День святого Придда

      Рокэ имел в виду не совсем это, когда интересовался родиной оруженосца, но увлечённо рассказывающего Ричарда останавливать не хотелось. Он ходил по комнате, размахивая руками, корчил рожи, представляя монстров, и, в целом, выглядел обычным жизнерадостным юношей. Рокэ любовался им в такие моменты не многим меньше, чем во время приступов открытой страсти.       — В общем, я предлагаю устроить ночь духов, — воодушевлённо закончил Ричард. — И пусть дата неподходящая, но саму идею взять можно ведь?       — Конечно можно, — согласился Рокэ, удобнее устраиваясь в подушках. — Правильно ли я понимаю, что Вы предлагаете всю ночь рассказывать страшилки?       — Да!       И что ты с ним сделаешь. Рокэ рассмеялся сам над собой — всерьёз соглашаться на столь абсурдное предложение абсолютная глупость, но вот он здесь. Вновь в постели любовника для очередных забав не интимного характера.       — Устаивайтесь удобнее, эр Рокэ, — между тем продолжил Ричард. — Надеюсь, Вы не уснёте под мои истории. Всё-таки я только сёстрам их рассказывал, вряд ли Вас они также впечатлят. Хотя Наль, мой кузен, однажды был с нами и напугался тогда, кажется, даже больше Эдит.       — Сравниваете меня с виконтом Ларом? — холодно поинтересовался Рокэ.       — Я не то… — начал Ричард, но осёкся, взглянул предостеригающе исподлобья. — Вас унижает подобное сравнение?       — Разумеется, я всё же военный, в отличие от Вашего кузена.       — Это неважно, — отмахнулся вновь подобревший Ричард. — Страшилок все одинаково боятся.       Рокэ покачал головой, не указывая юноше на противоречивость его рассуждений. И всё же каков стервец — научился скалиться, а не только попеременно оправдываться и обижаться. Рокэ им гордился.       — Устроились? — Ричард придирчиво его осмотрел, потянулся поправить подушки.       Рокэ приподнялся, будто не мешая за собой ухаживать, но, когда юноша меньше всего этого ожидал, рванулся вперёд, опрокинул его на спину и улёгся сверху.       — Вот теперь хорошо, — прошептал в самые губы Рокэ, но не поцеловал, а сполз чуть ниже и прикоснулся к шее. Пусть рассказывает свои страшилки.       — Давайте всё-таки вдвоём удобно ляжем, — хрипловато попросил Ричард и затянул его обратно на подушки, но не отпустил, а напротив, обнял обеими руками, попытался устроить на груди. Опыта у него явно было маловато, но Рокэ смилостивился и решил помочь — сам стёк ниже и прислонился виском к едва выступающей ключице. Ричард накинул на него одеяло — лишнее, если задуматься, и начал рассказывать.       Большинство историй действительно были скорее нелепыми, чем страшными. Кого могли напугать рассказы про маленьких существ, напоминающих недорощенных детей, которые исполняли желания, но были не прочь своровать монету-другую? Литтэны, половину историй про которых мог дополнить сам Рокэ, его не заинтересовали. Не пугали и рассказы про дары Лита, скорее, вселяли изумлённое веселье.       — Разве Лит пользовался мечом? — после горячей речи Ричарда всё же внёс сомнение Рокэ. — Насколько мне известно, Повелитель Скал изображается с палицей.       — Именно, — неожиданно легко согласился Ричард. — Поэтому он отдал меч своим потомкам. Говорят, он и сейчас лежит где-то под замком Надора.       — Очень сомневаюсь, — пробормотал Рокэ. — Пожалуйста, продолжайте.       — Ну уж нет, всё Вам не нравится, — отказался юноша. Вот это было уже больше на него похоже. — Давайте я расскажу Вам последнюю историю, а если и она не впечатлит, то уже Вы попробуете меня напугать.       — Если мне удастся, то следующее ночное развлечение выбираю я, — сразу же добавил Рокэ. Ричард легко согласился.       — Есть легенда, что если Повелитель Скал погибнет до того, как завершит свои прижизненные дела, если он понадобится Надору на смене Кругов или если его призовёт Ракан, — Ричард запнулся. — Даже мёртвым он способен восстать и прийти к своим людям. Нужно лишь помочь ему, и многие селяне знают способ. Тогда он сможет собрать армию таких же мертвецов и защитить свои земли.       — Или исполнить волю Ракана? — позабавленно уточнил Рокэ. По комнате пробежал холодок, но он предпочёл не обращать на это внимания. Было что-то в истории Ричарда цепляющее, хотя разумом понять этого Рокэ не мог. Ему не нравились предчувствия.       — Что одно и то же, если задуматься, — подтвердил юноша. — Боюсь только, эта моя история совсем не страшная.       — Потому что Вы её не рассказываете, а скрываете, — закатил глаза Рокэ, не желая вступать в спор. — Что за способ поднять мёртвого? Не слишком ли похоже на очередную байку про выходца? Случалось ли подобное с кем-то уже?       Ричард помолчал, лишь крепче сжал руки, сдавив Рокэ в объятиях. Кажется, для него этот рассказ представлял нечто более серьёзное, чем Рокэ угадал изначально. Впрочем, это можно и понять — Ричард, Повелитель Скал, последний из рода на Изломе эпох. Неудивительно, что его цепляла эта легенда. Только Рокэ она интересовала мало.       — Надо отрубить голову, — неожиданно прервал молчание Ричард. — И все в Надоре это знают. Чтобы позволить герцогу властвовать и после смерти, нужно лишить его головы. Тогда он и войско начнёт собирать из таких же обезглавленных подданных. И лишь в знак хорошо выполненной работы или за верную службу он вернёт мертвецам возможность упокоиться.       Рокэ сдержал нервную дрожь. Его не пронять рассказами об отрубании голов, и всё же было что-то в таком способе воскрешения правдивое, хотя на первый взгляд он казался лишённым смысла. Да и как сможет существовать человек без головы? Положим, он сможет двигаться, но видеть, куда идёт, уже не сумеет. Абсолютно бессмысленно возвращать мертвецов подобным образом.       — Что же до моих предков… — Ричард покачал головой, коснувшись пару раз щекой макушки Рокэ. — Говорят, если бы Алана Окделла привезли из Кабитэлы, ему бы помогли восстать. Но его вернули на родину слишком поздно. А до того этим обрядом пользовались редко, ещё при Надорэа. Матушка не любила этих историй, так что вряд ли я смогу рассказать Вам подробнее.       — Опять скрываете, — уличил его во лжи Рокэ. Сложно было сказать, насколько он действительно хотел слышать продолжение. Он улёгся под подбородок Ричарда, повозился, устраиваясь удобнее.       — Вряд ли Вам известно это имя, всё же он жил при прошлой смене Круга Скал на Круг Ветра, — Ричард замолчал, будто решаясь говорить дальше, а Рокэ пытался вспомнить, кто в то время был Повелителем Скал. Ещё Надорэа. Лучиан? — Ликандр Надорэа был ярым противником эсператизма. И надорцы призвали его на защиту против новой веры, когда он погиб. Его сын Луциан был гораздо более мягок по отношению к вере, принятой Раканом, и многих это не устраивало. Говорят, именно благодаря восставшему Ликандру Надор остался последней провинцией, принявшей эсператизм. Они боролись до последнего.       — Вы не согласны с этой историей? — не могло же Ричарда смущать стремление его предков сохранить абвениатство.       — Ликандр умер гораздо позже смены эпох, — пояснил юноша. — Да и вся история какая-то… сомнительная. Если задачей Ликандра было сохранить старую веру, то он её не исполнил.       — И сейчас ходит по земле живых, чтобы завершить её, — вырвалось у Рокэ.       В комнате резко похолодало, дурное предчувствие взорвалось в груди, превратившись в леденящий ужас. Ричард подскочил на месте, перехватив его за руку, и обеспокоенно заозирался, но резко замер — уставился на открытое окно. Рокэ, не теряя времени, вскочил с кровати и чуть не завалился обратно — Ричард не отпустил его руки.       — Ричард, свечи, — прошипел Рокэ, и вдвоём они потянулись к столу.       Пальцы Рокэ обжёг злой ветер из окна, но он всё же схватил необходимое со стола и дёрнул Ричарда на пол за кровать. Они быстро установили свечи и зажгли их по одной, проговаривая слова заклятия над каждой.       — Пусть Четыре Волны унесут злые проклятия от нас, сколько б их ни было, — бормотали на два голоса, Рокэ ничем не выдал своего удивления на Ричардово знание абвениатского заговора. Лишь на мгновение наступающий ужас замер, перестал одолевать сердце страх.       — Пусть Четыре Ветра разгонят тучи, сколько б их ни было, — громче произнёс Рокэ, и ветер поутих, перестал бить открытым окном.       — Пусть Четыре Молнии падут четырьмя мечами на головы врагов, сколько б их ни было, — сосредоточенно продолжил юноша, молнии не появились, но и враг их не был явным, мечи против него не помогут, даже если это будет меч самого Лита.       — Пусть Четыре Скалы защитят от чужих стрел, сколько б их ни было, — решительно закончил юноша и взглянул Рокэ в глаза. Теперь комната казалась самой обычной — лишь свечи, чьё пламя спорило с первыми лучами рассвета, нарушали привычную картину.       — Испугались?