Оплачивая чувства

Чонгук бросает сумку с вещами на пол прямо в коридоре, спиной прислоняется к закрытой двери и тяжело вздыхает. Он чувствует себя идиотом. В горле застревает ком обиды, а губы растягиваются в невеселой улыбке. В руках позвякивают ключи от машины. Дорогой автомобиль во двор его дома не вписывается от слова совсем. Была мысль оставить его у Чимина, но гордость задушил страх, что этим он его ещё больше отдалит от себя. Квартира кажется совсем пустой и холодной, несмотря на то, что отопление работает исправно. В холодильнике пусто, и чтобы чем-то себя занять, он составляет список продуктов, хотя вряд ли в его желудок сегодня попадет что-то, кроме рамена. Делает заказ и валится на постель в уличной одежде, долго смотрит в потолок. Все вокруг знакомо и в то же время чуждо, он привык уже к другому жилью, к дорогой обстановке, идеальной чистоте и присутствию человека рядом. Сейчас же его словно столкнули в пропасть. Вернули туда, откуда он сбежал, показывая, где его истинное место. Когда-то Чонгук радовался этой квартире. Радовался самостоятельности и независимости от родителей, он сбежал от них, как только выпала первая возможность. Тогда это место казалось раем, теперь — наказанием. Неужели, он настолько привык к роскоши, что жилье обычных смертных вызывает у него отторжение? Конечно, здесь нет дорогой мебели, новейших приборов и пространства намного меньше. Однако для того, чтобы сделать себе чай, умыться или прилечь на вполне мягкую постель, Чонгуку не нужны излишества. Ему бы стало здесь вполне комфортно, добавив всего одну деталь. Чимина. И из-за понимания этого в груди что-то больно сжимает. Будто кто-то перекрыл дыхание, но он, отчаянно пытается не задохнуться. Переворачивается на бок, прикрывает глаза в надежде уснуть. Может, если он немного поспит, ему станет легче? Телефон вибрирует из-за сообщения. На экране текст от Чимина с вопросом, как он доехал. Что-то тёмное шепчет Чонгуку не отвечать, выключить полностью телефон и пропасть на время. Но он понимает, что не пройдет и часа, как он его обратно включит и с замиранием будет ждать новых сообщений. Наверное, так себя и ведут глупые влюбленные люди. Когда он успел стать таким? Чонгук отвечает односложным «нормально» и выжидает ещё несколько минут. Чимин читает, но больше ничего не пишет. Видимо, на этом их небольшой диалог закончен. Сон не идёт, а чем ещё себя занять, он не знает. И поговорить больше не с кем. Хосок как обычно на подработке, а с родителями он не привык обсуждать подобное. Да и что он им скажет? О том, что, как дурак, влюбился? И что его чувства не принимают в ответ? Вряд ли они что-то дельное посоветуют, скажут не забивать голову ерундой и переключить всё внимание на учебу. Да вот, кроме как о Чимине, ни о ком думать не получается. Чем он сейчас занят? Жалеет ли он, что выгнал Чонгука? И зачем он вообще с ним так поступил? У них ведь все было хорошо, не считая мелких недопониманий. Если бы только возле Чимина не вились альфы с деньгами, было бы вообще идеально. И нет, это не ревность. Чонгук просто констатирует факт, ведь все пошло по одному месту в тот момент, когда появился этот Джинхо. Наверное, зря Чонгук отнёсся к нему вполне спокойно, нужно было как-то паршивцу подгадить, хотя бы морду набить для успокоения души. Но если бы он подобное вычудил, Чимин бы точно не остался в восторге. И выпер из своего дома ещё раньше. Но если уж Чимин окончательно порвет с ним все связи (чего, Чонгук очень сильно надеется, что не случиться), он точно не сдержится и этому альфе наваляет. И пусть его все после этого считают глупым мальчишкой. Наплевать. Если в глазах любимого омеги он видится таким, то остальные тем более его не волнуют. Время тянется ужасно медленно. Чонгук несколько раз одергивает руку от телефона. Как бы не хотелось Чимину написать, но ему все ещё до жути обидно. Чего уж правду таить, он надеется, что омега все-таки образумится, поймёт, какую глупость сотворил и прибежит с извинениями. Это же не может быть конец? Конечно, нет. Какая глупость. Даже думать об этом не хочется. Чонгук не позволит этому случиться. Да, он поддался Чимину, съехав, но это не значит, что он смирится с этим решением. Подождёт немного, придумает новый план и опять пойдет покорять неприступную скалу, если Чимин не придет, то это сделает Чонгук. Омега от него так просто не отделается. Тем более, что