Poisonous kiss

Нора Гарри сидел рядом с Биллом Уизли, старшим из детей Уизли. Этот рыжеволосый волшебник обращал внимание на Гарри, но не так, как это делали Джинни или Колин, почти как сталкер. Он был добрым и забавным, и он помогал Гарри с любой домашней работой, которую тот оставил в Хогвартсе, предлагая помощь, но не настаивая. Это было приятно. Это было так похоже на то, что Билл был его старшим братом. Он даже сказал ему об этом, и это принесло ему взъерошивание его и без того растрепанных волос. — Хорошо, тебе нужен кто-то, кто присматривал бы за тобой, — сказал он ему.Гарри покраснел и улыбнулся старшему волшебнику Это было пять дней назад. Сегодня был день рождения Гарри, и юный гриффиндорец проснулся, когда вся семья Уизли праздновала его день рождения. Они устроили небольшой пир вне дома, так как кухня была недостаточно большой для всех них. Гермиона тоже была в Норе, приехала всего через день после него, раньше Чарли и Билла. В эти дни было шумно, и Гарри было очень трудно остаться одному даже на несколько минут. — Развлекаешься? — спросил его Билл. Он подкрался к Гарри сзади, заставив младшего волшебника подпрыгнуть. Гарри кивнул. — Миссис Уизли великолепна. Билл собирался что-то сказать, когда перед ними приземлилась сова. В ней чувствовалась важность и даже то, что можно было бы назвать поведением, когда она протянула ногу Гарри, чтобы тот взял письмо, которое она несла. — Это очень дорогая птица, — сказал старший Уизли. Гарри рассеянно кивнул, наполовину боясь, наполовину ожидая обычной совы от аристократа, который ухаживал за ним. Он взял письмо и осторожно накормил сову беконом. — Спасибо. Если тебе нужно немного воды или отдохнуть… Сова взъерошила свои перья, совсем как павлин, и вскоре после этого улетела. — Эта сова, — промурлыкал Билл. — Она выглядела официально. Как будто ею владеет кто-то важный. Гарри прикусил нижнюю губу. Он вскрыл письмо. Это снова было стихотворение Йейтса. Зеленоглазый волшебник был рад, что это не было чем-то более откровенным. Он и так достаточно покраснел. И старший брат Рона заметил это и ухмыльнулся. — Кто-то особенный? Гарри покраснел еще больше и пробормотал довольно неубедительное отрицание. Билл усмехнулся и взъерошил волосы парня. — Сохрани свою тайную влюбленность, ладно? Передай мне рогалики.

----

Чемпионат мира по квиддичу Гарри не мог насытиться зрелищем вокруг себя. Так много волшебников, так много магии. Его голова продолжала поворачиваться во все стороны, пока четырнадцатилетний подросток пытался все осмыслить. Гермиона ничем не отличалась от него. — Так много волшебников, — Подруга Гарри была в восторге. — Безумие, не так ли? Гермиона кивнула. — Я никогда раньше особо не задумывалась об общем количестве волшебников. Гарри фыркнул. — Я думал, что только в Британии есть волшебники. — Гарри… — Я знаю, ничего не говори. У меня есть свой «Режим Рона». Гермиона хихикнула. — О! Посмотри на эти палатки! — Ну же, давай посмотрим поближе, — сказал ей Гарри. Ведьма хихикнула. — Ты не можешь говорить серьезно! Это болгарские палатки! — Что ж, тогда давай подружимся с иностранцами! — Он потащил Гермиону за собой, и они оба смеялись всю дорогу.

