь? – Голова немного болит, а в целом неплохо. – Издеваешься? Ты свою руку видел? Ври хотя бы менее очевидно. – Я её не чувствую. Мне не может быть плохо, если я не чувствую боли, так что я не вру. Сколько я проспал? – Полтора дня. Мальчик присвистнул и обречённо произнёс: – Малкольм меня убьёт. А отец потом ещё добавит... Эндрю подошёл ближе и, получив разрешение, коснулся правой руки кролика. Пальцы почувствовали неровности бинта. Ткань была влажная, из-за измоченной в спирте майки, подложенной под неё. Миньярд вспомнил ужасные события Балтимора. Глупый кролик опять обесценивал свою жизнь. Длинная царапина на щеке, вместо ожогов от прикуривателя. Синяки под глазами и на открытых ужастиках кожи. Забинтованная рука, где под повязками было кровавое месиво. Тело кролика иногда пробирала судорога, а руки мелко дрожали. Глаза были опухшими и красными из-за слёз, но на губах цвела улыбка. Из воспоминаний его вывел вставший Натаниэль. – Ты куда? – Сменить повязку. Потом надо пойти к Лоле, может она разрешит отработать пропущенные занятия без тяжёлого наказания...хотелось бы верить, что она не расскажет отцу, но этого не будет... – Я помогу. – Ты призрак. Вместо возражений Эндрю просто поднял кружку стоявшую на прикроватной тумбочке. Хмыкнув, Веснински младший кинул в его сторону бинт, аптечку и кусок ткани, оказавшийся футболкой. – Не использовать стерильные медицинские повязки – это у вас семейное? – Аптека слишком далеко, а насчёт больниц...думаю ты и сам прекрасно всё понимаешь. Натаниэль сел к нему боком и вратарь лисов начал снимать бинт. Майка приклеилась к ране и, кажется, крепко, потому что при попытке оторвать её мальчик скривился. Эндрю взял тазик, оставленный Мэри, наполнил его и стал аккуратно убирать ткань, смачивая её водой. Перед глазами вновь появилось разодранное плечо. – Как-то скучно. Кстати, ты много знаешь обо мне. Раз ты не человек Мориямы или моего отца, то я получается доверяю тебе? – Да, – парень пытался заглушить подступавшую тошноту и начал осторожно промывать рану. – И как же так получилось? – Ну, если сказать прямо, то мы сначала не доверяли друг другу вообще. Потом, возможно, накачав тебя не тяжёлыми наркотиками, я узнал немного о твоей жизни. На следующий день, ты сам рассказал свою историю. Конечно же не обошлось без лжи с твоей стороны. Ты сказал, что твои предки – дешёвые работнички Мориямы, твой папаша украл деньги и вы удрали, они сдохли, а ты решил поиграться в экси, позже попав к нам. – Я так сказал? – Ага. – Да уж...А продолжение прилагается? – Если вы так просите. Узнав об этом пиздеце, я решил помочь тебе и пообещал защиту... Его прервал смех Натаниэля: – А ты мне точно лёгкую наркоту подкинул? Я обязан был быть под кайфом, если принял это предложение! – Это оскорбление? – Не подумай чего, но ты – невысокий апатичный парень, возможно, ты хорошо владеешь рукопашкой, ножами и прочей хренью. На другой чаше весов у нас клан Морияма и семейство Веснински – люди держащие в страхе всех, кто о них знает или хотя бы слышал, и профессиональные наёмники. Я думаю, что победитель уже предопределён. – Но в итоге победили мы. – Это просто смешно, но продолжай. – Идиот, ты можешь хоть раз поверить, что всё хорошо? – Только если ты начнёшь рассказывать о своей преступной группировке, – хоть Эндрю и понимал, что над ним издеваются, он был искренне рад слышать смех мальчика. – Да пожалуйста! Банда, держащая в страхе всё общежитие спортсменов университета Пальметто – Лисы, – кролик повернулся к нему, на лице красовалась искренняя улыбка. Прищуренные глаза, смотрели на него с задором. Всё это полностью противоречило состоянию ребёнка, но соответствовало Нилу Джостену. – Дай догадаюсь: короли всего спиртного и повелители всех баров и клубов окрестности! – И это тоже. У нас есть Кевин-алкаш-и-король-экси-Дэй. Полтора метра похуизма и личной неприязни к тебе, под именем Аарон Миньярд. Девушка, характеризующая пословицу "в тихом омуте черти водятся" – Рене Уокер. Наркоман в отставке – Мэтт Бойд. К нему прилагается бывшая стриптизёрша и капитан команды – Дэн Вилдс. Повелительница бутиков и салонов – Эллисон Рэйнольдс. Гиперактивный радужный долбоёб – Ники Хэммик. Я и, наконец, самый языкастый член команды, любимое занятие которого – поиски проблем на свою задницу, наш вице-капитан – Нил Абрам Джостен, – произнеся последнее имя, он отвёл взгляд от плеча мальчика, чтобы посмотреть на его реакцию. Ничего не изменилось. Он не знал кто такой Нил, для него это такое же незнакомое имя, как и остальные. – И всё? – Да, – Миньярд снова занялся перевязкой, –...