Часть 3
16 января 2023 г., 21:19
Встретились все четверо у самого поезда. Сначала на людской стороне на Добрыню и Настасью покосились полицейские, очень уж импозантно они выглядели, особенно девушка в майке с надписью «не влезай, убьет», но подходить полицейские не решились. Затем был сам поезд, у которого встретились двое богатырей и их жены, статью от мужей отличавшиеся мало. У отдельных школяров принялся включаться инстинкт самосохранения, впрочем, Малфою это не помогло.
— Фу, грязнокровки! — громко заявил мистер Малфой, возле отца чувствовавший себя в безопасности, но был услышан.
— Как ты думаешь, это ругательное слово? — поинтересовалась Савишна у Настасьи, на что та задумалась, не сумев однозначно ответить на этот вопрос.
— Пожалте в поезд, — внес свое предложение Илья. Он был, конечно, не против бить всех и сразу, но кушать хотелось больше, чем бить, потому, быстро выстроив приоритеты, богатырь решил, что еда первостепенна. Добрыня с ним согласился, дамы возражений не имели, потому Драко пока остался целым.
— Надо перекусить, — решила Савишна, принявшись активно перекусывать, из-за чего вагон быстро опустел — подстегнутые инстинктом самосохранения школьники решили, что стоит путешествовать в вагоне, где нет звуков обедающих троллей. Перекусив, богатыри с поляницами решили вздремнуть, что им не удалось — от счетверенного храпа поезд попытался рассыпаться, что пока было не в интересах богатырей с супругами.
— Грязнокровка и П-п-п-п… — мистер Малфой продемонстрировал свою необучаемость, поэтому висел. Державшая его на вытянутой руке за шею Савишна думала, что делать дальше. Драко синел, готовясь испустить дух и физиологические жидкости, о чем, кстати, вспомнила Настасья.
— Да выкинь ты это, — скривившись, посоветовала Гермиона, наслаждавшаяся сценой, на что жена Муромцева кивнула.
— А-а-а-а-а!.. — закричал Драко Люциус Малфой, устремляясь в окно, но лишь чудом зацепившись за что-то. Быть зацепленным оказалось больно, потому наследник древнего и благородного семейства вопил всю дорогу, но эвакуирован порт-ключом был только при входе поезда в тоннель. Стена тоннеля пыталась оторвать Драко от уже порядком опухшего чуда с целью радикального решения проклятия одного наследника, потому, собственно, и сработал аварийный порт-ключ, но богатырям и поляницам это было… неважно.
— Ага! — вскричал кто-то неидентифицированный, отвлекая Настасью от мяса. Результатом стала эвакуация неизвестного сквозь пол вагона после удара по верхнему окончанию тела.
Поезд шел в Хогвартс, спать хотелось все сильнее, бороться с этим стало настолько сложно, что никто уже и не хотел. Спустя еще час бесполезной борьбы счетверенный храп встряхнул состав. Первым не выдержал вагон, в котором и почивали Илья с Савишной да Добрыня с Настасьей — лишившись крыши и части кресел, он представлял собой частично открытую платформу, что другие вагоны, оказавшиеся в радиусе звуковой волны, не спасло. Разрушительная звуковая волна пробежала по поезду, разрушая его, отчего школяры визжали, только усиливая эффект, потому к Хогсмиду поезд пришел уже в состоянии «нуждается в капитальном ремонте».
Хагрид был удивлен внешним видом поезда, испугом первачков, переполнивших последний вагон и общим ощущением паники. Увидев изменившихся гриффиндорцев, полувеликан показал им большой палец. И все остальные пальцы тоже. В ответ Добрыня показал палицу, после чего четверо медведеподобных школяров загрузились в жалобно хрустнувшую карету. Фестралы очень порадовались тому факту, что они не совсем живые, потому что севшая на рессорах почти на брюхо карета намекала.
С трудом дотащив транспортное средство до дверей школы, фестрал немного подумал и сдох от греха подальше. Вышедшие из развалившейся затем кареты Гарри, Рон, Гермиона и Луна ничьего внимания не привлекли, потому что все остальные уже были в замке, а мистер Филч закрыл глаза, перекрестился и помянул Аллаха, что, на его беду, услышал Добрыня, запомнив это важное событие.
