Оплачивая чувства

Чонгук поднимает слегка удивленный, но в то же время весьма довольный взгляд на Чимина. Тот допивает свой кофе, собираясь на работу. Чонгуку спешить некуда: сессия прошла, экзамены сданы — где-то на чистом везении, где-то пришлось пораскинуть мозгами. — То есть ты предлагаешь встречать новый год вместе? — уточняет альфа, после брошенной Чимином будто невзначай фразы о небольшой поездке в его загородный дом. Омега поднимается с места, полощет под струёй воды чашку и кивает в ответ на вопрос. — Ты же знаешь, с кем новый год встретишь, с тем его и проведёшь, хён? — довольно мурлычет Чонгук, на что получает закатывание глаз. — Знаю, — признает, — поэтому и не хочу весь год пахать в офисе. Как бы заманчиво не звучало. Чонгук рвано выдыхает, пытаясь успокоиться и не выглядеть настолько счастливым, как он себя сейчас чувствует. Он провожает Чимина к двери, целует под чужое ворчание об опоздании и в приподнятом настроении уходит в спальню. Он не понимает, почему проснулся так рано, но определённо это было к лучшему: он узнал отличную новость, и у него есть время собрать вещи (вообще-то они не уедут раньше, чем через несколько дней, и времени и так предостаточно, но альфа решает начать прямо сейчас). Чонгук переодевается, подхватывает рюкзак, в котором хранятся ключи от его съёмной квартиры, и отправляется в путь. Его квартира встречает альфу гнетущей тишиной и слоем пыли. Очевидный признак отсутствия в ней жильцов. За стенкой у соседей играет новогодний плейлист — Чонгук пританцовывает, собирая чемодан. Мысли крутятся вокруг праздника, и в какой-то момент альфа осознает, что забыл об основной составляющей сего события. Подарки. Он замирает, прекращая вытаскивать из шкафа штаны. — Твою мать, — он поджимает губы и оглядывается вокруг, будто бы сможет найти ответ в здешней обстановке. Однако понимает только, что ни родителям, ни Хосоку, ни тем более Чимину он ничего не подготовил. И если еще с первыми двумя можно что-то решить — забежать в ближайший торговый центр, отстоять очередь в магазинах с точно такими же, как он, не подготовленными заранее к празднику людьми и прикупить красивую безделушку, то с Чимином дела обстоят намного сложнее. Подарок ему за его же деньги покупать как-то слишком по-ребячески, и каким бы Чонгук порой не был безответственным, позволить себе подобное не может. Чимина тоже хочется порадовать. Искренне, а не для галочки. — В конце концов, я для него лучший подарок, — хмыкает он, доставая из комода новое белье от именитого бренда. Как хорошо, что после покупки он о нем благополучно забыл, а сейчас так вовремя вспомнил. День у Чонгука проходит весьма насыщенно: он отвозит вещи на квартиру к Чимину, обходит несколько магазинов, почти ввязывается в драку с аджумой за последний набор чайного сервиза, который точно бы оценила его мать (к сожалению, проигрывает, предпочитая думать, что просто уступил человеку старше него), покупает для Хосока мангу из последнего выпуска, на которую друг постоянно пускает слюни и при каждом удобном и не очень случае заводит разговор, отыскивает хорошие, но не слишком дорогие (чтобы не вызывать лишних вопросов) презенты родственникам и оформляет на всё это доставку в срок, ибо для личных встреч он будет недоступен. В последний момент его внимание привлекает имбирное печенье. Его мать всегда готовит его на праздник. Это что-то по типу семейной традиции. Чонгук думает, что неплохо было бы прикупить немного лакомства и разделить его с Чимином. Но прежде чем он это делает, в