Где же ты…

Делая размашистые шаги, Антон уходил в глубь леса. В ушах звенело, а в голове крутились лишь три фразы: «Либо вы расстаётесь, либо ты мне больше не сын. Мне в доме слюнявый педик не нужен». «Педик». От этого слова скрутило живот и облокотившегося о дерево блондина, вывернуло на изнанку. — Ненавижу… — ещё один рвотный позыв и Антон еле устоял на ногах. Тело трясёт, слабость даёт дезориентацию в пространстве и чувствительность к холоду. Присев, Петров попытался прийти в себя. Сделав глубокий вдох и успокоившись, он послал ужасные мысли куда подальше и стал оглядываться. В лесу стояла гробовая тишина, даже птицы, которые любили попеть ранней весной, замолчали. Ни ветринки. Чтобы окончательно избавиться от остатков негодования, блондин ударил кулаком по дереву несколько раз, из-за чего, от костяшек по фалангам потекла тоненькая кровавая дорожка. Стряхнув бордовые капли, Антон встал и осмотрелся. Он не планировал заходить в такую глушь, но в порыве злости даже не смотрел куда идёт. На улице темнело, пора бы возвращаться. Надо было спасти Рому от мучительно-оскорбительных разговоров. Парень не переживал насчёт ночлега. Конечно домой, после такого, он не собирался возвращаться, поэтому с радостью устроит ночёвку с любимым. Шанс того, что они не будут спать, равнялся 99.9%, но Зайчика это не особо расстраивало, наоборот. Он хотел забыть об этом ужасном дне, утонув в ласках. Хотел тепла и любви, которую он получал только от Пятифана. Оля, конечно, тоже давала достаточно сестринской помощи и заботы, но это – другое. Размышляя о приятном, улыбка сама поползла наверх, но тут же приняла исходное положение. — Мои следы… — волна мурашек прошлась по телу, — они… они исчезли. Блондин заметался на месте, как зайчонок. Посёлка не было видно, а чёрные тучи заслонили садившееся солнце. Поднялся ветер и стало ещё холоднее. Петров начал себя материть за то, что надел только куртку. Пытаясь вспомнить дорогу, он отчаянно смотрел на темнеющее небо. — Блять, блять, блять. Они не могут просто так пропасть. ЭТО НЕВОЗМОЖНО, — паника переходила в истерику, головокружение не давало адекватно мыслить. Орать было стыдно, не смотря на страх, да и не было смысла. Он далеко ушёл, а все люди наверняка сидят по домам. Его непрерывный поток мыслей прервал еле-разборчивый шёпот: «Тошшшшшшаааааа…». Скрип стволов и трущиеся друг о друга ветки, создавали звук, похожий на его имя. «Деревья? Да нет, бред». Хотя после пропавших следов, на основе паники, Петров мог поверить в любой вымысел. Ветер усиливался, уже завывал. Деревья неугоманиваясь, продолжали шептать имя, до смерти напуганного блондина. Казалось, что деревянные монстры тянули свои цепкие лапы, пытаясь схватить и утянуть в кромешную темноту. Поняв, что паника бесполезна, Антон собрался идти хоть куда-нибудь, но вдруг уловил странный запах. Чем дольше Петров стоял на месте, тем сильнее он становился. Пахло не просто гнилой корой или мхом, пахло смрадом, сгнившей трупочиной. — Давно не ви-и-и-делись. «Нет…НЕТ, этого не может быть. Они же отстали от нас. Всё же было хорошо…» — Далеко тебе не убежать, Антоша, — этот до боли знакомый сладкий голосок. В 12 лет Петров легко поддавался и доверял ему, — теперь уж точно не убежать. Из-за деревьев стали выступать звери со светящимися глазами, рыча и показывая окровавленные пасти. Поворачиваясь, Петров понял, что окружён и выхода почти нету. Антон стал лихорадочно перебирать план спасения, но наткнувшись на увесистый камень, план сам пришёл в голову. Не очень надёжный, но шанс есть, главное успеть. Встретившись взглядом с горизонтальными зрачками, сердце сжалось, но блондин предпочёл этого не показывать. Хотелось убежать, а не стоять и вдыхать этот трупный воздух. Пока что рано, надо дождаться. Перед ним стояло двухметровое чудовище, чьи рога прокалывали облака уходя ввысь. Глаза светились, а из пасти выходили клубы пара вместе с тем отвратительным запахом. Шерсть стала более грязной и блондину показалось, что в комках чёрного меха спутались куски заплесневелого мяса. Из-за спины чудовища, хихикая и прячась выглядывала рыжая лисица. Глазки красные, голодные, а язык облизывал наточенные зубы. Огромные клешни указали на Антона, а из козлиного блеяния, блондин разобрал, только одну фразу: «Куша-а-а-ть по-о-о-дано». Все твари стали приближаться, замыкая круг. Не теряя ни секунды, Петров присел и подняв камень, швырнул со всей силы в демона. Удар пришёлся ровно в черепушку. Душераздирающий вой разнесся по тайге, вороны взлетели со всех деревьев, каркая и шумя крыльями. Снег почернел от неизвестной жидкости, вытекающей из козлиной головы. Звери, окружавшие зайчишку, засуетились и побежали к вожаку. Поймав шанс, блондин бросился к проёму между животными. — ЧТО ВЫ СТОИТЕ ОСТОЛОПЫ, ХВАТАЙТЕ ЕГО! — завизжала лиса. Звери разделились, одни кружили вокруг своего предводителя, другие кинулись вдогонку за Петровым. Одна лесная тварь, похожая не то на волка, не то на собаку, перегородила дорогу спасающемуся. Антон, не теряя скорости, сделал резкий рывок и попытался перепрыгнуть зверя, но приземлился ровно на голову, проломив монстру череп. Тот сразу же перестал сопротивляться и распластался на земле, видимо Хозяин леса не позаботиться о крепкости голов, своих приспешников. Не останавливаясь, блондин бежал, что есть мочи. Ветки цеплялись за куртку и хлестали лицо острыми концами. Лес будто специально стал гуще и не давал проходу. Было темно, но благодаря снегу и вышедшей из-за облаков луне, проявлялась тропинка. «Неужели». Вот оно - спасение. Появилась надежда и новые силы. Антон смог достаточно далеко оторваться от лесного отродья, но гул и рычание, всё ещё слышались неподалёку, поэтому останавливаться было плохой идеей. «Вот, знакомая тропика. Совсем скоро!». Блондин бежал не смотря на усталость, казалось, что сердце проломит рёбра, а лёгкие вот-вот лопнут. Лес редел, вокруг остались лишь сосны и под ногами снег стал каким-то другим, более жёстким? Повернув голову, Тоша увидел чистое, как зеркало озеро. Несмотря на снег вокруг, лёд уже успел растаять и осталась лишь тихая гладь воды. «Мыс?». Но додумать он не успел. Громкий треск и земля провалилась под ногами. Резкая боль парализовала всё тело, мозг отключился и наступила тьма.

