Небеса

Две недели пролетели так же стремительно, как только что выпущенный снитч мимо носа ловца. До начала нового учебного года оставались считанные дни, и Блейз, силясь продлить свободу, решил собрать всех как следует отдохнуть. Наша слизеринская компания всегда значилась в списке гостей, но в этот раз желание навестить друга отсутствовало напрочь. Правда, оставаться дома с родителями хотелось ещё меньше, так что выбор был очевиден. Отец не уставал напоминать о задании Тёмного Лорда, требуя, чтобы я начала подготовку и продумала первоначальный план. Я же старалась занимать себя чем угодно, лишь бы не приближаться к этой теме. Но даже в подобные моменты, непонятно откуда взявшийся страх пронзал меня каждый раз, когда в мыслях проскальзывал гриффиндорский меч. Он был словно ледяной клинок, который протыкал и сковывал всё тело в одночастье. Я убеждала себя, что крайний срок выполнения задания стоял на конец учебного года, а значит времени было ещё предостаточно. Но родители ждали скорых результатов, давали всего шесть месяцев на то, чтобы я доказала им и Тёмному Лорду свою ценность. Я не имела никакого права подвести семью. Мысли о задании непременно возвращали меня к Драко. Я не видела его с момента собрания и совершенно не знала, в порядке ли он. Мне было тревожно за него, но любое упоминание Малфоев пресекалось мамой, даже тема о нашей с Драко помолвке теперь была под запретом. Я горько усмехнулась, поправляя выпавший из прически локон: две аккуратные косички переплетались, образуя чудный узор, а воткнутые в них крошечные заколки в форме звёзд составляли целое созвездие. О предстоящей свадьбе мне сообщили в первую неделю пребывания дома на летних каникулах. Подобная весть должна была быть ожидаемой, но всё равно сжимала сердце в несправедливых тисках. Драко был моим другом детства, и хоть мы одного возраста, я всегда воспринимала его как старшего брата. Он заботился, защищал, знал обо мне всё, и я старалась быть такой же в ответ, готова была быть его лучшим другом, союзником, сестрой... но не женой. Только мои чувства никого не волновали, как и его. Обе семьи заботил лишь выгодный союз, влияние и чистота крови. Так было всегда и ничего не должно меняться, но в глубине души меня всё равно охватывала обида. Да и разве можно быть несчастной с Драко Малфоем? Порыв ветра распахнул окно, привнеся с собой запах приближающейся грозы. Не сразу вынырнув из мыслей, я поднялась, собираясь закрыть окно, и застыла, глядя на начинающийся дождь. Пусть новость о помолвке не была столь приятной, тот званый ужин был последним разом, когда я видела Драко, не считая собрания. Мы не сумели поговорить наедине, обменялись лишь взглядами и парой сухих фраз. Но он был в порядке: лёгкая ухмылка на губах и озорной огонёк в глазах. Полная противоположность тому Драко, что присутствовал на собрании. Тогда всё ещё было хорошо. Я прикрыла глаза и шумно выдохнула, пытаясь заглушить тревогу. Всё будет хорошо. Может быть, Драко даже соизволит посетить вечеринку. А это более веская причина для меня отправиться туда. — О, леди Малфой, вас то мы и ждали, — звонкий голос Блейза был первым, что я услышала, когда зелёная пелена рассеялась. — Советую поспешить во-он туда, — махнув рукой, указал он направление, как только я перешагнула металлическое ограждение камина. — Для дорогого друга открыты все мои запасы, но я бы не хотел, чтобы этот засранец натворил дел. Сладковатые ванильные и смолистые оттенки парфюма Блейза окутали меня, словно тёплое облако, когда я мягко придержала друга, дабы он не упал, запнувшись о кресло. — Подожди, — нахмурив брови, я крепче ухватила его руку. — Как ты меня назвал? Блейз пару раз невинно моргнул, но вскоре на его губах растеклась приторная улыбка, а глаза хитро заблестели. Он выпрямился, вглядываясь в меня сверху вниз, словно лис, поймавший забредшего не туда кролика. — Могу повторить, — сказал он, окидывая взглядом зал. — Но, думаю, тебе бы не хотелось, чтобы это услышали