Оплачивая чувства

Войдя в душное помещение, Чонгук неосознанно морщится и закашливается от едких запахов, попавших на слизистую носа. То ли он слишком привык к дорогой обстановке, то ли местные клубы, в которых зависает обычная молодёжь, действительно не самого лучшего качества. К хорошему привыкаешь быстро. Хосок машет ему из противоположного угла заведения. Если бы он не написал ранее, где именно сидит, Чонгук бы долго высматривал его в толпе перевозбужденных тел. — Ну ты и вырядился, — подмечает сразу же Хосок, когда он к нему подходит. — Ты что ограбил модный дом? Это что Гуччи? Вау! Чонгук гордо приподнимает подбородок. Да, он в обычный клуб надел брендовые шмотки. Да, он выглядит в них охренительно. И да. Он ни капли не собирается скромничать. — Нравится? — усадивши свою пятую точку рядом с другом, приглаживает несуществующие складки на рубашке. — Хочешь тебе подгоню что-то из своего гардероба? Мне не жалко. Одной тряпкой больше, одной меньше. — Ты такой щедрый, мой лучший друг! — Хосок приторно лезет к нему обниматься. — Осторожней, — возмущается из-за того, что из-за своих резких движений тот чуть не пролил на него пиво. Ещё не хватало тащить вещи в химчистку после первой же примерки. — Что я тебе буду должен за это? Отсосать? Отлизать? Завещать свою почку? — Чонгук хмыкает на данную реплику, а Хосок продолжает, не дожидаясь ответа. — Это тебе Чимин подогнал? Может и меня к нему пристроишь, замутим тройничок? — Иди нахуй, Хо, — шутку Чонгук не оценил. Делиться Чимином явно не намерен. — Ты ему не понравишься. Можешь даже не мечтать. Хосок фыркает и становится серьёзным. — Расслабься альфонс, никто тут не планирует уводить твоего сахарного папочку. Чонгук сам не понял, как крепко сжал стакан в руке и весь напрягся. Но после того, как друг это подметил, постарался сделать вид, что ничего такого не было. Чонгук, честно говоря, не ожидал, что проведёт эти выходные вот так. В его планах было напроситься в гости к Чимину с ночёвкой, но омега уехал по каким-то важным делам и оставил Чонгука скучать одного. Конечно, лучше тухнуть в клубе с компанией, чем дома под одеялом в субботний вечер. Они с Хосоком выпивают по несколько стаканов пива, друг тащит его танцевать, но Чонгук сопротивляется. Толпа танцующих не выглядит адекватно, а у него нет желания оттирать потом свои затоптанные белые кроссовки или портить одежду, в лучшем случае, пятнами от алкогольных напитков. Так что он со своего места наблюдает, как Хосок цепляет какого-то омежку, ведёт того к бару, угощает, а потом указывает на их столик. Видно, у друга свои планы на эту ночь. В кармане вибрирует телефон. На экране номер Чимина, и он без промедления встаёт, чтобы найти место, где он сможет ответить на звонок. — Что случилось? — любопытствует вернувшийся Хосок, за его плечом вертится миловидный парень, так что он прекрасно сможет продолжить вечер и без Чонгука. — Работа не ждёт, — шутит он, а Хосок понимающе хмыкает. Свежий воздух приятно окутывает лёгкие, Чонгук вдыхает побольше и принимает звонок. — Алло. — Не спишь? — Нет. Ты успел соскучиться по мне, хён? — тянет сладко и слышит, как Чимин фыркает. — Я освободился и вспомнил о тебе. — В час ночи? Чем же ты таким был занят? Опять работал? — Не важно. Я хочу, чтобы ты приехал. — Сейчас? — Чонгук не понимает, почему начинает радоваться и предвкушать встречу. — Я немного занят. — Почти не врёт. Он не уверен, что Хосок обидится, если он прямо сейчас его кинет, скорее ещё даст пинок под зад, чтобы Чонгук мчал на «работу». Однако перед Чимином хочется немного повыпендриваться. — И чем же ты таким занят? — С другом в клубе тусуюсь, — Чонгуку кажется, что он отчётливо слышит, как Чимин закатывает глаза на данную реплику. — Можешь тогда друга с собой прихватить, — внезапно говорит он. А Чонгук давится воздухом. — Ты охренел? — Так ты приедешь или мне к вам в клуб подъехать? — Я сейчас буду. Он сбрасывает и ищет номер такси. Кажется, его обвели вокруг пальца.

