Дракон

Стоя рядом с лавкой пряностей, я внимательно наблюдал за переулком. Если всё прошло хорошо, Ниалл и Никкаль должны скоро появиться. Утром они покинули гостиницу и направились к зиккурату. Раз Энки принимает так скоро, Ниалл был крайне настойчив. Понимает, кто такая Иштар и что ничего хорошего её благословение не несёт. Энки не силён в магии хаоса. Вместо того, чтобы начать изучать и дать доступ к огромной силе другим, возможно, гораздо более способным, он предпочёл её игнорировать, делая вид, что это чушь для легковерных молодых магов. Всё ради власти, всё ради силы: возможно, единственный принцип, которым он не поступался ни разу. Почувствует ли Энки мою энергию от Никкаль? Слишком близко — должен. Её привёл Ниалл. Заподозрить его в сговоре со мной у Повелителя вряд ли получится. Не из любви к сыну, конечно, просто Ниаллу незачем тащить Нику в Ур, если он может обратиться ко мне. Это не преступление: официально никто не знает, что я скрываюсь, выкрутился бы. С Никкаль ещё проще, если бы она общалась с Кингу, к зиккурату бы и близко не подошла. Ей было бы сложно скрыть от Энки свои эмоции. Моё поспешное решение признаться, кто я, могло обойтись Нике очень дорого. Энки будет стоить больших усилий снять метку и он потребует плату — воспоминание. Самое тёплое, самое сильное, что у неё есть. К сожалению, сегодня она лишится части своей жизни. Может, повезет, и она выберет светлячков? Сомнений больше не было: я должен был от неё отказаться. Она не должна умереть из-за меня. Ночное видение лишь поставило точку в этом вопросе. Прикрыв глаза, я вновь увидел её в пещере, истекающую кровью. Тряхнув головой, скинул морок и вернул внимание к переулку. Наконец, они показались. Впившись взглядом в руку, с облегчением заметил: метки Иштар больше нет. Снял. Хорошо. Ниалл был задумчив, Никкаль же напротив — жизнерадостно болтала и, судя по лицу Ректора, многие минуты без умолку. Он лишь рассеяно пытался что-то отвечать. Я не хотел вмешивать её, но Ниалл мне был нужен. При удачном исходе, чтобы спрятать Этана. При неудачном — ему придётся самому заняться спасением мальчишки. Нужно с ней поговорить. Расскажу, что смогу, и убедительно попрошу, наконец, уже вовлечь Ректора в наши поиски. Ища случай поговорить с Никкаль наедине, я на небольшом расстоянии следовал за ними. Главной проблемой было отсутствие тени, улицы Ура были беззащитны перед палящим солнцем. Я не знал, какие планы были у Ниалла с Никкаль, и когда они планируют вылетать обратно. Пришлось рисковать и пользоваться хаосом. Вслушиваясь в разговор, я в полной мере осознал, почему у Ректора такое лицо. Вопросы сыпались из Никкаль, как из ребёнка просьбы купить конфет в кондитерской лавке. — Чем болен Энлиль? Почему Энки так странно отреагировал на моё имя? Почему Иштар хотела посеять семя в мою душу? Неужели Ияр был бардом у Шамаша и Энлиля? — Стоп. А это ты как узнала? — Ниалл озвучил мой немой вопрос. Он пытался отвечать честно и подробно, насколько позволяла осведомлённость. Чувствовалось, что это ему изрядно надоело. — Куда пропал Повелитель Кингу? — За твоей спиной иду. — Он как-то забыл поставить меня в известность. — А поче… — Стоп. Ника, давно ли я стал твоим личным справочником по Повелителям? — Последний вопрос, ну пожалуйста. — Нет. — Ну, Ниа-а-ал! — стон остался без ответа. Огромные печальные глаза не смогли тронуть душу Ректора. Насупившись, девушка отвернулась. Однако надолго её обиды не хватило. — Я навещу коней. — Отличная мысль. Заодно приведи их в конюшню под гостиницей. — Зачем? Она же хуже той, что мы сняли? — Чтобы кони под рукой были. Мало ли что, — Ниалл говорил тоном