хотя стой, я забыл ещё одного. Самый тихий и мирный член команды – Сет Гордон, бывший Рэйнольдс. – И ему с вами комфортно? – Вполне, лежит в своей урночке спокойно. – А ой... Закончив с бинтами, Эндрю помогает кролику одеться и они идут к Лоле. Спустя несколько минут уговоров и тщательного осмотра травм Натаниэля, девушка идёт на уступки: – Сейчас, максимум, что ты сможешь сделать – это убиться об стену, так что я займусь тобой после восстановления. Ты же понимаешь, что устные уроки не считаются? – Да-да, конечно. Когда они ушли от Малкольм достаточно далеко, чтобы она не подумала, что сын мясника сошёл с ума, Эндрю спросил: – Устные уроки? – Да. Всякая хуйня об истории семейства и союзе с Мориямой, иностранные языки, уроки стратегии,анатомия... – на слове "анатомия" мальчик передёрнулся. Видимо там не всё было в теории и картинках. Парни зашли на кухню и Натаниэль сел завтракать. Он предложил и сопутчику, но, путём экспериментов, они поняли, что призраки не могут есть и пить. Послышался звон ключей у входной двери и на пороге показались трое: Натан Веснински, мужчина средних лет и его маленькая копия. Эндрю догдался что это были Кенго и его сын Ичиро. Глава мафии выглядел угрожающе: величественная походка, серьёзный и холодный взгляд, который, казалось, может заглянуть тебе в душу и выведать все твои тайны и полностью чёрный костюм, вкупе с такими же тёмными волосами, заставляли волноваться о своей сохранности. Морияма младший, хоть и был точной копией отца, не внушал такого страха. Натаниэль поспешно встал и поклонился своему потенциальному начальству. Одарив мальчика оценивающим взглядом, мафиози и его наследник прошли в кабинет мясника. Только когда они окончательно скрылись за дверью, младший Веснински поднял голову и продолжил завтракать. Быстро закончив с едой, они поднялись в комнату, где делились друг с другом интересными историями. Натаниэль рассказал о том, как однажды, на день своего рождения, он поехал с мамой к дяде, в Лондон. Там он впервые сыграл в экси со Стюартом. Мальчик увидел ребят, увлечённо бегающих по полю, и захотел тоже попробовать. Эндрю рассказал о "вечерах кино", которые устраивали старшеклассники во имя просвещения его – Нила – в современную культуру. Он упомянул и посиделки на крыше, где были только они, сигареты, откровения...и поцелуи. О последнем Миньярд промолчал, мальчику было ещё рано узнавать подробности взрослой жизни. Хотя, если учитывать его окружение, то вполне вероятно, что тот и так обо всём знает. По середине рассказа Эндрю об интервью, в комнату вошла Лола: – Тебя отец зовёт, поторапливайся и не заставляй ждать господина Морияму. Натаниэль напрягся. В его взгляде промелькнул страх. Несмотря на это, через пару минут, он оказывается в кабинете. Натан показывает на сына рукой и говорит, обращаясь к Ичиро: – Натаниэль Абрам Веснински – наследник бизнеса семейства Веснински, мой сын ваша будущая правая рука. – Здравствуйте, господин Кенго и Ичиро Морияма. – Здравствуй. Ты наверное уже знаешь, что с сегодняшнего дня ты начинаешь прохождение курса мясника, – сказал Кенго Морияма. – Да. Я пройду этот курс и стану официальным советником господина Ичиро. – Отлично. Кроме этого, ты будешь играть с "Воронами" в одной команде. Когда чуть вырастешь. – Сочту за честь. – Ты свободен, – сказал Натан кивая мальчику. Качнув головой в ответ и поклонившись Кенго и Ичиро, Натаниэль покинул кабинет. Уже в своей комнате он облегчённо выдохнул и скатился по стене на пол. Его трясло и глаза выражали страх. Он настолько боится Морияму? Может своего отца? "Нет. В прошлый раз он так себя не вёл..." подумал Эндрю. Он сел рядом с ребёнком и помахал рукой перед его лицом. Тот не реагировал, только лёгкая дрожь охватила его тело. Вдруг, Натаниэль начал заливаться смехом и запрокинул голову к потолку. Миньярд понял, что попытки заговорить не увенчаются успехом, но всё же начал: – Эй! Всё в порядке? Услышав его голос, кролик попытался подавить истерику. – Не надо, – блондин обнял мини-Джостена, – ты можешь выговориться, плакать, кричать или смеяться. Я буду рядом. Не сдерживайся. Натаниэль не успел удивиться, обрадоваться и как-либо отреагировать на слова. Новая волна истерики, сильнее прежней, захлестнула его. Кролик прижался к Миньярду и сильно, что было удивительно, в его-то состоянии, схватился за его худи. Казалось, что он боится, что если отпустит, то парня не станет, он исчезнет. Эндрю не знал, почему мальчику вдруг стало так плохо. Буквально некоторое время назад, они мило общались, а теперь... Кролик всё не успокаивался. Смех становися тише, но Эндрю чувствовал как на его плечо падают слёзы. Как бы ему не хотелось, сейчас он не мог сделать большего. Ему оставалось ждать, пока все эмоции, которые глупый кролик держал в себе, выйдут наружу. Тогда они поговорят, Натаниэль всё объяснит...он на это надеется...