Оплачивая чувства

Чимин не любит выставлять свою личную жизнь напоказ так же, как и подсматривать чужую. Он терпеть не может сплетни о ком бы то ни было, не приемлет разговоров в рабочее время, не касающихся самой работы. Он прекрасно понимает, что большинство людей не разделяет подобных взглядов, с радостью принимаясь копаться в чужом белье. Обсудить, осудить, сделать поспешные выводы — каждый считает важным свое мнение, и не менее важно его высказать. Чимин ненавидит, когда кто-то пытается указывать ему, как он должен себя вести. Даже родители не исключение, хотя в некоторых аспектах он им всё-таки уступает. Но посторонние люди, пытающиеся влезть туда, куда их не просят, обычно получают сразу отворот и больше попыток не предпринимают. Но как осадить того, личность которого не выяснена? А его вмешательство уже приносит проблемы, с которыми Чимину приходится сиюминутно разбираться. — Опровержение уже вышло? — он устало поднимает взгляд на запнувшегося в дверях секретаря. На часах всего половина второго, а весь рабочий день уже пошел наперекосяк. — Да, но… — по виноватому взгляду Миндже Чимину становится понятно, что его ждут ещё сюрпризы. — Ваша мать звонила. Без дальнейших объяснений становится понятно, что эта женщина уже обо всем знает. Как бы не хотелось спрятаться от всех в стенах собственной спальни, Чимин не может себе этого позволить. Хотя бы потому, что мать его и там достанет. С утра Чимина ждала неприятная новость — в виде небольшой статьи на сайте второсортного журнала. На такие мелочи он обычно не обращает внимания, пока они не начинают касаться не только Чимина, но и его близкое окружение, или же грозить статьей покрупнее. Поэтому её необходимо замять, пока она не привлекла много внимания. Хотя нежелательное внимание она уже обеспечила. — Чимин! Он допивает чуть подостывший кофе, когда мать врывается в кабинет. Миндже за ее спиной с виноватой улыбкой в этот раз не отсвечивается, понимает, что боссу не до его извинений. А Чимин впервые, наверное, не знает, как ему выкрутиться. — И как это понимать?! — она сует в лицо телефон с фотографией. Чонгук на ней, признать, вышел довольно неплохо. — Что за безродный сопляк рядом с тобой? У тебя что, совсем мозгов нет? — Это мой водитель. Успокойся. Миндже с чашкой зелёного чая сейчас оказался бы как никогда кстати. — Водитель? Ну конечно, — недоверие в её голосе можно понять, потому что кому, если не ей известно, что Чимин не любит ни на кого полагаться во время вождения, сам с удовольствием садясь за руль. — И где ж таких смазливых водителей выпускают? Он хотя бы совершеннолетний? А вот сейчас немного было обидно. Он не настолько пал, чтобы засматриваться на детей. — Ему двадцать. И он тебя не касается. — Ещё как касается! Чимин, ты же понимаешь какие могут быть последствия? Семья Чхве может неправильно нас понять, — она обеспокоенно взмахивает руками. — А если они откажутся от своего предложения? Ты об этом подумал? Стыдно признаться, но мысль об этом даже не пришла в голову. А все потому, что Чимин безбожно залип на фотографии, где они с Чонгуком так гармонично смотрелись. Наверное, он идиот, раз после этого последовали переживания, что альфе эта ситуация может обернуться нежелательным вниманием к его персоне. И уже только потом посетили догадки, что и для самого Чимина это может сулить проблемы. Мать ещё долго причитает о его беспечности и не забывает несколько раз упомянуть Джинхо. Чимин не понимает, его тошнит от самой ситуации или имя альфы уже вызывает рвотный рефлекс. Когда она уходит, легче не становится. Опровержения мало, нужно найти того, кто решил, что может вставлять палки в колеса Чимину. Потому что если проблему не вырубить с корнем, она начнет давать новые ветви. А ещё с Чонгуком нужно что-то решать, Чимин впустил его слишком близко — он теперь его слабое место. А от слабостей надо как можно скорее избавляться. Он ещё раз пробегает глазами по статье: название громкое, а текст без каких-либо доказательств — чисто сплетни и выдумка. Возле обеспеченного омеги красивый молодой альфа — почему б не разгуляться фантазии. Фотографии, к счастью, далеко не провокационные. Они стоят возле машины Чимина и о чем-то переговариваются. Теория с водителем прижилась, как родная. И никто не сможет доказать, что это неправда. Только если за ними не продолжать следить и вынюхивать: не докажут, что они вместе живут, и не начнут рыться в прошлом Чонгука. Чимина не интересует, что было до него, но, учитывая характер и беспечность альфы, он мог наследить. Найдут его прошлых любовников и прославят альфонсом. Подобное им обоим ни к чему. Он связывается с владельцем журнала и назначает встречу. Работа на сегодня закончена — есть дела поважнее. К сожалению, ничего полезного выяснить не удаётся. Человека написавшего статью увольняют, перекладывая на него всю ответственность. Обещают, что подобного не повторится, и слёзно клянутся, что не было никакого заказчика. Чимин надеется, что это так, но осторожность не помешает. С этого момента он будет более внимателен.