***

Чимин искренне ненавидит предстоящие выходные. Вместо того, чтобы расслабиться и отдохнуть после рабочей недели, он вынужден ехать в гости к родителям и играть роль примерного сына. То, что не намечается никаких праздников, радует. Иначе бы его мать устроила светский приём, а так есть шанс на спокойный (в их понимании) семейный ужин. Когда он приезжает и видит несколько незнакомых, припаркованных возле дома машин, его это даже не удивляет. Наверняка какие-то партнёры по бизнесу, с которым ему следует познакомиться. Мать встречает его у двери вся взволнованная и радостная. И Чимин сомневается, что радость она испытывает из-за встречи с ним. — Чимин, — она останавливает его перед входом на кухню. — Ты же у меня умный мальчик? Этот ужин очень важен для нашего будущего, не наделай глупостей. Чимин закатывает глаза. Он уже давно не мальчик (видимо, мать никак не может привыкнуть, что ему уже четвёртый десяток идёт), и в последний раз глупости он делал ещё в школе (связь с Чонгуком не в счёт). — Хорошо, мама, — он даёт обещание и она ему улыбается. За длинным столом уже сидят несколько человек. Отец встаёт и приветствует Чимина крепкими объятиями, его тяжёлый мускусный запах забивается в ноздри, напоминая омеге детство. Отец, в отличии от матери, в офис к нему не заглядывает, видятся они редко, в основном на вот таких ужинах и в не очень тесной обстановке. Отец старше матери почти на двадцать лет, возраст подкашивает здоровье, но трезвость ума он ещё сохраняет. Чимин его единственный, но поздний ребёнок, наследник семейного бизнеса, хоть и омега. То, что мать активно пытается найти ему жениха, связано с тем, что она боится, что их небольшая семья может в один момент остаться без альфы. Пока жив отец, Паков уважают, боятся и считаются с их мнением. Но как только того не станет, большинство «верных друзей» как стервятники попытаются откусить себе кусок покрупнее. Чимин уже несколько лет сам полностью контролирует семейный бизнес, но всё это происходит в тени отца. Современное общество построено таким образом, что альфы считаются сильным полом, они строят карьеру, зарабатывают деньги, достигают успехов в бизнесе, и хоть омеги уже давным-давно перестали выполнять роль только домохозяев, предрассудки и стереотипы никуда не делись. Конечно, в любом правиле есть исключение, но Чимину очень трудно быть им без поддержки. Чем больше он вкладывает себя во всё это, тем меньше чувствует себя ментально здоровым. Он постоянно уставший, раздраженный и недовольный. Сбегает от реальности в клуб и ищет радость в алкоголе. Чимин прекрасно понимает, что это добром не закончится и нужно что-то менять. Однако позволяет каждый раз себе слабости. — Чимин, ты наверняка слышал о мистере Чхве, — отец обращает внимание на гостей, и Чимин уважительно кланяется. — Это его сын Джинхо. — Альфа дарит ему обворожительную улыбку, и он вынужденно улыбается в ответ. — Приятно познакомиться, — бросает Джинхо. — И мне, — елейно тянет в ответ омега. Когда со всеми формальностями покончено, они садятся за стол и принимаются за еду. Отец говорит с мистером Чхве. Мать пытается влиться в разговор, а Джинхо, сидящий напротив Чимина, прожигает его заинтересованным взглядом. Чимин привык к подобному вниманию к своей персоне. И казалось бы, он не должен зацикливаться на этом, расслабиться и вести себя как обычно: абстрагироваться от реальности и окружающих людей, но в этот раз не получается. Какое-то странное предчувствие не даёт ему успокоиться. Речь заходит о бизнесе. Мистер Чхве идеальный партнёр. Сотрудничество их компаний выгодно для обеих сторон. Чимин это прекрасно понимает, и зачем устроен вечер — тоже. Отец после подобных мероприятий всегда говорит ему: «присмотрись», он не наседает, как мать, не уговаривает. Просто даёт право выбора. Чимин за это ему благодарен. — И как тебе на новой