его голову приходит ещё гениальнее мысль: а почему бы не приготовить его самому? Лучший подарок сделанный своими руками. Чимин точно должен оценить. Последующие два дня проходят в неспешном и даже слегка занудном темпе. Чимин перед отпуском из офиса практически не вылезает, приходит домой ночевать, но и на том спасибо. А на третий, они садятся в машину и на какое-то время прощаются с шумным городом. — Ну и холодина, — недовольно бурчит Чонгук, когда они оказываются на месте. К сожалению, по достоинству он не успел оценить здешнюю природу, спеша заскочить в дом. — Я же говорил надеть тебе свитер, а ты вырядился в тонкую рубашку. Хорошо хоть куртку надел, — Чимин отчитывает его как обычно. — Я же не думал, что здесь так холодно, — негодует альфа, и скептически осматривает помещение на наличия источников тепла. — Тут что, нет отопления? — Есть камин, нужно зажечь. Пока Чимин разбирается с чемоданами, Чонгук пытается добыть тепло. Однако у него не получается ни с первого, ни со второго раза, пока на помощь не приходит Чимин. — Иди лучше пакеты с продуктами разбери, — он выталкивает раздражённого из-за неудачных попыток альфу на кухню и сам разжигает камин. — Почему нельзя было сделать электрическое отопление? — возмущается Чонгук себе под нос, раскладывая овощи и мясо по полкам холодильника. — Не понимаю… — Однако буквально через полчаса альфа, удобно устроившись возле камина, блаженно прикрывает глаза. — Я буду спать здесь. — На полу? — уточняет мимо проходящий Чимин. — Здесь довольно мягкий ковёр. Чимин на это хихикает, и через пару минут подсаживается к Чонгуку с двумя бокалами вина. — Ну что же, тогда мне придётся спать одному в холодной постели, — он делает голос наигранно грустным, заставляя и Чонгука подхватить улыбку. — Нет, хён, ты будешь тоже спать здесь, — он отпивает немного вина, проводит языком по губам, собирая остатки напитка и смотрит омеге прямо в глаза, — боюсь я больше не смогу уснуть не в твоих объятиях. Чимин на это хмыкает, откладывает бокал в сторону и приближается к альфе. Когда между их губами остаётся пару сантиметров, он останавливается. Ухмыляется, замечая, как Чонгук рвано втягивает воздух и неосознанно тянется за поцелуем. — Мой альфенок боится спать один? — наигранно тянет Чимин, отстраняется, не давая себя поцеловать. Из-за этого до Чонгука не сразу доходит смысл сказанных слов, только когда омега начинает откровенно смеяться, он отводит взгляд от чужих губ и возмущается. — Ничего подобного! Чимин продолжает над ним подшучивать, за что Чонгук не находит мести лучше чем начать его щекотать. К счастью, бокалы с напитком отставлены на приличном расстоянии и белоснежный пушистый ковёр не покрывается пятнами. — Чёрт, Чонгук… — Чимин хихикает, пытаясь увернуться от ловких пальцев. Приземляется на спину и оказывается в невыгодном положении. — Хватит… — он начинает попискивать, когда альфа запускает руки под свитер и щекочет живот. — Сдаюсь! — обессиленно выдыхает, когда Чонгук прекращает пытку. — Поцелуй в качестве извинений? — нагло требует альфа. — Тебе надо — ты и целуй, — фыркает сдавшийся, но не поверженный омега. А Чонгуку два раза предлагать не нужно. Он наклоняется к притихшему Чимину и с наслаждением облизывает чужие губы. На языке привкус вина, пальцы сжимаются на талии, а нос улавливает приятный для него запах ванили. Чимина хочется себе целиком и полностью. И от понимания этого становится немного страшно. — Открой рот, — Чимин вскидывает удивлённо брови от приказного тона, но подчиняется, слегка