Второй шанс

Гарри слегка зевнул, проходя по коридору в сад, он впервые шел туда самостоятельно, Рабастан и Родольфус встретят его там через пятнадцать минут, и он был рад, что у него есть немного времени для себя. Газеты должны были быть опубликованы на следующий день, и в поместье было напряженное ожидание, все ждали событий, связанных с выходом газет, чтобы использовать их в своих интересах. Гарри переложил книгу под мышку и пошел дальше по коридору, который вел в сад, как вдруг из-за угла появилась фигура в мантии. Они оба замерли, у Гарри участилось сердцебиение, а рука с палочкой дернулась наготове, когда Пожиратель смерти внезапно отвесил поклон. — Мой Лорд, — вежливо сказал он, отступая с дороги Гарри, но все еще находясь в полупоклоне. — Спасибо, — неуверенно сказал Гарри, нервно проведя рукой по вздутию живота, и ему удалось привлечь к нему внимание. — Милорд, позвольте поздравить вас, — Пожиратель смерти нервно посмотрел на него, явно задаваясь вопросом, не перешел ли он границы дозволенного, но Гарри начал улыбаться. — Большое спасибо, — тепло сказал Гарри, тот факт, что так много людей радовались появлению их с Томом сына, все еще согревал его. — Здоровья вам и нашему будущему принцу, милорд, — ярко улыбнулся Пожиратель смерти, снова склоняясь в глубоком поклоне. — Спасибо, — кивнул головой Гарри, прежде чем выйти в сад, его мысли немного кружились в голове. Он уже привык, что с ним обращаются с некоторым благоговением, но Пожиратель смерти отнесся к нему с уважением. Усевшись на скамейку, которую он нашел под плакучей ивой у небольшого ручья, протекавшего через сад поместья, он открыл книгу о мужской беременности, которую захватил с собой, и откинулся на спинку скамейки с небольшой улыбкой: напряжение и беспокойство, о которых он даже не подозревал, вырвались из его груди. Он как раз читал о различиях между маткой и магическим карманом, в который был заключен его сын, как вдруг к нему поспешно подошли Рабастан и Родольфус. — Что-то не так? — спросил он, опустив книгу, когда двое мужчин, запыхавшись, остановились рядом с ним. — Наш лорд решил устроить трапезу и праздник в честь младенца и газеты завтра. И он хочет, чтобы ты присутствовал хотя бы на трапезе рядом с ним, — взволнованно проговорил Рабастан. — Что это значит? — нервно спросил Гарри, понимая, что здесь есть нечто большее, чем просто пойти, учитывая выражение лиц Родольфуса и Рабастана. — По сути, он объявляет тебя своим супругом и партнером, — объяснил Родольфус. — Ты имеешь в виду… — Гарри потрясенно отстранился. — Он объявляет о намерении жениться на тебе в будущем, но с сегодняшнего вечера ты будешь неофициально носить титул лорда-консорта, официально — если наш лорд объявит об этом, — кивнул Рабастан. — Мерлин! Но… Но я… я не могу быть его консортом! — Гарри неистово затряс головой. — Гарри! Я думал, вы двое… — пробормотал Родольфус, и он, и Рабастан протрезвели от слов Гарри. — Что? — Гарри нахмурился. — Я думал, что вы вместе, что он тебе нравится, — сказал Родольфус. — Так и есть, нравится! Но… мне шестнадцать, я почти ничего не знаю о волшебных традициях, законах или этикете, я ничего не знаю о Темных искусствах, я был чертовой главной фигурой светлой стороны последние пятнадцать лет, не говоря уже о том, что должно быть около сотни ведьм и волшебников, которые гораздо больше подходят на роль его консорта, чем я, это было бы правильно, чертов Драко Малфой был бы лучше на его стороне, чем я! — разглагольствовал Гарри. — За исключением того, что ты — тот, кто ему нужен. Все эти сотни ведьм и волшебников боялись бы его, они были бы испорчены своим