и сам не хочет никуда деваться, по нему видно. Наверняка, Чимин испугался. Возможно, даже понял, что Чонгук ему не безразличен? Эта внезапно пришедшая в голову мысль альфу слегка приободряет. Если думать в этом направлении, то случившееся не кажется таким плохим. Возможно, им нужен был этот шаг назад, чтобы сделать позже несколько вперёд? В жизни же бывают черные полосы, что если это одна из них? Вот бы она скорее закончилась, и Чимин опять оказался в его крепких объятиях. На улицу спускаются сумерки, и Чонгук вспоминает, что его омега вечером собирается с кем-то встретиться. Перед глазами вырисовывается образ Джинхо, любезно обхаживающего весь вечер Чимина. Это чертовски злит. Пока он тут занимается самокопанием, те наверняка веселятся. И как ему спокойно принять это? Как не написать или не позвонить? Когда раньше Чимин уходил на подобные встречи, Чонгук не так волновался, ведь понимал, что после вернутся к нему, лягут в общую постель и проведут всю ночь рядом. А теперь ему остаётся только гадать, где Чимин и с кем. Написать? Позвонить? Играть в обиду дальше? Как же чертовски трудно принимать взвешенные решения, когда в груди ноют чувства. Избавиться бы от них, только вот вряд ли так легко получится, да и хочется верить, что у них все будет хорошо. Был бы он немного постарше… Может тогда Чимин посмотрел бы на него по-другому? Охотнее дал бы шанс и не стыдился познакомить с родителями? Уж о чем Чонгук никогда б не подумал, это что в свои двадцать начнет загоняться насчёт возраста. Но все бывает впервые. Он все же пишет. Пытается сделать текст максимально холодным, чтобы не выдать волнение. Просит Чимина отписать, когда тот вернётся домой. И наконец засыпает, получая позже ответ. Воскресенье проходит довольно уныло. Днём к нему забегает Хосок в перерыве между двумя подработками, приносит пиво и свободные уши. За пару несчастных часов пребывания в доме друга, Чонгук успевает выпить все пиво в одно лицо и излить душу. Становится легче. Хосок говорит ему не сдаваться и продолжать бороться за свое счастье, ничто не даётся нам просто так, ради любви приходится попыхтеть. А вечером Чонгук опять остаётся один, и тоска накатывает по новой. Утром он почти просыпает. Приходит на вторую пару, но не подготовленным. Полученная двойка его не удивляет, но и грусти по этому поводу он не испытывает. В конце концов, он всегда был раздолбаем. Ему не привыкать к неудовлетворительным оценкам и недовольству преподавателей. Однако он не ожидает, что ему прилетит подзатыльник. — Ты чего? — шипит Чонгук сквозь зубы и растирает рукой ноющий затылок. Хосок смотрит на него, нахмурив брови, и цокает языком. — Только взялся за ум и опять все просрал. Я не собираюсь наблюдать за тем, как ты возвращаешься в начало. — У меня вообще-то есть причина, — обиженно насупливается Чонгук. — Ещё не настрадался? — намекает на то, что альфа прогоревал все выходные. — Думаешь, Чимин так же безответственно относится к своей работе? Забивает на свои обязанности, чтобы пострадать? — Чонгук молчит, но ответ и так очевиден. Даже если случится что-то посерьёзнее их недоразрыва, омега все равно будет предельно собран и выполнит работу на «отлично». В этом весь Чимин. Но сравнивать никчемную учебу с большим бизнесом глупо. О чем он и говорит. — Это другое. — Ну, конечно, — Хосок закатывает глаза. — Он ведь понимает, какая ответственность лежит на его плечах. Ему никто сопли подтирать не будет и деньги на карточку скидывать, если те внезапно закончатся, тоже. Хотя, — он делает вид, что задумывается. — Если он выберет альфу, на которого сможет положиться, то вполне может быть. Чонгук хмурится ещё больше, потому что себя в роли такого альфы не видит. Что ж он действительно привык, что Чимин в их паре старше, умнее и сможет решить все проблемы. Правильно ли это? Или наоборот ненормально? Наверняка, ему, как и всем омегам, иногда хочется опереться на крепкое альфье плечо. Готов ли будет Чонгук ему такое подставить, если потребует ситуация? Ответ напрашивается неутешительный. А может не стоит тогда даже пытаться? Чимин заслуживает лучшего. А что если с тем альфой он будет счастливей? Может Чонгуку пора уступить? От мысли об этом неприятно ноет под ребрами. Такой вариант событий ему совершенно не нравится. И почему он вдруг начал в себе сомневаться? Где его привычная самоуверенность? Растопталась у порога дома омеги, когда