Как же ты меня бесишь!

      Сал, спустившись с крыши, тут же забежал в свою квартиру, которая была самой ближней к лестнице. Захлопнув дверь, протезник прислонился к ней спиной и медленно спустился на пол. Раздумывая над словами Ларри, он поднялся и прошагал на кухню. Тода сегодня не было дома, поэтому Салли решил не убегать в свою комнату как обычно. На голове Фишера щёлкнули застежки, и рука, держащая протез, медленно опустилась на стол и разжалась. Откинув волосы с лица, парень открыл холодильник и достал бутылку крепкого спиртного.       Он редко пил, так как презирал алкоголизм после такой жизни с отцом. Опустившись на стул, Сал налил себе в стакан алкоголь, залпом выпил его и пробормотал себе под нос: – Ненавижу тебя, Джонсон...       Синевласый, осушив уже три стакана, начал придаваться воспоминаниям. Он думал о том, как пошел в 11 класс, как после окончания 9 класса Эш уговорила его остаться в старшей школе. Как отец вечно осуждал его за малейшие косяки, а Тодд упорно помогал Салли с математикой. Как он переехал сюда и только пошёл в 8 класс. После заселения до начала занятий оставалось пару недель и с протезником ещё никто не общался, кроме...       Внезапно воспоминание, казалось, уже давно забытое, прорезалось в его голове.

***

– Салли-Кромсали? – Ну, видимо настоящих друзей у меня никогда не было. Так что я решил оставить это имя, лишив этих уродов возможности дразнить меня. – А ты непростой чел, Сал. Странный малый. Нравишься ты мне. Мы точно поладим.

***

– Салли, подай кисть. – Сейчас. А что ты рисуешь? – Хе-хе, не что, а кого. Скоро увидишь. – Ну покажииии...       Сал развернул к себе мольберт и увидел.. своё лицо? Точнее, протез. – Это что.. я? – Ну.. Да.. Тебе нравится? – Это.. очень.. Ларри, это очень круто!       На лице патлатого засияла улыбка: – Я рад, что тебе понравилось, а теперь, дай я закончу картину.

***

– Ларри, почему ты снова меня игнорируешь?! Что я сделал? Я чем-то обидел тебя? Ты уже месяц меня избегаешь. На этот раз я не дам тебе уйти от правды. – Хочешь правды, говоришь? Хорошо. Правда в том, что ты мне не интересен. Самое важное в обществе – это авторитет, а общаясь с забитым протезником, нормального авторитета не будет. – Кто.. сказал тебе.. – Трэвис. Он мой новый друг. Мой настоящий друг, общение с которым поддерживает мою репутацию. А теперь, будь добр, исчезни из моей жизни.

***

      Вот они: те воспоминания, которые были так важны для Салли и которые он так упорно пытался забыть. Но он вспомнил. В том числе, он, к своему сожалению, не смог забыть, что Джонсон всё ещё живёт с ним в одном доме. Но Ларри, во избежание лишних столкновений с Салом, перевелся в другой класс, чтобы у них не совпадало время начала и окончания уроков.       Но как же Салли мог забыть? Ларри – тот самый человек, который был с ним на протяжении всего восьмого класса и который так внезапно ушел из его жизни. Патлатый выбрал репутацию вместо друга... – Ну, надеюсь, тебе так стало лучше, – Сал усмехнулся и бросил пустую бутылку алкоголя в стену, отчего та моментально разбилась. – Тебе же важна репутация, а не общение с "жалким отродьем"...       Синевласый встал и ударил кулаком в бетонную стену, отчего его костяшки побелели, а после покраснели: – УЁБОК!       Сал, тяжело дыша, опустился на пол и дрожащими руками закрыл лицо, после чего громко зарыдал.

***

      Джонсон, сидя на крыше, тоже начал вспоминать прошлое. Он, в отличие от Сала, не пытался забыть эти воспоминания и периодически к ним возвращался.       Поначалу, он считал что так было правильно, но со временем, заметив, как синевласый закрылся ото всех и даже реже стал посещать школу, патлатого стала мучить совесть. Металлист не был бездушной скотиной, которой себя выставлял на людях. Он знал, что причинил Салу боль, но понял это не сразу. В свои 15 лет Ларри хотел быть крутым и совсем забыл, что не Трэвис был с ним даже в самые трудные моменты и выслушивал его исповеди, не Трэвис говорил Джонсону о том, что его картины – это шедевр. Всё это делал Сал. Он врал, как он врал, говоря, что протезник ему больше не интересен. И вот, только в 18 лет патлатый понял, какую ошибку совершил. Но он настолько привык к своему аморальному образу жизни, что даже не знал, как это исправить. Да и он не совсем контролировал свои приступы агрессии. Он несколько минут назад сказал для Салли очень обидные слова, а мог извиниться, обнять его и снова попробовать общаться.       Джонсон выдохнул, прикурил сигарету и поднял голову к небу. Солнце уже почти спряталось за горизонтом. Докурив, Ларри поднялся и полный раздумий, поплелся к люку.       Спустившись к себе в подвал, Ларри зашёл в комнату, лег на кровать, и всю ночь мучался от воспоминаний, которые не щадили его голову. Эти внезапные воспоминания – меньшее, что могло случиться с Джонсоном из-за его поведения.