Дети Белого леса

      Наглотавшись воды, Эндимион вынырнул. Эрцгерцог схватил его за волосы, крича, чтобы тот не смел так нагло вести себя в чужих землях. Король попытался его оттолкнуть, но кто-то ещё схватил с другой стороны. Короля вытащили на берег, связывая. Рея сидела в стороне, уже схваченная. Жрица пустым взглядом смотрела на озеро, что-то беззвучно бормоча.       — Где моя племянница, человечек? — тряся его за плечи, спросил Эссен. Жрецы Лалиет стояли наверху и молились богине. Храм начал заполняться ароматом лилий и свежей воды. Жрица, которая провела сюда Эндимиона, упала на колени прямо перед озером, погрузив руки в воду. Туман исчезал.       Серенити словно никогда не погружалась в это озеро. Рея посмотрела на Эндимиона, спрашивая, что случилось. Король сам не понимал, пробормотав, что слышал лишь чей-то голос. Его грубо подняли на ноги.       — Несмотря на то, что вы король, для нас сейчас не лучше преступника, — произнёс эрцгерцог, отвернувшись. — В темницу их и всех, кто помогал. Я сам… сообщу всё сестре.       Эндимиона и Рею увели. Эссен смотрел на озеро, чувствуя свою вину, что не защитил племянницу. Мужчина не понимал, куда она пропала. Тихо попросив богиню позаботиться о Серенити, эрцгерцог извинился перед жрецами и попросил привести всё в порядок. Медленно начал подниматься по лестнице, обдумывая, что сказать Селене.       Вели их довольно грубо. Рея даже не сопротивлялась, понимая, что её не спасёт даже положение защитницы. Они потеряли принцессу, этому нет оправданий. И сейчас они не могут даже рассказать это Минории и Амелии. Они будут ждать их, надеяться, что всё хорошо. Ведь благословение вернулось, Луна это сразу почувствует.       Но куда богиня забрала Серенити? Почему она это сделала? На этот вопрос мог ответить только Эндимион, но он едва ли в состоянии ответить на эти вопросы.       Путь пешком оказался не таким и сложным, их переправили через портал прямо в подземные темницы. Рею толкнули в камеру, где уже сидели Литана и Персефона. Девушки подхватили жрицу, когда она едва не упала от бессилия. Только сейчас чувствовалось, как они устали.       Эндимиона посадили вместе с Артемисом, подсказав, что лучше бы им объяснить всё позже, если не хотят самого худшего приговора. В третьей камере сидели Цоизит и Жадеит. Рея спросила, как они, на что шпион показал большой палец. Министр печально улыбнулся.       — Я ожидал, что вернусь сюда, но не ожидал, что преступником, — вяло пошутил он, облокотившись на стену. Рея слабо улыбнулась. Они сейчас не могли даже за руки взяться. Артемис убедил короля прилечь, прежде, чем они обсуждать произошедшее. Эндимион отвернулся лицом к стене, почти сразу отключившись.       Ему снилась первая встреча с Серенити, которую он почему-то раньше не мог вспомнить так подробно. Снился старший брат, который уезжая вместе с отцом пообещал, что скоро вернётся. Эндимион тогда ничего не ответил, жалея об этом по сей день. И Персефона… перед ней было особенно стыдно. Он был никчёмным братом.       Убедившись, что брат отдыхает, Персефона выдохнула. Она ожидала, что посещение Белого леса не будет лёгким, но не таким. Принцесса не собиралась сдаваться, пока не спрашивая, где Серенити. Та определённо должна помочь. Рея на вопрос покачала головой, пробормотав, что сама не знает. Литана села на койку, уточнив, а что им делать дальше.       — Для начала — отдохнуть, — отозвалась жрица, занимая вторую койку. Она пока не хотела говорить, что их принцесса пропала бесследно. Будь тут Минория, то уже давно бы вытрясла ответ, но пока — сон. Слишком много сил было потрачено. Персефона оглянулась на брата, после чего села на третье место. Обсуждать действительно ничего не хотелось.       Жадеит и Цоизит легли немногим позже девушек, сначала попытавшись связаться с остальными. Магия тут блокировалась слишком сильно. Артемис не сменил своего места, так и уснув у стены. Им оставалось только ждать, пока кто-нибудь придёт. Нужно было поговорить с Селеной.       