***

У Чонгука сегодня отличное настроение. Дела в университете идут в гору, оценки медленно, но уверенно улучшаются. Он даже получает на второй паре пятерку за реферат, над которым просидел весь вечер. Теперь он чувствует себя не таким безнадежным. Приятно понимать, что старания дают свои плоды и есть стимул продолжать в том же духе. Также в обед ему звонят из одной компании и приглашают на собеседование. Резюме, на которое он не полагал никаких надежд, преподносит сюрприз. Главное теперь не облажаться и показать, на что он способен. А способен он не на многое, если уж быть честным — обольстительно улыбаться и делать умный вид. Важно для начала зацепиться, а дальше уже лучше пойдёт. Чонгук уверен, что все нарабатывается с опытом. О предстоящем собеседовании он решает никому не говорить, чтобы не сглазить. У него есть несколько дней на моральную подготовку и выбор костюма. В рваных джинсах он явно туда не пойдет, а наряды, прикупленные с Чимином слишком кричащие, могут вызвать вопросы, откуда у обычного студента финансы на именитые бренды. Честно отсидев все имеющиеся в расписании пары, он наконец-то едет домой. По пути решает прикупить бутылку вина. Впереди выходные, поэтому можно немного расслабиться. Не помешает расслабить Чимина. Какой-то слишком напряжённый он в последнее время. Ужин, свечи и вино — он оказывается ещё тот романтик. Чимин приезжает домой пораньше. Удача сегодня явно на стороне альфы. — Как день прошёл? — Чимин спрашивает его устало и слушает с полуулыбкой воодушевленный рассказ. Ему бы беззаботность Чонгука. Казалось бы, всего десять лет между ними, а разница очевидна. Альфу сейчас может беспокоить только учёба, вредные преподаватели и незачеты. Студенческие годы кажутся прекрасными, когда они уже позади. У Чимина же работа и вставляющие палки в колеса конкуренты. Бутылка вина заканчивается слишком быстро, вслед за ней Чимин достает из запасов ещё парочку. На просьбу альфы поделиться, как прошел его день, отмахивается — не хочется портить никому настроение. — Полегче, — Чонгук пытается отобрать у него бокал. Чимин уже навеселе — взобрался к нему на колени и мнет его щеки. Альфа не против тактильности, но, если они будут продолжать пить, то вырубятся, не дойдя до спальни. Бокал отобрать удаётся только тогда, когда все бутылки полностью пустеют. Чонгук понимает, что сильно опьянел. Он не планировал предшествующие выходные провести с похмельем, но если рядом будет Чимин, то это совсем не проблема. — Мой альфенок такой милашка, — сюсюкается Чимин и пальцем нажимает на надувшиеся в несогласие губы. Чонгук приоткрывает их, впуская палец в рот и слюнявит его языком. — Ты что, пытаешься меня соблазнить? — альфа на это тихо смеётся, и Чимин следом за ним разражается смехом. Оба понимают, что перебрали с алкоголем и пора бы пойти спать. Но спать Чимину не хочется. У него так гадко на душе и дурное предчувствие. Он пытается его заглушить, но все равно от будущего не убежать. То, что он собирается позже сказать, альфе точно не понравится. Да и самому Чимину это не нравится, но это лучший вариант для них обоих. Так что в этот вечер можно забыться и вести себя глупо. А со всем остальным он разберётся завтра. Он убирает палец и тянется за поцелуем. Чонгук без сопротивления пускает в рот чужой язык, подхватывает омегу под бедра и переносит его в