родителя, объясняющего своему неразумному дитя, почему суп не едят вилкой. — Тебя проводить? — А не пора ли мне учиться самостоятельности, господин мой бывший ректор? В вопросе переплетались издевка и горечь. Ниалл лишь вздохнул. — Я бы не хотел, чтобы ты нарвалась на кого-то в тёмной подворотне. Мысленно ухмыльнувшись последней фразе, не без доли злорадства подумал, что от свойства Никкаль находить неприятности страдаю не я один. Через несколько минут они разделились. На прощание Ниалл сказал то, что мне очень не понравилось: — Пока не забыл. Энки предлагал тебе заходить ещё. Сказал, у твоей энергии очень любопытный запах. О чём это он? Несмотря на то, что это было более чем ожидаемо, я разозлился. Ника в ответ лишь пожала плечами и направилась к денникам. Необходимо было обеспечить приватность нашему разговору. Понадеявшись, что уж до конюшни Никкаль должна дойти без приключений, обогнал её. Представив реакцию на нашу первую встречу после моего бегства с тренировочного поля, тяжело вздохнул. Ладно, убить меня она всё равно не сможет… Хотя, скорее всего, попытается. Устроив небольшое подтопление в сарае с кормом для лошадей, я скрылся в тени одного из загонов. Намтар посмотрел на меня и презрительно фыркнул. Вскоре я услышал эхо её шагов. Все работники бросились спасать провиант, минут десять у нас должно быть. — Чудесно. Кони без охраны стоят, — Никкаль направилась к деннику гнедого коня. — Хотя, тебе охрана небось не нужна. Вон какой Намтар грозный. По сравнению с тем, как вороной конь посмотрел на Никкаль, его отношение ко мне можно было бы считать симпатией или даже проявлением дружбы. Я улыбнулся. Не одному мне сегодня будут не рады, вот только Намтар в загоне и без меча. Девушка, вздрогнув, резко обернулась. Она смотрела прямо на меня, никого не видя, но отчётливо понимая: за ней внимательно наблюдают. Встав спиной к двери денника, она вытащила меч и приготовилась к бою. — Я считаю до трёх, после этого начинаю звать на помощь. Вот и момент истины. Пора выходить из теней. — Раз. Два. — Не стоит, — я сделал шаг вперёд. Никкаль удивлённо уставилась на меня: в её понимании я появился из пустоты. — Что ты… здесь… делаешь?.. — нажимая на каждое слово, она практически шипела. — Решил, что тебе понадобиться помощь, и приехал следом. — Почему ты… как ты нашёл меня? Хороший вопрос. И правда, как? — Ниалл сказал Ияру, что вы остановитесь в гостинице «Синий закат». — И Ияр сразу побежал рассказать тебе, да? — Может, ты опустишь меч, и мы поговорим? — Мы и так говорим… Она мне не верила, с каждой секундой всё крепче сжимая оружие. — Мне кажется, это не самое удачное место для разговора. — Я никуда с тобой не пойду, пока ты не объяснишь, как нашёл меня. За дверьми послышались шаги. Видимо, работники справились с небольшой неприятностью и возвращались к своим обязанностям. У нас мало времени. Как же тебя убедить? — Хорошо. Каюсь. Я подслушал их разговор. Решил узнать, где вы остановитесь. На всякий случай. — И что ты услышал? Что мы остановимся в «Синем закате»? В вопросе был явный подвох. Но отступать было некуда. Я кивнул. Никкаль вцепилась в меч, постепенно переходя в боевую стойку. — Нет, Син. Мы должны были остановиться в «Рожках на окраине». «Синий закат» — это случайность. Ниалл не мог о нём говорить. Осознав свой промах, поморщился от досады. Никкаль одолевал гнев, голос норовил скатиться в истерику. — Кто. Ты. Такой?! В этот момент в её глазах мелькнуло осознание. Она поняла. Она знает, кто я. Не поверив самой себе, Никкаль мотнула головой, отгоняя странную мысль и удобнее перехватила меч. — Я тот, кто поможет тебе найти брата, — я говорил