The way I feel inside

Есть ли у темноты имя? Когда Эй-Джей задул последнюю свечку, то не осталось ничего. Только тьма. Комната наполнилась лунным светом, пробивающимся через заколоченное досками окно. Лучи падали бликом на их лица, из-за появившихся теней подростки казались немного старше. Они все чувствовали это. Сумрачную гармонию. Клементина провожала взглядом друзей, покидающих комнату и желающих друг другу спокойной ночи. Она заметила, как плечи Руби слегка вздрогнули, её руки были крепко сжаты в кулаках, таким образом помогая справиться с эмоциями. Тен и Вилли вместе ушли прочь, их дружба не смогла полностью разрушиться, благодаря приятному музыкальному отвлечению. Девушка раздумывала о том, когда она появилась, эта темнота? Захватила ли она их души, ещё когда они были совсем детьми? Может тьма уже была неотъемлемой частью этого мира, даже когда они ещё не появились на свет, или это что-то новое? Несущее в каждую душу разрушение и загнивание. Клем набросила сверху на себя куртку, пытаясь притупить тот мрак, таящийся в глубине. Она так глубоко погрузилась в свои размышления, что и не заметила, как кто-то подошёл к ней со спины. — Клем? — растяпа посмотрел на девушку уставшим прищуренным взглядом, — когда мы пойдём спать? Клементина взяла бы его за ручку и с радостью отправилась к себе, если бы в комнате никого не было. Прячась от лунного света, погружённый в полный мрак, Луис. Его руки лежали на коленях, клавиши на любимом пианино оставались нетронутыми. Несколько минут назад он озарил эту комнату своей мелодией, никто не мог отвести глаз от игры парня. Теперь он замкнулся в себе, это сторону его души ей никогда не доводилось видеть. — Ложись пока без меня. Я скоро приду. Зная, что малой не захочет так просто оставлять её одну, она слегка подтолкнула его вперёд, выпроваживая в коридор, помахав ему вслед, и тут же плотно закрыв за ним дверь. Девушка повернулась к Луису, его взгляд пробежался по краю клавиш. Стояла гробовая тишина, в которую парень совсем не вписывался. — Я же вижу, что ты сам не свой. Он глубоко вздохнул перед тем, как дать ответ: — Как ты думаешь, с Вайолет всё в порядке? Клементина застыла на месте, её ноги словно прибили к потрёпанному ковру, ему хватило смелости сказать то, что весь вечер крутилось у всех в голове. — Я не знаю. Если Лили нужны бойцы, то уверенна, она не навредит никому из наших. — Думаю, ты права, — ему оставалось только надеяться. Эта женщина — Лили, была такой безжалостной. Вся эта ситуация смогла открыть ему глаза на этот мир, показать насколько он был жесток и опасен всё это время, — скольким из нас ещё придётся умереть до того, как всё наконец-то образумится? Услышав, как Вилли и Тен зачитывали список имён его старых школьных товарищей, в душе у парня пробудились ранящие воспоминания, которые он предпочёл бы забыть навсегда. Ребенок, которого они нашли разорванным на куски возле реки, президент школы, повешенный на баскетбольном кольце, а девочка, с которой Луис сидел вместе на уроках рисования, была изуродована до неузнаваемости, когда они нашли её остатки после мертвецкого банкета. Её опознали только по ярко-фиолетовым носкам. Клем вновь почувствовала, как сердце начало странно колотиться в груди. Если бы у темноты было имя, то она была бы названа в её честь. Куда бы девушка не пошла, с ней всегда приходят смерти и войны: мотель «Путешественник», отель «У Маршей», база Харвера, чёрт, даже Гарсии. Люди пропадали или умирали, и девушка не знала, что из этого хуже. — С нами всё будет хорошо… — Ты не можешь такое обещать! — Луис повернул голову в её сторону, его глаза были красные от набухших сосудов. Он потёр затылок, дотронувшись к зажатым мышцам, которые никак не удавалось расслабить, — прости, мне как-то не по себе. Я…я просплюсь, должно помочь, — в его словах читалось всё: развод родителей. Смерть Марлона. Похищение Вайолет, Омара и Аасима. Неутихающая боль, вина и скорбь только сильней погружала его прямо в непроглядное дно. Девушка, как никто другой, знала это чувство. — Луис, ты никуда не пойдёшь, — Клементина не раз видела этот взгляд: когда Эй- Джею снились кошмары, после которых он долго не мог снова уснуть. Она заглянула в коробку, где лежали пластинки с классикой, и достала одну, лежащую в самом низу. Госпожа удача была на её стороне. Клем положила пластинку на диск граммофона, развернувшись к парню, протягивая вперёд руку, — потанцуешь со мной? Он посмотрел на её ладонь, затем поднял взгляд, смотря ей в глаза, пытаясь понять задумку девушки. — Что? — Давай, или ты не умеешь танцевать? Она видела, как после этих слов, вся эта тьма обрушилась с его плеч, словно огромная волна, бьющая о каменный берег. На лице зажглась милая ухмылка, её Луис вновь наполнился изнутри ярким светом. Став тем весельчаком, в которого она с самого начала по уши влюбилась. — Ох, я-то умею танцевать. Просто переживаю, что ты не поспеешь за моим темпом, — парень подскочил с банкетки, потерев влажные руки о джинсы. Когда здесь стало так жарко? Клем сделала шаг вперёд, их ботинки соприкоснулись. — Тогда покажи мне, — горячее дыхание обжигало ухо, девушка не сводила глаз с его взволнованного лица, освещённым лунным светом. В глазах больше не было пустоты и одиночества, они снова наполнились блеском. Граммофон начал прокручивать пластинку, наполняя комнату музыкой, разгоняющую весь тот мрак, окутавший всё вокруг. Или может его разгоняла любовь, дрожью пробегающая по коже, пока они украдкой смотрели друг на друга. В любом случае — какое блаженство.

