Воскрешающий камень

      Расслабиться не получалось.       Тревожное предчувствие разливалось в воздухе, кололо мелкими иголками кончики пальцев, звенело туго натянутой струной где-то внутри.       Солнечный июль близился к концу, и Ари кожей чувствовала, что она подходит к краю вместе с ним. Стоит на пороге изменений, которые полностью перевёрнут ее жизнь. К лучшему или к худшему — один Мерлин знает.       Несколько дней назад Ральф сообщил, что, скорее всего, последний крестраж — это змея. Капля веритасерума развязала язык Барти, и тот вспомнил странные действия Тома после убийства министерской работницы, напоминающие то ли заклинание, то ли малый ритуал.       Чтобы проверить догадку, Ари отдала Ральфу медальон. Она уже знала, что крестражи, оказавшись рядом, отзываются друг на друга. И теперь не находила себе места, ожидая результатов.       И она даже не могла понять, чего ей хочется больше — чтобы предположение оказалось верным или ошибочным.       Если змея действительно окажется крестражем, это будет означать, что больше ничто не мешает возвращению Тома. Которое, вопреки всем надеждам, пугало ее гораздо больше, чем она готова была себе признаться. Если же нет — она снова окажется в тупике, но вместе с этим получит отсрочку. Возможность ещё немного пожить привычной, спокойной жизнью.       Хотя какое тут, к Мордреду, спокойствие?       — Ари? — голос Квиррелла донёсся будто сквозь слой ваты. — У тебя все в порядке?       — В порядке, — эхом отозвалась она и усилием воли заставила себя сосредоточиться. — Просто задумалась…       Визиту Квиринуса она сейчас была рада, как никогда. Он отвлекал ее, не давая надолго утонуть в тревожных мыслях.       — Я слышал, в следующем учебном году в Хогвартсе проведут Турнир Трёх Волшебников, — деликатности и такта Квирреллу было не занимать. — Интересный будет год, правда?       Турнир. Учебный год. Все это казалось сейчас таким далеким, нереальным, как зыбкий мираж посреди пустыни.       — Это точно, — Ари улыбнулась. — Особенно для работников больничного крыла. Мадам Помфри уже заранее в ужасе.       — Представляю, — Квиринус тоже улыбнулся.       По обыкновению, слегка смущенно, но так просто и светло, что на душе вдруг стало легче. От этой улыбки веяло соленым морем, ароматной выпечкой и жарким итальянским солнцем. На мгновение Ари показалось, что она чувствует прохладные брызги фонтана на своём лице.       Но в следующий миг она ощутила, как нагрелось сквозное зеркало в кармане, и наваждение исчезло. Разбилось, осыпавшись бесчисленными осколками.       — Извини, я на минутку, — она встала с дивана, бросив взгляд на пустые чашки на столе. — Не заваришь пока ещё чая?       — Конечно, — Квиррелл с улыбкой кивнул.       Но она уже не видела этого, быстрым шагом входя в ванную. Дверь закрылась за ней с тихим скрипом, взмах палочки укутал пологом тишины. Пальцы, сжимавшие зеркало, заметно подрагивали.       — Ральф?       — Это она, — в его глазах причудливо смешались воодушевление и настороженность. — Я был прав.       Сердце испуганно дернулось и замерло, мешая сделать вдох.       — Отличная новость, — выдохнула Ари, медленно осев на край ванной. — Значит… откладывать не имеет смысла…       — Что тебе нужно для ритуала? — сосредоточенно спросил Ральф. — Какое-то определённое место, время, ингредиенты…       — Энергетически сильное место, — пробормотала она, вызывая в памяти заученные наизусть инструкции. — Там кладбище рядом, можно использовать его. Природное явление, которое заменит жертву…       Ральф посмотрел куда-то вверх.       — Через несколько дней полнолуние. Подойдёт?       Ари молча кивнула. Несколько дней.       — Все остальное у меня уже готово. Там не так много нужно, на самом деле…       — Хорошо, — отрывисто сказал Ральф. — О Лорде и Крауче я позабочусь. Встречаемся… в полночь, я правильно понимаю?       — Да.       — Отлично. До встречи.       Зеркало погасло, и Ари увидела собственное отражение. Бледная, с лихорадочно блестящими глазами и искусанными губами. Неожиданно стало смешно.       В полночь, на кладбище, под полной луной… Вот это антураж для настоящей ведьмы. Надеть, что ли чёрный плащ с капюшоном? Ну так, для полноты картины.       Северус был бы в восторге.