медленно, тщательно взвешивая каждое слово. Любая ошибка могла её спугнуть, и Тиамат не ведает, к чему это приведёт. — Я тебе не верю. Кто ты? Осторожно сделав шаг, непрерывно глядя ей в глаза, попросил: — Убери клинок. Давай поговорим. — Сначала ты скажешь мне правду. А потом я уберу клинок. Никкаль говорила вкрадчиво и зло. В этот момент я услышал движение близко ко входу. — У нас нет времени говорить здесь и сейчас… За моей спиной что-то хлопнуло. Резко шагнул к ней, на ходу оглядываясь и выхватывая кинжал. Боком почувствовал сталь меча. Молодец. Увидела возможность и, не раздумывая, ударила. Отскочив назад, поднял предплечья, защищая лицо от огня. Быстро. Хорошо. Огонь просыпается. Никкаль подожгла сено у меня под ногами. Лошади в стойлах, почуяв пламя, начали ржать. Поиграли и хватит. Бросив клинок на землю, поймал её взгляд. — Потуши. Ты хорошо сражаешься, отдаю тебе должное. Но я здесь не для того, чтобы испытывать на себе твой меч или огонь. Никкаль всё ещё недоверчиво смотрела, но задышала, гася пламя. Лошадиное ржание не могло остаться незамеченным. К нам спешил кто-то из работников конюшни. Оставив церемонии, схватил её за руку и втянул внутрь ближайшего денника. Быстро прижал к стене, там, где было больше тени. Замер, прислушиваясь. Внутри меня ещё была тревога. Лишь бы не псы. Её могут ранить или… В голове снова всплыла картина ночного кошмара. Пульсирующая кровь, перерезанное горло. Сглотнув, перевёл взгляд на живую и невредимую Никкаль, увидел её ошалелые глаза, смотрящие на меня, и вдруг осознал всю несуразность положения. Я вжимал её в стену всем весом, предварительно грубо затащив сюда. Даже знать не хочу, что она сейчас обо мне думает. — Что ты… Я не дал ей договорить, прошептав в висок: — Тише. Потом. Обещаю. Лошадь, к которой мы столь бестактно вторглись, заржала, на звук явился хозяин конюшни. Сердце Никкаль отчаянно билось, стараясь сбежать отсюда. Мужчина же, скользнув взглядом по месту, где мы стояли, погладил лошадь и ушёл. Я внимательно наблюдал за Ники, она перевела широко распахнутые глаза с закрывшейся дверцы денника на меня. — Он нас не видит? — Нет. Но, если ты будешь кричать, услышит. Я чувствовал её смущение. Она странно на меня влияла: мои действия раз за разом расходились с ранее принятыми решениями. Так и сейчас, не смог отказать себе в удовольствии, снова прошептать в висок, опаляя своим дыханием: — Мне нельзя оставаться здесь надолго. Но нам нужно поговорить. Смущение грозило перейти в видимую фазу, на её щеках начал зарождаться румянец. Отстранившись, я улыбнулся полученному эффекту. Гордо вздёрнув подбородок, она перевела взгляд на лошадь. — Вечером. За воротами этого дворика. Я найду тебя. Никкаль удостоила меня недоуменным взглядом: — Ты потерял мозги в Иркалле?! Я никуда не пойду с тобой, пока не получу объяснений. Ну что за упрямая девчонка! Лучше б ты так рьяно в Лабиринт не ходила и на ануннаки не прыгала. — Твой брат погибнет, если мы не начнём действовать и быстро. — Это угроза? — Это факт. Кивнув на прощание, я ушёл. Меня терзало беспокойство. Слишком часто я обращался к хаосу: слежка, бой с Никкаль. Если моё присутствие в городе обнаружили, псы направят все свободные отряды на мои поиски. Свернув с намеченного маршрута, быстро направился к тюрьме Пяти. Если меня ищут — охраны в тюрьме меньше, чем обычно. Можно попробовать попасть к Этану. Подойдя к хлебной лавке рядом со зданием тюрьмы, начал увлечённо изучать ассортимент. Повсему выходило: меня не обнаружили. Никакой суеты или подозрительной активности, тюрьма кишела псами. Надо бы как-то их отвлечь. Меньше псов — больше шанс попасть внутрь. В паре