Девять кругов Тайлера Галпина. Продолжение.

****(Тайлер) Господи, какое счастье. Я словно возвысился до небес, два моих малыша. Мои единственные и неповторимые, моё продолжение. Я уже люблю вас больше всего в этом мире. ****(Уэнсдэй) Чёрт, какой кошмар. Два маленьких демона, раздирающие моё пузо на части. Вельзевул и то безобиднее, чем Коцит и Хилер. Стоило Джанин сказать об этом, как они принялись за своё любимое занятие, изнурять моё тело, извиваясь и выпячивая свои копытца прямо под моей грудной клеткой. Я кладу руки на живот и пытаюсь успокоить эти чудовищные лягания, но только голос Тайлера может заставить их успокоиться. Только его руки действуют на них как мелатонин. Джанин глядит на нас и смеётся. -"энергетика лекаря и ледяной реки" - говорит она. -"что ты имеешь ввиду?" -"тебя бьёт Коцит, думаю, тебе бы пришёл конец, если бы не Хилер" - смеется она. -"Значит, она меня ненавидит?" -"она любит тебя, ты её мама, просто у неё тяжёлый нрав" - говорит Джанин, и я снова чувствую удар в животе, который успокаивает Тайлер. -"она его слушает, у них связь"-говорит Джанин. -"поэтому она привела меня в тот дом?" – спрашивает он -"да, думаю да, у вас с ней будут особые отношения"-говорит она, и Тайлер улыбается, стоя на коленях и склонив голову ко мне. -"если её характер будет тяжелее, чем у Уэнсдэй, боюсь, я не переживу этого" - говорит он и ухмыляется. А я делаю вид, что пинаю его ногой. -"хочешь умереть и оставить меня с ними одну?!" - возмущённо шучу я. ***** Двадцать пятого февраля в ужасно дождливый четверг прямо в полночь я рожаю двойняшек. Первой на свет появляется наша своенравная дочь Коцит, и мне кажется, если бы Хилер появился на свет раньше, она бы прикончила меня изнутри. Она словно отражение Тайлера, его же взгляд, его же воздействие на меня, она кричала так, что мне казалось, будто стены вокруг шевелятся, и стоило только Тайлеру прижать ее к себе, она тут же безмятежно замолкала. Вторым родился Хилер, через три минуты после своей сестры, эти чёрные глаза сразу проникли в мой разум, стоило мне коснуться его как невыносимая боль от родов и бессилие прошли, он лечил меня с первого своего появления в животе, только сейчас я понимаю это, ведь гематома, что была у меня на ребрах прошла всего за пару дней и исчезла будто её и не было, стоило мне только забеременеть ими. Когда я только прижала его к себе, чтобы приложить к груди, я увидела его будущее, видела каким он был открытым и добрым ребёнком, а это значит, что все мои видения о них, которые я не могла вызвать блокировала именно Коцит. Она действительно была словно ледяная река, я боялась к ней прикоснуться, стоило мне остаться с ней наедине, она стреляла в меня совсем ещё младенческим, но жутким и зловещим взглядом. Даже я, привыкшая к подобным вещам, чувствовала себя совсем неуютно. Мне часто снились сны, как она душит меня подушкой, от чего я просыпалась в ознобе и мурашках, а Тайлер только хохотал, ведь ей на тот период был всего лишь год. Конечно первое слово, что она сказала был её любимый "папа", дальше уже пошли словечки из разряда "изувечить, лишить, отнять и Хилер". Она любила его, любила как отражение своей души. Рядом с ним она успокаивалась, спали они всегда вместе, иногда даже сцеплялись своими маленькими ручками. Тайлер был на седьмом небе от счастья, мне казалось, словно быть отцом его предназначение. Едва приехав с роддома он вцепился в наших детей и ничего не давал мне делать. Он был и мама, и домохозяйка, и любимый муж в одном лице. Мне нравилось это, Хилер вылечил меня от той боли, и в первую же ночь дома, когда они только уснули, мы с Тайлером занимались любовью, словно благодаря друг друга за такое кошмарное чудо. Это было странно. Все было как всегда, только моя грудь разрывалась от наполнения молоком, хоть и шло оно ещё с трудом, зато её размер увеличился в два раза. Быть матерью действительно сложно, хоть и не невозможно. Любовь, что