Gratia plena

16. Дарго торопился и потому был крайне немногословен. Но на похвалу не поскупился. - Ты поразителен, - проронил он, склонив голову к плечу, - никто другой не сумел был провернуть это дело без единого выстрела. Сила твоего гипноза поражает. - Ничего особенного, - ответил Рим. - Надеюсь, уже сегодня этого чудовищного груза на Перекрёстке не будет. - Я обещаю, - Дарго вскинул два пальца к виску и удовлетворённо кивнул, увидев, что погрузка опасных ящиков в грузовой отсек "каракатицы" подходит к концу. - Береги себя, - пожелал он на прощание. И на удивлённый взгляд Рима добавил, - на Перекрёстке ещё немало частей метеорита. И далеко не все готовы отдать их без боя. - Пусть попробуют, - пожал плечами Рим. В его голове уже был список покупателей Скалли, которым тот успел продать "запрещённое оружие". На Заккаре светило редкое для зимы солнце, было светло и морозно. Карла не поленилась лично встретить их и привезла пальто, шарфы и свежие новости. - Господин Карраско рвёт и мечет. Снова проблемы со снабжением, сорвали поставки со второго Перекрёстка. А заккарийской крови хватит только самым младшим для инициации. - Что произошло? - спросил Рим, поспешно надевая пальто. Карла подхватила падающий шарф и повязала ему на шею, мимолетно скользнув горячей ладонью по щеке. - Госпожа Тинга не смогла быстро договориться с севильскими арматорами о перевозке нашего груза. А её помощники плохо проверили склады, в результате, когда судно было найдено, четыре тонны крови пришли в негодность. Рим нахмурился, поглядел на Сертрана, тот в ответ развёл руками. - Ты знал о перебоях с поставками? - Только то, что знают все. - Как твоя рана? - Уже зажила. Спасибо, что спросил. Рим закатил глаза к серебристому потолку зала ожидания и, махнув рукой, зашагал к машине. Сертран и Карла негромко переговаривались за спиной. - Их уже наказали? - Нет. Ждут Рима. Сегодня в зале порицания... - А как у тебя с господином Карраско? - Ничего. Он делает вид, что я стеклянная. Но меня это более чем устраивает. - Нужно быть осторожными. - Знаю, знаю. - Ты поливала мои цветы? Рим сел в машину и откинул голову на мягкий кожаный подголовник. Новость о дефиците крови вызвала смутную тревогу, хоть и не касалась его напрямую. Что-то неприятное было во всем происходящем в Семье - будто кто-то раз за разом совершает мелкие, незаметные диверсии. Кто-то, чьё лицо никто не видел. До ритуала в зале порицания, Рим успел повидаться с Патриархом. Господин Карраско принял его благосклонно, похвалил за чистую работу и велел как можно скорее отработать контакты, которыми с Мегой поделился Рикардо Скалли. - Я готов приступить немедленно, - с готовностью ухватился за приказ Рим. - Сразу после зала порицания, - поправил его Патриарх. Рим подавил желание поморщиться. Все же еще злится за выходку Карлы. Что ж, наказание следует принимать достойно. Они с Тингой выдержат, хотя ей будет несомненно больнее. Карла пришла, чтобы помочь ему одеться. Принесла свежий костюм и рубашку. - Спасибо, - поблагодарил Рим, просовывая руки в рукава черного, строгого пиджака. Карла не ответила и не подняла глаз. Тонкие пальцы споро застегнули тугие пуговицы. Взгляд Рима упёрся в тугие аккуратные косы, блестящие, как стекающие с уступа струйки чёрной воды. - Прости, что подставила тебя, - очень тихо проговорила Карла, проводя ладонями по его плечам, будто стряхивая невидимые пылинки. Рим едва ощутимо качнулся вперёд и поцеловал её в уголок рта. Сухо и целомудрено, как было предписано этикетом. - Не делай так больше. - Никогда! Теперь вы довольны, господин Патриарх и госпожа Никта? - Пойдём? - Иди первая. Я зайду к сестре. - Ах, ну да... - Карла скрыла разочарование. Поклонилась, вышла из его комнаты и немедленно покинула блок. Рим прислушался. На уровне было тихо, как в могиле. Неужели Патриарх уже в зале порицания? Стоило поторопиться. Тинга Касси открыла после первого же стука. Она была готова, но до сих пор не вышла - вероятно, собиралась с духом перед предстоящим унижением и болью. - Ты? - удивлённо и обиженно вскинулась единственная женщина-Мега в Семье. - Патриарх послал тебя, чтобы отконвоировать в зал ритуала? - Я пришёл по своей