кварталов было одно злачное местечко для обеспеченных горожан: и для магов, и для людей. Подпольные ставки, горячительные напитки и более чем доступные дамы. Идеально. Зайдя в главный зал, направился к самому громкому столу: четверо хорошо выпивших мужчин уставились на доску перед собой, нелогично передвигая камни. Способность к анализу покинула их за пару часов до моего прихода. Мне не составило труда зародить спор, итогом которого была массовая драка магов и людей. Не став следить за развитием событий, я вышел на улицу. За моей спиной свистел чаровской ветер и звенела сталь. Более чем доступные дамы без удовольствия кричали. Итак, благодаря мне сегодня псов ждёт интересная ночь: разбираться в хитросплетениях связей высокопоставленных посетителей, решая, кого можно бросить в тюрьму, а кого по-тихому отвести домой. Псы должны прийти раньше, чем кто-то серьёзно пострадает. Вероятнее всего, избегая конфликтов, к утру они отпустят всех. Вдохновлённый успехом, я осуществил несколько налётов на магов в разных частях города. Самым тяжёлым увечьем была поруганная гордость. Теперь все псы будут при деле. Осталось понять, как проникнуть в тюрьму. Но сначала — Никкаль. Время встречи уже приближалось, и я направился к денникам, по дороге выбрасывая очередной трофейный меч. Никкаль, на удивление, не заставила себя ждать. Выйдя из тени, взял её за руку и молча повёл к дому Нингаль. Страх прошёл, но злость всё ещё раздирала Нику. Она мне не верила и всё равно шла следом, с трудом поддерживая наше молчание. Зайдя во дворик, она огляделась. Не увидев ничего опасного, расслабила плечи. — Что это за место? — Старый дом, где мне всегда были рады, — жестом пригласил Никкаль присесть на скамейку. — Здесь никто не будет меня искать. Это называется «прятаться на виду». — От кого прятаться? — От тех, кто меня ищет. Словно опомнившись, Никкаль скрестила руки на груди и нахмурилась. — У меня к тебе миллион вопросов! — Я отвечу на все, на которые смогу. — Что ты знаешь про Этана? Расскажи мне всё. И ни одного куста, где можно спрятаться. С чего бы начать своё признание? Поразмыслив несколько секунд, я осторожно спросил: — Что ты знаешь о Церемонии Приветствия Пяти? Никкаль изрядно удивил мой вопрос, но она постаралась ответить максимально объёмно: — Эмм… Собираются маги, гуляют, веселятся. Потом выходят Пятеро, и все начинают колдовать. Не знаю… — она всплеснула руками и сердито буркнула. — Я никогда в ней не участвовала. И вообще, при чём здесь какая-то Церемония?! — На следующей Церемонии твоего брата убьют. Полагаю, она случится через десяток-другой дней. Впрочем, я не уверен… Может раньше, может чуть позже. Но скоро. Слишком скоро. — Что? При чём здесь Этан? — Его принесут в жертву. Конечно, если он не сбежит раньше. Никкаль скептически подняла бровь. — Гениально. Ты отвечаешь на вопросы, ничего не рассказывая. — Предлагаю тебе не задумываться об этих вещах. Я постараюсь помочь тебе встретиться с братом. Это всё, что тебе нужно знать. Ты уже догадалась, где он? Подсказка: из Академии его действительно забрали псы. — Значит… он в тюрьме, под охраной псов… — Верно. И значит, ты ничем не можешь ему помочь. Оставь это мне. — И как же ты туда проберёшься, о великий и таинственный Син? — Как раз думаю над этим вопросом. Никкаль посмотрела на меня, и её взгляд мне не понравился. В её голове зрел очередной самоубийственный план. — Разыграем спектакль. Настала моя очередь удивлённо уставиться на неё. — Я украла форму псов. Я испугался собственных мыслей. Видимо, это отразилось на моём лице, Никкаль восприняла мои эмоции по-своему. — Не то чтобы я обычно страдала тягой к мелким