----

После матча Гарри был почти готов рухнуть от противоречивых эмоций, которые были внутри него. С одной стороны, у зеленоглазого волшебника кружилась голова. Игра была невероятной. Это была первая профессиональная игра в квиддич, на которой он когда-либо был, и новизна этого опыта была почти такой же приятной, как если бы он летал там. Они с Роном болтали без умолку, комментируя различные сцены игры. Близнецы были скрытными и разговаривали между собой. Билл и Чарли были втянуты в разговор Гарри и его лучшего друга с Джинни, которая делила свое время между ними и разговаривала с Гермионой, которая наслаждалась игрой, но не была одержима ею. Но затем, когда их компания уходила, они проходили мимо Малфоев, и Гарри сделал все, что было в его силах, чтобы не пялиться на них, если это вообще было возможно. Он знал, что если бы он бросил хоть один взгляд на Люциуса прямо сейчас, то что-нибудь выдаст, что угодно, и подросток не смог бы этого вынести. Зеленоглазый волшебник и так чувствовал себя ужасно. Встреча с Нарциссой Малфой только подтвердила то, что он знал; что Люциус Малфой был женатым мужчиной с сыном возраста Гарри. Если то, что они делали, было аморальным только из-за возраста Гарри, то теперь стало еще хуже, когда подросток, по сути, оказался «третьим лишнем». — Ты в порядке, приятель? — спросил его Рон. — Ты выглядишь бледным, Гарри, — прокомментировал один из близнецов. Гарри не пытался отличить их друг от друга. Он понятия не имел, как побледнел, но теперь даже его желудок почувствовал расстройство. Подросток боялся, что скоро заболеет. — Мой живот, — пробормотал Гарри. -Ты что-нибудь ел? — снова спросил один из близнецов. Зеленоглазый волшебник коротко кивнул. — Я пойду в туалет. — Мы пойдём вперёд, — предложил Чарли. Гарри благодарно посмотрел на него. — Я останусь с тобой, приятель, — предложил Рон. Гарри отмахнулся от предложения. — Я знаю дорогу к палаткам. Гермиона нахмурилась. — Кто-то должен остаться с тобой, Гарри. — Со мной все будет в порядке, — настаивал подросток. — Я должен… — Пошли, дети, — заговорил Билл. — Давайте дадим бедному парню немного уединения. Гарри большой мальчик и не заблудится. Друзья Гарри протестовали, но старший из отряда Уизли увел их, и ему удалось найти уединение и покой в туалете. Четырнадцатилетний волшебник почувствовал, как у него скрутило живот, но знал, что ничего не выйдет. Гарри подошел к ближайшему крану и начал плескать водой себе на лицо. Посмотрев в зеркало, подросток понял, что он в полном беспорядке. Он был очень бледен, и он понял, почему Рон и его братья беспокоились о нем. Гарри продолжал просто смотреть на свое отражение и капающую воду. Он не слышал, как дверь в комнату открылась, а затем закрылась. Он заметил другого волшебника только тогда, когда тот подошел и встал прямо за ним, и его красивое лицо отражалось в зеркале. — Гарри, Гарри, Гарри. Подросток напрягся.Люциус осторожно заключил более стройного волшебника в свои объятия, положив подбородок на почти костлявое плечо. — Что случилось? Ты такой бледный. — Ничего, — прошептал Гарри. — Можете отпустить? Люциус проигнорировал эту просьбу и вместо этого погрузил свои длинные пальцы в густую копну волос и начал пробегать ими по мягким локонам, его ногти нежно задевали череп Гарри. Он продолжал это делать, пока не почувствовал, что зеленоглазый волшебник немного расслабился.Глаза Гарри закрылись, и его голова немного откинулась назад. Все напряжение, которое он испытывал, все это нарастающее чувство вины, все отвращение к самому себе, которое обрушилось на него вместе с осознанием того, что он почти разрушил брак. Возможно, тогда все гадости, которые когда-либо говорили о нем его родственники, были правдой? — Что мучает тебя, Гарри? — спросил Люциус сладким, обольстительным голосом. Подросток держал глаза закрытыми. — Зачем ты это делаешь? — Ты мне нравишься, маленькая змея. — Но почему? — Голос Гарри звучал надломленно, и это заставило Люциуса посмотреть; действительно посмотреть, на мальчика. Гарри выглядел по-настоящему ужасно. — Что такое, мой дорогой Гарри? Скажи мне, и я исправлю все, что бы это ни было. Гарри почувствовал горечь в горле. — У тебя есть жена и сын, семья. Почему ты преследуешь меня? Люциус вздохнул, его дыхание взъерошило волосы Гарри и заставило подростка вздрогнуть. — Этого я и боялся, — пробормотал он. Он осторожно повернул Гарри к себе и нежно чмокнул его в мягкие губы. Они все еще были влажными. Блондин почувствовал, как подросток вздрогнул, поэтому отстранился и просто обнял зеленоглазого волшебника. Этот Гриффиндорец привлек его внимание в самый странный момент. Магическая связь, которую они разделяли, и тот факт, что простой ребенок сумел вызвать в нем такие сильные эмоции, все еще беспокоили Люциуса, но он продолжал идти за Гарри, потому что уже не мог остановиться. Ему нужно было, чтобы Гарри увидел это и понял. Потому что Люциус мог жить без Нарциссы, но без Гарри — нет, он был ему необходим. — Моя милая маленькая змея, — вздохнул Люциус. — Ты ничего не испортил. Нарцисса — моя жена, Драко — мой сын. И то и другое — факты. Но ты также должен знать, что между мной и моей женой нет любви, возможно, некоторая степень дружбы, если хочешь. И тот факт, что у меня есть сын, не имеет значения. Я хочу тебя, Гарри. Можешь ли ты принять это? Гарри задрожал. — Я… — Ты хочешь меня, Гарри? — Я… я… — подросток замолчал, закончив коротким, постыдным кивком. — Я хочу услышать тебя. — Д…Да. — Хорошо. Потому что я тоже тебя хочу, — заявил Люциус. — И я заставлю тебя увидеть это, Гарри, даже если мне придется говорить тебе это каждый день и заставлять тебя вдалбливать это в твой толстый череп. Люциус притянул Гарри к себе и ещё крепче обнял.