воле. - Никогда не замечала за тобой чувствительности, - обвинила Тинга. - Пойдём, - Рим подставил ей локоть, как совсем недавно Ариадне. Тинга поколебалась, но все же взяла его под руку. На ней было красивое чёрное платье с узким корсетом и пышной кружевной юбкой, а сердце колотилось так, что щеки раскраснелись до болезненного румянца. Вдвоём они дошли до лифта по пустому и гулкому коридору. Поднялись выше на два уровня и оказались перед толпой возлюбленных сородичей. Морфоиды, взрослые и дети, Меги, их командиры и рядовые члены клана таращились на Рима и Тингу, но только кто-то один, из-за спин, осмелился крикнуть: - Позор! Рим повернул голову на голос, но кричавший тут же скрылся за чужими спинами. Так, в тишине и под давлением осуждающих взглядов, они миновали анфиладу залов и вошли в зал порицания. Высокая полутемная комната отличалась от других помещений бункера лишь тем, что могла вместить почти весь клан - такой она была большой. Высокие арочные двери с мозаичным стеклом придавали залу зловещей торжественности. В центре уже стояли оба помощника Тинги, и она вздрогнула, бросив взгляд на своих альтер эго. Высвободила руку и быстрым шагом подошла к ним, оставив Рима у входа. Он постоял немного. Толпа обтекала его, как волны прибоя большой валун на берегу. Окружала провинившихся в ожидании ритуала. Толпа любила зрелища. Рядом возник Сертран, встал, напряжённо глядя на троицу в центре зала. С другой стороны подошла Карла. Они закрыли спину и - стало легче дышать. - Молодец, Рим, - раздался рядом негромкий, но звучный голос. Рим увидел разочарование на лице Тинги и снова подавил желание поморщиться. Когда все были в сборе, Патриарх вышел чуть вперёд. Семья тут же опустилась на колени, послышался гулкий стук коленных чашечек о бетонный пол. - Возлюбленные дети, - проговорил господин Карраско, - я собрал вас здесь, чтобы выразить порицание нашим братьям и... сестре. Тинга Касси и её альтер эго сорвали поставки и оставили Семью без жизненно необходимой вам крови. - Господин Карраско, - Тинга сделала шаг вперёд и тоже опустилась на колени, - позвольте оправдаться. - Позор! - выкрикнул кто-то, Рим оглянулся и встретился взглядом с глазами Нерона. - Позор тебе, сестра! - Мои помощники не заслуживают порицания, - Тинга смотрела только на Патриарха. Её платье чёрным облаком лежало на полу, щеки и глаза горели алым. - Я отдала неверный приказ, а Хиро и Бридж лишь выполнили его... Порицайте меня, но их помилуйте! Ни один мускул не дрогнул на лице господина Карраско. Он смотрел на Тингу, но Рим подумал, что все происходящее разыгрывается ради него. Чтобы он представил на месте Хиро и Бриджа Карлу и испытал то же унижение и страх, что и сестра. - Встаньте, - велел Патриарх и обратился к Меге: - Стремление защитить подчинённых похвально, Тинга, но никто и не сомневается, что преступный приказ отдан тобой. Так смотри же, как порицают твоих подданных, это и есть твоё наказание. Первый камень полетел исподтишка. Пожалуй, никто из присутствующих не заметил, кто его бросил. Так всегда бывает: страшно только первому. Когда шакалы сбиваются в стаю, им ничего не стоит завалить льва. Тинга вскочила и закрыла собой своих альтер эго, ни один морфоид в здравом уме не бросит камень в Мегу. Ей достался только словесный камнепад, не менее болезненный и унизительный. - Оставила клан без крови! - Детей! - Все смерти на твоей совести! - На твоей! Только на твоей! - Скудоумная овца... - Это предательство! Настоящее предательство! Хотелось уйти, но Рим не мог и вынужден был стоять, слушать и смотреть. Камни летели со всех сторон, морфоиды вскрикивали, получая болезненные удары, закрывали головы, несколько камней вскользь угодили по Тинге. На её скуле теперь красовалась багровая ссадина. По правой руке стекала кровь. Волосы растрепались. - Достаточно, - Рим повернулся к Патриарху, - я все понял. - Причём здесь ты? - притворно удивился господин Карраско. - Тинга оставила Семью без крови. Рим наклонил голову, принимая его слова. Ему было тошно и противно. - Достаточно, - крикнул Патриарх, и все прекратилось. - Соберите камни, вытрите кровь. И расходитесь. 