кражам… — она запнулась, глядя на меня. Не впутывай её. Слишком опасно. Мысли метались. С другой стороны, это лучшая возможность попасть в тюрьму. Главное, пройти мимо поста охраны. Если что-то пойдёт не так, я всегда смогу выкинуть её подальше путями Хаоса. Пробиться к выходу несколько метров можно и без магии. Дальше проблем быть не должно. Если амулет у Этана, я вытащу обоих. Если нет… надо найти чем перепилить решётку. — У меня для тебя несколько мыслей. Мысль первая: у тебя есть форма псов и ключ от их тюрьмы. Мысль вторая: сегодня там небольшой хаос, которому я поспособствовал. Он быстро уляжется, но эта ночь у нас есть. — Нет, нет, нет! Это была ужасная идея. Я искренне улыбнулся. — Это была отличная идея. — Ты хочешь, чтобы я пошла на штурм тюрьмы Пяти неизвестно с кем? С призрачным шансом на успех и вот таким вот риском угодить туда самой?! — она широко развела руки, показывая внушительные размеры риска. Кивнул и продолжил свою мысль: — Я не обещаю, что ты его сразу вытащишь, но увидеться вы сумеете. Я сделаю для этого всё, что в моих силах. Взамен мне нужно, чтобы ты забрала у него вторую половину амулета и отдала мне. На последних словах Никкаль подавилась гневом. Вскочила и начала метаться по дворику. — Амулет. Ну, конечно. Вот почему я не могу его найти. Ты его украл! Когда? — возможности ответить мне не предоставили. — Нет. Не отвечай, я знаю, когда пробрался ко мне в комнату после пожара. А я то, дура, решила, что ты пришёл меня утешить. В конце сумбурного монолога голос Никкаль дрогнул. Её заполняла обида. Что ж, заслужил. Глупо спорить. — И зачем он тебе? — Это лишняя информация. — Я не буду помогать неизвестно кому, неизвестно зачем! Посреди этого действа, ты сам ещё и сдашь меня этим самым псам. Я вежливо кивнул, соглашаясь с её аргументами. — Как насчёт формальной клятвы? Почему сразу «формальной»? В очередной раз я иду против своих решений рядом с ней. Но отступать было поздно. На лице Никкаль отразилась гремучая смесь тревоги и… желания?! Она смотрела на меня часто-часто моргая. Я придвинулся чуть ближе и настойчиво заглянул в глаза. — Что ты теряешь, в конце концов? На тебя эта клятва не накладывает никаких обязательств. Отлично. Теперь я её ещё и уговариваю. — Да… — голос дрогнул, сглотнув, она продолжила чуть увереннее. — Я хочу формальную клятву. Я кивнул с такой уверенностью, будто иного ответа и не предполагал. Внутри всё дрожало предвкушением. — Ты знаешь, как совершается формальная клятва? — В общих чертах… — Ты знаешь, что мне придётся быть к тебе… очень близко? — Как со светлячком: медленно, тихо, не спугнуть… Никкаль смутившись, зажмурилась и выдохнула тихое: — Да… — Хорошо. Отлично. Теперь аккуратнее с формулировками. Я придвинулся к ней. Склонил голову, почти соприкоснувшись. Взяв её ладони в свои, переплёл наши пальцы. Наклонился ещё ближе: прижавшись лбом к её лбу. Не выдержав моего взгляда, она прикрыла глаза, ресницы дрожали. — Я приношу эту клятву под небом Ура, и никто не принуждает меня говорить эти слова. Я приношу клятву Никкаль, и каждое моё слово — правда, а свидетели мои — камни моего дома. Я приношу клятву не причинять вреда по умыслу или злой вере Никкаль или её брату. Я приношу клятву помочь Никкаль отыскать её брата и встретиться с ним. Наконец, она осмелилась открыть глаза. Дрожь. Моя или её? Не знаю, как мне удалось сохранить невозмутимость. — Я приношу клятву сделать всё, чтобы Никкаль покинула место, где держат её брата. Я приношу клятву помочь ей вывести её брата на волю, если у нас будет такой шанс. Сделал паузу, глядя в бездонные зелёные глаза. — Ты хочешь что-нибудь добавить к моей