положением, они были бы высокомерны. А ты нет, ты относишься к своему положению с уважением, которого оно заслуживает, и ты не относишься к Волдеморту как к кому-то, кроме как к своему партнеру, ты кричишь на него, ты смотришь на него, ты отчитываешь его, ты заставляешь его улыбаться и смеяться и делаешь его счастливым. И именно поэтому он выбрал тебя. Остальное ты сможешь отработать и выучить в кратчайшие сроки с нашей помощью, а что касается того, чтобы быть главной фигурой светлой стороны, то это был не совсем твой выбор, и ты уже выбрал и очень помог темной стороне, — сказал Фенрир, обходя дерево сбоку, отчего Рабастан и Родольфус подпрыгнули и направили на него свои палочки. Гарри только потрясенно моргнул. — Он прав, Маленький Лорд, ты можешь так не думать, но ты — лучший выбор для нашего Лорда, ты делаешь его счастливым и пробуждаешь его в себе. Он не женился, потому что никогда ни к кому не испытывал тех чувств, которые должны испытывать супруги, и потому что знал, что любой, кто выйдет за него замуж, выйдет за него не ради него самого, а из-за положения, которое он занимает, и положения, которое они смогут получить, став его партнером, — согласился Родольфус, опуская палочку. — Но… — Гарри нахмурился, тяжело опустившись обратно на скамейку. — Как ты думаешь, ты сможешь полюбить его? — мягко спросил Фенрир, садясь рядом с Гарри. Темноволосый подросток задумался о последствиях честного ответа на этот вопрос: время, проведенное среди Слизеринцев, пробудило его собственную слизеринскую сторону, и он знал об опасностях, связанных с предоставлением людям доступа к своим чувствам. Но ему казалось, что эти люди действительно заботятся о Томе и, возможно, немного о нем самом. — Думаю, я уже влюбляюсь в него, — тихо ответил Гарри. — Тогда это все, что действительно имеет значение. Он хочет, чтобы ты был рядом с ним, официально, это его способ сказать это тебе и всем остальным, — Рабастан ярко улыбнулся. — Да я выставлю себя идиотом, я чуть не упал на Йольском балу! -простонал Гарри. — Мы будем направлять тебя, как и наш Лорд, а сейчас нам нужно вернуть тебя обратно и выбрать, что ты наденешь сегодня вечером, Марко, один из мужчин из моей стаи здесь, чтобы помочь тебе одеться как можно лучше, — сказал Фенрир, осторожно поднимая Гарри на ноги, и, не обращая внимания на последующий взгляд, начал вести его обратно к поместью. — Одеть?! — Гарри практически завизжал. — Все союзники и люди нашего Лорда будут там, это банкет, такого он еще не проводил, это большое празднование, ты должен выглядеть соответствующе! — взволнованно сказал Родольфус. — И как твои официальные телохранители мы сможем сидеть с тобой за верхним столом, — засмеялся Рабастан, практически подпрыгивая, пока они шли по территории. — Не волнуйся, от тебя не будут требовать знакомства, это официальное приветствие для тебя, объявление твоей должности, чествование будущего Темного Принца, огромный шаг в поражении светлой стороны, — Фенрир утешил Гарри, видя его слегка расширенные глаза. — Людей не будет беспокоить, что после всего этого времени я занимаю это место? — Гарри нахмурился. — Гарри, я не думаю, что ты знаешь, как сильно Темная сторона уважает тебя. Тебе удалось шесть раз избежать гибели от руки нашего Лорда, пока ты был еще молод, ты силен, тебе удалось одержать верх над Люциусом и рядом других Пожирателей смерти. Милорд рассказал всем о событиях с Орденом и о побеге, который вы совершили, сбив их с пути. К тому же, ты уже являешься будущим наследником стольких старых и почти мертвых родословных, что мало кто будет возражать против твоего места рядом с нашим Лордом, — покачал