Большой зал не впечатлил. По сравнению с царскими палатами не сильно-то он был и большим. Тут оказалось, что Савишна идет за стол другого факультета, а не сидит, как положено, с мужем. Это Илью расстроило, да это и Добрыню расстроило, потому как Настасья уселась рядом, сверкая голодными глазами. Савишна, вполне освоившаяся с памятью Луны, воспринимала ту, как дочь, поэтому факультету умников уже не повезло. Увидев, как изменилась за лето мисс Лавгуд, многие сглотнули, а похожая на голодного медведя девушка мило улыбалась, облизываясь.
— Грейнджер сильно изменилась за лето! — заметила мисс Браун.
— Страшно… — ответила ей соседка. — Просто страшно ее грязнокровкой теперь называть.
— Да что она мо… — подавилась Лаванда фразой, глядя на то, как милая девушка скатывает золотую тарелку в трубочку. — Ик!
— После поговорим, — оскалилась Настасья, заставив икать всех, кто это видел.
Распределение никого не заинтересовало, а вот появившаяся скромная, по мнению богатырей, трапеза… Принявшись трапезничать, богатыри и их жены моментально опустошили столы, отчего эльфы на кухне удивились, принявшись готовить втрое быстрее, что им не помогло, ибо если богатыря не ограничивать… А так как об ограничении никто не подумал, то… Витал в своих мыслях Дамблдор, грозно хмурила брови МакГонагалл, и сидел в совершенном шоке профессор Снейп, наблюдая за тем, как странно изменившиеся гриффиндорцы уничтожают продукты питания так, как будто впервые в жизни за стол сели. Мускулы на теле прежде задохлика наводили на разные мысли, которые наблюдавшие это предпочитали держать в себе.
Двери Большого зала резко открылись, и с громом на пороге появился некто. Кто-то из девушек взвизгнул, но гость незваный, что татарина хуже, уже исчез, ибо Савишна отреагировала рефлекторно — запустив в татя то, что ближе лежало. Ближе всего к ней сидел староста факультета, висевший теперь на факелодержателе, вместе с гостем. Точнее на факелодержателе висел гость, а староста за него судорожно цеплялся в дюйме от пола. Такого детского стихийного выброса юноша не ожидал. Случайность…
***
Илья не сводил взгляда с белобородого старикана. Руки нестерпимо чесались, давить искушение было все тяжелее, ибо очень хотелось взять Дамблдора за бороду и… Останавливало только отсутствие дерева в Большом зале. Добрыня задумчиво рассматривал басурман, Настасья занималась тем же, разглядывая тех, кто может покуситься на мужа, ибо она помнила, что на Гарри много кто покушался, а это было по мнению поляницы неправильно, ибо покушаться на мужа могла только она. — Везет Савишне… — грустно протянула Настасья, увидев, как смотрит синенький факультет на подругу. — Почему это? — удивился Добрыня, насколько он знал, Илья жену не бил, потому радоваться его отсутствию она вряд ли стала. — Луну на факультете не любят, — объяснила кудрявая девушка. — Значит, у нее будет много интересных развлечений… А у нас — только братья Илюшины… — Ничего, — осторожно погладил ее по руке муж. — Дураков у нас на факультете хватает, разомнемся… Еще, слышь, говорят, Турнир будет, что бы это ни значило… — Считаешь, тебя втянут… — понятливо кивнула Настасья. — То есть развлечение впереди… После песнопений, заставивших богатырей с ностальгией вспомнить Горыныча, который после басурман похоже орал всеми тремя головами, всех попытались разогнать по гостиным. Илья вздохнул, провожая глазами предвкушающе улыбавшуюся жену, потом еще раз посмотрел на директора долгим взглядом и присоединился к Добрыне. — Хорошо, все-таки, что Ксено нас замаскировал, — прогудел Добрыня. — Изменения видят, но не обращают внимания, что дает нам… — Что может быть лучше развлечений с басурманами после легкой трапезы? — задала риторический вопрос Настасья, погрузив обоих богатырей в размышления. Так они до гостиной и дошли. — Братик загрустил… Возьми конфетку! — братья рыжики показали свою необучаемость, подойдя к задумавшемуся Муромцу, потому с колокольным звоном столкнулись головами и опали на пол, подобно прошлогодней листве. — Доброй ночи, Настасья, — попрощался с женой, ищущей развлечений, Добрыня, отправляясь почивать. А Настасья прошла в спальню девочки, где сразу же увидела, что