клятве? Она замотала головой. — Тогда позволь мне закончить ритуал. Достав небольшой нож, царапнул шею. Поймав выступившую каплю, прикоснулся к её губам, окрашивая их своей кровью. Мои пальцы не дрогнули, внутри бушевала буря. Облизнув губы, Никкаль впустила в себя мою клятву. Оставался последний шаг. Слегка склонив голову, внимательно посмотрел на её губы. — Ты знаешь, как завершается ритуал, верно? Она почти незаметно кивнула. Позволив себе осуществить наше желание, я прикоснулся к её губам. Медленно, наслаждаясь каждым мгновением, я разрушал наши границы. Поцелуй был сладким, тягучим. Впервые она была столь робкой: не решаясь ни притянуть, ни оттолкнуть, крепко вцепившись пальцами в ткань моего пиджака. Я решил за неё, прижав к бортику фонтана. Никкаль сдавалась под моим напором. Поцелуй стал быстрее, глубже, требовательнее. Так давно желанная близость, так бесконечно долго бывшая запретной, кружила голову. В какой-то момент я окончательно потерял контроль. Кажется, она пыталась меня остановить, пропищав имя Сина. Но я не Син. Коротко вдохнув, лишь сильнее прижал её к себе, зарываясь рукой в волосы. Не знаю, к чему бы это привело. На долю секунды открыв глаза, я поймал её взгляд. Вздрогнув всем телом, отшатнулся, задыхаясь. Мысли метались, внутри всё переворачивалось. Ликование и стыд за несдержанность. Я с беспокойством покосился на Никкаль, она была занята тем же, чем и я — пыталась восстановить дыхание. Хорош, тысячелетний маг, Повелитель и Генерал Тиамат по совместительству. Собрался втянуть её в самую опасную игру в её жизни, и вместо того, чтобы тщательно продумывать план, потерял голову от поцелуя. Никогда в жизни я ещё не чувствовал себя таким мальчишкой. Наконец, она нарушила воцарившееся молчание, вопросом, которого я ждал и одновременно боялся: — Могу я хотя бы узнать, с кем собираюсь проникнуть в тюрьму Пяти? Кто ты? Внимательно посмотрев на неё, задумчиво произнёс: — Ты сама знаешь. Уже догадалась, да? Она неуверенно кивнула. — Тогда ответь на свой вопрос. Кто я? — Кингу. Тебя зовут Кингу. — Верно. Я внимательно наблюдал за её реакцией. Облегчение, сомнение, отрицание, гнев. Она отвернулась. Я слышал как в её голове копошатся мысли. Она злилась на себя за недогадливость. Мне оставалось лишь сочувственно молчать. Интересно, а как бы ты могла угадать? До сегодняшнего дня, ты даже не видела моей магии. Кажется, думала, что я земляной маг. Или водный? А спросить так и не решилась. Не нарушая тишины, я лишь сочувственно смотрел на неё, давая время свыкнуться с новой реальностью. Мотнув головой, обиженно бросила: — Докажи! — Что? — Что ты Кингу. — Как? — Не знаю, это же ты утверждаешь, вот и придумывай! Признаться, это заявление поставило меня в тупик. Идей не было. — А ты знаешь что-нибудь такое о Пяти, что я бы показал и ты бы поверила? Даже я не знаю, что это может быть. Никкаль тоже не знала и, ещё больше насупившись, фыркнула и отвернулась. После моего признания она вообще старалась не смотреть мне в глаза. — Можешь дать мне руку? Никкаль недоверчиво посмотрела на меня, как на неизвестное ядовитое растение, оценивая степень угрозы, но руку протянула. Аккуратно взяв её ладонь, начал разглядывать место, где ещё недавно была метка Иштар. Уловив остатки чаровства Энки, утвердился в своей мысли: — Тебе пришлось пожертвовать воспоминанием, чтобы снять метку. — Ты знал про метку? — Почувствовал на тренировочном поле. — Так ты поэтому так быстро сбежал в кусты? — Да. Иштар могла почувствовать мою близость. Ты была бы в опасности, — подумав, добавил. — А ты решила мне было неприятно с тобой? Это не так. Рядом с тобой было прекрасно. Но я не