головой Фенрир. — Хорошо, хорошо, — кивнув, Гарри сделал несколько глубоких вдохов. — Но я действительно не очень хорош на публике! — Милорд, — поклонился пятидесятилетний мужчина, когда Фенрир ввел Гарри в Зеленую комнату. — Рабастан, мне нужен Северус! — Гарри повернулся к мужчине, который смотрел на него немного растерянно. — Я хочу, чтобы Северус был здесь! Я хочу, чтобы он был здесь, — повторил Гарри в панике. — Хорошо, все в порядке, Маленький Лорд, я пойду и приведу его прямо сейчас! — Рабастан быстро кивнул, уже выходя из комнаты. Вдохнув еще раз, Гарри повернулся к мужчине. — Ты Марко? — спросил Гарри, нервно оглядывая мужчину. — Это я, я здесь для того, чтобы ты выглядел наилучшим образом для сегодняшнего вечера, — Марко тепло улыбнулся, помогая немного успокоить нервы Гарри. — Гарри? Все ли в порядке? Рабастан сказал, что я тебе нужен, — спросил Северус, войдя в комнату двадцать минут спустя. — Ах, извините, мы на минутку, — Гарри растроганно улыбнулся остальным, затем схватил Северуса за руку и потащил его в угол, накладывая заглушающие чары. — Я буду очень, очень признателен, если ты останешься со мной, потому что я очень волнуюсь, и мне очень, очень нужен кто-то, кто успокоит меня, и ты меня успокоишь, — пробормотал Гарри, цепляясь за рукав мантии Северуса. — Хорошо, Гарри, я останусь с тобой, но тебе нужно присесть на минутку, хорошо? — Северус успокаивающе сказал, подводя Гарри к дивану и усаживая его. — Мисси, принеси, пожалуйста, Гарри ромашковый чай, — попросил он домового эльфа. — Северус, нам нужно… — Фенрир нахмурился. — Сейчас Гарри нужно успокоиться и немного прийти в себя, пока его кровяное давление не зашкалило, — шипел Северус, глядя на оборотня, в то время как Мисси ворвалась с дымящейся чашкой чая и протянула ее Гарри, похлопав его по руке, когда он слабо улыбнулся ей. — Сделай несколько глубоких вдохов и выпей чай, — улыбнулся Северус Гарри. — Спасибо, Северус, — вздохнул Гарри, закрывая глаза и пытаясь успокоиться. — Все в порядке, не волнуйся ни о чем, Гарри, наш Лорд позаботится о том, чтобы все прошло гладко и чтобы ты был в порядке, он не оставит тебя на всю ночь, и тебе, вероятно, придется остаться только на некоторое время после трапезы, — Северус нежно похлопал его по руке. — Хорошо, я успокоился, извини, — вздохнул Гарри. — Все в порядке, это важное дело, не волнуйся, — улыбнулся ему Родольфус. — Милорд, я думаю, что вам нужно надеть что-то, демонстрирующее животик ребенка, это модно, да и для принца это праздник, — тихо сказал Марко через несколько минут, когда Гарри кивнул ему и улыбнулся чуть более искренне. — О, хорошо, — кивнул Гарри, это имело смысл. — Я думаю о темно-зеленом шелке с серебряным шитьем — это цвета Слизерина, и он будет фантастически смотреться с вашими глазами и цветом кожи, сапоги из драконьей шкуры будут более удобными для вас, может быть, слегка расширяющиеся рукава с узкими черными рукавами под ними, — размышлял Марко, слегка наклонив голову и глядя на Гарри. — Могу я снять с вас мерки, милорд? — нервно спросил он. Кивнув, Гарри встал, как было велено, и стал ждать, пока рулетка порхала вокруг него, измеряя длину рук, ног, ширину груди и живота. В следующее мгновение Марко исчез, бормоча что-то о шелках и оттенках, а женщина, которую Северус назвал Марией, вошла, чтобы сделать ему прическу. У нее ушел почти час на мытье волос в преображенной раковине, а затем на стрижку и укладку. Когда она закончила, Фенрир сказал ему, что у него есть еще несколько часов, но он решил вернуться в свою комнату, чтобы вздремнуть, если уж ему придется встретить вечер в таком виде.