распахивая повлажневшие губы. Чонгук нагло пропихивает свой язык в его рот, проводит им по нёбу и сплетает с чужим, заставляя Чимина нервно поёрзать под ним и застонать от такого напора. Так же быстро и внезапно Чонгук отстраняется, ложится рядом, весело напевает под нос песенку. Чимин непонимающе моргает. С ним играют или что? — Чонгук… — начинает было омега, но альфа его прерывает. — Нужно приготовить ужин, — он быстро поднимается на ноги, допивает вино из отставленого в сторону бокала и протягивает свою ладонь Чимину, чтобы помочь подняться, но тот на это лишь фыркает и прекрасно встаёт без чужой помощи. Они привезли с собой несколько готовых блюд, так что все что им остаётся это просто их разогреть. Чимин задумчиво пялится на альфу, пережёвывающего еду. Неужели он сейчас и вправду с этим ребёнком далеко за пределами города в канун праздника? Он купил этот дом не так давно. Приезжал только единожды, ещё прошлым летом, когда понимал, что всё не выдерживает — ему нужен покой и смена обстановки. Чонгук первый, кто здесь побывал, родители о покупке были не в курсе, да и они сейчас думают, что он улетел на какой-то курорт. Благо мать вмешиваться в его отпуск не стала и обошлось без скандалов. Однако ультиматум выставить успела — как только он вернется его ждёт встреча с Джинхо. Думать об этом хочется в последнюю очередь, поэтому Чимин отпускает мысли о ближайшем будущем, позволяя себе наслаждаться настоящим, а именно Чонгуком и его внезапными капризами. — Мы не можем остаться без ёлки, — говорит тот, доедая ужин. — И дом надо украсить. Чимин закатывает глаза. Ему и так нормально — вокруг идеальный порядок и чистота, все по своим местам, просто, но со вкусом. Эти лишние телодвижения для создания новогодней атмосферы ему ни к чему. — Игрушек в доме нет. Но в саду растет ель. Этого будет достаточно? Чонгук дует губы, кажется, искренне печалясь по этому поводу. Чимин на секунду даже думает уступить ему и сорваться в город на ночь глядя за покупками, только чтобы этот ребёнок перестал хмурится, но быстро эту мысль отметает — нельзя его баловать. В постели альфа включает какой-то новогодний фильм, под который Чимин моментально вырубается. У него же сна ни в одном глазу. Он тихо выходит из спальни, бесшумно прикрывает за собой дверь и направляется в гостиную. Там он оставил одну из привезённых с собой сумок. Чонгук забирает её на кухню и уже там открывает. Вытаскивает наружу новогодние украшения, но их откладывает в сторону. Сначала ему нужно разобраться с главным подарком (исключая самого Чонгука, конечно). Он решил испечь для Чимина печенье (с такими темпами он станет шеф-поваром). Это должно быть несложно. По крайней мере ему так кажется. Рецепт он нашёл в интернете заранее, ингредиенты все прикупил, Чимина пораньше уложил, чтобы подготовить на утро сюрприз. Только одного не учёл: своих кулинарных способностей. Тесто нужной консистенции выходит далеко не с первого раза, на кухне царит полный бардак, за который Чимин его по головке точно не погладит. Он принимается за уборку сразу после того, как отправляет своё творение в духовку, разумно ставит напоминалку на телефоне, понимая, что может сильно отвлечься или даже уснуть. Пока он со всем заканчивает стрелки часов переваливают далеко за полночь. Чонгук трёт устало глаза и решает, что украшать ель они завтра уже с Чимином будут вместе. Печенье на вкус получилось съедобным, но вот на вид… Он тяжело вздыхает, понимая, что омега точно не упустит возможности над ним подшутить.