его оттуда выпнули? Обедать Чонгук не идёт. Остаётся в одиночестве в аудитории и кладёт голову на сложенные за столом руки. Аппетита нет совсем, и лишний раз тратить деньги Чимина не хочется. Сегодня он добирался в университет на автобусе, оставив свою ласточку скучать одну во дворе. Он пока не может сесть спокойно за руль, не вспоминая при этом улыбку на пухлых губах и звонкий голос. Чимин слишком плотно пробрался в его жизнь, и Чонгук сам позволил ему это сделать, потому что рассчитывал так же пробраться в чужую. А в итоге остался за бортом. Звук пришедшего сообщения заставляет резво поднять голову, но, видя, что оно не от Чимина, альфа разочарованно выдыхает. Но когда вчитывается в текст, его обжигает паника и лёгкая досада. Чёрт. Он совсем забыл о собеседовании. И наверняка бы не вспомнил, если бы компания сама о нем не напомнила. Сколько у него есть времени? Несколько часов, чтобы переодеться в более презентабельный вид и добраться до офиса. На последнюю пару приходится забить и уйти по-тихому, пока не заметил староста или Хосок. И все-таки взять машину, чтобы было быстрее. Он ее оставляет в нескольких кварталах от конечной точки, чтобы не противоречить образу обычного студента. Уже заходя в здание, Чонгук замечает, что руки трясутся, а в горле пересыхает от волнения. Перед нужной дверью он делает глубокий вдох и стучит, затем слышит «войдите». Первый вопрос самый лёгкий — рассказать о себе, но на этом он понимает, что совсем не готов. Он не может похвастаться ничем выдающимся, кроме как способностью убалтывать собеседника, но сейчас эта функция в нем отключается. Практические навыки в нем отсутствуют, а рвение к обучению не впечатляет собеседника. Ему обещают перезвонить. Но Чонгук прекрасно понимает, что этого не сделают. И он даже не возмущается, зная, что облажался. Ну и ладно, первый блин комом. Он ещё успеет найти свое место. А случившаяся неудача останется для него опытом. В следующий раз он подготовится лучше и преподнесет себя во всей красе. Он ведь сможет, да? Наверняка, у Чимина тоже не с первой попытки все получалось, но сейчас его омега лучший из лучших. И Чонгук тоже должен стать лучшим… На выходе из кабинета он сталкивается с альфой, чуть не сбивая того с ног. Поднимает взгляд, вглядываясь в чужое лицо, и столбенеет на месте. Какого черта он делает здесь? Какого черта улыбается при виде Чонгука и до ужаса противным голосом спрашивает человека, с которым Чонгук несколько минут назад разговаривал. — Ты уже закончил собеседование? Он подходит нам? Чонгуку не нужно разворачиваться, чтобы понять, что в ответ отрицательно машут. — Какая жалость. Ну ничего, парень, повезет в следующий раз! — он хлопает Чонгука утешающе по плечу, словно давнего знакомого, и делает шаг вперёд, но Чонгук преграждает ему путь. Кисти сжимаются в кулаки, челюсти плотно сомкнуты — хочется сьездить по этой противной роже, но нельзя. Он не в том положении и не в том месте, где можно вести себя безрассудно. — Господин Чхве. Все хорошо? — сзади слышится обеспокоенный голос, очевидно, помощника, и Чонгуку приходится отступить. Молча проглотить обиду и унижение и под непонимающий взгляд удалиться. И что это только что было? Совпадение? Чья-то дурная шутка или Чонгуков кошмарный сон? Он, действительно, только что пытался устроиться в компанию Джинхо? Чонгук, не видя ничего перед собой, добирается до машины, садится вперед, но не трогается с места, а тянется за телефоном, вбивает запрос в поисковик и во всю матерится. Видимо, плохо он изучил своего соперника, раз даже не соизволил запомнить название его компании. А это, действительно, она. Уже приехав домой, он прокручивает встречу несколько раз в голове. Джинхо в реальности выглядит ещё богаче, чем на фото, одетый с иголочки, в дорогой костюм, на который Чонгук и за полжизни не заработает. А это ухмылка на его лице! Либо Чонгук параноит, либо над ним действительно насмехались. Нужно было всё-таки ему врезать. Он невесело усмехается. Отвратительный день. И он становится ещё отвратительней, когда Чимин на его звонок не отвечает и не перезванивает, пишет ёмкое: «я занят», а следом: «не беспокой, если это не что-то важное». А насколько чувства Чонгука можно считать тем самым важным, никто не уточняет. Поэтому день заканчивается таким же унылым вечером, как и предыдущие, в пустой квартире, с пустым холодильником и пустотой в сердце.