***

Когда он проснулся, то почувствовал, что рука нежно гладит его по животу. Медленно приходя в себя, он слегка пошевелился, прежде чем осознал свои ощущения и тот факт, что он был один, когда заснул. Открыв глаза, он рывком поднялся, направив палочку на постороннего, и увидел, что на него смотрят шокированные красные глаза. — Том?! — выдохнул Гарри, падая обратно на кровать. — Я извиняюсь, ты не был таким нервным уже несколько недель, — нахмурился Том, немного приподнявшись на кровати, чтобы провести рукой по лицу Гарри. — Прости, просто я немного на взводе, — вздохнул Гарри, слегка протирая глаза, чтобы попытаться снять с них тяжесть. — Фенрир сказал, что ты был немного обеспокоен ранее, — тон Тома был вопросительным. — Том… ты уверен в этом? — тихо спросил Гарри, избегая взгляда Тома. — Гарри, я знаю, что я не очень хорошо понимаю, что происходит между нами, и мои собственные чувства к тебе, но я никогда не чувствовал к тебе того, что я чувствую к кому-то другому, я хочу, чтобы ты был рядом со мной, как мой консорт, это единственное место, которого ты заслуживаешь в моей жизни, — мягко сказал Том, его красные глаза нежно искали лицо Гарри. — Ты можешь отказаться. — Дело не в этом… я не хочу тебя подводить, — вздохнул Гарри. — Гарри, — Том улыбнулся, покачав головой, и наклонился, чтобы прикоснуться к их губам. — Ты никогда не подведешь меня, — твердо сказал он. — Мы можем быть счастливы вместе, не так ли? — мягко спросил Гарри, запустив пальцы в волосы Тома. — Ты уже сделал меня счастливее, чем я могу припомнить в своей личной жизни, — тихо признался Том, опуская лицо, чтобы зарыться в шею Гарри. — Ты сделал меня счастливее и безопаснее, чем я могу вспомнить, — улыбнулся Гарри. — Я знаю, что нам многое предстоит преодолеть. Но я хочу, чтобы мы были семьей, втроем, и, может быть, еще пара детей в будущем, — тихо сказал Том, уткнувшись в шею Гарри. — Еще трое, — усмехнулся Гарри, когда Том отстранился, чтобы подмигнуть ему. — Мы достаточно сильны друг для друга, четверым будет вполне по силам, — пожал он плечами. — Еще три, — задумчиво произнес Том и предупреждающе ухмыльнулся, прежде чем опуститься и захватить губы Гарри в один из своих поцелуев, от которых сердце Гарри заколотилось в груди, а разум полностью отключился. От счастья он крепче вцепился в волосы Тома и целовал его в ответ, пока Том не отстранился со стоном. — Нам нужно подготовиться к сегодняшнему вечеру. — Примешь со мной ванну? Я хочу немного понежиться, — бессознательно спросил Гарри, слегка надувшись. — Мисси набери для нас ванну, не слишком горячую, — ответил Том. Через несколько секунд из ванной донесся звук включенных кранов, заставивший Гарри радостно улыбнуться. Том мягко поднял Гарри на ноги и стал раздевать его с осторожностью, от которой сердце Гарри снова забилось. Его длинные бледные пальцы медленно расстегивали пуговицы рубашки Гарри и Тома, а затем медленно и мучительно медленно стягивали ее с его плеч, проводя губами по бледной коже, которую он обнажал. Его пальцы проворно расстегнули брюки Гарри, которые снова стали немного тесноваты, и спустили их с его ног вместе с трусами. Взяв Гарри за руку и поведя его в ванную, он быстро и беззаботно разделся. Когда он впервые оказался голым перед Томом, он чувствовал себя невероятно неловко, особенно из-за того, каким большим был его живот, но после того, как Том провел почти час, целуя, облизывая и покусывая каждый сантиметр его тела, он понял, что Том его привлекает. Он проследовал за Томом через ванную комнату к глубокой ванне на когтеобразных ножках, которая теперь была наполнена теплой водой и пузырьками. Том быстро вошел в ванну и протянул руку, чтобы помочь Гарри войти, подросток усмехнулся, забавляясь его суетой, и осторожно шагнул в ванну. Том уселся на спинку ванны, а затем потянулся вверх и взял Гарри за руку и бедро, чтобы помочь ему спуститься, несмотря на противоскользящие чары, которыми Мисси покрыла ванну. Наконец Гарри снова прижался к груди Тома, руки Темного Лорда удобно обвились вокруг его талии, а его ладони были разложены по обе стороны от детского бугорка, и он чувствовал себя совершенно забавно, откинув голову на плечо Тома. — Я не покину тебя весь вечер, обещаю, — мягко сказал Том после почти двадцати минут, когда они