***

Чимин просыпается с хорошим настроением. Он хорошо выспался и чувствует себя просто прекрасно. Рядом дрыхнет Чонгук, подложив под лицо руку. Чимин тыкает в оттопыренную щеку пальцем, из-за чего тот хмурится и отворачивается, продолжая дальше спать. Ну и ладно, не очень-то хотелось. Однако Чимину быстро наскучивает просто лежать, он выползает из-под одеяла, ёжится из-за гуляющего по ногам холодка и решает пойти зажечь камин, пока дом окончательно не остыл. После этого он идёт на кухню, чтобы сделать себе кофе. Взгляд его сразу цепляется за лежащую на столе коробку. Вчера, когда он уходил спать, её точно здесь не было. Он подходит ближе и с любопытством её рассматривает. Под голубой лентой, которой она перевязана, он находит записку и убеждается, что коробка предназначена для него. Чимин предвкушающе улыбается. Чонгук подготовил для него подарок — это так мило. Его радует подобный знак внимания от альфы. На самом деле, он предполагал, что Чонгук себя скорее лентой обвяжет и под ёлку залезет (не сказать, что подобный подарок не пришёлся бы ему по вкусу), но в итоге получил вот такой сюрприз. Для Чимина не особо важно содержимое коробки. Всё, что ему нужно, он может сам себе позволить купить. Но честно говоря, когда он открывает её, то ещё раз приятно удивляется, а потом весело хохочет. Неужели Чонгук сам его приготовил? Кривоватая форма печенья говорит, что да — так и было. Маленькие, но приятные фразы, выведенные сверху глазурью, убеждают, что альфа провозился с ним не мало. Возможно, даже всю ночь. Становится очевидным, что отсыпается сейчас он из-за этого.

***

Когда омеге становится совсем уж скучно, он решает, что Чонгука можно уже разбудить. Время перевалило за полдень — он так весь день проспит и пропустит всю предновогоднюю суету. К тому же Чимину не терпится подарить ему и свой подарок. Ну и попробовать альфий. Конечно, его скорее хочется оставить как сувенир, чтобы изредка доставать и любоваться (и подшучивать над Чонгуком), но и оценить кулинарные способности альфы нужно. Чимин возвращается в спальню с двумя чашками кофе и прихваченным с собой печеньем. Чонгук на звук открывающейся двери лениво раскрывает веки и по-тихоньку выныривает из сна. — Доброе утро, — произносит Чимин, пытаясь сдерживать смешки. — Доброе, — Чонгук садится, чтобы быстрее прийти в себя. — Будешь? — протягивает ему чашку с горячим напитком. Альфа принимает её и тихо благодарит. — Сказать честно, я польщен. — Чимин взглядом кивает на коробку, и Чонгук неоднозначно хмыкает. Он глотает кофе, пытаясь скрыть своё смущение. — Спасибо, мне понравилось. — Я рад, — Чонгук быстро опустошает чашку. — Это же ты его приготовил? — Конечно, кто же ещё? — фыркает Чонгук. А Чимин на это подозрительно улыбается. — Но почему такая форма? Я конечно предполагал, что ты можешь подарить мне член под ленточкой. Но я думал, что он будет твой собственный. — он хихикает, а Чонгук округляет глаза. Он забирает у Чимина коробку, чтобы самому глянуть, а когда убеждается, страдальчески стонет. — Это елочки! — оправдывается. — Черт, просто тесто немного растеклось. — Как скажешь. — Честно! И они ни капли не похожи на члены! — Хорошо. — Ну, хёоон. Чонгук не понимает, как сразу не заметил, что форма печенья вышла похожей на половой орган. Чимин же вечность над ним издеваться будет. Омега наконец-то прекращает смеяться и решает попробовать подарок. Чонгук с волнением ожидает вердикт. — Вкусно, — комментирует Чимин и протягивает Чонгуку одно, чтобы он тоже попробовал. Чонгук ещё вчера продегустировал, пока готовил, но сейчас это ощущается совсем по-другому. Когда они заканчивают своеобразный «завтрак», Чимин откладывает на тумбочку всю посуду и залезает к альфе под одеяло. — Проведем так весь день? — предлагает он. Чонгук утыкается носом ему в шею, обнимает, тоже не желая выпускать омегу из рук, но отрицательно машет. — Нам нужно украсить