Воскрешающий камень

      Чай пах мятой, ромашкой и совсем чуть-чуть — лимоном.       Ароматный пар оседал на коже мелкими каплями, проникал в легкие, прояснял мысли, успокаивал. От нагретых керамических стенок чашки в ладони струилось тепло.       Ариана сидела на застеленном пледом подоконнике в своей комнате, задумчиво глядя в усыпанное звёздами ночное небо.       У неё ушла почти неделя на то, чтобы вспомнить все. Прошлая жизнь возвращалась медленно, будто неохотно. Обрывками. Разрозненными фрагментами, не всегда в хронологическом порядке. Но в итоге они, как кусочки мозаики, складывались в единую историю.       Ее историю.       Или, скорее, в часть ее истории. Она помнила, как была Айрис Блэр — девочкой, рано потерявшей семью и нашедшей новую в бесцветно-сером приюте. Но это никак не отменяло того, что последние десять лет она была Арианой Грей — девушкой из пропитанного запахом трав и глины маленького домика, которую боготворили ее старшие братья.       Эти личности не были разными. Определенно, воскреснув в новом теле, она все же осталась собой. Но получила уникальный шанс начать с нуля. Взглянуть на мир, на людей вокруг без налёта прежнего восприятия. Непредвзято. И, наверное, она была благодарна судьбе за эту возможность.       Жалела ли она, что вспомнила прошлое? Нет. Ей это было необходимо. Вместе с памятью она обрела потерянную часть себя, о которой раньше лишь смутно догадывалась. Она вернула знания, накопленные в первой жизни. Эмоциональный опыт. Все это сделало мир вокруг неё ещё ярче, интереснее, глубже. И вместе с тем изменило ее саму.       Она больше не была Айрис. И не была Арианой. Две жизни слились воедино, превратив ее в… Ари. Ещё одна забавная шутка высших сил. Разные имена, разные жизни — но все же между ними нашлось нечто общее.       Удивительно.       И что ей теперь со всем этим делать?       Ари крепче сжала чашку в руках и прислонилась лбом к холодному стеклу. В памяти эхом звучал дрожащий, заикающийся голос Квиррелла, рассказывающего о Темном лорде. Мелькали обрывки газетных статей и историй из книг, в которых были описаны безумства Того-Кого-Нельзя-Называть.       Бред. Том — ее Том — тёмный лорд Волдеморт. Как вообще такое могло произойти? Хотя… если вспомнить о крестражах.       Она прикрыла глаза.       Ведь обещал же не делать глупостей. Обещал! И все равно провёл тот чертов ритуал. Наверное, ее смерть напомнила ему, как хрупка и недолговечна жизнь. Как легко ее потерять. И вернулась его застарелая паранойя, навязчивые идеи о бессмертии, страх перед внезапной гибелью, а остановить его было уже некому.       И в итоге Альбусу пришлось останавливать уже Темного лорда.       Альбус… Ари снова открыла глаза. В прошлой жизни он был для неё лишь одним из профессоров Хогвартса. Преподавателем, который недолюбливал Тома, был истинным гриффиндорцем и признанным мастером трансфигурации. Больше она не знала о нем ничего. Теперь же…       Теперь он стал для неё родным. Близким. Она узнала его, как человека, как заботливого старшего брата. Для нее он не был воплощением света, великим героем — победителем Гриндевальда, школьным директором или Верховным чародеем. Она видела в нем человека. Иногда сильного, иногда слабого. Радостного, грустного, уставшего, воодушевлённого, раздражённого, увлечённого… Живого. Со своими победами и поражениями. С грузом вины на плечах. Совершавшего ошибки и пытавшегося исправить их в меру своих сил и понятий о «правильности».       Как они с Томом на самом деле похожи… Им обоим необходим был человек, с которым они могли быть собой. Не носить масок, не пытаться казаться лучше, не скрывать слабостей. И по невероятному стечению обстоятельств для обоих таким человеком стала она. Смешно. И грустно.       Они оба пытались вернуть потерянного близкого, и ни у одного не получилось.       Теперь Ари понимала, как Альбусу и Аберфорту удалось воскресить ее. Они сделали то, что собирался сделать Том, но не смог. Скорее всего, потому, что не знал до конца, как работают легендарные Дары Смерти — артефакты, созданные братьями Певереллами и за тысячу лет превратившиеся в миф. Ему было известно лишь о свойствах камня. А вот Альбус, очевидно, этого не знал.       Ох уж, этот Биддль со своими сказками.       Ари слезла с подоконника и подошла к зеркалу. Итог, конечно, получился любопытный. Они с Арианой изначально были похожи — обе светленькие, невысокого роста, хрупкого телосложения, а когда в тело вселилась чужая душа, оно начало меняться, постепенно приобретая прошлые черты.       Сейчас она выглядела почти так же, как в день своей смерти. Даже странно, что Альбус этого не замечает. Хотя… Едва ли он помнит Айрис Блэр, учившуюся на Рейвенкло почти полвека назад. Слишком много времени прошло. Да и свою сестру он, скорее всего, либо забыл, либо никогда не знал по-настоящему. Потому и принял ее новую личность как должное.       Интересно, знал ли он об одержимости Квиррелла?       Он ведь не верит в то, что Волдеморт погиб. Все эти десять лет предрекал, что рано или поздно он может вернуться. Знает ли он о крестражах? Собирается ли предпринимать что-то или только наблюдать за развитием событий?       Вопросы, вопросы… Кто бы еще на них ответил.