расслабились и просто наслаждались покоем и контактом. — Прошу тебя, не надо, я не очень хорошо разбираюсь в том, что касается публичности, на балу Йоля я чуть не развалился, — поморщился Гарри. — Не надо, я буду рядом с тобой, и когда ты захочешь уйти, просто скажи мне. Ты должен быть консортом Слизерина, ты там самый высокий из всех, — пробормотал Том ему в плечо, успокаивающе поглаживая его живот. — Я встретил одного из Пожирателей смерти в коридор, — задумчиво сказал Гарри. — О? — Он поклонился мне и поздравил с рождением ребенка, — улыбнулся Гарри. — Ты уже пользуешься их уважением за то, что тебе удалось провернуть, — усмехнулся Том. — Никто из них не сказал бы мне этого в лицо, пока ты не стал на нашу сторону. — Мне кажется, что я должен извиниться, — хмыкнул Гарри. — Не знаю, ты невероятно привлекателен, когда вызывающе смотришь на меня, — прошептал Том ему на ухо, его рука скользнула вниз, чтобы обхватить уже наполовину твердую плоть Гарри, отчего Гарри застонал и выгнулся дугой. — Тебе нравится, когда я веду себя вызывающе? — Гарри удалось выдохнуть, потянувшись вниз, чтобы схватить Тома за запястье. — Когда ты пришел ко мне в кабинет на прошлой неделе, крича на меня о той жабе, Мерлин, я хотел только одного — положить тебя на мой стол и заставить выкрикивать мое имя от удовольствия, — прошептал Том на ухо Гарри, начав двигать рукой в безумно медленном темпе. — Почему ты этого не сделал? — Гарри задыхался, закрыв глаза, когда удовольствие, всегда такое близкое к поверхности, пронеслось по его телу. — Потому что никто, никто другой не сможет увидеть тебя таким, не сможет увидеть, как великолепно ты выглядишь, когда кончаешь, увидеть твое прекрасное тело, услышать звуки, которые ты издаешь, они принадлежат мне и только мне, — шипел Том на парселтанге, покусывая мочку уха Гарри, и Гарри громко задышал. — Только ты, только ты, — судорожно кивнул подросток, сгибая колени, когда пальцы Тома прошлись по его тяжелым яичкам и спустились к входу. — Только я, — согласился Том. — А теперь, как насчет того, чтобы помочь тебе немного расслабиться перед сегодняшней ночью? — Он ухмыльнулся, вдавливая кончик пальца в Гарри. — Это действительно твой долг, — кивнул Гарри, снова двигая телом, нуждаясь в трении, которым его дразнили. — Это правда, — серьезно сказал Том, затем снова ухмыльнулся и одним плавным движением полностью ввел палец в Гарри.

***

Гарри глубоко вздохнул, проведя рукой по мантии, и выдохнул с трудом. После совместной ванны и слов Тома он чувствовал себя немного спокойнее, но перед предстоящим через полчаса праздником его снова трясло. — Мерлин… — вздох Тома заставил его отвернуться от зеркала, где он рассматривал себя в новой мантии, которая облегала его детский бугорок, шелк подчеркивал его и плотно обнимал его формы. Он не был уверен, что именно думает об этом, конечно, рубашки Тома теперь немного обтягивали его живот, но из-за разницы в размерах обычно это было не так заметно, как в этих халатах. Хотя он должен был признать, что Марко проделал потрясающую работу, особенно учитывая время, которое у него было. Зеленый цвет был больше похож на лесной, черные рукава проходили чуть ниже запястий под чуть более длинным и широким рукавом из зеленого шелка. Мантия спускалась до живота и талии, а затем резко раздувалась, отчего ткань казалась почти водяной. Халат застегивался чуть ниже бедер на правой стороне груди черными пуговицами с драгоценными камнями, подозрительно похожими на оникс. Внутренняя сторона мантии была абсолютно черной и подчеркивала цвет зелени. На нем были мягкие черные брюки из египетского хлопка, который, как ему сообщили, на ощупь был почти таким же мягким, как шелк его мантии, а черные сапоги из драконьей шкуры ждали, когда их наденут. При взгляде на Тома ему пришлось побороть желание провести руками по этому чертовски красивому телу, к которому он прижимался всего полчаса назад. Теперь он мог видеть, что мантии Тома, очевидно, были созданы как противоположность его собственным мантиям. Внешняя сторона мантии Тома была черной, а внутренняя — зеленой, зеленые рукава спускались чуть ниже запястий под более длинной и широкой черной тканью. Они были шелковыми и распускались на талии, серебряные пуговицы шли по левой стороне груди. Он выглядел элегантно