17. - Господин Рим, - Карла нагнала его возле лифта и остановилась в напряжённой позе. Дверцы поползли в стороны, открывая зеркальную кабину. - Пойдём, - позволил Рим. Они спустились вниз, Мега разблокировал дверь и сделал приглашающий жест, пропуская её вперёд. На уровне было так же тихо, как и до ритуала. Слуги ушли, господин Карраско не возвращался - у него были запланированы две вечерние встречи, обслуживала которые команда Нерона. Карла вошла в апартаменты Рима, заперла за ними дверь и привалилась к ней, глядя на него во все глаза. - Я в порядке, - пожал плечами Рим. Расстегнул пиджак, снял и аккуратно повесил на вешалку. - Правда? Карла оттолкнулась от двери и шагнула к нему. Взяла в ладони лицо, коснулась кончиком носа его подбородка. - Сегодня безопасный день, - прошептала она. - Абсолютно безопасный? - Абсолютно, - на тонких тёмных губах заиграла нежная улыбка. - Позволь мне?.. Рим расслабился, разрешая ей расстегнуть и спустить рубашку. Тугие манжеты рукавов застряли на запястьях, Карла освободила их, покрывая пальцы короткими горячими поцелуями. Рим снял её куртку, спустил шелковые бретельки топа и припал губами к плечу. Под кожей бугрились тонкие, но стальные мускулы. Карла откинула его рубашку и занялась ремнем брюк. Она уже успела возбудиться, соски затвердели и отчётливо виднелись сквозь тонкую гладкую ткань. Рим сжал рукой левую грудь, второй расстегнул жёсткий ремень брюк и расстегнул ширинку. Запах её желания зазвучал отчетливее, и Рим больше не смог сдерживаться. Слишком неподъемным стало напряжение последних дней. Рывком он спустил с Карлы узкие брюки и подтолкнул её к кровати. Карла опустилась на четвереньки, прогнулась в спине. Рим положил руки ей на талию и замер. Вдалеке хлопнула дверь. Господин Карраско или кто-то из прислуги? - Давай, - позвала Карла срывающимся шёпотом. Её трусики были влажными, а дыхание прерывистым. Рим наклонился и, прежде чем войти, оставил короткий поцелуй на белой горячей коже поясницы. Карла вздохнула, подалась к нему, открываясь. Аккуратные губы слегка блестели от влаги. Рим вошёл в её вагину, сразу во всю длину, застонал от удовольствия. Краем уха услышал шаги в коридоре, но и не подумал остановиться. - Давай, - повторила Карла с нетерпением. Сама подняла выше свой топ и принялась ласкать чувствительную грудь. Её тугое лоно крепко сжало его член. Рим принялся двигаться в ней, заставляя себя хоть ненадолго забыть о ритуале, "запрещённом оружии" и предателях, которые окопались где-то в Семье, как крысы в своих норах. Карла вскрикивала, припадала на руки, протяжно стонала и льнула к нему бёдрами. Когда сладкое напряжение в паху стало непереносимым, Рим ускорился, что есть силы вонзая пальцы в бока своей альтер эго. Оргазм накрыл его, как снежная буря - оглушил, ослепил и выпотрошил. Мега сполз на пол, ухватившись за край кровати. - Эй, - Карла вскочила с кровати и поспешно натянула одежду, - похоже, кому-то нужно отдохнуть. Рим, сидя на полу, пристроил голову на сгибе руки. - Некогда отдыхать, господин Карраско ждёт результата... - Пара часов ничего не решит, - Карла ласково погладила его по щеке, а потом совсем не нежно вздернула на ноги, - живо в кровать. - Не уходи. Рим машинально застегнул брюки и лёг на бок, не слишком удобно примостив голову на подушке. - Ложись рядом. - Но Патриарх... - Тогда иди. Карла покосилась на дверь. Привела в порядок одежду, брошенный на пол пистолет в кобуре положила на тумбочку, и осторожно устроилась на краю постели. - Спеть тебе колыбельную? - с лёгкой насмешкой спросила она. - Как хочешь, - закрывая глаза, ответил Рим. А ночью он услышал зов. Очень тихий и вкрадчивый, опасный. Карла проснулась на секунду раньше и уже была на ногах. Рим встал и машинально пригладил волосы. Карла метнулась к шкафу, принесла чистую отглаженную одежду. Её руки слегка подрагивали от волнения, когда она помогала ему одеться, быстрыми движениями пальцев переплетала волосы. Оба молчали и старались издавать как можно меньше шума, как пойманные на горячем преступники. Напоследок Карла ободряюще сжала руку Меги, но Рим не успокоился, а напротив ощутил неприятный трепет. - Иди к себе, - велел он, - закройся. - Не выгораживай меня, - прошептала