***

      Несмотря на врожденный оптимизм, Ари никак не могла избавиться от навязчивого ощущения — что-то случится.       Неясная тревога переполняла ее, текла по венам, скручивалась пружиной в животе. Ночной воздух холодил кожу, вызывая мурашки и легкий озноб. От него не спасал даже плащ с капюшоном, который она все-таки надела. Хоть как-то поднять себе настроение.       Лестрейндж не подвёл. Он ждал ее на кладбище вместе с оглушенной заклятием змеей и… свёртком из нескольких тряпок в руках.       — Это… — у Ари перехватило дыхание, когда она увидела, что — а точнее, кто — находится внутри.       Ральф молча кивнул.       — Чары наведённого сна. Он не проснётся, пока не снимем их.       — А… Крауч? — она с трудом оторвала взгляд от уродливого младенца и снова посмотрела на Ральфа.       — Отдыхает. В подвале, — тот криво усмехнулся. — Что? Пусть скажет спасибо, что не ниже. За эти несколько недель он успел достать меня до печёнок!       — Ладно, — Ари решительно тряхнула головой и подошла к расчищенной прогалине между могилами, сняв с плеча сумку со всем необходимым.       Спустя около часа приготовления были завершены. Два рунных круга с расставленными по периметру свечами. В центре внутреннего круга — свёрток с… телом. Во внешнем — пять крестражей, венчающие лучи пятиконечной звезды.       Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот пробьёт грудную клетку.       — Нервничаешь? — тёплая ладонь Ральфа сжала ее плечо.       Ари тихо хмыкнула.       — Ну, знаешь, не каждый день пытаешься воскресить несостоявшегося мужа с помощью ритуала, которому чертова уйма лет. Не скрою, мне немного не по себе.       — Ты справишься, — он развернул ее к себе и посмотрел в глаза. — Слышишь? У тебя все получится.       Ей бы его уверенность. Ари благодарно улыбнулась и, жестом попросив его отойти, обернулась к рунным кругам. Она чувствовала, как воздух вокруг буквально поёт от наполнявшей его магии. И эта сила не пугала ее. Наоборот, дарила ощущение покоя и умиротворения. Казалось, все волшебство мира сейчас принадлежит ей.       Глубокий вдох. Медленный выдох. Напряжение, владевшее ею все последние дни, внезапно исчезло, растворившись в ночной тишине. Пришло уже знакомое ощущение легкого транса, который позволял творить невозможное.       Холодное лезвие кинжала оставило глубокий порез на ладони, но она почти не почувствовала боли. Красные капли окропили руны, заставив их вспыхнуть ослепительным золотом. С приоткрытых губ сами собой полились мелодичные катрены, которые она заучила так, что могла бы произнести без единой ошибки, даже во сне.       Мир исчез. Прошлое, будущее, страхи, сомнения, надежды — все перестало иметь значение, осталось только здесь и сейчас. Мягкая земля под ногами. Упоительно сладкий воздух. Светящиеся в темноте руны. И магия, проходящая сквозь ее тело. Поднимавшаяся прямо из центра земли, заполнявшая каждую клетку, каждый уголок разума, и выливающаяся мягкой волной наружу, заливая все окружающее пространство.       И снова. По кругу. Циклично, как и все в природе.       Ари потерялась во времени. Ей казалось, что прошла минута и одновременно — целая вечность. Она могла была провести в этом состоянии всю свою жизнь, даже не заметив этого. Но внезапно все прекратилось.       Резко, будто слепящим взрывом, пронеслась белая вспышка. А когда глаза вновь привыкли к темноте, Ари увидела то, на что почти не надеялась.       В центре круга вместо жуткого младенца лежал… Том. Она успела разглядеть чёрные волосы, почти сливающиеся с землей и белое, как у античной статуи, лицо с закрытыми глазами, прежде, чем все ее существо пронзило кристально-чистое ощущение — что-то не так. Словно красная лампочка зажглась в мозгу.       