дом, — вспоминает об оставленном на сегодня деле. Чимин капризно хныкает, но через какое-то время позволяет альфе подняться и уйти в ванную, чтобы привести себя в порядок. Они вешают на штору в спальню гирлянду, что ночью будет красиво переливаться разными цветами, в гостиной расставляют несколько ароматных свечек в виде разнообразных фигурок: шишек, снеговиков и домиков. На кухне варят глинтвейн, из-за чего весь дом пропахивает цитрусами и корицей. И в последнюю очередь выходят на улицу, чтобы Чонгук утолил своё желание украсить ель. На самом деле, живое и пахнущее дерево намного лучше искусственного, а мысль о том, что оно не завянет спустя пару недель радует. Чимин смотрит на восторженные взгляды Чонгука и его широкую улыбку. Неужели такая мелочь может так искренне радовать? Интересно, а подарок Чимина тоже вызовет подобную смесь эмоций? Они возвращаются в дом, когда холод больше уже нельзя игнорировать. Чонгук сразу же садится возле камина и тянет к нему свои замёрзшие ладони. Чимин идет на кухню и возвращается оттуда с глинтвейном. До начала нового года остаётся пять часов. Самое время подарка. — Это тебе, — Чимин протягивает Чонгуку ключи и тот поднимает на него непонимающий взгляд. — Что это? — он берёт метал в руки, хмурясь. — Твой новогодний подарок. Чонгук в этот момент понимает, что на самом деле не думал о том, что Чимин ему преподнесёт. Сама поездка сюда казалась для него подарком. И в мыслях о своём презенте омеге, он как-то позабыл, что может получить что-то в ответ. — Оу, спасибо, — он вертит ключи в руках, всё ещё не понимая, что они значат. Чимин усмехается. — Это ключи от машины, пока она находится в салоне, но ты можешь забрать её сразу же, как мы вернёмся в город. Чонгук теряет дар речи. Он смотрит на Чимина, потом на ключи в своих руках, потом ещё раз на Чимина. Тыкает пальцем на себя, мол, это точно мне? Омега кивает. Когда до Чонгука наконец-то доходит, он окутывает Чимина руками и шепчет слова благодарности.

***

Чонгук пьянеет ещё к полуночи. Он помнит о второй части подготовленного подарка, но ждёт подходящего момента. Чимин тоже к ночи становится достаточно игривым, и когда альфа говорит, что ему нужно принять душ, омега предвкушающе облизывается и просит долго там не задерживаться. Чонгук неверяще усмехается, стоя под горячими струями воды. Он до сих пор не может поверить, что Чимин подарил ему машину. Это же круто? Наверное, да. Он же всегда хотел себе автомобиль. Правда он не думал, что он ему достанется настолько легко. Заслужил ли он такого подарка? Альфа прикусывает нижнюю губу, не зная что и думать об этом. Все же просто прекрасно? Он получает от этих отношений все то, что и хотел. У него есть банковская карта, с которой можно оплачивать простые хотелки, он не переживает о том, что не будет чем оплатить обучение, жилье и еду. У него куча новой брендовой одежды, а теперь ещё и машина. Правда его пугает, что без этих отношений он уже не видит себя. С прошлыми партнёрами было как-то попроще, он расставался с ними легко, без сожаления и грусти. С Чимином же не так. Может всё потому, что он встречается с ним дольше обычного? Сколько? Два месяца? Так быстро время пролетело. Будто бы вчера только встретились. Чонгук встряхивает головой, пытаясь избавиться от глупых мыслей. Пока у них все хорошо, нечего себя грузить. Нужно просто жить и наслаждаться моментом. Но все равно какой-то неприятный осадок после раздумий остаётся на душе. Чимин исчезает в ванной сразу после того, как Чонгук оттуда выходит. Возвращается же омега вовремя. Как раз часы бьют двенадцать, и они наливают себе в бокалы шампанского. — С праздником, хён! — И тебя, альфенок! Чонгук залипает на чужие губы: когда Чимин отнимает от них бокал, капля алкоголя стекает по нижней губе на подбородок. Чонгук не может оставить её без внимания, поэтому быстро приближается и слизывает языком. Чимин