Тебя увижу я в знакомых нам местах

Луис помотал головой, выстраивая в голове предложение. — Ладно…эм, как нам начать? — они стали в начальную позицию, следуя тому, что они видели в фильмах и передачах, когда ещё были детьми. Парень сомкнул руки на её талии, она приобняла его за спину, — ты хочешь стать мне на ногу? Девушка нахмурила брови, нос слегка поморщился. — Эта был маленький подкол? Он ещё раз пропел эту фразу, затмевая её пристальный взгляд своей лучистой вспышкой в глазах. — Тогда это сделаю я.

Где моё сердце выжигает в прах, каждый раз

Луис закружил девушку под лучами лунного света, чтобы белые искорки падали на её лицо, растворяя всепоглощающую тьму. Она исчезла из их души так же быстро, как и проникла в них. — Никогда бы не подумал, что ты так хорошо танцуешь. — Тебе ещё многое предстоит узнать, Лу.

В кафе уютном том, напротив парка звон детских голосов

Он притянул Клем как можно ближе к себе, касаясь губами кончика уха. — Тогда я с нетерпением буду ждать новых фактов о тебе.

Каштана белый цвет, не нужно лишних слов

На лицах обоих появилась беззаботная ухмылка, когда Луис начал вращать девушку уже в который раз. Перед глазами всё плыло, даже когда Клем твёрдо стояла на ногах, но ей было всё равно, парень в любую секунду мог подхватить её. Он был единственным, в ком она могла быть уверенна. — Я же говорила, что у нас ещё будет куча времени на свидания. Его губы расплылись в широчайшей улыбке. — Так это свидание? Чёрт, второе за один день. Тянет на новый рекорд, — и без того бодрый голос каким-то образом смог стать ещё более радостным, окутывая её быстро бьющееся сердце в приятный для уха звук.

Ты будешь мне казаться в каждом летнем дне, во всём, что несёт свет во мгле, всегда я буду думать о тебе

Клем прикусила губу, раздумывая над его словами. — Я не думаю, что это… — Теперь будет так. Я постановляю! — Пропел Луис в привычной манере. Девушка закатила глаза, стандартная реакция на его очередные остроты. Но в отличии от других детей, она продолжала улыбаться. — Ты не можешь просто так придумывать новые рекорды, есть особая система, всё требует времени. — Вообще-то я могу, — он вновь закружил Клем, в этот раз немного посильней, чтобы она выкинула из головы этот глупое обсуждение, её ноги едва успевали за его движениями.

Увижу я тебя в солнце на заре. А когда нагрянет тьма

Луис ещё ближе прижался к девушке, посмотрев вниз, разглядывая её. У него такие чарующие глаза, буквально излучающие теплоту. Она давно не видела подобный взгляд. — Времени больше не существует. Клементина погладила парня по плечу, немного отстранившись от него. — Нам нужно пережить завтра, затем будем обсуждать наше будущее. Их будущее.

Ты осветишь весь мрак внутри меня, как эта белая луна

Будущее могло преподнести всё, что угодно. Её желание было для него законом. Что бы она не захотела или попросила, он готов был сделать абсолютно всё. Он всегда будет только её, а она всегда будет только его, и они будут вместе, несмотря ни на что. Как-будто до этого могли быть какие-то сомнения. Он с первых секунд понял, что будет с ней.

Ты будешь мне казаться в каждом летнем дне

— Оу! — Прости! — Наверное мне стоит вести, — Клем вздохнула, пытаясь унять боль в ноге. Его ботинок был намного тяжелее, чем она себе представляла, опять же, девушка никогда не задумывалась о его обуви. Ей и так хватало в нём очаровательных черт, которые заслуживали внимания.

Во всём, что несёт свет во мгле

Он не сводил глаз со своих ног, внимательно продумывая каждый шаг. — Может не так уж я и хорошо танцую. Их неловкий танец не следовал никаким правилам. Они просто двигались как хотели и куда хотели.

Всегда я буду думать о тебе

Нежно прикоснувшись к его подбородку, она приподняла его голову вверх, чтобы их взгляды встретились. — Не всё так плохою. Нам нужно больше практиковаться. — О-хо-хо. Практика? Больше свиданий? Мне нравится, как это звучит!

Увижу я тебя в солнце на заре

Она осторожно подбирала слова, чтобы не разрушить эту хрупкую гармонию. — Это значит, что ты не можешь завтра умереть. Луис вначале не услышал её из-за музыки, но потом эти слова осели в его разуме, внутри что-то словно перемкнуло. Вот и пришла она. Смерть, а вместе с ней и темнота. Но не только эта битва могла стереть их с лица земли, каждый последующий день мог сулить опасность. — Ты тоже не умрёшь. У тебя нет выбора.

Ты осветишь весь мрак внутри меня

Она знала, что эти два простых слова не смогут улучшить положение, но всё же произнесла их: — Я обещаю. Его довольно большие руки легли на её довольно тонкую талию, слегка прижав к земле. Кепка девушки упала на пол, их это совсем не волновало. Клем крепко обняла его за плечи, касаясь пальцами мягкого воротника пальто, интересно, по его телу сейчас тоже проносится дрожь? — Я тоже, — ответил Луис, он не мог думать ни о чём, кроме о человеке, стоящего перед ним. Они продолжали смотреть друг другу в глаза. Медь плавилась вместе с бронзой. Темнота полностью растворилась в пламени их тел. Новая, оптимистичная гармония.

Как эта белая луна