Оплачивая чувства

Прогуливать университет больше не получается. Насобиралось слишком много долгов, которые приходится закрывать до сессии. Для философии отдельное место в аду, потому что из-за нее Чонгук перестал спать по ночам. Дела с ней идут очень медленно и туго, как бы его не отчислили из-за этого. — Если меня выгонят из универа, я могу переехать к тебе? — альфа ставит точку в очередном реферате, считая, что на три и так сойдет. Чимин поднимает свой взгляд от бумажек. У него в последние дни накопилось тоже слишком много работы, которую он доделывает на дому. Почему Чонгук вместо своего дома тусуется у него, он так и не понял, но возражать не стал — тот бывает порой полезен, то кофе приготовит, то массаж сделает, то напомнит, что есть пора. Чимин, работая, совсем теряется во времени и пространстве, а Чонгук наоборот — ему лишь бы на что-то отвлечься и лишние десяток минут отдохнуть от писанины. — Я не понимаю, как это связано, — Чимин тоже заканчивает работу и разминает затёкшие от долгого сидения в одной позе мышцы. — Если родители узнают, они меня прикончат. А сюда они вряд ли проберутся через охрану, — пожимает плечами Чонгук. — Я сам лично дверь открою, чтобы они тебя как следует отругали. — Предатель, — фыркает Чонгук и уходит на кухню, чтобы сделать зелёный чай — успокоить расшатанные из-за учёбы нервы. На кой черт она вообще ему сдалась? Когда он возвращается с двумя чашками, Чимин мирно сопит, умостивши голову на столе. Его губы смешно выпирают из-за прижатой к деревянной поверхности щеки, а брови забавно хмурятся. — Что бы ты без меня делал? — вздыхает альфа, ставит чашки на стол и пытается аккуратно взять Чимина на руки. Он переносит его на постель, укрывает пледом и, прикрыв дверь, выходит. Он, конечно, не мастер в готовке, но мясо пожарить и нарезать салат, которым Чимин в основном питается, может. Пока он готовит, думает, как бы Чимину намекнуть, чтобы совместно провести праздники. Родители ему уже звонили, приглашали к себе, но Чонгук соврал, что проведёт их со своим любимым омегой. О Чимине он им ничего не рассказывал, хотя те очень активно спрашивали: сколько лет, чем занимается и какие у них планы на будущее. Альфа просто бросил трубку, за что в очередной раз прославился неблагодарным ребёнком. — Почему не разбудил? — Чимин выходит, когда еда уже готова. Чонгук тем временем листает ленту в инстаграме: слишком много в последнее время парочек развелось в соцсетях, и все всё выставляют на показ, даже Хосок со своей новой девушкой несколько раз промелькнул в ленте. — Тебе нужно побольше отдыхать, хён, — говорит машинально. — Тебе тоже, — подмечает Чимин. — Может съездишь домой? Выспишься? — Вот как? Я тебе ужин приготовил, а ты меня выгоняешь? — бурчит альфа. — Чувствую себя использованным… — Чимин закатывает глаза и молча начинает есть. — Хён, а давай сфотографируемся, — включает камеру и садится поближе к омеге. — Нет, — Чимин закрывает рукой телефон. — Почему? — Никаких фотографий. Пункт номер пятнадцать в контракте. — Что? В каком контракте? — альфа искренне не понимает. — В том, который мы подписали, — Чонгук наконец-то понимает, в чём дело, разочарованно вздыхает и проклинает сранные бумажки. Зачем Чимин вообще о них вспомнил, это же всего лишь формальность. — Можно хотя бы тебя на память сфотографировать? — Зачем тебе это? — Ты ведь скоро состаришься, хочу запечатлеть тебя, пока ты ещё молод и красив. Чимин недовольно хмурится и шлёпает альфу по бедру. Сфотографировать себя он так и не разрешает, что Чонгука искренне огорчает. Он зависает, рассматривая Чимина внимательно. В последние дни он слишком часто видит его без макияжа, и, должен признать, даже без него он ему нравится. Как, черт возьми, можно оставаться таким красивым в любой ситуации и при любых обстоятельствах? — У меня что-то на лице? — прерывает мысли омега, и Чонгук отвисает. Если раньше он намеренно пялился, чтобы обратить на себя таким образом внимание, показать свой интерес, то сейчас почему-то испытывает неловкость из-за того, что его поймали с поличными. — Ты в последнее время какой-то странный, наверное, ты перестарался с учебой, тебе нужно отдохнуть. — Хён, — Чонгук берет себя в руки и обворожительно улыбается, — ты заботишься обо мне, это так мило. Чимин хмыкает, поднимаясь с места. — Приберись тут и можешь идти отдыхать. — Я вообще-то готовил, ты мог бы и стол убра… — недовольно бурчит, однако, когда Чимин разворачивается и смотрит на него с вопросом, он молча встаёт и делает свою работу.