все? Роскошный зал, полный знакомых мне людей, был наполнен тёплым светом, нежно подсвечивающим резьбу из тёмного дерева, из которого здесь была практически вся мебель. Возможно, уютная атмосфера и была той магией, притягивающей людей в дом слизеринца. Все были заняты разговорами и угощениями, но попробовать на вкус новый слух не упустил бы возможность каждый. Так что я раздражённо прикрыла глаза и легонько ударила его по плечу. Улыбка не смела сойти с лица Блейза; он снова кивнул в сторону коридора. И, окинув друга взглядом ещё раз, я всё-таки направилась в ту сторону. Меня встретила небольшая комната, больше похожая на приёмную, чем на полноценный гостевой зал. Множество небольших торшеров мягко подсвечивали тёмно-зелёные стены, блики от пламени свеч пробегали по позолоченным аркам, посреди которых располагались картины известных художников в таких же богато украшенных рамках. От арок наверх расползались «ветки», создавая узоры из золота на синем фоне высокого потолка. Удивительно, что я оказалась в этой комнате впервые. Каждую деталь хотелось рассмотреть поближе, у меня даже закрались сомнения, а точно ли Блейз разрешал сюда заходить или Драко просто не воспринял друга всерьёз? Моё внимание приковал камин напротив входной двери, в искусно украшенном портале из тёмного мрамора он словно манил к себе. Драгоценные камни и золото здесь создавали единую уютную картину, которой, судя по всему, и наслаждался сидящий ко мне в полбока парень в кресле слева от камина. Его глаза были закрыты, челюсть сжата, а в руке он держал бокал с тёмной жидкостью. Завораживающее зрелище. Такая картина бы гармонично вписалась в этот интерьер. Окинув взглядом комнату, я неспешно подошла к другу и присела на подлокотник кресла, осторожно отведя его руку со стаканом, дабы случайно не пролить напиток. От неожиданного прикосновения Драко распахнул глаза, словно я вырвала его из некого транса, но, бросив на меня короткий взгляд, вновь закрыл их и пригубил крепкий напиток. — Напиваешься в одиночестве? Облокотившись на часть спинки кресла, я провела рукой по его аккуратно уложенным волосам. Обычно Драко перехватил бы мою руку или увернулся, но сейчас он не придал этому никакого значения. — Присоединишься? — не раскрывая глаз, с лёгкой хрипотцой в голосе ответил он. Взяв бокал из его рук, я сделала маленький глоток, слегка поморщившись от резкого вкуса алкоголя, и вернула напиток ему. Жидкость приятно растеклась по телу, тёплое, с нотками цитруса послевкусие оказалось приятнее, чем ожидалось, но пить такое специально я бы не стала. — Как ты? — А ты как думаешь? — Будем говорить вопросом на вопрос? Тень улыбки промелькнула на его лице, и мне отчаянно захотелось удержать её. Сказать, что я рядом, что понимаю его. Но, должно быть, задание — последнее, о чём Драко хотел бы сейчас говорить. А Хогвартс стал бы ужаснейшей темой для разговора, так что я не нашла ничего лучше недавней новости. — Как ты относишься к свадьбе в лесу? — спросила я, внимательно наблюдая за его реакцией. Драко медленно перевёл на меня взгляд, ему потребовалось ещё несколько секунд, чтобы окончательно понять, о чём я говорю. — Предпочитаешь молчаливых гостей, — хмыкнул он. — Неплохо. Я не удержалась от улыбки, и он сразу заметил её, усмехнувшись в ответ. — Я знал, что в этом договоре не обошлось без тебя, — произнёс он так легко и небрежно. — Ты собственница. — Я собственница? — переспросила я, чуть приподняв брови. — Признайся, ты просто хотела позлить Гринграсс. — Драко Малфой, — я нахмурилась, возмущённо произнеся его имя, пока на его губах появлялась тень улыбки. — Что? Скажешь, я не прав? — Даже если и так, тебе знать необязательно, — неопределённо махнув рукой, ответила я. — Значит, всё-таки угадал. — Нет, — тут же произнесла я. Он кивнул, чуть сведя брови, словно соглашаясь, но в глазах плясали огоньки. Не простив этой дерзости, я легонько пихнула его в плечо, и он наконец тихо рассмеялся, заставляя и меня искренне улыбнуться в ответ.