***

      — Ты давно не заходила, — Альбус улыбнулся, увидев ее на пороге.       — Да как-то повода не было, — она привычно села на край стола, окинув взглядом многочисленные пергаменты, конверты и книги.       — Тебе не нужен повод, чтобы навестить меня, ты ведь знаешь? — ярко-голубые глаза светились теплом. — Ты единственная, кого я рад видеть в любое время.       — Почему? — она слегка наклонила голову.       Ей правда было интересно.       — Когда ты рядом, мне спокойно, — Альбус вздохнул. — Я почти всю жизнь был один. С Аберфортом мы слишком разные, своей семьи я так и не создал… Я привык к одиночеству, мне даже казалось, что я уже никогда не смогу подпустить кого-то близко, но ты… С тех пор, как ты вернулась, я изменился. Вспомнил, как это важно, когда есть кто-то родной. С кем можно поговорить, поделиться проблемами, даже просто помолчать за чашкой чая.       — Тебя ведь что-то тревожит, да? — тихо спросила Ари. — Что-то, о чем ты мне не рассказываешь.       Улыбка Альбуса померкла. Он снял очки и устало потёр переносицу.       — Гарри. То, что ты говорила о его шраме. У меня есть подозрение… но я не уверен до конца. Не хочу делать поспешных выводов. Кстати, — он посмотрел на неё, — ко мне недавно приходил Квиринус. Сказал, что хочет уволиться в конце года. Ты не знаешь, с чего это он вдруг?       — Устал, наверное, — Ари пожала плечами. — Он говорил, что преподавание его никогда не привлекало. Наверное, хочет заняться чем-то, что ему по душе.       — Что ж, надеюсь, у него получится, — Альбус негромко хмыкнул. — Но как же это не вовремя… Мне теперь снова придётся искать преподавателя ЗоТИ, а от этой должности и так уже все шарахаются.       — Из-за проклятия? — насмешливо спросила Ари.       Альбус закатил глаза.       — Люди обожают суеверия! Один ляпнул, другой повторил, третий приукрасил… Да, действительно, Волдеморт когда-то претендовал на эту должность, даже дважды, но при чем здесь проклятие?       — Что, сам Тёмный лорд хотел учить детей? — Ари убедительно изобразила недоверие.       И внимательно выслушала историю о талантливом, но чрезмерно увлекшемся тёмными искусствами мальчике, который со временем превратился в злодея, желавшего захватить власть и шедшего к своей цели по головам.       Но стоило ей спросить о том, зачем такому сильному волшебнику понадобилось убивать младенца, как Альбус тут же свернул тему, мягко сказав, что Волдеморт, вероятно, повредился рассудком, и вообще не стоит лишний раз вспоминать эту страшную историю.       Ари видела, что эта тема ему неприятна. Что правду он сказать не готов, а откровенно лгать не хочет, и решила не настаивать.       В конце концов, причины, сподвигшие Волдеморта напасть на Поттеров, не так важны. Главный вопрос — на сколько частей этот сумасшедший разделил свою душу, и какого Мордреда один из осколков оказался в выжившем ребёнке.       А в том, что Гарри Поттер — один из крестражей, она была почти уверена.

