День святого Придда

      — Вот, — гордо обведя кровать рукой, известил Ричард.       Другой рукой он придерживал под локоть Рокэ, который, из последних сил смиряя насмешку, смотрел на это «всё». А посмотреть было на что: юноша раздобыл и неведомым образом пронёс в собственную спальню угрожающее количество шоколада — от самого обычного, аккуратными тёмными кусками разложенного на тарелке, до диковинного белого, который Рокэ только на каком-то из королевских приёмов мельком видел. То тут, то там лежали маленькие шоколадные фигурки — ракушки, птички, даже нечто, напоминающее зайчика, и бессчётное множество завитков, завихрений и спиралек. Рокэ поднял к глазам птичку, искусно выделанную из смеси двух видов — большею частью она была светлой, но встречались и прожилки тёмного шоколада. По хвосту он опознал в птичке ласточку, но поза у неё была воронья — ровно с его герба. Он вернул фигурку на тарелку, где помимо неё лежали лишь тонкие плитки шоколада. Если он не ошибался, то такими украшали стенки тортов. Рокэ сомневался, как именно должны помогать удерживать тяжёлый торт хрупкие шоколадные заслонки, но поваром он не был и на кухню никогда не лез, потому не считал нужным поиском ответа озадачиться.       Ричард ждал его реакции, но Рокэ не мог продемонстрировать ему искреннюю растерянность, а потому молчал. Юноша совсем недавно сам говорил, что Рокэ сладости не нравятся, и по большей части был прав. А теперь это. Странности в его поведении из милых и безобидных разрастались в нечто неведомое, что грозило в будущем обернуться проблемами. Рокэ следует разобраться, что за блажь пришла в голову его юноше и как её контролировать. Но пока ему нужно что-то ответить.       — Надеюсь, это Вы не с кухни утащили? — неопределённо махнув рукой, спросил он. Пусть Ричард отвлечётся на глупый вопрос, пока он сам придёт в себя.       Но Ричард не отвлёкся, а резко побледнел, а после покраснел до кончиков ушей.       — К-как Вы догадались?       Рокэ удивлённо уставился на него в ответ, представил, как Ричард пробирается на кухню, куда и дорогу знать не должен, чтобы утащить шоколад, которого там также не должно было быть, не выдержал и рассмеялся. Ричард сначала неловко улыбнулся, глядя на него, а после присоединился к веселью.       — Думаю, это тоже останется нашей маленькой тайной, — предложил Рокэ, на что Ричард кивнул так сильно, что вызвал беспокойство за сохранность своей шеи. — А нам обязательно пробовать это всё?       Рокэ уже прикидывал, как откусит ласточке голову, но, на самом деле, количество шоколада вселяло в него пусть не страх, но трепет.       — Конечно нет! — к его радости ответил Ричард. — Просто я знаю, что Вы не особо любите всякое такое, поэтому принёс побольше на выбор. Вдруг Вы измените своё мнение.       — Сомневаюсь, — под нос буркнул Рокэ и откинул волосы за спину, привлекая к себе внимание, соблазнительно улыбнулся. — Но есть одна сладость, которую я желал бы попробовать прямо сейчас.       Юноша очаровательно покраснел и отвёл взгляд. Но ненадолго, вскоре он вновь поднял глаза и несмело улыбнулся.       — Мы уже в спальне, — робким голосом вывел он совсем нескромные слова.       Рокэ дёрнул его за руку, обронил на кровать, чуть не свалив тарелки с угощениями, сам навис сверху, касаясь кончиками распущенных волос румяных щёк. Склонился ещё ниже, не сдержался и поцеловал. Не смог остановиться, не посчитал нужным.       Ричард обхватил его руками, и сам не отпускал, заставлял касаться, не давал вдохнуть полной грудью, освежить мысли. Очнулись они, лишь когда завалились набок и Рокэ свалил-таки с кровати шоколад. Тарелки со звоном упали на пол, но вроде не разбились. Рокэ опять навис над Ричардом, но лишь на мгновение, необходимое, чтобы перелезть через него на другую сторону. Ричард, уже подняв голову, чтобы рассмотреть, что осталось от его добычи, обхватил Рокэ рукой, не давая упасть с кровати. Рокэ бы и сам удержался, но такие незначительные чаще неосознанные жесты Ричарда теплом отдавались в груди.       — Что там? — уточнил он и погладил Ричарда по ладони. На мгновение его рука крепче сжалась, юноша сдвинулся на кровати и подтащил за собой Рокэ, вновь ослабил хватку.       — Ничего плохого, такого шоколада у нас полно, — ответил наконец-то Ричард. — Даже тарелка не разбилась, не надо слуг звать.       — Предлагаете продолжить в грязи? — деланно удивился Рокэ. Его ничего не смущало, он бы и остальные сладости оправил на пол, даже если бы побил посуду.       — Предлагаю всё-таки попробовать шоколад, — строго произнёс Ричард. — Пока мы и остальное не обронили. Не с пола же потом есть.       — Если Вы настаиваете, — закатил глаза Рокэ.       Юноша настаивал. Он приподнялся на локте, взглянул искоса на Рокэ, а после и вовсе сел, застыл над выбором. Рокэ, недолго думая, схватил странную ласточку и отгрыз ей голову. Вкус оказался… не самым худшим для шоколада.       — Вы чудовище, эр Рокэ, — проникновенно сказал Ричард, на что Рокэ кивнул. Он знает. — И как Вам белый шоколад?       Рокэ ещё раз взглянул на ласточку — точно не белую, но пожал плечами.       — Не так уж и плохо.       — Тогда попробуйте чистый, — Ричард подхватил с одной из тарелок небольшой кусочек и протянул ему.       Рокэ усмехнулся, взглянул в непонимающие серые глаза, перехватил чужую ладонь, чтобы юноша от неожиданности не дёрнулся, склонился к его руке и, мазнув губами по пальцам, аккуратно взял предложенное. Но не спешил отпускать, прислушиваясь к собственным ощущениям. Белый шоколад на вкус — сплошной сахар, но удивительным образом он всё равно казался лучше обычно предлагаемого гостям.       — Сойдёт, — наконец-то подтвердил Рокэ и взглянул из-под ресниц на смущенного любовника. — Предложите ещё?       Ричард мгновение смотрел на него с мрачной задумчивостью во взгляде, но всё же кивнул и взял новый кусочек.       — Угощайтесь.