Толстокожие

      Итак, злодеи. Влиятельные, страшные, сильные, ужасные, подлые, в конце концов, злые. И Томура Шигараки — помноженное во сто крат это. Как с этим работать, Морико не имела понятия.       Кейго оказался прав, когда говорил, что даже услышать от него одно слово — уже полноценный разговор, но Кондо не думала, что столкнётся с таким тотальным игнором. Это было даже не смешно — столько молчать, она бы не вынесла и минуты. Необходима была информация: чем он опасен, что он не любит, когда он ест, когда он спит, его триггеры, и что он любит тоже не помешало бы узнать. Всё-таки ей требовалось не просто выжить со злодеем на одной территории какое-то время, а, чёрт возьми, вылечить его.       Кондо решила сосредоточиться в первую очередь на том, что Томуре нравится. Она села на диван, положила на колени блокнот, зажевала кончик ручки и стала ждать, когда зверь выйдет из клетки. Но он не выходил. Она нарисовала в углу листа какие-то бессвязные каракули и вновь подняла взгляд на его дверь. Прошёл час. Кондо расчесала волосы, пропустив каждый локон через пальцы, и заплела косу. Прошло два — ну когда-нибудь ему же нужно выйти хотя бы в туалет?!       Морико отложила изжёванную ручку, блокнот и нервно отмеряла шагами расстояние от дивана до окна. Ужасно. Просто ужасно. Они живут вместе уже четвёртые сутки, в конце недели нужно было отправить начальству отчёт, а у неё всё ещё кроме сухих и неоднозначных фраз — совершенно ничего.       Было ясно, как день, что чем быстрее Морико поймёт, что с ним не так, тем скорее всё это закончится. Она выпрямилась, расправила плечи и решительным шагом направилась на второй этаж.       — Ээм, Шигараки… — кулачок всё же дрогнул, когда она постучала. — Ты не против, я войду? — на самом деле, глупо было спрашивать. — Что ж, эээ, я вхожу.             Кондо совершенно не умела командовать. Её доминирование заканчивалось на грозящем пальчике, но даже ребёнок при этом мог отнять целую коробку её конфет и не почувствовать укора совести. Открывая дверь, она зажмурилась и сжалась, будто её тут собирались бить, и сначала открыла лишь щёлочку. Когда же не последовало никаких действий, Кондо выдохнула и открыла дверь полностью.       — Шигараки? — она обвела комнату взглядом и ничего нового для себя не увидела, что, возможно, к счастью.       Томура просто спал? Он лежал на не застелатой односпальной кровати на боку, согнув колени и сложив у лица руки. На правой ладони по-прежнему мигал блокатор, что слегка успокаивало, хотя Морико не сомневается, что при желании Шигараки просто раскусит его одним зубом, и тогда-то всё для неё и закончится.       — Шигараки…       Она звала его уже третий раз, но ничего не изменилось. Даже его дыхание не сбилось, что, наверное, было не важным фактом, если вспомнить о том, что этот человек — убийца, преступник и на данный момент тюремный заключённый. Её голос наверняка звучал для него не значимее комариного писка.       Кондо сглотнула, прочистив горло, и решила попробовать зайти с другой стороны:       — Томура, — что ж, не так уж и страшно. Хоть он сам и по-прежнему был прямой ассоциацией с чем-то ужасным, его имя не казалось тяжёлым. Наоборот, очень даже подходящим.       Однако в ответ Кондо получила только очередной вздох. Возможно, для злодея имя ничего не значит? Сколько Морико помнит родителей, столько и знает о своём имени, но ей казалось его значение не слишком подходящим. Она родилась у океана и всегда думала о нём, когда представляла себя.       Может, у Томуры есть какое-то более значимое прозвище? Или… другое имя.       — Тен… Кхм, Тенко, — она сжала край футболки, чтобы унять неловкость и стрес, который испытывала, стоя в пороге его комнаты и пытаясь наладить хоть какой-то контакт. Его спина замерла на вдохе, и Морико поняла, что идёт в правильном направлении. — Тенко, я… Эм, собиралась идти в магазин. Тебе что-нибудь нужно?       Она пыталась справится с ощущением, что дёргает за чужие ниточки, что грубо и невежливо нарушает его личное пространство, так нагло влезает в его голову, прошлое, да и всю жизнь. Но пока он не хотел раскрываться сам, другого выхода у неё просто не было.       В молчании и его бездействии она провела ещё несколько минут, а затем всё-таки вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Хоть и диалога не состоялось, Кондо очевидно смогла что-то нащупать. Тенко… Его настоящее имя, которое явно вызывало реакцию как в самый первый раз, когда она стояла над его душой с папкой документов, так и сейчас. Осталось только понять, нравилось ему это или нет? Кондо бы не хотелось лишний раз провоцировать террориста, конечно, недовольного нахождению с ней в одной квартире.       