Зельеварение. Это произошло внезапно

За обедом Чимин рассказывал другу о предстоящей вечеринке в честь Хэллоуина, когда к нему подошла Диана и стала любезнейшим голосом просить помощи с нумерологией, разложив длиннющий свиток прямо поверх его тарелки. Пока удивленное лицо Хосока вытягивалось от такой наглости, Чимин не растерялся: — Извини, но я ем. Не могу ничем помочь, — и всучил ей ее свитки обратно, краем глаза наблюдая, как девчонка нахмурилась и, передразнив его тон, довольно быстро убралась. — Ни разу не видел таких наглых людей, — с видом вселенской оскорбленности Хосок одернул свою мантию, сдерживая себя, чтобы не пойти отстаивать честь друга, пока Чимин смотрел на свой раздавленный бисквит и утопал в самобичевании. *** Последним уроком были руны, день сдачи проектов спустя недели усердной работы наконец настал. Чимин спокойно сидел на своем месте в середине класса, наблюдая, как беспокойные ученики мечутся среди более ли менее знающих одноклассников, выпрашивая помощи в самый последний момент. Засмотревшись на искусственный стеклянный шар, что при прикосновении к нему оставлял на руках фиолетовую дымку, дающую пальцам способность на короткое время проходить сквозь предметы, сделанный когтевранцем с первой парты, Чимин не сразу заметил на своей парте несколько мешочков с шоколадными конфетами в виде волшебных монстров с пожеланиями, которые продаются только к Хэллоуину в Косом переулке. Подняв глаза, Чимин увидел удаляющуюся спину улыбающегося ему Юнги, что отсалютовал ему пальцами и сел на вторую парту от преподавательского стола. Спрятав конфеты с сумку, настроение омеги взлетело в гору. К сожалению, он не успел поднять руку самым первым, когда преподаватель спросила, кто хочет показать свой проект первым, но не переживал. Времени много, он еще успеет показать себя. Диана, занявшая место перед Чимином, обвела класс за собой взглядом, поправила короткую юбку и вышла к доске. Взмахнув палочкой, она развернула свиток в воздухе. — Я решила сделать компас, реагирующий на магические волны… Чимин вцепился пальцами в стол, узнавая в ее руках тот самый компас, над которым он корпел более месяца, и принялся рыться в сумке. Но даже зарывшись в нее с головой, своего проекта он там не обнаружил. Юнги обернулся и посмотрел с него с недоумением и волнением. — Превосходно! Уверена, этот артефакт сослужит большую службу в министерстве, — Батшеда Бабблинг улыбнулась, попросив остаться Диану в классе после уроков, чтобы они смогли поподробнее обсудить ее проект. Диана улыбнулась, перевела взгляд с нее на Юнги, но заметив, куда он смотрит, с еще большей радостью посмотрел на Чимина и махнула ему рукой, направляясь к своей парте. — Пак Чимин, вы собираетесь представлять свою работу? Время урока не резиновое, а желающих много, — окликнула его профессор и Чимин пошел, как на плаху, пытаясь отчаянно сообразить, с чем же ему защищаться у доски. Десятки испытывающих взглядов вперились в парня, комкающего мантию в пальцах. Все были в недоумении, почему в его руках не было ни свитков, ни самого проекта. Даже ленивый бы попытался сделать что-нибудь к Древним рунам, лишь бы не схлопотать тролля. Горячие слезы обиды уже набегали на глаза, пока Чимин боролся с тем, чтобы позорно не расплакаться у доски, и вообще жалел обо всем, что связано с рунами вплоть до выбора этого предмета для изучения. — Чимин-а, ты же оставил свой проект у меня, забыл, что ли? — нарушил Юнги мертвую тишину класса, вставая, чтобы отдать ему свои наработки. — Простите, профессор, у меня возникли трудности с созданием артефакта, поэтому я попросил Чимина показать мне, как он делал свой. Поскольку никто не сомневался в сообразительности Мина благодаря статусу любимчика Снегга, самого сурового из преподавателей, Бабблинг извинила его и разрешила принести проект на следующий урок. Сдерживаясь, чтобы не кинуться к Юнги на шею с благодарностями, Чимин подрагивающим голосом представил проект Мина и получил неплохое «удовлетворительно» и хиленькие аплодисменты, что и в ряду не стояли с теми, что были подарены Диане. *** После случившегося Чимину никак не удавалось выловить Юнги, что стремительно скрылся из кабинета и не появлялся на ужине. Причиной стала торопливая подготовка к заготовленной вечеринке, что должна состояться уже сегодня ночью. От смешанных чувств вины и обиды Чимину и кусок в горло не лез, хотя угощения были как никогда изысканы: пироги в форме могилок с шевелящимися в них приведениями, черепушки из безе, мясные пальчики с желейными ногтями, живые паучки из крашеного слоеного теста, даже свечки были съедобными и напоминали по вкусу пастилу. Хосок же набирал как не в себя и подначил Чимина тоже подкрепиться, поскольку ночь будет длинной. Нехотя запася карманы имбирным