***

      Сам Гарри, к счастью, об этом не подозревал.       Он с удовольствием учился, общался с друзьями, влезал в неприятности — куда ж без них — и выглядел вполне счастливым.       О том, что неясная чужеродная сущность в нем — часть души Тома, Ари догадалась, когда мальчик рассказал ей о случае с удавом в маггловском зоопарке.       Владение змеиным языком — крайне редкий дар. Среди английских магов им владели лишь потомки Слизерина. Конечно, одними Гонтами наследие Основателя не ограничивалось. За тысячу лет множество волшебников из его рода меняли фамилии, рождались сквибы, уходившие жить к магглам, некоторые уезжали в другие страны. Но только Гонты осознанно развивали родовые дары, усиливая их и совершенствуя. Правда, немного перестарались, что и привело в итоге к почти полному вырождению.       Поттеры же едва ли имели какое-то отношение к Слизерину. Даже если где-то, когда-то эти два рода и пересекались, то наследственные таланты без развития и поддержки просто растворялись, и вот так, на ровном месте вылезти не могли.       Получалось… Ерунда какая-то получалась. Том, может, и сошёл с ума, но не настолько же, чтобы заключить часть души в ребёнка? В ребёнка, которого собирался убить. И тем не менее, это произошло.       — Мисс Грей? — Гарри смотрел выжидательно.       — А? — она рассеянно взглянула на снежно-белую фигурку птицы в его руках. — Красивая.       — Это вам, — он протянул поделку ей и слегка покраснел.       Ари взяла подарок и легонько потрепала ребёнка по волосам.       — Спасибо.       По-хорошему, осколок сущности из Гарри надо бы вытащить. Но как? Насколько помнила Ари, крестраж можно было или уничтожить, или извлечь из него часть души в процессе восстановления целостности этой самой души. Первый вариант, по понятным причинам, отпадал. Оставался второй.       Вот только она понятия не имела, где сейчас Том, где другие крестражи и сколько их вообще. И что делать?       Впрочем… кое-что сделать все-таки можно.       Через неделю Гарри получил простенький кулон — камень в металлической оправе на вощёном шнурке. Не бог весть какая защита, но он должен был если не убрать полностью, то хотя бы снизить влияние крестража. И создать барьер между двумя душами, изолируя «подселенца».       Хоть что-то.

***

      Остаток учебного года пролетел незаметно.       В июне старшекурсники четырёх факультетов, как и было заявлено, участвовали в соревновании, проходя полосу препятствий. Победил, предсказуемо, Гриффиндор, получив за раз сто пятьдесят баллов и обойдя Слизерин, который лидировал по суммарному количеству баллов за год.       Альбус был счастлив, и Ари подозревала, что он специально организовал эти соревнования, чтобы дать шанс любимому факультету. За последние десять лет Гриффиндор ни разу не выигрывал кубок школы.       Впрочем, ее саму школьные развлечения занимали мало. Она все свободное время посвящала поиску информации о крестражах, но — увы — результаты оставляли желать лучшего.       И неудивительно. Если подобные сведения в накрепко связанной всевозможными запретами Англии где-то и сохранились, то только в частных библиотеках чистокровных семей, куда так просто не попадёшь.       К счастью, Ари примерно представляла, где можно достать нужные книги за пределами родины. Спасибо четырехлетнему кругосветному путешествию из прошлой жизни. Оставалось дождаться отпуска и придумать убедительную легенду для Альбуса.

***

      — Мисс Г-грей… — Квиррелл смущенно мялся в дверях.       В день отъезда студентов больничное крыло было совершенно пустым. Мадам Помфри отбыла в Мунго по каким-то своим делам. А Ари как раз заканчивала накладывать чары стазиса на оставшиеся лекарственные зелья, чтобы не испортились до сентября.       — Можно просто Ари, — она улыбнулась ему. — Чай с мятой будете?       Квиррелл кивнул и, прикрыв дверь, сел возле небольшого столика.       — Я хотел п-поблагодарить, — он наконец посмотрел ей в глаза. — За т-то, что спасли мне жизнь и не в-выдали. Я в-ваш должник…       — Ничего вы мне не должны, — Ари разлила по чашкам ароматный напиток.       — И в-все же, — упрямо продолжил Квиррелл. — Если в-вам нужна будет п-помощь… Любая. В-вы всегда можете на меня р-рассчитывать… — он схватил чашку и одним глотком ополовинил ее.       Бедняга. Ари задумчиво посмотрела на него. Ей в голову неожиданно пришла интересная идея.       — Знаете, Квиринус, ваше предложение очень своевременно, — она слегка прищурилась. — Скажите, вы когда-нибудь были в Италии?       Квиррелл растерянно моргнул.       — Д-да, был проездом однажды, а что?       — Я давно мечтала там побывать, — Ари широко улыбнулась. — Составите мне компанию?