***

— К сожалению, мистер Чон, в данной теме вы ни капли не разбираетесь, — преподаватель по философии надменным, как Чонгуку кажется, голосом произносит данное предложение. На что альфа хочет истерически засмеяться, но всего лишь выдавливает из себя огорчённую улыбку. Это последний реферат, но его откровенно забраковали. — Что именно вас не устраивает? Я попытаюсь исправить… — миролюбиво предлагает Чонгук, но мужчина лишь поджимает губы и отрицательно машет головой. — Определение «любви», её составляющих, нет примеров высказывания известных философов на эту тему… Вы хорошо изучили теорию? — Чонгук медленно выдыхает сквозь сомкнутые губы. Этот человек за шестьдесят, что-то пытается рассказать ему о любви? Тема изначально казалась альфе пустяковой, и что ему с ней разобраться будет проще всего. Он оставил её на последок, так как считал, что сможет сдать без проблем. Но преподаватель с первых строчек к нему придирается и только хмурит свои густые тёмные брови. — Не уверен. — Оно и видно, — он возвращает ему распечатанный реферат и бросает, — необязательно, чтобы практической стороной владели именно вы. Достаточно пообщаться с влюблённым человеком, и вы поймете, что все это, — кивает на напечатанный текст, — полный бред. Даю вам ещё одну попытку его исправить. Чонгук мысленно матерится и проклинает нерадивого препода. Университет он покидает с отвратительным настроением. Хосок уже ушёл домой, поэтому ему и пожаловаться некому. Чимин допоздна задержится на работе, а кроме них двоих он в последнее время ни с кем не общается. Чонгук искренне не понимает, что сделал не так, и почему в конце концов, нельзя было просто забить и поставить последнее задание ему автоматом. Чонгук вздыхает. Он заходит в кафе, чтобы взять себе кофе и хотя бы немного улучшить себе настроение. Присаживается за дальний столик и без интереса наблюдает за людьми. Ничего необычного: многие сидят в одиночестве, как и он, не выпуская с рук гаджеты, небольшая компания шумных студентов и одна влюблённая парочка. Омега без причины постоянно улыбается, а альфа без умолку о чем-то рассказывает. Ну вот и как можно понять степень их чувств? Как вообще люди их для себя определяют? На какие конкретные критерии опираются? Когда к ним приходит осознание подобного? Внезапно и быстро? Или медленно и ожидаемо? Чонгук не понимает, кому вообще это нужно. Гораздо проще любить себя и выбирать себе партнёра по определенным подходящим качествам. Для Чонгука это деньги и красота. Всё просто. Мысли прерывает пиликающий телефон, и Чонгук снимая блокировку с экрана, читает сообщение от Чимина. Омега пишет, что после работы у него назначена встреча и чтобы альфа ехал сегодня к себе домой. Чонгук хмурится, испытывая неоднозначные эмоции. Смесь разочарования и тоски из-за того, что они сегодня не увидятся и ноющее любопытство, с кем же Чимин собрался встречаться. Альфа подаётся ему и печатает Чимину данный вопрос. «С деловым партнером» — получает ответ. Чонгук ещё больше хмурится, не понимая, почему деловая встреча должна быть так поздно. «Он альфа?» — не может подавить в себе неожиданный порыв узнать такую незначительную деталь. «Конечно, почти все мои деловые партнёры — альфы». Чонгук нервно жует нижнюю губу. Несколько раз печатает ответ и все время написанное стирает. Ничего из того, что лезет ему в голову не кажется подходящим. Если он сейчас устроит сцену ревности, Чимину может не понравиться, и он посчитает его незрелым для отношений. Если он просто промолчит это тоже покажется подозрительным, будто ему наплевать. Что на самом деле чувствует Чонгук по этому поводу? Однозначно, ему не нравится, что его омега поздно вечером идёт на встречу с каким-то альфой, ему не нравится то, что они не смогут из-за этого увидеться, ему не нравится то, что он начинает из-за этого злиться. Чонгук блокирует телефон после того, как пожелал Чимину хорошего вечера. Как воспримет омега сообщение, он не знает, но одно понимает сейчас отчётливо ясно: ему не наплевать на Чимина. Может это обычная привязанность и желание обладать кем-то? Ревновать (а он именно это и делает) можно даже друзей, родителей и просто человека, который тебе симпатизирует. Это же не показатель чувств? Чонгук вытаскивает свои распечатки и, пробегаясь по ним глазами, находит пункт о ревности как об обязательном проявлении любви, вычёркивает и ставит себе пометку исправить абзац. Ну хоть в чем-то, как ему кажется, он разобрался. Он просматривает остальные пункты и примеряет каждый относительно себя и Чимина. Парочку утверждений приходится вычеркнуть, а в остальных только предстоит разобраться. Он так увлекается данным занятием, что не замечает как быстро проходит время, а на улице начинает темнеть. Мысли о встрече Чимина и «делового партнёра» возвращаются. Он сминает в руках листы, плотно поджимает губы и с каким-то раздражением поднимается с места. Пока он морочит голову с глупым предметом из учебной программы, его омега встречается с каким-то альфой, и наплевать что эта встреча несёт в себе материальную выгоду, которую так любит преследовать Чонгук. У Чимина и так много денег. С него не убудет, если одной встречей будет меньше. Однако требовать подобного от омеги у него нет права, но и раздражаться из-за этого никто не запретит.