Войдя в свою комнату, Морико открыла чемодан и задумалась, но не над тем, что надеть или что надо бы разобрать, наконец, вещи. Она решила вспомнить ту информацию о его биографии, что сама же зачитывала вчера. Интересовал конкретный, достаточно занимательный раздел, который рассказывал всю жизнь злодея по годам. Информации было не так много, несмотря на те долгие суды, о которых весь Мусутафу был наслышан во время его задержания. Конечно, в основном это не было чем-то даже просто нейтральным. Однако, она смогла вспомнить факт, что в детстве Томура был достаточно близок со своими бабушкой и дедушкой. Это всё, что она могла на данный момент знать.       Возможно, они звали его именно так — «Тенко»? Может, это пробудит в нём хоть какие-то положительные воспоминания? Которые, Морико, конечно, сомневалась, что вообще есть и всё же хотела хотя бы надеятся.       Накинув на себя платье и лёгкую кофту, Кондо тихо вышла из дома, перед тем, как завернуть в коридор, ещё раз посмотрев на запертую дверь в его комнату. Скорее всего, все её усилия более чем напрасны. Шигараки не выглядел, как кто-то, кого нужно спасать. Он казался абсолютно безнадёжным — пациентом с зияющей в груди дырой, уже бледным и бездыханным, но всё ещё каким-то образом стоящим на ногах. Ужё мёртвым — тем, кому уже ничто не поможет.       Она вздохнула. Глубоко, впустив в себя свежий воздух безлюдной улицы. Всё равно придётся попытаться, хотят она и он того или нет. Ведь каждый достоин второго шанса.       Морико направилась в уже знакомый ей магазин, хотя изначально не планировала действительно идти за покупками — просто, уже стоя в пороге комнаты Шигараки, осознала, что не придумала причину, по которой он должен на неё как-либо отреагировать. Благо, бюджет был, можно сказать, неограничен — специальная карта, отслеживаемая её непосредственными начальниками, давала возможность совершать любые покупки на любые суммы. Главное было лишь отчитаться потом за это, а уж отчёты Кондо, в силу своей профессии составляла мастерски.       Ей хотелось купить чего-нибудь особенного и для себя, просто чтобы порадовать, и для него, чтобы наконец уменьшить список вопросов, касаемо его личности. Поэтому она решила взять всего по немногу.       Магазин вновь оказался совершенно пустым и безлюдным. За прошедшее время Кондо уже даже успела привыкнуть к этой мёртвой, напряжённой тишине, но всё равно не переставала прислушиваться к причуде. Сердце билось спокойно и почти не волновалось, так что она продолжила меланхоличную прогулку между стелажей.       Было странно ощущать себя единственным присутствующим человеком, но, с другой стороны, особой странности-то и не было толком — она всё время напоминала себе три простые истины всего происходящего.       Договор. Чёрная тойота. Закрытый город.       Пока мало, кто знал о той программе по реабилитации злодеев, на которую она уже подписалась. И естественно то, что её — с самым страшным и опасным преступником страны, что не следует забывать, — поселили не в старом-добром Сидзуока, а в неизвестном и для них безымянном месте. Определённо, они не могли быть на весь город совсем одни, но, может быть, на весь район — да. Не могло же во всей округе совсем не быть людей? По крайней мере, Кейго теперь точно был рядом! Он герой, причём далеко не последний, так что неудивительно, что его желание побыть в уединение легко могли перенести именно на это место.       В конце концов, свежо, уютно — если бы Кондо не знала, в каком доме, в какой квартире и в какой конкретно комнате проживает здесь же Томура Шигараки, сама с удовольствием могла бы рассмотреть такую префектуру для переезда. Хотя любимый остров, на котором прошло всё детство, навсегда останется в её сердце.       Телефон в маленькой набедренной сумочке завибрировал, и Морико спешно вышла из мыслей.       [Не хочешь сегодня прогулятся? :))]

      Она улыбнулась, печатая ответ:      

[Что ты предлагаешь?]      

             [кроме своей компании?]       [хмммммм]       [например чудесный вечер на набережной, хотя сомневаюсь, что это звучит лучше, чем «гулять с Кейго Таками»]

      [с сенсеем по куриным бёдрышкам, ты хочешь сказать?))]      

      [так да или да?)]

      [Да, но]      

[не думаю что смогу выбраться вечером]      

[быть с шигараки слишком сложно :(]      

      Морико уже хотелось взгрустнуть по этому поводу, но Кейго успел за одну минуту закидать её сотней смс со смайликами и возгласами по типу: "Какой кошмар, ты променяла меня на злодея!" И теперь, в итоге, она ждала его на лавочке у магазина. Конечно, не вечерняя прогулка по набережной, но и просто хорошо провести время с другом, уже казалось отличным способом снять напряжение.