печеньем в форме тыковок, он пошел собираться. *** Даже на тайной вечеринке был дресс-код, и Тэхен в роли охранника с серьезным лицом оценивал каждый костюм, решая, кто проходит, а кто недостаточно хорош для их праздника нечисти. Наблюдая, насколько классные костюмы отсылаются, Чимин не верил, что ему удастся поучаствовать, но Тэхен поприветствовал его, как старого друга, тут же познакомился с Хосоком, заценил его костюм зомби и пропустил их обоих в выручай-комнату, где стояли старшекурсники в ожидании начала. Диана стояла в середине комнаты, наряженная в элегантное черное платье ведьмы с шалью на половину лица. Больше всего Чимину хотелось вцепиться ей в лицо и выцарапать гадкую ухмылку, но не быть отчисленным за драку хотелось больше. — Дамы и господа, рад приветствовать вас на грандиознейшем волшебном празднике десятилетия в честь жителей мира иного! — Тэхен завершил свою речь громким хлопком в ладоши и её тут же подхватил впрыгнувший вместе с другом на стол Чонгук. — Но, чтобы присоединиться к празднику, каждому из вас предстоит пройти по тропе через Запретный лес, чьи твари именно в данную ночь как никогда кровожадны и агрессивны. Кто покажет свое мастерство, принеся голову чудища к праздничному столу, а кто струсит, предпочтя безудержному веселью детский утренник у Безголового Ника в подземельях? Толпа захохотала и засвистела, мол, никто не собирался тухнуть на празднике с призраками. Все молодые волшебники как всегда горды и кажутся себе бессмертными. — Правила игры таковы: тропинка из подземелий Хогвартса до Воющей хижины освещена светлячками и на ней вы можете встретить не только чудищ, но и охотников. Они будут отлавливать злостных нарушителей комендантского часа и утаскивать обратно в замок. Не стоит говорить, что вечеринка для них будет окончена. Никаких поблажек, девушки и парни, все наравне, и лишь сильнейший сможет дойти до финиша. И так, игра… началась! Потайная дверь за спинами парней показалась темной щелью, за который был темный коридор. Зажегшие люмос Чонгук с Тэхеном повели толпу одной им известной дорогой, выводя к подземельям и тут же теряясь из виду. Хосок в нетерпении потянул Чимина вперед, из-за чего друзья оказались в пятерке смельчаков, первых ступивших из замка сразу в тень черных деревьев. Не прошли они и десяти метров, как всех до смерти испугало подвешенное на веревку чучело. Еще пара искусственных пугалок развеяло боевой настрой у некоторых, да еще и полностью темная тропа с мелкими точками светящихся жуков нагоняла жути, и довольно скоро количество старшекурсников снизилось вдвое. Хосок держал палочку наготове, а Чимин вцепился в его локоть, подсвечивая им двоим путь. После нападения кусачих мошек с ядовито-голубыми крыльями, они впервые увидели охотника. Им оказался командир Гриффиндора по квиддичу. Он с особой страстью накинулся на слизеринца, что подорвал ему игру на недавнем матче, и повалил его на землю, а остальные ринулись прочь, чтобы не попасться. — Вот черт, — зашипел парень, идущий перед друзьями. В свете его палочки Чимин увидел, как чужой ботинок растворился в жиже от гриба-дождевика. Еще одна девчонка, Чимин заметил, оборвала себе джинсы об острые ветки. В конце концов тот парень сдался, когда волшебные жабы, обладающие недюжинным наколдованным весом, обсадили его плечи и повалили на землю лицом в грязь. Пока что Чимину несказанно везло. Из увечий только легкая царапинка на подбородке, даже Хосоку попал в затылок шарик с несмываемыми радужными блестками, что отращивают волосы и произвольно меняют их цвет на протяжении часа. Когда они вышли на пригорок, среди деревьев показалась Воющая хижина, значит они уже совсем близко. Нападки призраков и мелкой живности, какая есть в питомнике лесничего, участились, выпроваживая все больше и больше участников с игры. От загребущих лап морского тритона Хосока спас только отрезанный рукав драгоценного костюма. Неожиданно раздался женских визг — нога девочки попала в дьявольские силки, прикрепленные к торчащим из земли корням облезлого полу сгоревшего дуба. Светлячки кружили вокруг ствола и вились над головой девчонки, словно довольные, что еще кто-то выбыл. Пока кто-то пытался ее освободить, пользуясь всеобщей суматохой, очередной охотник вышел на тропу. Чимин вздрогнул, когда чья-то рука легла на его плечо с другой стороны от Хосока, в которого омега вцепился клещами. Это был Юнги, натянувший шляпу с узкими полями на глаза и в старомодном, но идущем ему песочном костюме, испачканным кровью на воротнике. Подмигнув ему, альфа стремительно направился к толпе, уже выбрав себе цель. Узнавшие в нем охотника подростки закричали, разбегаясь в разные стороны, но Юнги успел схватить проворную Диану за косу и притянуть к себе, напуская на нее заклятие тисков. Тут