мог рисковать. Она слегка смутилась моей прямоты, в очередной раз отведя взгляд, и грустно пробубнила: — Энки сказал, ты мог бы снять метку без вреда для меня. — Это так. — А ты можешь вернуть мне воспоминание? — Не могу. В её глазах меркла только зародившаяся надежда. — Но… я могу залечить пустоту на том месте. — Как? — Это несложно. Но тебе придётся пустить меня довольно близко… Я не могу себе позволить открытой магии. Но могу сделать это в пределах твоего тела, если ты позволишь. — Я не понимаю… — Понимания не требуется. Требуется только согласие. Всё-таки формальную клятву она принимала от Сина. Не известно, насколько ей будет комфортна Моя близость. Никкаль прервала мои размышления, еле слышным: — Хорошо. Хоть и боюсь, что пожалею об этом. Я понимаю. Притянул её к себе. Прижался лбом к её лбу. Мне нужно было почувствовать её тело, слиться с ним. Проще всего установить связь на границе боли. Не самое простое колдовство. Запустил руки в её волосы, медленно сжал кулаки, натягивая рыжие локоны. Когда Никкаль прикусила губу, чувствуя приближение боли, отпустил. Кончиками пальцев погладил кожу головы, расслабляя, убирая неприятные ощущения, повторил — и так до тех пор, пока полностью не стал контролировать её. Почувствовав это, Никкаль обеспокоено заёрзала. — Тс-с… не мешай. Несмотря на всю мою ложь, она снова мне доверилась. В её душе гулял ветер, и в его шелесте я слышал эхо своего голоса. Она пожертвовала воспоминанием со мной. Вытягивая его на себя, почти коснулся своими губами её, выпивая дыхание, растворяя ветер в Хаосе. Ника смотрела на меня широко распахнутыми глазами: — Что ты… Как ты это сделал? Что это за магия? Так не может ни воздух, ни вода, ни земля… — Мне не нужны посредники. Я воплощение Хаоса. Посидев пару мгновений с приоткрытым ртом и так ничего и не поняв, Никкаль призналась: — Я не понимаю. Хаос? — То, что ты считаешь «своей стихией», не более, чем проводник между тобой и Хаосом. Так создавался мир. Мать вышла из Хаоса. Она упорядочила его, слепив людей. Но ей не хватало умения сделать людей стойкими к Хаосу. Прикоснувшись к нему, они распадались на части. Тогда она создала этот мир. Вода, земля, огонь, воздух — все они проводники. То, что помогает вам взаимодействовать с Хаосом и не сгорать дотла. Теоретически любой из вас мог бы управлять любой стихией. Но вы почему-то так цепляетесь за что-то одно… — Но… нам не говорили такого… Никто не говорил… — Разумеется. Энки ненавидит тех, кто «получил дар от самой Тиамат». Но уничтожить меня он не сумел и потому давно смирился. Я не то чтобы много общаюсь с людьми. Мало кто знает, какая у меня. хм… «стихия». — А почему ты не распадаешься? — Мать создала меня таким. — Ты же сказал, у неё не получалось. — Сначала — да. Но она много экспериментировала на ануннаки. Впрочем, я оказался единственным разумным из сгустков Хаоса. Пожалуй, о том, что я и есть аннунаки, ей не стоит знать. Ещё больше испугается. Я замолчал. Никкаль была потеряна. Сегодня на неё обрушились сразу две правды, которых она не ждала. Пытаясь принять новую суть мира, в котором прожила всю жизнь, Никкаль вдруг явственно осознала кто я. Её мысль была настолько громкой, что не услышать было невозможно. «Я только что целовалась с тысячелетним магом. Одним из Пяти». Судя по лицу, она всё ещё решала как к этому относиться. Я же поморщился, понимая, что с моей стороны это было не совсем честно. В собственное оправдание с формальной клятвой я не верил, совершенно очевидно, что я хотел её поцеловать и нашёл лазейку. Не дав ей погрузиться в размышления на эту тему, я поднялся. — Надо идти. Ночь коротка. Где ты спрятала форму?