жилось Гермионе не сильно сладко. — Заучка грязнокровная, — припечатала ее скорбная умом девица, потому что другого объяснения такому поведению не было. Тщательно прицелившись, поляница отправила так ее поприветствовавшую Лаванду прямо в озеро. Факт того, что озеро находилось на некотором расстоянии, Настасью не смутил, а визжавшую в полете мисс Браун никто не спросил. — Не бей меня, о ракшас! — тоненько вскричала смуглокожая басурманка, пытаясь спрятаться под одеялом, на что Настасья только хмыкнула и приступила к омовению, чтобы потом отправиться почивать. Ввинтившаяся в воду Лаванда была выброшена из озера разозленным кальмаром, не ожидавшим такого к себе неуважения. Реликт подбросил девушку на одном щупальце, придав ускорения вторым, потому мисс Браун долетела почти до деревни, задействовав порт-ключ домой еще в воздухе. К Добрыне и Илье никто не приставал, потому что Невиллу явно было страшно, а четвертый житель в комнату еще не пришел — ему было страшно в гостиной, отчего он ждал, пока Поттер уснет. Почему ему страшно, юноша объяснить не мог. Спустя полчаса или около того, башня Гриффиндор содрогнулась. Всех непривязанных в комнате школяров четвертого курса просто сдуло, прижав давлением воздуха к стене. Несмотря на то что Настасья была в одиночестве, она тоже справилась. Через некоторое время башня, на богатырей не рассчитанная, начала мелко дрожать, пугая этим дрожанием школьников всех курсов, кроме мирно спавших богатырей. Мощность богатырского храпа была еще недостаточной, но Илья и Добрыня очень старались. А мисс Лавгуд, вошедшая в спальню, сразу же обрадовалась: ее попытались ударить. Потом попытались стянуть белье, а потом ласково улыбавшейся девушке надоело, и отчаянный визг наполнил башню факультета Рейвенкло, проникая во все закоулки. Спустя короткое время в комнате третьего курса обнаружились немедленно присоединившиеся к веселью старосты. — Нарглы, быстро отдали все мои вещи, — попросила улыбчивая девушка с глазами чуть навыкате. Впрочем, глаза навыкате были к этому моменту у всех находившихся в комнате, ибо поляница делала очень больно, отчего хотелось только визжать и испускать физиологические жидкости. Даже не подозревавшая, что человека можно завязать в такую фигуру, соседка Луны по комнате быстро отдала все, что нашла, а потом принялась языком вылизывать чернила, налитые в зимние сапоги очень недоброй, как оказалось, мисс Лавгуд. Позвать декана никто не смог, потому все занимались по плану Савишны. Ну а когда все угомонились — она прилегла почивать. Мощный звук, напомнивший детям не-магов дизель, заполнил все помещения башни. Его рокот наводил ужас и совершенно не давал уснуть, отчего декана все-таки позвали, вот только в комнату войти, да и влететь профессор Флитвик не мог — он был небольшим и легким, потому с богатырской тягой ничего поделать не мог. Посоветовав всем дождаться утра и наложив приличествующие случаю чары, профессор удалился. Башня умников мелко тряслась, почти в унисон с башней львят, но на этот факт никто почему-то не обратил внимания. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор задумчиво играл в шашки с самим собой, думая о Турнире. Очень мало кто знал, что никакого Турнира на самом деле нет, а гости приедут, потому что им заплатили. Великому Светлому очень важно было провести Героя через это испытание. Будучи магическим опекуном не только Поттера, Альбус потратил довольно много денег на это действо, поэтому совсем не ожидал никаких сюрпризов. План был составлен, роли розданы, никто ни о чем не подозревал. Даже Фадж согласился подыграть, совсем не понимая, зачем это нужно. Статус Гарри позволял Дамблдору очень многое… — Том убьет Гарричку, я убью Тома… — задумчиво проговорил Альбус, сдвинув шашку на не предусмотренное для этого поле. — Мантия и кольцо станут моими… И вот тогда! Тогда я! Я их всех! — Курлык, — вставил в паузу свое мнение феникс, чем сбил Великого Светлого с мысли. — Да! И всем придет курлык! — возопил Дамблдор. — Эльф Хогвартса! Хочу леденец! — Дожили, даже конфету из миски взять ленится… — заметила какая-то дама на портрете, но убежать не успела — Альбус пулял пламенем исключительно точно.