Но кроме пары служанок, принёсших еду, в темницу никто не спускался. Артемис честно ожидал, что эрцгерцог прибежит сюда первым, требуя объяснить, где Серенити, и тогда Эндимион всё расскажет. Но время шло, никого не было.       Король почти не вставал с койки, смотря на каменную стену. У него впервые ничего не болело, напротив, тело ощущалось легче. Размышляя об этом, вспомнилось, как стало больно и появился кристалл. Сев, Эндимион стянул с себя рубашку, вызвав неоднозначную реакцию: Персефона покрутила пальцем у виска, Рея и Литана отвернулись. Жадеит и Цоизит этого не видели. Король провёл пальцами чуть выше сердца, понимая, что той серебристой звёздочки нет.       И всё это время, Серебряный кристалл, который так искала Серенити, был у него. Точнее, в нём. А не чувствовала его принцесса скорее всего из-за чужой магии. Это было такой простой разгадкой, что король рассмеялся, вцепившись в собственные волосы.       — Энди, с тобой всё нормально? — беспокойно спросила Персефона. Сколько бы она ни подшучивала над ним, но искренне беспокоилась. Эндимион бессильно посмотрел на сестру, но ответить ничего не мог.       Они просто так нарушили границу, возможно, спровоцировали войну. Кунцит не оставит всё так, если король не вернётся к нужному времени. Минория не станет молчать, узнав, что она доверила королю Серенити, а он просто потерял её.       — Я верну жрецам и королевской семье своё благословение, но малышку заберу. Но что же сделаешь ты смелый король?..       Эти слова сами всплыли в памяти. Судя по всему, это сказала сама богиня. Но зачем? Неужели Лалиет так разозлилась, что Эндимион так нагло ворвался в её владения? Вряд ли, богине незачем так поступать. Решила испытать короля? Для чего? Эндимион вздрогнул, когда на его плечо легко рука Артемиса. Советник спросил, всё ли нормально. Король пару раз моргнул, перевёл взгляд на сестру. Глубоко вздохнув, взял себя в руки и оделся.       Пересев к прутьям, Эндимион полностью пересказал остальным произошедшее не только у границы, но и в храме. Рея нахмурилась, пробормотав, что хоть и была рядом, никакого голоса не слышала. Она вообще не видела дальше ступенек к озеру, всё накрыло туманом.       — Нужно придумать, что делать дальше, — пробормотал Жадеит. Перспектива провести оставшуюся жизнь за решёткой его не радовала. Артемис предложил всё же подождать, когда сюда спустится эрцгерцог и просить встречи с королевой. Если Серенити действительно забрала Лалиет, у них ещё есть шанс на мир.       — А пока, восстанавливаем силы, — невесело заметила Литана. — Это, определённо, будет весёлое времяпровождение, да?       Ей не ответили. Персефона слабо улыбнулась, посмотрев на брата. Вся эта ситуация была… странной. Создавалось впечатление, словно кто-то специально не давал Серенити и Эндимиону вспомнить первую встречу, водя за нос. Но почему именно сейчас принцесса смогла вернуть себе кристалл? И как это повлияет на короля, который столько лет носил внутри себя этот артефакт. Жадеит едва удержался от вопроса, ведь они всё равно не могли это проверить.       Им оставалось лишь сидеть и ждать, пока кто-то спустится.       Эндимион немного переживал за матушку, которую оставил в замке только на Луну и Сатти. Кунцит и Нефрит не дадут вдовствующую королеву в обиду, но изначально, Цоизит и Жадеит должны быть с ними. Конечно, там и Амелия с Минорией, но для них королевство людей нечто чужое. Не попытаются ли они вернуться в Белый лес? Или, всё же, помогут в замке?       От этих мыслей начинала болеть голова. Эндимион доверял друзьям, надеялся, что те смогут придумать, как выкрутиться. Всего пара дней, и он вернётся. По крайней мере, Эндимион надеялся на это.       После ужина тоже никого не было, но их предупредили, что эрцгерцог просто дал им время передохнуть, а завтра — опросит. Серенити так и не нашли, осмотрев весь храм Лалиет. Эндимион хмыкнул, уже подозревая, что принцессы там нет. Если это действительно проделки богини, то придётся постараться.       Она хотела его проверить? Замечательно.       Он сыграет по этим правилам.