жила в сердце Тайлера, его ко мне отношение, забота и тепло помогали мне в этом. И я знала, что наши дети и есть наше с ним будущее. Нам нужно было направить Коцит на добрый правильный путь. Если она умела управлять чужими видениями из утробы, то, что она сможет потом... Её эти припадки начались ещё в младенчестве, со стороны это выглядело как приступы эпилепсии, но мы то знали в чем здесь дело. Кажется, она знала абсолютно всё и про всех. Стоило ей коснуться новой игрушки, пазла или предмета она знала, как им пользоваться, как играть и что с ним нужно делать. И кроме всего прочего, каждый день перед приходом Тайлера с работы примерно за две минуты она шла к двери и пряталась за ней, чтобы выпрыгнуть и напугать его, она всегда знала во сколько он вернётся, хоть это всегда и было в разное время. Хилер с младенчества называл меня "маммма" с протяжным акцентом на вторую м. Он всегда бежал ко мне, когда падал, чтобы я пожалела его, хоть и мог самостоятельно вылечить любую свою боль, но основным желанием для него было пожаловаться мне. Он мило подходил к нам и пытался поцеловать, просто тыкая лицом в любую часть нашего тела. Наши дети были необыкновенными. У Инид появилась златовласая красавица Элли. И мы постоянно гостили друг у друга дома. Дядя Гордан и тётушка Холли уехали путешествовать почти на целый год по всему миру, практикуя волшебство, но Тайлер постоянно созванивался с ним, А Джанин и Ксавье, увидев наших детей почувствовали, что готовы стать родителями ещё одной нимфы. Джанин не хотела никаких свадеб, это было не для её свободного от стереотипов нрава, как-то глупо и противоестественно, она лишь хотела, чтобы лес соединил их сердца и дал им благословение на ребёнка. Но отец Ксавье настоял на этом событии. Всё должно было быть с шиком, поскольку элита была у них в крови. Они решили сделать её в декабре, что было очень удобно для нас, ведь мы пока не могли вырваться из мира бесконечных криков и пеленок. Что самое интересное, Коцит обожает дедушку Донована, не чает в нем души, всегда спокойно сидит у него на руках и слушает его рассказы о бабушке, зато Хилер очень быстро теряет меня и начинает свой истеричный плач. Дедушка Донован очень изменился за это время, бросил работу шерифа и стал подрабатывать охранником в местной школе. Поэтому очень много времени помогал нам, приходил в гости и нянчился с любимыми внуками. Коцит, как я и думала, обзавелась кудряшками, а Хилер рос черноволосым сердцеедом. Свадьба Ксавье и Джанин была назначена на 17 декабря 2027 года. Она просто мечтала, чтобы шёл снегопад, и чтобы не вызвать диссонанс в природе решила попросить у неё снег в подходящее для него время года. Мы с Тайлером планировали поехать к ним на пару дней, он очень нервничал насчёт того, что придётся оставить детей с моими родителями, он доверял им, но боялся, что они слягут с нервным срывом, однако то, как Коцит и Хилер стали ползать и пытаться ходить за вещью по всему дому, падая на попу, мучая его и дергая за пальцы, вызвало в нем невероятную радость и смех. Мама сияла от осознания того, что станет полноценной бабушкой на эти пару дней. Отец тоже был в восторге, а восемнадцатилетний Пагсли был занят Ниной почти каждый день, они были как мы с Тайлером, не отлипали друг от друга, видимо, Аддамсы и вправду однолюбы. -"эти два люциферчика в безопасности, моя дорогая, не волнуйся" - сказал отец. Ларч рычал на них издалека, изображая мрачное чудовище. А они кричали, визжали и отнимали друг у друга вещь, словно он игрушка. Мы с Тайлером наконец выдохнули. Это был рай. Два дня в компании только друг друга. Без детей. Мы не могли надышаться друг другом. И сразу, как только выехали на своей машине из дома, заехали в ближайший лес по пути к Ксавье, и я перелезла к нему на колени. -"как мне не хватало этого" - говорю я, целуя его шею. -"думаешь все будет в порядке?" -"черт, да что может случиться?!