А в следующий миг она не увидела даже, почувствовала на интуитивном уровне — как над ее головой сомкнулся антиаппарационный барьер. И почти сразу за спиной сверкнула вспышка заклятия. Она услышала, как выругался Ральф, выставляя щит, и обернулась, уже зная, что увидит.       На краю прогалины стоял Альбус.       Он почти не двигался с места, посылая в Лестрейнджа одно заклятье за другим. Тот отбивался, отвечая тем же. Разноцветные лучи сверкали в воздухе, высвечивая старые памятники и напряженные лица соперников.       — Нет! — Ари, стряхнув с себя ступор, бросилась к Ральфу. — Остановитесь!       Ее крик разнесся над кладбищем, и почти в тот же момент красный луч, вырвавшийся из палочки Альбуса, ударился о щит Ральфа, срикошетив в неё. Заклятие прошло по касательной, но было настолько мощным, что Ари не удержалась на ногах и рухнула на землю, ударившись спиной. Из лёгких на мгновение вышибло весь воздух. Капюшон слетел с головы, но Ари едва заметила это. Время словно остановилось.       Поднявшись, она увидела, что Альбус смотрит на неё. Его лицо залила смертельная бледность. Палочка выпала из руки, скрывшись в траве.       — Нет, не надо, — Ари перехватила руку Ральфа, собиравшегося воспользоваться внезапной заминкой. — Пожалуйста… Забери Тома отсюда, я тебе потом все объясню, обещаю.       — Но…       — Ральф, прошу тебя!       Он что-то пробормотал за ее спиной, но Ари уже не слушала. Она подбежала к Альбусу, заметив, как он пошатнулся. Схватила за плечи, поддерживая, заглянула в расширенные глаза, и… неожиданно провалилась в них. Невероятно яркие образы лавиной захлестнули ее сознание, затмевая все вокруг.       Светлая комната с потертым ковром на полу… Юноша с глазами разного цвета… Мальчишка с рыжеватыми волосами… Вспышки заклятий, расцвечивающие стены во все цвета радуги…       — Не надо! Пожалуйста! Остановитесь! — звонкий голос бьет по натянутым нервам.       Три луча сталкиваются друг с другом, рассыпаясь искрами… Ослепительная вспышка… Хрупкая фигурка сломанной куклой падает на пол… Оглушительная, звенящая тишина… Солнечный свет путается в рассыпавшихся по полу светлых волосах, скользит по неестественно раскинутым рукам, безжалостно высвечивает застывший взгляд голубых глаз…       — Ал! — Ари с трудом вынырнула из чужих воспоминаний, чувствуя, как по телу прокатилась холодная волна. — Ал, посмотри на меня… Я в порядке, слышишь? Все хорошо…       — Этого не может быть, — он смотрел на неё, как на самый страшный кошмар. — Ты не можешь быть здесь… Почему? Как…       — Как ты узнал? — собственный голос показался неестественно спокойным.       — Метка, — едва слышно прошептал Альбус. — Северус сказал… Я сразу понял, что это значит… Ари, как, ради Мерлина, ты оказалась здесь?! — он смотрел на неё безумным взглядом, не замечая исчезновения Лестрейнджа и Тома.       — Я оказалась здесь, потому что вернуть Тома было моей идеей, — тихо сказала Ари, отступая на шаг.       Убедившись, что на кладбище они остались вдвоём, она подняла палочку Альбуса с земли и протянула ему.       — Я не понимаю, — таким растерянным она не видела его никогда. — Ты воскресила Волдеморта?       — Не Волдеморта, — Ари медленно покачала головой. — Тома. Ал, прости меня. Я не хотела, чтобы ты узнал обо всем… так.       — Узнал о чем? — его неверящий взгляд обжигал.       — О том, что я вспомнила своё прошлое, — она заставляла себя не отводить взгляда. — Уже давно. Зимой девяносто второго. Когда Квиррелл рассказал о том, что был одержим духом Темного Лорда. Что-то… будто щелкнуло у меня в голове. И я вспомнила себя прежнюю. Ту, кем была до того, как стала твоей сестрой.       Альбус побледнел ещё сильнее, хотя казалось, уже некуда.       — Ты…       — Я не Ариана, Ал, — она почувствовала, как в глазах закипают слёзы. — В прошлой жизни меня звали Айрис. Айрис Блэр. Ты должен помнить меня, я жила в одном приюте с Томом Реддлом. Ты приходил к нам, чтобы пригласить в Хогвартс…       Она рассказывала, не останавливаясь ни на секунду. Говорила и говорила, наблюдая, как в его глазах постепенно появляется понимание. Рассказывала об отношениях с Томом, о планах на будущее, о путешествии, о помолвке…       — Мне было двадцать пять, когда я умерла. Вальбурге Блэк не понравилось, что Том предпочёл ей другую. Такую, как я. Она прокляла меня окаменением. Ускоренным. Никто не мог ничего сделать…       — Подожди, но почему воскрешающий камень вернул твою душу? — выдохнул Альбус, прервав ее. — Это что… какая-то ошибка? Случайность?       Ари медленно покачала головой.       — Нет, Ал. Просто у тебя была неверная информация. Дары Смерти настолько давно превратились в легенду, что мало кто знает об их истинном происхождении. Братья Певерелл были выдающимися артефакторами. Но за прошедшие века их творения обросли мифами, и их первоначальные свойства исказились. Воскрешающий камень, который ты использовал, не возвращает мертвых с того света. Он был создан для того, чтобы пленить души. С его помощью Певереллы удерживали души своих врагов, не давая им уйти на перерождение. Этот камень, как тюрьма, понимаешь? Когда я умирала, Том заключил мою душу в него, чтобы позже воскресить, но он не знал о том, что сделать это можно только используя все Дары одновременно.       В глазах Альбуса отразилась боль.       — То есть…       — Камень не мог вернуть душу Арианы, потому что ее в нем никогда не было, — подтвердила его догадку Ари. — Поэтому вселил в тело мою, ведь моя душа была последней, попавшей туда. Я понимаю, — она протянула руку, желая коснуться его плеча, но не решилась. — Для тебя это все звучит ужасно. Но я благодарна судьбе и… тебе… за этот второй шанс. Я десять лет искренне считала тебя и Аби своими братьями, и, знаешь, я была очень счастлива. Я и сейчас счастлива, несмотря на то, что вспомнила. Вы стали для меня настоящей семьей, я просто хочу, чтобы ты знал это. Я не притворялась, когда говорила, что ты дорог мне…       — Я знаю, — неожиданно сказал Альбус.       Ари посмотрела ему в глаза, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Она боялась увидеть разочарование, опустошение, гнев, даже ненависть… Но увидела только боль. Боль и… тепло. Его рука коснулась ее лица, осторожно вытирая слёзы.       — Ты удивительная, Ари, — в его голосе звучала слабая улыбка. — Ты меняешь мир вокруг себя. Наполняешь его светом. Рядом с тобой любому становится тепло. Такое невозможно сыграть.       — Что… ты не станешь проклинать меня за то, что я заняла место твоей сестры? — Ари боялась поверить в то, что слышит.       — Проклинать? — Альбус печально улыбнулся. — Единственного родного мне человека? Девочку, которая вылечила мою душу и избавила от беспросветного одиночества? Ты правда думаешь, что я стану винить тебя за собственную ошибку? Конечно, мне жаль, что ты не рассказала обо всем этом раньше, но… я понимаю. Правда, понимаю. Я сам слишком многое скрывал от тебя.       — Ал, я…       — Иди сюда, — он привлёк ее к себе и обнял, тяжело вздохнув. — Как непредсказуема и загадочна судьба, правда? Кто бы мог подумать, что у нас с Томом может быть что-то общее?       — Том… — Ари, внезапно очнувшись, отстранилась. — Я должна идти, Ал. Я должна узнать…       — Нет! — он схватил ее за руку. — Я не отпущу тебя одну.       — Он не причинит мне вреда, — она надеялась, что ее голос звучит уверенно. — Я собрала все крестражи, он больше не будет безумцем Волдемортом, поверь мне.       — Ари…       — Альбус, пожалуйста! — она твёрдо посмотрела ему в глаза. — Я должна это сделать. Сама. Я все расскажу тебе, обещаю, но позже.       Она не знала, что именно он увидел в ее взгляде, но его пальцы разжались, и она, не теряя больше ни секунды, бросилась к виднеющемуся вдали дому.