должности, Джинхо? — отец обращает всё внимание на гостя. Мать, сидящая рядом с Чимином, заинтересовано поднимает взгляд, и Чимин делает вид, что ему это тоже весьма любопытно. — Думаю, я неплохо справляюсь. — Джинхо отличный руководитель, я ни разу не жалею, что решил передать компанию в его руки, — хвастается сыном мистер Чхве. — Нужно было раньше это сделать, уступить старику место молодёжи. — Отец, ты прибедняешься. Ну какой из тебя старик? Ты так много сделал ради нашей компании и сейчас продолжаешь делать. — Эх, засранец, знаешь как льстить, — стол окутывает лёгкий смех. Прислуга приносит десерт, отвлекая от обсуждения. Но спустя пару минут, мистер Чхве продолжает, — только вот с женитьбой всё тянешь, расстраивая старика. — Ну, пап. Ты же знаешь, я работаю над этим, — на последних словах он бросает взгляд на Чимина, который думает о том, как бы вечер поскорее закончился, и он уехал к себе домой. Хочется принять ванну, расслабиться и не контактировать с людьми. — Наш Чимин-и тоже не спешит радовать нас, — вливается в разговор мать. — А я бы уже так хотела внуков понянчить, — тянет мечтательно. Чимин думает, что про внуков она перегибает. Ладно ещё брак, но рожать он точно в ближайшее время не планирует. Он не тот омега, который мечтает о детях. С ними столько возни, и ответственности больше, чем на работе. Так что ждать ей придётся ещё очень долго. К тому же он уже завёл себе одного ребёнка, правда взрослого, но не суть — со взрослыми детьми не меньше проблем. Мысли о Чонгуке позволяют немного абстрагироваться от реальности, в которой мать всячески пытается намекнуть, какая бы хорошая пара вышла из Чимина и Джинхо. Ничего нового в принципе, но с каждым разом сложнее держать оборону. А в чём собственно она не права? Ему уже тридцать, самое время для брака. Карьеру он построил, дом собственный имеет, ни в чём не нуждается. Время идёт, он не молодеет, но душа почему-то к подобному не лежит. Возможно, Чимин слишком долго был один, привык к одиночеству, сросся с ним в одно целое и чертовски боится что-то в своей жизни менять. Возможно, он слишком быстро повзрослел, в подростковом возрасте всё его время занимала учёба, а едва закончил школу — поступил в университет и сразу начал работать. Было ли у него время на безрассудство? Была ли возможность испытать все прелести юности? У него ведь даже отношений нормальных не было. Сначала не было времени, потом подходящих кандидатур. Чимин отсчитывает часы до конца. Он облегченно выдохнул, когда гости засобирались домой. Улыбается на предложение Джинхо о встрече для лучшего знакомства и обещает подумать, заранее зная, что мать не отцепится, пока он не сходит с ним на свидание. — Чимин, задержись, пожалуйста, — он уже тоже собирался попрощаться с родителями и поехать домой, но голос отца останавливает. Он приглашает Чимина в свой кабинет, плотно прикрывает дверь и смотрит на омегу усталым взглядом. — Чхве — хорошие люди, — он наливает виски себе в стакан. Чимин хмурится — врач запретил отцу алкоголь, здоровье — не шутка. — У них кристально чистая репутация и воспитание достойное. Я наблюдал за Джинхо ещё, когда тот был подростком, он чем-то похож на тебя. — Отец тепло улыбается. — Такой же упёртый и вредный? — фыркает Чимин. — И это тоже. Он будет хорошим партнёром для тебя. Не только в бизнесе, — отец тянется налить ещё один стакан виски, но Чимин аккуратно, но настойчиво отодвигает бутылку. — Хотя бы попытайся узнать его получше. Не отвергай сразу. Чимин громко вздыхает. Ему, кажется, будто камень лежащий на его плечах стал тяжелее в несколько раз. — Хорошо, — он всегда со всем соглашался, заранее зная исход — все альфы будут отвергнуты, но сейчас он в этом не уверен. Отец впервые так настойчив, а Чимин устал сопротивляться. — Каким бы сильным ты не пытался быть, всем нужна поддержка. Не воспринимай