Правильный выбор

Глеб выходит на балкон, Этери уже там, смотрит вдаль прозрачным, мечтательным взглядом. Э: Чайка… Г: Мама Этери, мы не в Сочи… здесь нету чаек. Этери не реагируя на Глеба, вся в себе Э: Чайка. Глеб посмотрел на неё косым, странным взглядом. Г: То она с медведями разговаривает, то с чайками. Надеюсь, по наследству это не передаётся. И оглянулся на комнату, где спала Диша. Этери так и не реагирует на присутствие Глеба на балконе. Э: Чайка. Глеб взял бинокль. Г: Где? Через бинокль посмотрел в упор на Этери. Э: Я — Чайка. Отводя бинокль. Г: Вы? Не похожи. Нет. Вы -… Глеб желает продолжить комплиментарный ряд, что в их с женой жизни значит Этери. Явно не какая-то птица, которая орёт и гадит. Но Этери его перебивает. Э: Нет. Не то… Зачем вы говорите, что целовали землю, по которой я ходила? Г: Я????? Я такого не говорил. И тем более не целовал. Э: Меня надо убить. Глеб в шоке. Г: Этери Георгиевна…а может не надо? Э: Я так утомилась! Отдохнуть бы… отдохнуть! Г: Отдохните, Этери Георгиевна, отдохните. Он пытается перелезть через балкон, чтобы проводить женщину в номер. Женщине явно плохо. Женщине явно надо отдохнуть. Сама же просит. Но та выпростав руки с криком Э: Я — Чайка. валит его неаккуратным движением руки на балконный пол номера семейной пары. И продолжает под взглядом ошалевшего Глеба цитировать монолог Нины Заречной. Э: И он здесь… Этери в рапиде смотрит на сидящего на балконном полу Глеба. Г: Ну да! Э: Ну, да… Ничего… Глеб в сторону повторяет. Г: Ничего. Ничего хорошего это не сулит. Твою мать! Оглянулся на спящую Диану. И туда же в сторону продолжил. Г: Твою мать лечить надо. Этери не реагирует на реплики Глеба. Она в образе. На балконе, расправила руки, как Роза на корме Титаника. Г: Он смеялся над моими мечтами, и мало-помалу я тоже перестала верить и пала духом. Я стала мелочною, ничтожною, играла бессмысленно. Теперь уж я не так. Я уже настоящая актриса, я играю с наслаждением, с восторгом, пьянею на сцене и чувствую себя прекрасной. Я теперь знаю, понимаю, что в нашем деле — все равно, играем мы на сцене или пишем — главное не слава, не блеск, не то, о чем я мечтала, а уменье терпеть. Умей нести свой крест и веруй. Я верую, и мне не так больно, и когда я думаю о своем призвании, то не боюсь жизни. (Этери без перехода заканчивает цитировать Чехова. Но Глеб этого не понимает. Для него весь её спич выглядит, как одна большая бессмыслица) Такая ночь! Новая. Первая в году. Не хочется её чернить своими мыслями. Хочется говорить словами классика. (Этери без перехода, но совершенно другим адекватным голосом) Я тебя испугала? Этери посмотрела на сидящего на балконном полу Глеба со слегка неадекватным взглядом в её сторону. Тот то ли кивнул, то ли икнул. Э: А знаешь, в твоём возрасте я хотела быть актрисой. Даже выучила монолог. Вот. Я — Чайка. (Этери пародирует саму себя). Наверно, была бы неплохой актрисой. Вот, ты поверил даже. Девчонки все хотят на сцену. Я не исключение. Но пришло время определяться и я сделала правильный выбор. Рациональный. Вот ведь как получается, хотела быть актрисой, а стала режиссёром. Человеческих судеб. Г: Доброй ночи. Первым, как того подобает этикет, поздоровался Глеб.