же коричневые лозы с шипами обвили ее тело, оставляя множество мелких зудящих царапин по всему телу. Визжавшую, он кинул ее к дьявольском тискам, и те приняли ее с радостью вместо той девчонки, обворачивая и оставляя открытым лишь рот. — Полежи и подумай, что только подобного отношения заслуживают воры и гнусные лжецы, — не стесняясь сказал Юнги во всеуслышание, толпа тут же зашепталась и уже никто не собирался бросаться ей на помощь. Навряд ли есть те, кто не верил словам звезды школы. — Поздравляю всех вас с успешным прохождением тропы смерти. Любые наложенные на вас заклинания спадут в течение часа, а сейчас нас ожидает безудержное веселье в Воющей хижине! После слов Юнги раздались измученные аплодисменты уставших от ожидания старшекурсников, и все тут же забыли о Диане, несясь в сторону доносящейся из хижины музыки. Чимин посмотрел за плечо на опутанную тисками латиноамериканку, что плакала и что-то мычала, имея наглость просить его освободить ее, но Хосок не позволил поколебать решимость друга. — Так ей и надо. Хорошо, что Мин это сделал, а то я бы тоже не сдержался, если б эта ведьма веселилась с нами в одном помещении, — нашептывал альфа ему, как сидящий на плече дьяволенок. *** Покосившийся дом был украшен оранжевыми гирляндами, крохотные ведьмочки летали на метлах под потолком, и даже труха со стен была в тему. Крохотное и неуютное помещение зала прибрали и расширили магией, из дырявых диванов сделали вполне себе пригодные места для сидения. Народу было не так много, как обычно принято на вечеринках у британской молодежи, все красивые наряды были знатно потрепаны в Запретном лесу и превратились в лохмотья, придавая вид натурального хэллоуинского костюма. Играла приятная музыка, и пара домашних эльфов, разряженных в паука и зубастого вампира, раздавали традиционные сладости, где в горке подмешивались разные приколы в обертках из-под сладких леденцов. Чимину выпал дико кислый жук, чей панцирь противно трескался под зубами, а Хосоку препротивная муха, которую он с визгом швырнул о стену, рассмешив всех волшебников. Но главным развлечением была не тухлая тусовка на плесневелых диванах. Все встретили Тэхена с криком и свистами, когда он вносил пол литровую бутыль из фиолетового стекла, ее стенки были украшены выпуклыми завитками виноградных лоз, этикетка, на которой Чимин с расстояния не смог прочитать ни буквы, сверкала золотом. Эльфийское вино считается одним из самых дорогих алкогольных напитков в волшебном мире, несмотря на свой приторно-горький вкус. Но никто из присутствующих не успевает разочароваться, что даже маггловское дешевое пиво приятнее на вкус, как сладкое цветочно-медовое послевкусие обволакивает все прожженные внутренности, согревая и расслабляя. — Ого! — восклицает Чонгук, что одним из первых потянулся к рюмке. Тэхен прожужжал ему все уши про чудодейственный эффект вина и Чон едва дождался Хэллоуина, чтобы его попробовать. Девчонки начинают громко смеяться, парни пытались совладать с качающейся комнатой перед своим носом. — Никогда ничего подобного не пил, — Хосок причмокивает губами и смело пьет ещё. Второй глоток уже не обжигает, жидкость струится по проторенной дорожке в горле, все ещё согреваемой прошлой порцией, и теперь можно даже распробовать вкус вина. Вяжущий, как будто разжевал древесную почку, горьковатый. Чимин от нахлынувшей волны слабости чуть не роняет кубок с остатками вина себе на колени и пытается проморгаться, потому что перед глазами все на минуту становится радужным, словно он оказался в мире единорогов. Лицо Мина Юнги, как доставучее видение, возникает рядом с ним на соседнем кресле, и омега щуриться сквозь обычный цвет оранжевых лампочек, пытаясь уловить момент, когда приведение раствориться в воздухе. Альфу, видно, позабавил милый вид сокурсника, он ухмыляется и накреняется вперед от навалившейся тушки Тэхена. Друг болтается, как тряпка на ветру, пригубив уже не первую порцию, разваливается на чужих коленях и напевает о том, какая классная у них вышла вечеринка. Чимин отважно пытался заставить свой язык ворочаться, раз уж ему представился шанс наконец поговорить с Мином после Древних рун. Хосок уже устроился на паковом плече, как на подушке, и сладко причмокивал. Тэхен тоже без смущения обнял Юнги, как плюшевого медведя перед сном. — Отдыхай, — сказал он Чимину и отпил из своего кубка. Все тяжелые мысли вдруг отпускают Юнги, ему тоже весело. Алкоголь ударил по его телу крепче, чем остальным, потому что как только он попытался спихнуть тяжелого друга с себя, то руки тут же обмякли на подлокотниках. Ну ничего, он все равно никуда не спешит. Ночь идет, и кто знает, что она прячет под своим покровом, разбавляемая лишь тихой музыкой, смехом и оранжевым светом из окон дома с приведениями.