будущего мужа, как потенциальную угрозу, не обязательно нужно любить человека, чтобы построить с ним семью, но можно быть хорошими друзьями в браке. Я не заставляю тебя делать то, что ты не хочешь, но пора подумать о будущем. Чимин чувствует, как маска безразличия трещит по швам. На нем всегда был груз ответственности, и, кажется, с каждым годом он только увеличивался. Учёба, работа, брак… Когда-либо это закончится? Он когда-нибудь сможет вдохнуть полной грудью и почувствовать себя свободным? — Я тебя понял, отец. Я присмотрюсь. Чимин думает, что ему поможет ванна и крепкий сон. Но, попадая в собственную квартиру, понимает, что это не так. Стены начинают давить, а желание напиться настолько сильное, что, не избавься он от всего алкоголя в доме ранее, чтобы не испытывать свою силу воли, распил бы сейчас бутылку соджу и не одну. Вода в ванной остывает быстрее, чем он успевает расслабиться. Сна нет ни в одном глазу, а сериалы, на которые он пытается отвлечься ни капли не цепляют сюжетом. На часах далеко за полночь — он чувствует себя уставшим, и, кажется, это уже хроническое. Пальцы сами нажимают на контакт Чонгука, Чимин не понимает, почему он уже несколько минут на него пялится. И зачем звонит. Наверняка этот ребёнок уже спит. Чонгук поднимает трубку, когда Чимин уже собирается сбрасывать. Голос его радостный и ни капли не сонный. Приглушённая на фоне музыка даёт понять, что альфа явно не в постели. Чимин не знает радует его это или наоборот злит. Хотя его в принципе не должно волновать, как альфа проводит свободное от него время. Но Чимин просит его приехать. Не потому что хочет его. Чонгук это не только хороший секс. Чонгук это лёгкость, беззаботность и свобода. То, чего Чимину сейчас не хватает.

***

Альфа врывается в квартиру маленьким ураганом. — Хён, там снег пошёл! — он отряхивает лёгкую куртку и белые кроссовки от снега. Чимин хмурится. — Почему ты так одет? — всё же не выдерживает и начинает причитать. С этого дня он заставит ходить альфу в пальто. — Ничего теплее не нашёл? — Не хмурься, — Чонгук, сняв верхнюю одежду, проходит внутрь и холодными пальцами расправляет складку между бровей. — Морщины будут. Чимин, разморённый теплом, вздрагивает из-за прикосновения. — Засранец, — фыркает он, направляется на кухню и включает чайник, чтобы напоить альфу чаем. — Когда идёт первый снег, нужно целоваться, — нагло зажимает омегу у стола. — Отогрейся сначала, — Чимин выставляет ладонь вперёд, не давая себя поцеловать. — Не очень хочется целоваться со снеговиком. Чонгук немного отстраняется, складывает ладони перед лицом и дышит в них тёплым воздухом, вынуждая Чимина улыбаться. — Садись за стол, альфёнок, — заставляет Чонгука нехотя отстраниться и ставит перед ним тёплый напиток. — Выпей, согреешься и быстрее протрезвеешь. — Я не пьян, — возмущается. — Я выпил всего пару стаканов пива, — подумав немного, продолжает, — хотя нет, я пьян тобой, хён, — и обворожительно, как ему кажется, улыбается. Чимин закатывает глаза. — Но ты же позвал меня не чаи распивать… Соскучился по мне, да? — играет бровями. — Да, заскучал по твоим удивительным навыкам готовки. Приготовишь мне утром завтрак в постель? У альфы комично расширяются глаза. — Может это… лучше доставка? Хоть прям сейчас закажем, чтобы утром не забыть, — достаёт телефон, видимо, чтобы сделать заказ, но замечает время и чертыхается. — Ладно, завтра решим, — Чимин чувствует, что его начинает клонить в сон. — Пойдём в кровать. Чонгук ухмыляется, ещё не подозревая, что в кровати они будут просто спать. Чимин позволяет поцеловать себя уже тёплыми губами, но отвечает лениво. В итоге отстраняется, чтобы уткнуться в чужую шею, а руками и ногами обвить альфье тело. И через пару минут расслабленно сопит, уснув. Чонгук вскоре засыпает тоже, почему-то не чувствуя разочарования, что сексом эта ночь не закончилась.