спальню. — Ты такой сильный, — восхищённо шепчет Чимин, заставляя кожу альфы покрыться мурашками. — Ох, твое тело такое идеальное, — хнычет, ощупывая мышцы через одежду. А Чонгук плавится под прикосновениями и комплиментами. Он ложится на кровать, позволяя Чимину нависнуть сверху и стянуть с него футболку. Омега пальцами плавно проводит по широкой груди и твердому прессу. Чонгук придерживает его за бёдра. Ему хочется податься вперёд, присосаться к манящим пухлым губам, но он позволяет Чимину забавляться. Чимин исследует его тело будто впервые. Щекочет горячим дыханием кожу, царапает короткими ногтями соски, заставляя Чонгука тяжело дышать. Сложно держать себя в руках и не поменяться с омегой местами. Хочется нависнуть сверху, прогнуть под себя и сорвать с него всю одежду. Но Чонгук почти спокойно лежит — лишь только руки то и делают, что задирают домашнюю футболку и гладят бархатистую кожу. На попытку потянуться за поцелуем, омега его осаждает, рукой припечатывая к кровати. Чимин тянет чужие штаны вниз, лицезрея чужое возбуждение. На альфе трусы от Calvin Klein, плотно обхватывают пах и бёдра. Чимин бессовестно пачкает их слюной, губами обхватывая через ткань вставший член. Чонгук сверху сопит и пальцами хватает за волосы, путая светлые пряди. — Хён, хватит издеваться. Чимин на это хитро улыбается и поднимается выше, наконец-то позволяя себя поцеловать. Затем поменяться местами и раздеть. Дальше очередь издеваться альфы. Он зацеловывает каждый участок тела Чимина, вырисовывает языком узоры на ключицах, а пальцами ласкает сфинктер, размазывает смазку между ягодицами и принимается за растяжку. Чимин шепчет ему на ухо похвалу и поощряет действия стонами. Подмахивает бёдрами, когда Чонгук плавно входит и просит не останавливаться. Ночь длится одновременно долго и очень быстро. Чонгук просыпается ближе к обеду. С разочарованием ощупывает пустое место рядом с собой и с ещё большим нежеланием поднимается. В планах затащить Чимина обратно в постель и вдоволь с ним наобжиматься. Чимина он находит на кухне, задумчиво пялящегося в окно с чашкой кофе в руках. — Доброе утро, — альфа целует его в щеку и присаживается рядом. Подпирает подбородок рукой и бессовестно пялится. Какой же он всё-таки красивый — со спутанными волосами, следом на щеке от подушки и хмурой складкой между бровей. На языке крутится признание, но Чонгук не хочет давить — Чимин опять закроется в себе и не поверит. — Доброе, — с уст омеги слетает тяжёлый вздох, а губы поочередно оказываются зажаты между зубов. Чонгук ворует у него нагло чашку, делает глоток и кривится от горечи. Чимин на удивление не возмущается на это. — Пошли в постель, — предлагает альфа. — Посмотрим фильм или просто полежим. Тебе ведь не нужно сегодня работать? — Чимин молчит, поэтому он делает свои выводы. — Ох, чёрт, только не говори мне, что у тебя с ним свидание. — Омега отрицательно машет головой, и Чонгук хочет уже расслабиться, но видит на чужом лице напряжение. — Нам нужно серьёзно поговорить. Альфе это не нравится. Когда они в последний раз начинали подобный разговор, все закончилось тем, что между ними появился третий. Да и в принципе данная фраза не сулит ничего хорошего. А угрюмый вид Чимина ещё и настораживает. С таким лицом не рассказывают хорошие новости. — Может не будем? — тянет с надеждой в голосе. — Чонгук, — но Чимин