Карла, - пусть лучше я... - Дело не в тебе, - отмахнулся Рим. Он потратил десять секунд, чтобы проводить её до лифта и только тогда направился в апартаменты Патриарха. Иджи встретила его поклоном, пожелала доброй ночи и тем самым вызвала яркое ощущение дежавю. В гостиной горел приглушенный свет, господин Карраско ждал его, сидя на диване, закинув ногу на ногу. - Ты сегодня нетороплив. - Простите, сэр, - с поклоном ответил Рим, - я... случайно уснул. Это больше не повторится. - К сожалению, даже идеальным созданиям необходим сон. Ты хорошо постарался в Амбрезе. - Благодарю, сэр. Я сейчас же займусь информацией Скалли... - Это подождёт, - оборвал его Патриарх. - Для начала тебе придётся полететь в Ориму. - В Ориму? - переспросил Рим. - Дарго сообщил, где имперская разведка держит Конора. Тебе нужно будет увидеться с ним. - Как прикажете, сэр, - коротко поклонился Рим. Патриарх встал и протянул ему на раскрытой ладони узкий чёрный диктофон. - Убедись, что Конор ничего не рассказал и дай ему прослушать запись с этого устройства. - Да, сэр, - кивнул озадаченный Рим. - Надеюсь, тебе не нужно напоминать, что никто не должен даже заподозрить Семью? - Разумеется, нет. Рим забрал диктофон, подождал ещё какого-то напутствия или пояснения, но не дождался - господин Карраско сделал жест рукой, отпуская его. - Могу я взять с собой Сертрана и Карлу? - осторожно спросил Рим. - Бери кого хочешь. Только реши проблему, - устало отмахнулся Патриарх. - Спасибо, сэр. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Рим. Можешь идти. Иджи проводила его до дверей, Рим вышел в коридор и - оказался в темноте. - Проблемы с освещением? - спросил он удивлённо, но дверь за его спиной уже щелкнула замком. Система подсветки, позволяющая экономить энергию днем, совершенно не спасала ночью, но начальник охраны Патриарха давно жил на этом уровне бункера и добраться до своих апартаментов для него не составило труда. Морфоиды видят в темноте, как кошки. Но и кошки не видят в полной темноте. Сердцебиение рядом заставило вздрогнуть. Рим мог поклясться, что только что ничего не слышал. И вот уже некто стоит за его левым плечом. - Добрый вечер, Госпожа, - негромко поприветствовал он, поворачиваясь. Однако звук дыхания и сердца все равно остался сзади. - Рим, - проговорила Никта своим неповторимым, грудным голосом, низким, как завывание ветра в водосточных трубах. Горячее дыхание коснулось кожи. - Верный Рим. Честный Рим. - Госпожа хочет отдать приказ? - Рим усилием воли заставил сердце биться ровно. Это стоило ему окоченевших пальцев рук и онемения кожи. - Или о чем-то предупредить? - Ты идеален, мой Рим, - прошептала госпожа ему на ухо. По ощущениям она едва доставала ему до плеча, хотя среди их расы редко встретишь кого-то невысокого роста. Морфоид ли она вообще? Цепкие прохладные пальцы впились в подбородок Меги, с немыслимой силой Никта развернула его к себе. - Ты великолепен. Риму показалось, что в темноте проступили тонкие черты лица, очертания изящной фигуры. - Госпожа льстит мне, - проговорил он скованно. И в тут же секунду его щеки коснулись сухие колючие губы. Она ревнует, с немыслимой ясностью догадался Рим, ревнует и подозревает. Нужно придумать для Карлы какое-то дело. Такое, чтобы ближайшие недели она не появлялась в бункере. - Ты выглядишь утомлённым, мой дорогой, - с преувеличенной заботой прошептала Никта, - Патриарх совсем не бережёт тебя. - Госпожа слишком добра. - Иди спать, Рим. Я буду беречь твой сон и никому не позволю тебя разбудить. Рим содрогнулся от нахлынувшего иррационального страха и крепче сжал в руке отданный господином Карраско диктофон. Чтобы почувствовать нечто материальное, не уплыть в пугающее море гипноза Матриарха. - Благодарю, Госпожа. Никта отступила, сделала пару шагов в сторону и - исчезла. Рим перестал слышать сердцебиение, как если бы она вдруг остановила свое сердце. Мега нащупал рукой стену, привалился плечом и перевёл дух. Лоб холодил выступивший пот, сердце снова разогналось до предельной скорости. И в этот момент включился свет. Рим огляделся, убедился, что остался в холле один и набрал номер коммуникатора: - Вы оба нужны мне прямо сейчас. Летим в Ориму.