и царственно в своей мантии, каждый дюйм Лорда, которым он был. — Мерлин, Гарри, ты выглядишь… — начал было Том, но сделал паузу, видимо, теряясь в словах. — Что? Разве я не выгляжу нормально? Это выглядит глупо на моем животе? Я выгляжу огромным, не так ли? Я выгляжу так, будто у меня был… — Гарри моргнул, когда его подбородок схватили, и рот Тома прижался к его рту, его язык сразу же проник в рот Гарри. — О, значит, тебе нравится? — Гарри моргнул, когда отстранился, оставив Тома облизывать губы и жадно смотреть на него. — Ты выглядишь совершенно восхитительно, — вздохнул красноглазый мужчина, окидывая взглядом формы Гарри. — Я никогда не носил ничего подобного раньше, — признался Гарри, снова проведя руками по мантии. — Они тебе идут, и ты заслуживаешь этого и даже больше, — Том взял руки подростка, поднял их и поцеловал тыльную сторону. — Ты выглядишь… потрясающе, — тепло улыбнулся Гарри, проводя руками по груди Тома. — Я… спасибо тебе, — Том посмотрел на Гарри немного потерянно, заставляя его задуматься, когда в последний раз кто-то делал ему комплимент, если он отложит это на задворки своего сознания, чтобы делать это чаще, когда он резко затрепетал ресницами, глядя на Тома. — Чего ты хочешь? — Том слегка улыбнулся. — Мне нужно помочь надеть ботинки, они на шнуровке, а я не могу дотянуться, — немного запыхался Гарри. — Давай, — Том улыбнулся чуть шире, подтаскивая подростка к их кровати и усаживая его, после чего призвал ботинки к себе, опустившись перед ним на колени. Гарри молча наблюдал, как пламя в его груди разгорается все сильнее, пока Том надевал и зашнуровывал ботинки, на его обычно пустом лице было спокойное и теплое выражение, и не было ни малейшего признака того, что он чувствует себя обделенным. Это пламя постепенно разгоралось все больше и больше, начиная с того вечера, когда он вошел в кабинет Тома, не зная, чего ожидать, и он понял, что сказанное ранее было правдой — он влюбился в Тома. — Спасибо, — улыбнулся он Тому, когда закончил, собираясь встать, но руки Тома на его коленях остановили его. Зеленые глаза с любопытством смотрели вниз, пытаясь понять, что еще нужно, ведь времени у них было в обрез. — Гарри, я хочу, чтобы ни у тебя, ни у кого другого не осталось сомнений в том, какова твоя роль в моей жизни, и чем, я надеюсь, мы сможем стать. — Это кольцо супруги Салазара Слизерина, я бы хотел, чтобы ты его носил, — тихо сказал Том, не глядя на своего любовника, доставая черное металлическое кольцо с изумрудами в волнистом узоре по всему периметру. Подросток задохнулся, прикрыв рот правой рукой, и уставился на кольцо. — Т… Том… — Он заикался, широко раскрыв глаза. — Ты можешь отказаться, я пойму, — Том попятился, собираясь встать, но Гарри начал сползать на пол, и старший мужчина бросился ему на помощь, боясь, что он поранится. Опустившись на колени, Гарри взял лицо Тома в свои ладони и заставил его встретиться с ним взглядом. — Ты делаешь это из-за ребенка? — серьезно спросил Гарри. — Ребенок — часть этого, но самая большая часть — это ты и я, то, что ты значишь для меня, и то, какими я хочу нас видеть. Я хочу, чтобы ты был моим супругом, ни к кому другому я не испытывал таких чувств, — честно ответил Том. Молчание между ними казалось ему вечностью, когда Гарри опустился на колени, сканируя его лицо. — Да, — наконец улыбнулся Гарри, поглаживая большим пальцем рельефные скулы Тома, когда шок пересек его черты. — Да? — неуверенно спросил Том, не желая ошибиться и не веря, что его молодой любовник имел в виду то, о чем думал. — Да, я буду носить твое кольцо, — усмехнулся Гарри, целуя Тома в нос, а затем в губы. Том глубоко вдохнул, внезапно осознав, что не сделал этого должным образом с тех пор, как начал этот разговор, но он быстро надел кольцо на палец Гарри и снова улыбнулся, наблюдая, как кольцо слегка светится, подстраиваясь под размер безымянного пальца Гарри. — Спасибо, — выдохнул Том, слегка улыбнувшись, когда провел большим пальцем по кольцу. — Нет, спасибо, это, это… — Гарри отстранился, почувствовав, что его глаза наливаются кровью. — Гарри?! — Том задохнулся, выглядя обеспокоенным, его улыбка померкла, когда он заметил слезы. — Мне так жаль! Я просто очень счастлив. Это просто смешно! — Гарри фыркнул, пытаясь отвернуться и вытереть глаза.