настроен решительно. — Мы с тобой уже взрослые люди. Вечно бегать от проблем не получится. — Кажется, он больше говорит это себе, чем альфе. Потому что сам же от них бегает. — Может это хотя бы потерпит до вечера? — Вечером у меня встреча. Чонгук кривится и складывает руки на груди, внимательно слушая. Он старается унять просыпающуюся ревность. Почему Чимин не может хотя бы день посвятить ему? — Тебе нужно съехать, — говорит он с непроницаемым лицом. У Чонгука же сменяется водоворот эмоций. — Хён, ты серьёзно? Ты выгоняешь меня? — Это вынужденная мера. Так будет лучше… — Зачем? Я тебе надоел? Ты всё-таки выбрал его? — на душе у Чонгука расплывается горечь и обида. Он надеялся, что у него будет больше времени, чтобы добиться Чимина, но кажется, ему не дают и шанса. Зачем Чимин действует так поспешно. — Чонгук, — Чимин тяжело вздыхает. — Мы не можем жить вместе, это может принести проблемы. — Какие проблемы? Раньше всё было нормально. Почему теперь такая осторожность. Боишься, что он узнает? Чимин раздражённо закатывает глаза. Ему уже, честно говоря, надоело, что все ему тыкают этим Джинхо. Мать постоянно о нем бубнит, секретарь невзначай спрашивает о свиданиях, и Чонгук попрекает. А он ведь и словом о нем не обмолвился, Чонгук сам сделал выводы. — Это мой дом, и если я прошу тебя съехать — ты съежаешь. — Мы не на работе. И я не твой подчинённый, — Чонгук зло прикусывает щеку, ссориться с Чимином не лучшая идея для покорения чужого сердца. Но и у него сердце есть, и как бы он не пытался быть наглым и беспринципным, чужие слова могут болезненно задеть. — Но мы и не пара, чтобы ты возмущался. Просто делай, как тебе говорят. — Ответь мне на один вопрос, — Чонгук крепко сжимает руки в кулаки. — Ты совсем ко мне ничего не чувствуешь? Чимин прикрывает глаза и давит пальцами на закрытые веки — голова начинает болеть от всей этой суеты. — Я тебя не бросаю, перестань ломать драму, — он не хочет отвечать, увиливает, а Чонгук не знает, как это воспринимать. Что если у Чимина действительно нет к нему чувств и он просто играет, как альфа в начале. Есть ли тогда смысл в действиях Чонгука, в попытках стать лучше и доказать свою влюбленность? Вместо того, чтобы делать ответные шаги навстречу, омега от него отдаляется. А он, как влюбленный глупый мальчишка, разрешает собой помыкать. — Тогда я пойду собирать вещи? — он расстроен, и Чимин это прекрасно видит. Ему хочется подойти к альфе успокоить, поцеловать и пообещать, что у них все обязательно будет хорошо. Что это вынужденная мера, и как только Чимин вычислит крысу, они обязательно обратно съедутся. И будут снова счастливы и беззаботны. Но он не может. Он боится, что ещё больше прикипит к альфе, и уже тогда разойтись будет намного сложнее. Он все ещё не хочет бросать Чонгука и надеется, что их отношения продолжатся, но уже так, как изначально написано в контракте: без чувств, обмана и на взаимовыгодных условиях. Деньги и секс, больше их не должно ничего связывать, и чем раньше Чонгук это поймёт, тем быстрее сможет сделать собственный выбор. А Чимин, он… Он шагнул в противоположную сторону, все ещё неуверенный в своем решении, но со временем сможет понять, верно оно или наоборот провально. Он утвердительно кивает головой, и Чонгук, кинув на него последний обиженный взгляд, уходит собирать вещи. Чимин выбирает одиночество.