Второй шанс

— За всю свою жизнь я не видел ничего настолько плохого, — пробормотал Родольфус. — А ведь я был женат на Беллатрисе… и видел её голой, — проворчал он. — Это очень тревожно, — Северус кивнул в знак согласия. — Это… — Рабастан только покачал головой. — О чем вы говорите? Почему ты стоишь в дверях? — Том нахмурился, когда они с Фенриром подошли к троице. — Что-то невероятно тревожное и неправильное, милорд, — кивнул Рабастан, не отрывая взгляда от открывшегося перед ними зрелища. — С Гарри все в порядке? — обеспокоенно спросил Том, хмуро глядя на странно ведущих себя слуг. — Да, он в полном порядке, — быстро заверил Северус, не отрывая взгляда от происходящего перед ним. — Тогда что происходит? — вздохнул Фенрир, начиная раздражаться. — Я думаю, Гарри усыновляет Малфоев, — сказал Родольфус, заставив Тома и Фенрира потрясенно переглянуться. Они заглянули через дверь в зелёную комнату и уставились на то, что там обнаружили. Гарри и Люциус сидели на диване, Драко расположился у ног Гарри. Вокруг них на всех поверхностях лежали образцы красок и обоев. Том и Фенрир никогда не видели лиц Малфоев такими открытыми и дружелюбными, за исключением тех случаев, когда они находились рядом с Северусом, и тех нескольких случаев, когда их заставали врасплох. Люциус улыбался, поглаживая по колену детское одеяльце цвета морской волны и указывая на обои определённого цвета. Гарри принес много детских вещей, которые они купили для детской, и Драко прижимал к кроватке еще одну обоину. А Гарри с теплым выражением лица сидел, поджав ноги, практически на коленях Люциуса, и радостно болтал с Малфоями, причем выражение его лица говорило Тому о том, что у него проблемы, и он не избавится от Малфоев в ближайшее время, даже если захочет. Вздохнув и покачав головой, Том направился в комнату, остальные последовали за ним, удивляясь тому, каким сердцем обладал его Супруг и как он умел собрать самых трудных из его последователей и увлечь их за собой. Рабастан и Родольфус были обаятельны и остроумны, но чтобы они проявили преданность, и не только это, но и дружбу, и то, как сильно им нравится Гарри, — это было почти неслыханно для двух братьев, переживших в своей жизни столько предательств и двуличия. И они становились всё лучше, открывались, были более доверчивыми и искренне дружелюбными с другими, казалось, начинали искренне доверять тем немногим друзьям, которые у них были в жизни, но которых они всегда держали на расстоянии вытянутой руки. Гарри не замечал этого, потому что никогда не видел, какими были братья раньше, но то, как он повлиял на них, было неоспоримо. — Что ты задумал? — спросил Том, опуская руку на плечо Гарри. — Эй, уже пора обедать? — спросил Гарри, посмотрев на часы. — Да, а что ты делаешь? — повторил Том. — До родов осталось всего пара недель, а мы еще не думали о том, как украсить детскую. Драко и Люциус помогают мне просматривать все это, чтобы выработать какие-то предложения для нас обоих, — улыбнулся Гарри. — Я… я прошу прощения, я был так занят последние пару недель, что почти забыл, что нам ещё нужно украшать, — мрачно проворчал Том. Как он мог забыть, что им нужно украсить комнату сына? — Ребята, вы не могли бы пройти в столовую раньше нас? — Гарри улыбнулся остальным. Том поймал на себе пристальный взгляд Фенрира, прежде чем оборотень вежливо подал руку Драко, чтобы тот поднялся на ноги. Покрасневший Северус позволил Люциусу соединить их руки так, чтобы Северус держался за локоть Люциуса, после чего все быстро удалились в свои покои. Его супруг выглядел очень довольным, наблюдая за их общением. — Мне очень жаль, Гарри, — вздохнул Том, как только дверь закрылась. — Сядь, Том, — Гарри легонько подтянул его к себе и усадил рядом с Гарри на диван. Младший мужчина перекинул ноги через бедра Тома и устроился поудобнее. Его пальцы рассеянно играли с пальцами Тома на его коленях, а зеленые глаза пристально смотрели на Тома. — Тебе не за что извиняться, Том, послушай меня! — твердо сказал Гарри, когда Том открыл рот. — Ты был занят делами, которые не мог