***

Как только за Чонгуком захлопывается дверь, с лица Чимина сбрасывается маска отстраненной холодности. Он надеялся, что будет не больно, но внутри все неприятно сжимает. Кто бы мог подумать, что он так привыкнет к альфе, который с самого начала его просто нагло использовал. Если бы Чонгук не пытался играть, а был честен с первой их встречи, а Чимин ему не поддавался в этой игре, наверное, им обоим сейчас было бы значительно проще. И, наверное, Чимин бы покончил с их отношениями окончательно, что было бы верно. Но он не может. Придумывает отговорки, ставит себя с альфой в рамки, с надеждой на то, что все можно исправить. Что у них получится стать теми, кем они должны были быть изначально. Желания рвануть следом он нагло в себе душит и продолжает даже наедине с собой делать вид, что все в порядке. Так нужно. Так правильно. Ему просто необходимо немного времени, чтобы отвыкнуть от альфы, и привыкнуть к когда-то знакомому одиночеству. Он заваливает себя работой до самого вечера, чтобы не думать. Получается плохо. Но чем ближе стрелки часов к назначенному времени встречи, тем усерднее Чимин пытается взять себя в руки. Никто не должен понять, что он не в порядке. Никто не должен узнать его слабое место. Он приезжает в ресторан слегка опоздав. Собственный автомобиль сыграл с ним плохую шутку, вынув воспоминания из памяти сколько раз они в нем были с Чонгуком. Это заставило Чимина на долгие минуты зависнуть, так и не заводя мотор. В ресторане его уже привычно ждут. Джинхо его с улыбкой приветствует, на что Чимин скромно кивает. Он кажется Чимину неплохим альфой. По крайней мере за все то время, что они знакомы, он не показал себя с негативной стороны. Всегда вежлив, осторожен в высказываниях, не давит на Чимина и не пытается показаться лучше, чем есть. Наверное, он бы стал для него хорошим партнёром. Тот, кто бы не пытался его подавить, только потому что он альфа, не пытался бы поглотить компанию Чимина своей, а оставил бы их на равных. Лучшего исхода не придумать, лучшего кандидата не найти. Но всегда есть «но», которое все перечёркивает, и Чимин понимает, что так дальше продолжаться не может. Джинхо он нравится, и нравится не просто как партнёр по бизнесу, а как омега. Это видно, потому что тот даже не пытается это скрыть. Его ухаживания больше не походят на привычную вежливость, ведь давно перешли эту чёрту. На того, с кем просто хотят заключить союз из-за выгоды, не смотрят такими глазами, не радуются настолько ярко при встрече и не настолько их тщательно ищут. И это могло быть хорошим исходом. Приятным бонусом к сделке, если бы Чимин хотя бы что-то в ответ почувствовал, или понимал, что со временем сможет. Это его будет обременять, он будет ощущать себя должником, несмотря на то, что ничего не просил. Поэтому Чимин понимает, что если согласится стать его мужем, то он должен действительно попытаться им стать. Он не хочет. Глупо. Но как есть. Чимин не готов загнать себя в рамки, отдать себя человеку, к которому ничего не испытывает, и ради чего? Чтобы им просто были довольны? Довольны родители, особенно мать. Довольны партнёры по бизнесу, которые перестанут наконец смотреть на него с пренебрежением. Но сам он доволен не будет. И разве это не самое важное? Он не для того столько вложил в свою независимость, чтобы подчиниться чужим хотелкам. Это была одна из причин. Но есть и вторая, которую Чимину сложно принять и от которой он делает вялую попытку откупиться. Где-то там Чонгук, наверняка на него до жути обиженный, и хочется ему позвонить, утешить и приласкать. Но он постоянно себя от этих мыслей одергивает. Как он может быть независимым, если один человек способен так легко им управлять? — Прости, — Чимин не притрагиваясь к ужину, старается смотреть собеседнику прямо в глаза. — Но это последняя наша подобная