***

— Ладно, я вас выслушаю, но если вы хоть слово скажите про Антона, разговор будет закончен, — мириться с грубостью по отношению к Тоше, Пятифан не собирался. Прошло около часа споров и разъяснений. На улице стемнело, и поднялся ветер, Рома хотел как можно скорее закончить разговор, потому что Антона всё ещё не было. Пятифан надеялся, что он пойдёт к Бяше или Полине, потому что в такой холод Тоша мог запросто заболеть. В конце концов Карина поняла, что ещё больше нервотрёпки, выбивающей из колеи, за сегодняшний вечер она уже не выдержит и решила «подытожить» все эти дискуссии. — Послушай, это ведь не шутки. Антон очень ранимый и если ты найдёшь красивую девушку, решив, что он больше тебя не интересует, то ему это сильно разобьёт сердце. Лучше разорвите эту связь пока не поздно, — она пыталась как можно спокойнее убедить брюнета, но голос всё равно немного подрагивал. — Так вот какого вы обо мне мнения. Считаете, что я встречаюсь с ним только ради удовлетворения своих потребностей? Я влюблён в него уже больше двух лет! Я пытался добиться взаимной симпатии, ни на что не рассчитывая, и добился! Я обожаю в нём всё. Его голос, волосы, глаза, характер, его улыбку, и даже то, как он злится. Я ЛЮБЛЮ ЕГО, А ВЫ ГОВОРИТЕ МНЕ ВЗЯТЬ И БРОСИТЬ?! — злость перелилась через край. Рома уже не пытался сдерживать голос. Если бы в его руке оказался металлический шарик, то шарик бы превратился в лепёшку, — ДА ВЫ ХОТЬ ЗНАЕТЕ... Его возгласы перебил, леденящий кровь, вой, доносившийся из леса. Казалось, что даже дом покачнулся от такого гула. Все замерли и стали переглядываться в недоумении. —Рома! Рома, там… — с лестницы, чуть не упав, слетела Оля. Допрыгав на одной ноге к брюнету, она вцепилась в его свитер и начала, что-то лихорадочно бормотать. — Что случилось? — тут в разговор наконец вступил отец, который видимо не ожидал, такой бурной реакции Ромы на предложенное расставание. Чуть ли не задыхаясь, девочка продолжала лепетать: «Лиса, она опять…кха-кха… она опять приходила, это Алиса». Рома побледнел. Он прекрасно знал, кто такая Алиса и с кем она связана. Как-то раз Петров всё рассказал им с Бяшей, не надеясь, что ему поверят, но брюнет внимательно выслушал. Бяша не мог представить в реальности всё, что говорил блондин, даже хотел пошутить про шизу, но когда Антон заикнулся о гараже, шепелявому другу сразу поплохело. — Алиса? Кто такая Алиса? — мать Антона, так же как и отец, не понимала, что происходит и почему её дочь так трясёт. — Она приходила к моему окошку, — уже отдышавшись продолжала девочка, — и п…просила тебе передать, что Хозяин леса сегодня полакомиться крольчатиной. Ромочка, что это значит? Мне...мне очень страшно, — голос становился выше и Оля была близка к тому, чтобы разрыдаться. — Крольчатиной? Что за... — осознание пришло мгновенно. Пятифан, как с цепи сорвался. Чуть не сбив Олю, он понёсся к выходу и сорвав одежду, прокричал застывшим взрослым: «Скорее одевайтесь и берите всё, что может светить». После этого он схватил фонарик с подоконника и выбежал на улицу. За ним в панике побежали родители Антона. — У меня очень много вопросов, молодой человек!— сказал, догнавший Рому, отец. — Сейчас главное вашего сына успеть спасти, а потом всё остальное.