***

— Мы надеемся получить письмо до Рождества, — требовательные оттенки в голосе мамы заставляли тревогу поселиться в моей душе надолго. — Этот год обещает быть особенным для всех нас. — Я сделаю всё возможное, мама. Она кивнула, но тут же поморщилась, когда какой-то магл случайно задел её плечо. Мама комментировала и осуждала каждое действие местных, которые, конечно же, не знали простейших правил поведения в нормальном обществе. Кроме того, здесь было ужасно грязно и шумно, а люди одевались так, словно безвкусица приравнивалась к моде. Громоздкие машины пугали маму до жути, и только встреча с давней подругой в тайном баре в центре Лондона удерживала её от сиюминутного возвращения домой. Каминная сеть в баре не работала. Можно было бы, конечно, просто трансгрессировать к заведению, но мама решила проводить меня. Из-за чего я была в смешанных чувствах: приятно, когда о тебе заботятся, но её наставления на протяжении всей дороги звучали так, словно она боялась, что я сбегу. Знакомая платформа показалась впереди. Несмотря на громадные размеры, она казалась чересчур переполненной не только людьми, но и какими-то магловскими ящиками, ларьками, статуями. Это словно был уродливый Хогсмид в коробке. Вокруг бегали и суетились маглы, кричали дети, пыхтели поезда, создавая неимоверный шум. Мама обняла меня на прощанье, не решаясь приблизиться к составам. Несмотря на сложные отношения с родителями в последнее время, гадкое чувство разлуки полоснуло по сердцу. Откуда-то возникло ощущение недосказанности, словно я забыла что-то очень важное, упустила драгоценный момент. Я простояла еще несколько секунд, всматриваясь в её отдаляющуюся фигуру, и, наконец, собравшись с силами, направилась к поездам. Хогвартс-экспресс уже был полон студентов и нежелающих их отпускать родителей, а также всевозможных питомцев. Большинство грезило занять купе, дабы получить уединённое пространство на время поездки, но у нашей компании уже вошло в привычку: третий стол от входа в общем вагоне. Отделанный тёмным деревом вагон с диванами, обитыми слегка потёртым от времени бархатом зелёного цвета, навевал домашнюю слизеринскую атмосферу, хотя поезд и не делился на факультеты. Я зашла внутрь, и в нос ударил запах старого дерева вместе с сладковатым привкусом то ли чьего-то парфюма, то ли сладостей. Теодор оживлённо разговаривал с ребятами со старшего курса, пока один из них закидывал огромную сумку на необычайно крепкую, решётчатую багажную полку. Не желая их тревожить, я приветственно улыбнулась другу и села за наш стол рядом с Пэнси. Она всегда всех опережала: если кто-то думал, что это он первый увидел кошку Филча, лежащую на столе у профессора Снегга, то нет, Пэнси уже успела всё всем рассказать. Ранняя пташка знала всё и видела даже то, что скрыто от остальных глаз. Поэтому я не отказалась выслушать все свежие сплетни этого учебного года, который, кстати, ещё даже не успел начаться. Драко зашёл в вагон, словно все только его тут и ждали. Его непоколебимость и уверенность привлекали взгляд ровно до того момента, как Блейз, над чем-то смеясь, со всего размаху хлопнул друга по плечу, заставив того пошатнуться. Они присоединились к нам, тут же вливаясь в разговор. Блейз сопровождал каждую фразу Пэнси ехидными комментариями, всерьёз обсуждая, кто с кем прибыл к поезду сегодня. Драко периодически лениво шутил, только разжигая их пыл, а я постепенно перестала участвовать в беседе, предпочтя наблюдение обсуждению. Гудок пронзил шум разговоров, заставив всех умолкнуть ровно на мгновение, и поезд тронулся. За окном тут же стали проноситься лица сопровождающих, родителей, что со слезами на глазах махали своим чадам, которые впервые отправляются в Хогвартс. Мать Уизли тоже была в их числе; её дети давно выросли, но она всегда провожает их, как маленьких. Лица стали расплываться и вскоре сменились на красивый пейзаж. Стояло только начало осени, потому за окном всё пестрило зелёными красками, лишь изредка мелькали желтоватые оттенки. Это был пейзаж достойный висеть в гостиной какого-нибудь среднего аристократа: высокие холмы, уходящие