***

      Она точно знала, что одну Альбус ее за границу не отпустит. И, скорее всего, начнёт задавать кучу вопросов: почему именно Италия, почему сейчас, как она будет добираться, как ориентироваться в маггловском мире…       А потому уже на следующий день она, мечтательно вздыхая, рассказывала ему о том, как Квиррелл пригласил ее в небольшое развлекательное путешествие. О, как он интересно описывал Италию! Какая это удивительная страна! Как ей хочется увидеть своими глазами знаменитые памятники и пройтись по магическому кварталу Рима!..       Альбус слушал ее со слегка приоткрытым от удивления ртом, а потом в его глазах мелькнуло подозрение.       — Ари, — осторожно произнёс он, когда она наконец замолчала, — ты же не… ты ведь не влюбилась в Квиринуса, правда?       Это было настолько неожиданное предположение, что она даже не сразу нашлась с ответом. А Альбус истолковал ее молчание по-своему.       — Нет, он, конечно, хороший мальчик, но…       — Ал, я не влюблена в него, — поспешила она развеять его подозрения. — Вовсе нет. Просто мне интересно побывать где-то ещё, кроме Хогсмида и Косой аллеи. Я давно думала об этом, а тут такая чудесная возможность!       Она смотрела на него огромными, светящимися от восторга глазами.       — Ох, Ари, — Альбус покачал головой и отошёл от окна, возле которого стоял. — Как будто я могу тебе в чем-то отказать… — и тут же строго добавил: — Но только на этих ужасных маггловских самолётах вы не полетите! Я сделаю вам международный порт-ключ.       — Спасибо! — она спрыгнула со стола, на котором по обыкновению сидела, и обняла его. — Ты — чудо!       — Это ты чудо, — усмехнулся он, на мгновение крепко обняв ее в ответ. — Обещай, что будешь осторожна.       — Обещаю, — искренне сказала она.       В дверь постучали, и на пороге кабинета появился Квиррелл. Удивительно стойко выдерживая строгий взгляд директора, он подтвердил, что действительно пригласил Ари в поездку, увидев, как она впечатлена его рассказами. Заверил, что доставит ее домой через неделю в целости и сохранности, будет вести себя как джентльмен, да и вообще он там исключительно в роли экскурсовода.       Альбус, пользуясь случаем, попытался уговорить его не увольняться, и Квиринус обещал подумать, не рискнув отказывать сразу.       Хотя Ари точно знала, что в Хогвартс он не вернётся. И к лучшему. Преподавание явно не доставляло ему большого удовольствия.

***

      Этот небольшой спектакль принёс даже больше пользы, чем она рассчитывала.       Во-первых, она могла спокойно выбраться в библиотеку семьи Медичи, а во-вторых, теперь она точно знала, что об одержимости Квиррелла Альбус был в курсе.       — Он п-пытался меня п-прочитать, — заикаясь сильнее обычного, шепотом поведал Квиринус, когда они покинули кабинет директора.       — Пытался? — она пристально посмотрела на него.       — У м-меня неплохо с окклюменцией, — скромно сказал он. — Я п-подозревал, что так будет, п-поэтому подготовился. Создал ложные воспоминания о т-том времени, когда б-был одержим. Теперь д-директор думает, что дух Лорда с-сам покинул мое тело, з-заставив забыть обо всем. И он т-точно знал, что искать…       Ари задумчиво оглянулась на горгулью, охранявшую вход в кабинет.       Интересно, чего Альбус пытался добиться, пуская в школу одержимого профессора?