лучше помоги мне расстегнуть эту дурацкую ширинку" - возмущаюсь я, ругаясь. -"моя любимая жена, успокойся, выдохни, ты сама не своя, иди сюда" Он целует мою шею и по всему телу снова бегут знакомые электрические заряды. Я все ещё кормлю грудью, и она просто огромная, такая, что не может не возбуждать нас обоих. Он стягивает с меня топ и наслаждается целуя её, хоть для меня это что-то странное, все мои нервы натягиваются от этого как струнки. -"я так хочу тебя, хочу не сдерживаться, кричать, и утыкаться в твои ключицы" - говорю я, стаскивая с себя джинсы. Мы снова начали предохраняться потому что с тем количеством секса, что у нас есть я бы смогла вновь родить ещё десять детей за это время... -"а как я хочу этого? М? Если бы ты только знала какая ты красивая" - снова выдыхающим голосом говорит он и снимает с меня остальную одежду. -"б***ь я вообще не понимаю, как можно родить двоих детей и выглядеть так сексуально как ты...от тебя постоянно исходят какие-то флюиды, и это сносит мне крышу"-продолжает он сводить меня с ума словами, надевая презерватив. -"иди ко мне". Он тянет свои пальцы, освобождая меня от оков в моем мозгу и от напряжения в теле, и я за секунду отключаюсь от всего этого материнского кошмара... Я выкрикиваю его имя на весь этот чёртов лес. Его тело такое красивое, оно как было великолепным, таковым и осталось, если не стало ещё прекраснее. Мой любимый, сумасшедший, сексуальный муж... Он держит мои бедра своими сильными руками и направляет мои движения. Я всю жизнь готова чувствовать эти руки на себе. -"я обожаю тебя". ****(Тайлер) Я так люблю свою семью, что иногда не понимаю, как смог отыскать их во всем том мраке, что окружал меня. Мне досталась самая невероятная женщина в мире. Кружка кофе, всего какая-то одна кружка кофе свела нас в тот день. А теперь я сижу в нашей машине, держа её хрупкое, стройное и безумно сексуальное тело на себе, а дома нас ждут двое наших прекрасных малюток. Моя чудесная Коцит, которая всегда готова слушать меня, засыпать на моих руках и смотреть на меня своим милым личиком с кудрявыми темно-русыми волосами и зелёными ведьмиными глазами и мой потрясающий черноглазый Хилер, до ужаса напоминающий мне его маму, который просто с ума сходит без нее, хоть он и засыпает со мной, но всегда тревожно ждёт, когда откроется дверь, и она возьмёт его на руки. Уэнсдэй так переживала, но стала превосходной матерью, хоть Коцит и изводит её своим постоянным рёвом, она очень её любит, я знаю это, я это чувствую, между нами с ней такая связь, которую не передашь словами. Думаю, когда она вырастет это будет противостояние двух стихий. А мы с Хилером вынуждены будем останавливать их чтобы не привести дело к массовым разрушениям. Сегодня, оставив их, я чувствую себя курицей-наседкой, которая в отличии от моей любимой жены не может так быстро переключить свои мысли. Конечно ровно до того момента как я не вижу её прекрасную грудь перед собой. Здесь отключается абсолютно всё. Её взгляд в мои глаза, разряд тока между нами, и я уже не помню, как надел презерватив и забыл обо всем на свете, оставляя своими пальцами следы на её белоснежной коже. Трогаю её внизу и чувствую, как утопаю в её любви ко мне. Вместе с моей любимой женой, сидящей сверху меня на водительском сидении нашего угольного Шевроле в каком-то "шервудском лесу" и интенсивно выкрикивающей моё имя, я за считанные минуты теряю контроль и тепло наших животов сводит нас в одну волну удовольствия. -"чееерт...это было потрясающе" - говорю я. -"Галпин, почему я так бесконечно в тебя влюблена? Где ты взял это долговечное любовное зелье? Есть противоядие? А ну колись" - издевается она. -"его нет, ты будешь любить меня вечно" -"и я обречена на такие вылазки? " -"боюсь, что да" -"тогда я счастлива" - говорит она и целует меня в губы, перелезая обратно. Мы одеваемся и собираемся на свадьбу наших дорогих друзей. -"я тоже" -"м?" -"я тоже счастлив с тобой, Уэнсдэй Галпин".