***

      — Черт возьми, я мог ожидать чего угодно! — Лестрейндж выглядел одновременно растерянным и раздражённым. — Но… Дамблдор? Серьёзно? Ты полна сюрпризов, Айрис!       — Прости, — она устало прикрыла глаза. — Я не ожидала, что он появится.       — А он, похоже, совсем не ожидал увидеть тебя, — Ральф прищурился. — Не поделишься, отчего его чуть удар не хватил, когда он тебя заметил?       — Потому что до сегодняшней ночи он считал меня своей сестрой.       Ошарашенное лицо Ральфа вызвало у неё невольную улыбку.       — Это что… шутка такая?       — Вовсе нет.       Ари рассказала ему краткую версию своего чудесного воскрешения. Лестрейндж впал в глубокую задумчивость.       — Так вот, почему у Лорда ничего не получилось. Он не знал о Дарах…       — Где он? — спросила Ари, снова ощутив нарастающее беспокойство.       — В спальне, — рассеянно отозвался Ральф. — Пока не пришёл в себя.       Ари медленно поднялась по лестнице на второй этаж и вошла в спальню, которая когда-то была их общей. Подошла к широкой кровати, проведя кончиками пальцев по деревянной спинке. И наконец смогла разглядеть в деталях результат своих усилий.       Откровенно говоря, она не знала точно, каким должен быть этот результат, но то, что получилось… Том выглядел лишь немногим старше, чем она помнила. Он был до боли похож на призрак из дневника. Его лицо было расслабленным, спокойным, и ничего в нем не напоминало ту жуткую маску, что она видела в воспоминании о Вальбурге.       Ари не знала, сколько она простояла так, глядя на него. Настоящего. Живого. Реального. Чувства притупились — то ли от усталости, то ли от пережитых на кладбище эмоций. Только едва заметная нервная дрожь внутри никак не хотела стихать.       — Я снял чары, — раздался за спиной голос Ральфа, заставив ее очнуться. — Но он почему-то до сих пор не приходит в себя.       — Может, это последствия ритуала, — тихо предположила Ари, нахмурившись. — Наверное, ему нужно какое-то время, чтобы восстановиться. Ты… я думаю, тебе лучше уйти.       — Уйти? — он посмотрел на спящего Тома. — И оставить тебя одну?       Ари вздохнула.       — Ральф, мы не знаем, как он отреагирует на своё… возвращение. Лучше не попадать под горячую руку. Тем более, тебе.       — А тебе, значит, можно, — настороженно пробормотал он.       — Я справлюсь, — она погладила его по плечу. — По крайней мере, на моей стороне эффект неожиданности. Да и тебе надо отдохнуть, ты плохо выглядишь. Иди домой, я сообщу тебе, как только… что-нибудь прояснится.       Лестрейндж, поворчав для виду ещё немного, все же отправился к себе в поместье. Ари видела, как он вымотался за последнее время. Ей и самой совсем не помешал бы отдых, но сейчас она не могла себе этого позволить.       Разве что, немного подышать свежим воздухом.