встреча. Джинхо, очевидно, не ожидая подобного поворота событий, замирает и смотрит неверяще. — Я что-то сделал не так? — Из нас не получится семьи. А я вижу, что ты её хочешь. Я не смогу дать тебе то, на что ты надеешься, хоть и прямо не говоришь. — Не принимай поспешных решений. Тебя никто не торопит и… — У меня было достаточно времени, чтобы подумать, — Чимин его прерывает, не видя смысла в его уговорах. — И извини, что я так много украл времени у тебя понапрасну. Уверен, что ты найдешь себе достойного омегу. — А ты? — Джинхо смотрит на него, поджав губы. — Есть ли альфа, который смог украсть твое сердце раньше меня? Чимин отрицательно машет, пытаясь убедить не только его, но и себя. Но, кажется, никто из них двоих в это не верит. — Мне жаль, — альфа горько вздыхает. — Но я все ещё буду верить, что ты передумаешь. Я никуда не спешу. Мне не обязательно жениться в скором времени. Поэтому я буду надеяться, что судьба сведёт нас ещё раз. Чимин же горько улыбается, зная, что если с решением по поводу Чонгука он сомневается, то с Джинхо он точно уверен. Это конец.

***

В воскресенье Чимин радует родителей. Сначала своим неожиданным визитом, затем ошеломляющей новостью. Отец лишь недовольно поджимает губы, мать же устраивает целую трагедию. Ей не просто не нравится решение Чимина, она им разбита. — Чимин, не будь глупцом! Разве ты сам не понимаешь, от чего отказываешься?! — сначала она держится стойко. Пытается задавить аргументами и своим авторитетом, но видя, что это не действует, и понимая, что ее сын от слов своих не откажется, она шипит ругательства и пытается докопаться до сути. — Чёрт возьми, что тебя в нем не устраивает. Джинхо из приличной благородной семьи! Умный, воспитанный и перспективный. Даже красивый. Так что? Только не говори мне, что ты в кого-то влюбился. Если я узнаю, кто этот паршивец, собственными руками его придушу! — Причем тут это? Мне не нравится он, разве этого недостаточно? — Не все выходят замуж из-за великой любви. Я за твоего отца тоже не поэтому вышла! И ничего, живём душа в душу. Становится слегка неприятно за отца, который находится с ними в комнате и прекрасно все слышит. Но тот никак не показывает, что слова его зацепили, поэтому Чимин переключается на собственные чувства. Он понимал, что его ждёт скандал, возможно, даже мать перестанет с ним разговаривать на какое-то время, но все равно в душе надеялся, что его решение даже, если не поймут, то хотя бы примут как должное. Он же не ребенок в конце-то концов и способен к самостоятельной жизни. — Чимин, — вступает отец, когда мать пускает слезу, совсем от него отвернувшись. — Ты же знаешь, что мы с матерью хотим, чтобы ты был счастлив, — он тяжело вздыхает, а затем горько улыбается. — Ты уверен, что не пожалеешь? Уверен, что справишься? Справится ли он? До этого же как-то справлялся. Пожалеет? Точно нет. Поэтому твердо отвечает. — Уверен. И слышит обиженное фырканье матери, затем одобрительный кивок отца. И уходит также внезапно, как и пришёл, давая им переварить новость и попробовать с ней смириться. У самого же словно гора с плеч свалилась. До этого момента он не понимал насколько навязанное общение ему было в тягость. Чьи-то ожидания сбивали с толку и заставляли вечно чувствовать себя виноватым за то, что он их не оправдывает. Затем новый день, в офисе полно работы и все меньше времени на загоны, нужно решить все рабочие моменты и кроме этого понять, кто мог ему насолить. Кандидатов становится все больше, потому что недовольных Чимином много. И не все Чимина боятся. Когда звонит Чонгук, Чимин слегка не в настроении. Мать резко прекратила обижаться и вспомнила о статье. Написала с возмущением не провозглашенный ли водитель ее сыну мозги запудрил, и, кажется, начала под него рыть. Видимо, не скоро он со своим альфенком сможет снова увидеться.