куда-то в даль, застеленные деревьями с ещё пока пышными кронами, быстрая лазурная речка, словно играючи протекающая между ними, и отдающие теплом лучи яркого солнца, находящегося на самом пике в небе, в отличии от серого Лондона, не застеленного облаками. Спустя почти половину пути, несмолкающего Блейза прервал маленький сноп искр, внезапно появившихся прям перед его лицом. Разноцветные огненные капельки, спустя несколько вихрей, сложились в прямоугольную карту с изумрудной змеёй, вылезающей из котла. Змея быстро ускользнула с карточки, а на обратной стороне оказалось приглашение на поздний обед, как разузнала Пэнси, от нового профессора зелий. Ухмылка, расползающаяся на лице Блейза, сообщала, что он теперь не раз упомянет о своём избранном статусе. И вполне официальном, не то что у золотого мальчика. Драко фыркнул, попросив друга свалить поскорее, что он с радостью и сделал. А я, вспомнив о еде, решила сама отыскать продавщицу со сладостями. Пока она дойдёт до нас, какой-нибудь первокурсник точно скупит всё и не подавится. Милая старушка в сиреневой блузке и на несколько тонов темнее тёплой вязаной жилетке уже во всю продавала сладости, ласково обходясь с каждым потенциальным клиентом. Помню, как будучи второкурсниками, мы гадали сколько ей лет. Теодор тогда предположил, что ей столько же, сколько и поезду. И с этим на самом деле сложно было поспорить — никто никогда не видел её ни в Хогвартсе, ни в Хогсмиде, да и все тогдашние старшекурсники, даже мои родители, помнили её такой же старой и жутко проницательной. — Чего желаешь, деточка? — заметив меня, женщина искренне улыбнулась и чуть поддалась вперёд. — Мышки-ледышки, летучие шипучки или, может, что-то особое? — она слегка прищурилась, осматривая меня с ног до головы прежде, чем продолжила: — Огненные леденцы! Никогда не угадаешь, какой из них заставит полыхать из-за остроты, а какой даже кровь превратит в лёд! — От её внезапного напора и прямого взгляда, я слегка отшатнулась, уже чуть более растерянно осматривая содержимое тележки. — А может пару карамельных бомб? — Эм… Благодарю, — протянула я, желая скорее определиться с выбором, но товаров было столько, что осмотреть их все заняло бы несколько минут, а уйти хотелось уже сейчас. — Мне три шоколадных скелета и горсть розового кокосового льда. — Прекрасный выбор! — снова улыбнулась она, и на миг показалось, что её глаза ярко блеснули, то ли от безумия, то ли от чего-либо ещё. Она встрепенулась и стала насыпать лёд в маленький мешочек слегка трясущимися руками. — С тебя два галлеона, милая. Протянув монеты старушке и забрав привычный набор сладостей, я направилась обратно к друзьям. Мимо то и дело проныривали гриффиндорцы, судя по всему, это была часть поезда, которую они успели облюбовать. Почему-то именно их факультет обожал отдельные купе, словно тайн и секретов у любимых Дамблдором львов было куда больше, чем у всего Слизерина. Минуя очередное окно, за которым то и дело проносились восхитительные пейзажи, я чуть не вскрикнула от испуга, когда один из пробегающих студентов задел меня плечом. Из-за того, что поезд и так ужасно сотрясался, а парень буквально влетел мне в спину, я упала на колени, смягчив удар только благодаря тому, что вовремя ухватилась за стену. Мешочки со сладостями выпали из рук, и два шоколадных скелета распластались прямо перед моим лицом, их шеи треснули, а лицо одного так засияло в свете солнца, что могло показаться, будто он плачет. Печальная судьба. — Упс. — Услышала я, поднимая взгляд на виновника: высокий, рыжий, гриффиндорец. Жаль, что таким идиотам, как Уизли, ещё позволяют учиться в Хогвартсе. — Осторожнее. — Осторожнее? — Приподнимаясь и попутно подбирая уцелевшие мешочки, я еле сдержалась, чтобы не достать палочку и не запустить в него парочку проклятий. Конечно же в воспитательных целях. — Это ты в меня влетел. Не удивительно, что без Поттера вы ничто в квиддич, раз у загонщика не хватает мозгов для контроля за собственным телом. — Не удивительно, что слизеринцы живут под землей. Выплёвывать грязь изо рта вам уже вошло в привычку. — С этими словами он