***

Чонгук тягуче медленно целует омегу, пальцами сжимает талию и не спешит действовать дальше. Чимин рвано выдыхает в поцелуй, сам лезет ладонями альфе под свитер, чтобы ощутить мягкость чужой кожи. Чонгук отстраняется. Смотрит на лицо напротив: на подрагивающие ресницы, опухшие после поцелуя губы и мутный взгляд. Наверное, он делает это непозволительно долго, потому что чужие губы размыкаются, а блеск в глазах пропадает. — Не хочешь? — спрашивает Чимин, слегка разочаровано. Руки из-под одежды не убирает, но гладить ими перестаёт. Чонгук, кажется, отвисает и понимает, что слишком много думает в последнее время, вместо того, чтобы отключить голову и просто наслаждаться процессом. Под ним сейчас лежит омега, готовый на всё, просто нужно взять и «взять», а он витает где-то не здесь. — Прости, устал, наверное… — альфа отстраняется и ложится рядом. Слышит сбоку весёлое хихиканье и поворачивает недоуменный взгляд. — Что? — Ничего, с кем не бывает… — выдавливает Чимин через улыбку, — хотя ты ещё слишком молод для подобного. — До Чонгука доходит смысл слов, и он давится возмущением. — Вообще-то всё у меня там в порядке, — он даже руку кладёт на ещё не успевший полностью спасть стояк, чтобы удостовериться самому в своих же словах. — Что же тогда тебя беспокоит? Дело во мне? Я тебе надоел? — Хён, не говори так, как ты можешь мне надоесть? — они ложатся набок лицом друг к другу, устанавливая зрительный контакт. — Ты красивый. — И всё? — Чимин вздёргивает бровь. — И сексуальный, — Чонгук понижает голос до шёпота. — И всё? — Умный, уверенный в себе, харизматичный… — Богатый… — добавляет Чимин, и Чонгук не может не закатить на это глаза. Ему совсем не тонко намекают, что это главный критерий, а у него даже желания переубеждать омегу больше нет. Не зря же он назвал его умным, тот в действительности совсем не глуп и сразу понял, что к чему. — И где же твои слова о том, как ты сильно в меня влюблён? — Ты же все равно не веришь в искренность моих чувств. Зачем мне лишний раз их озвучивать? — А они есть? Эти чувства? Чонгук долго молчит, думая над ответом, не для того, чтобы его озвучить Чимину, а чтобы самому понять. Возникло ли что-то спустя столько времени их «отношений» и относится ли он к Чимину точно так же как раньше: только с целью наживы и удовольствия? — Что если да? — спрашивает будто с вызовом. Чимин рвано вздыхает и покачивает головой. — Лучше не надо. Чонгук ничего не отвечает, тянется за поцелуем. Потом ещё за одним. И ещё. У Чимина такие приятные губы на ощупь. В следующий раз преподаватель по философии ставит ему тройку с натяжкой, отметив, что теперь Чонгук хотя бы попытался разобраться в теме.