***

      Путешествие получилось… великолепным.       Солнечная, яркая, полная жизни Италия была ещё прекраснее, чем Ари помнила. Она восхищала буквально всем — чистым, насыщенно голубым небом; запахом цветов и свежесваренного кофе; древней архитектурой и пестрым магическим кварталом, забитым всевозможными магазинчиками, лавками, кафе и барами.       Ари бежала по каменистой улочке к небольшой круглой площади с зачарованным фонтаном и чувствовала, как за спиной вырастают крылья. Легкость. Восторг. Ощущение бесконечной свободы и полноты жизни. Ей, порой, так не хватало этого в строгой, промозглой Британии.       — Ари! — Квиррелл догнал ее уже у самого фонтана. — Н-не убегай т-так, я тебя чуть не п-потерял…       — Квиринус, ты знаешь, что этот фонтан исполняет желания? — она схватила его за руки, слегка раскрасневшаяся от переполнявших ее эмоций. — Серьезно. Если бросить монетку, на пять минут возникнет иллюзия того, чего тебе очень хочется! Попробуй!       — Я н-не уверен… — Квиррелл отчаянно смутился.       — Перестань! — она засмеялась. — Это всего лишь иллюзия — игра. Никто, кроме тебя, ее не увидит, не волнуйся! Я тоже брошу… Давай вместе?       Она достала из сумочки две монетки и протянула одну ему. Квиррелл, чуть помедлив, взял ее, и они, сев на лавочку спиной к фонтану, одновременно бросили монеты через плечо.       Ари на мгновение прикрыла глаза, а когда снова открыла… площадь была пуста. Все люди исчезли, стихли голоса, в витринах магазинчиков все замерло, зачарованные вывески перестали переливаться разными цветами. Время будто остановилось.       — Ари… — голос раздался за спиной неожиданно.       Она вздрогнула, не сразу поверив, что действительно слышит его, а потом поднялась на ноги и медленно обернулась.       Рядом с фонтаном стоял Том. Точь-в-точь такой же, каким она видела его в последний раз. Высокий, красивый, в чёрных брюках и белой рубашке с закатанными до локтей рукавами. Медленно, не сводя с неё взгляда, он сделал шаг вперёд.       И она тут же сорвалась с места, бросившись к нему. Обняла, едва не сбив с ног, уткнулась лицом в его плечо, вдохнула знакомый до дрожи запах его любимого парфюма.       — Ненавижу тебя, — прошептала она, чувствуя, как его руки скользят по ее спине. — Зачем ты это сделал? Ну зачем?       Он отстранился. Заглянул в ее лицо своими невозможными глазами, тёмными, как грозовое небо.       — Потому что я не мог позволить себе умереть, — тихо сказал он. — А тебя не было рядом, чтобы меня остановить.       — Ты же обещал, — она с силой ударила ладонями по его плечам. — Ты обещал не делать глупостей!       — А ты обещала стать моей женой, — уголок его губ дернулся в до боли знакомой кривоватой усмешке. — Помнишь?       Ари не выдержала. Обвила рукой его шею, зарылась пальцами в темные волосы, нашла его губы своими, растворяясь в почти забытом ощущении счастья от того, что он рядом.       — Помню, — выдохнула она спустя несколько мгновений. — А ещё я помню, как сказала, что если не сдержишь обещание, мое возвращение тебя не обрадует. Так вот, я найду тебя, соберу твою душу и убью собственными руками, понял?       Том запрокинул голову и рассмеялся глубоким, грудным смехом.       — Из тебя вышла бы прекрасная тёмная леди, знаешь? — в его глазах заплясали чертики.       — Знаю, — она сощурилась и приподняла подбородок. — Я вообще талантливая.       Улыбка вдруг сползла с его лица, сменившись неестественным, каким-то застывшим выражением. Он протянул руку к ее лицу, скользнул большим пальцем по щеке.       — Ари, ты нужна мне, — его голос звучал хрипло.       Она почувствовала, как внутри все сжалось от этих слов, и… открыла глаза.       В сознание тут же ворвались звуки — голоса, детские крики, музыка, шум фонтана за спиной. Перед глазами замелькали разноцветные мантии волшебников и мерцающие вывески магазинов.       Она снова прикрыла глаза, сделав глубокий вдох, и обернулась к смущенно кашлянувшему рядом Квирреллу.       — Ну как? — с искренним интересом спросила она. Ей необходимо было срочно отвлечься. — Увидел своё желание?       — Д-да, — пробормотал Квиррелл, почему-то не глядя на неё. — Очень интересные ч-чары.       Ари улыбнулась и невольно оглянулась назад, туда, где минуту назад они стояли с Томом. Пожалуй, развлечений достаточно. Пора заняться делом.