прикрывает глаза, задерживая дыхания. — Хён, — шепчет альфа ему на ухо, — я хочу отблагодарить тебя за подарок. — Чимин сглатывает. — Что ты хочешь, чтобы я для тебя сделал? Омега издаёт нервный смешок, но Чонгук настроен серьёзно. В конце концов, на нем сейчас одни из самых дорогих трусов и огромное желание доставить Чимину удовольствие. От интимной обстановки приятно скручивает внизу живота. Свет давно погашен, а включённая гирлянда бросает оранжевые блики на потолок. Чимин ухмыляясь, падает спиной на кровать и манит к себе Чонгука пальцем. Позволяет разместиться между разведённых в стороны бёдер и поцеловать себя, глубоко, жадно и долго. А отстранившись, также как и альфа ранее, прошептать на ухо: — Я хочу, чтобы ты меня вылизал. Чонгук толкает язык за щеку, уже предвкушая веселье. Честно говоря, римминг они ещё ни разу не практиковали. Чонгук не предлагал, а Чимин не просил. В практике альфа не так уж и хорош, но надо же с чего-то начинать. Омега после душа накинул на себя халат, что сейчас так удобно распахивается. Чонгук начинает с невесомых поцелуев в шею, грудь, живот. Пальцы сжимают бедра, а Чимин под ним нервно ёрзает. Его член уже стоит, как и член Чонгука. В трусах становится слишком тесно, хочется их снять поскорее и наплевать, что они сидят на нем очень сексуально. Он думает какую позу им лучше принять: перевернуть Чимина на живот или посадить того себе на лицо. Последний вариант кажется слишком заманчивым, поэтому Чонгук отстраняется, на что получает недовольный вздох, и хмыкает. Чимин все так же нетерпелив. — Мы сейчас поменяемся с тобой местами, хён, — говорит Чонгук, но видит непонимающий взгляд, поэтому просто ловко переворачивается и умещает Чимина сверху. — Развернись и поднимись повыше. — Омега все послушно исполняет, но прежде крадёт один поцелуй. Когда перед лицом Чонгука оказывается упругая задница, он в знак одобрения шлёпает её, и подтягивает к себе ещё ближе. Разводит ягодицы в стороны и наблюдает прекрасную картину: капельки смазки выделяются из покрасневшей дырки, и, кажется, чем дольше он смотрит, тем больше из неё течёт. — И долго ты ещё будешь любоваться? — язвит Чимин, побуждая альфу к действиям. Он высовывает язык и мажет им между ягодиц. — Ммм… вкусно… — расспробывает вкус смазки. — Извращенец, — бросает омега, а сам вздрагивает и начинает течь обильнее из-за брошенной фразы. Чонгук кружит языком вокруг входа, надавливает, постепенно проникая внутрь. Чимин начинает громко дышать. И сильнее сжимать ладонями бедра Чонгука, на которые упирается. Чонгук, так сказать, входит во вкус, а Чимин становится всё громче и громче. Он постанывает, прикусывает губы, лезет альфе рукой под трусы, освобождая горячий пульсирующий член и начиная надрачивать. Пару раз лижет головку, что заставляет Чонгука замереть и на пару секунд отстраниться, чтобы не поперхнуться от приятных ощущений. Зато Чимин быстро возвращает его на место, поддаваясь назад и буквально впечатываясь ему в лицо. Чонгук мычит, посылая вибрации, проникает языком все глубже и ускоряется, чувствуя, как омегу начинает потряхивать. Ноги разъезжаются в стороны, но Чонгук поддерживает его за бедра, чтобы он окончательно не свалился, по телу Чимина проходит сладкая дрожь, и он кончает, выстанывая уже привычно имя альфы. Чонгук заботливо помогает ему перевернуться и лечь на кровать. И наблюдая за поплывшим омегой, в пару движений рукой и себя доводит до разрядки. Когда они ложатся спать (спойлер — почти утром), Чонгук понимает, что хочет задержаться в этом месте подольше. То ли атмосфера в доме хорошая, то ли он слишком устал от городской суеты, но даже мысль о том, что по возвращении его ждёт собственный автомобиль (он ведь должен сейчас чувствовать предвкушение и хотеть поскорее на нем прокатиться?) не вызывает желания поскорее вернуться. Он зарывается носом в изгиб шеи Чимина и так засыпает, ощущая спокойствие.