обошёл меня, даже не удостоив взгляда, и быстро удалился в другой вагон. Буква Ф, вышитая на его свитере, уже медленно сгорала в моих глазах. Мешочки с розовым льдом и одним уцелевшим скелетом я вручила Пэнси и спешно отвернулась к окну, стараясь прийти в себя. Не хватало, чтобы какой-то гриффиндорец окончательно испортил и так не самый приятный день возвращения в школу. Но завораживающие пейзажи теперь не казались такими сказочными, а их умиротворённость потихоньку начинала выводить из себя. — Не поверю, что это с тобой сотворила милая старушка. Ты столкнулась с Блейзом? — Я столкнулась с Уизли, — пробурчала я, забирая из рук Пэнси мешочек розового льда. — Буквально. Этот болван влетел в меня, словно я бладжер, и даже не удосужился извиниться. — Ты слишком много хочешь от отбросов общества, — подал голос Драко, присвоивший единственный уцелевший скелет. — Он прав. Нечего забивать ими голову. — Пэнси забрала мешочек обратно, пожав плечами. —Лучше скажи, хлопушка рванёт Крэббу в правый или левый глаз? — В нос, — уверенно произнёс Драко. Проследив за его взглядом, я увидела Крэбба, склонившегося над подгорающей хлопушкой, размером с абрикос. Её стремительная краснота и шипящие звуки совершенно его не смущали. Он успел лишь глупо улыбнуться, подняв взгляд на друга напротив, как хлопушка взорвалась, выстрельнув прямо в его приплюснутый нос. Крэбб взвыл, хватаясь за лицо, но сквозь пальцы тут же просочилась кровь. Вот и первый клиент мадам Помфри. Ему ещё повезло, что это не фейерверк Уизли, а то бы остался совсем без носа. Тихо что-то хмыкнув, Пэнси отсыпала горсть розового льда в протянутую Драко ладонь в то время, как на пустующее рядом с ним место мягко опустился Теодор. Если Блейз был лучшим другом Драко скорее номинально, то Тео действительно им был, оттого неимоверно быстро смог увлечь его в разговор. Картина оказалась максимально сюрреалистичной: умиротворённая беседа друзей шла в разрез с всё ещё раздававшимися воплями Крэбба и руганью Пьюси. — Я не собираюсь задерживаться в Хогвартсе на ещё один год, — небрежно произнёс Драко, приподнимаясь. — Эпискеи! С явным раздражением, отражавшемся на лице, он опустился обратно на диван. Крики в ту же секунду прекратились, в отличие от ругани, сменившись восторженным завыванием Крэбба, от которого хотелось спрыгнуть с поезда не меньше. — В особенности с такими идиотами. Через четыре часа поезд прибыл на приветственно сияющую яркими огнями станцию. За окном уже был вечер, солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого и розового. Дети спешили скорее выйти из вагонов, насладиться свежим воздухом и наконец-то отправиться в школу волшебства на грандиозный праздничный ужин. Так это должно было быть. В действительности они толпились и толкались у выходов, словно через минуту здесь должен был появиться дементор, который лишит их души и возможности попасть в Хогвартс. Что на самом деле было не так уж и плохо. Пэнси выскочила на улицу одной из первых, как новая староста Слизерина. Придерживая дверцу вагона, она необычайно вежливо приветствовала и направляла первокурсников. Драко же, как второй староста, полностью проигнорировал свои новые обязанности, оставшись в вагоне, даже когда из него вышел последний студент. Втроем, с Теодором и присоединившимся к нам Блейзом, мы стояли рядом со смиренно ожидающей нас каретой, посматривая то на Пэнси у поезда, то на раскинувшийся в далеке величественный замок. И лишь когда на платформе оставалось совсем немного людей, показалась одинокая фигура Драко, Пэнси тут же подскочила к нему, явно собираясь что-то высказать, но он только отмахнулся от неё, молча направляясь к нам. — В следующий раз пойдёте пешком, — раздражённо буркнул Блейз, заскакивая в карету. Драко лишь фыркнул, в который раз бросив взгляд на поезд, словно там оставалось что-то, способное привлечь его внимание. Я внимательно окинула тот взглядом, но это был всё тот же чёрно-красный экспресс, разве что совсем опустевший. Карета с невидимыми лошадьми тронулась, а я, так и не найдя ничего примечательного, отвернулась, подставляя лицо слабому ветерку.