отложить, особенно если учесть, что скоро родится ребенок, и я буду ожидать, что ты будешь рядом с ним. Том, будут времена, когда ты будешь занят и находиться вдали от нас определенное время, — это необходимо, чтобы ты был таким, какой ты есть. Я знаю это, и наш сын тоже. Так же как я знаю, что ты всегда найдешь время для нас и будешь с нами, когда мы будем в тебе нуждаться, что ты будешь рядом для важных вещей, и когда у тебя будет время, ты будешь с нами. — Это важно, — пробормотал Том, рассматривая все образцы красок, узоров и обоев. — Я знаю, что это так, поэтому, чтобы облегчить задачу, я, Люциус и Драко просмотрели всё это, чтобы свести к тому, что, как мне кажется, понравится тебе, а также к тому, что нравится мне, и что будет сочетаться с мебелью и всеми вещами, которые мы купили. Потом мы с тобой вместе сядем и выберем, и тогда мы не будем тратить час на то, чтобы разобраться во всём этом, — улыбнулся Гарри, ласково гладя Тома по лицу. — Том, моя работа заключается в том, чтобы убрать с твоей тарелки всё ненужное и оставить то, что больше всего требует твоего внимания. — Я должен был подумать, что это нужно сделать, — Том все еще не был готов к тому, чтобы его успокаивали, поэтому Гарри наклонился вперед и прикоснулся к их губам. — Том, прошло всего три недели после всего, что произошло с Беллатрисой, не говоря уже обо всех договорах и последователях, которые стали поступать после окончательной публикации твоей истории. Более чем понятно, что это вылетело у тебя из головы, это вылетело у меня из головы, пока Северус не сказал мне, что целитель Бернс начинает готовиться к родам, — заверил его Гарри, расчёсывая пальцами волосы на висках Тома так, как он любил. — Это обман, — простонал Том, откидывая голову на спинку дивана и впитывая ощущение тепла и близости своего Супруга. — Консорт Тёмного Лорда, — сказал Гарри, чем вызвал изумлённый смех Тома, который, приоткрыв покрасневшие глаза, увидел наглую ухмылку на губах Гарри. — Так-то лучше, — удовлетворенно произнес Гарри, слегка поморщившись и положив голову на плечо Тома. Том обхватил Гарри за талию, хотя мог обхватить его только наполовину, учитывая большой живот Гарри, который, казалось, сильно увеличился за последние две недели, как будто их сын уверял их, что он совершенно здоров после всего случившегося. Гарри был и рад, и огорчен этим увеличением в зависимости от дня. Том не знал, что с собой делать, когда однажды вечером Гарри разрыдался из-за того, что он толстый, и начал сыпать проклятиями, когда Том заверил его, что он по-прежнему выглядит великолепно, вместо того чтобы сказать ему, что он не толстый. — Ты готов к нашей встрече после обеда? — тихо спросил Том после того, как они некоторое время посидели в молчании, наслаждаясь тишиной. Они знали, что им пора идти обедать, но аппетит Гарри становился все меньше по мере того, как он переходил на восьмой месяц, и Бернс уверял их, что это просто ребенок занимает больше места и давит на живот. — Жду не дождусь, — обрадовался Гарри, машинально взглянув на камин, где стояла копия снимка в рамке — рамка Северуса и оригинал снимка стояли в вечерней гостиной. — Мы можем отправить копию в газеты сегодня днём, чтобы вечером добавить, не стоит заставлять твоих друзей ждать, — сказал Том, в его тоне чувствовалось веселье. — Нет, они могут просто ворваться в поместье посреди ночи, чтобы увидеть это. Знаешь, мы ещё не говорили о крёстных родителях, а в книгах написано, что по традиции они должны быть выбраны до рождения ребёнка, — хмыкнул Гарри. — Полагаю, я прав, когда говорю, что крестной матерью будет мисс Грейнджер? — спросил Том. — Да, но я подумал, может быть, крестных будет больше, чем двое? предположил Гарри. — Это не редкость, о ком ты подумал? — с любопытством спросил Том, поднимая голову, чтобы посмотреть на Гарри. — Ну, Фенрир, насколько я могу судить, твой самый близкий друг, — Гарри положил подбородок на грудь Тома, чтобы встретиться с ним взглядом. — Настолько близкий, насколько это возможно для друзей, да. И я знаю, что он сделает все, что в его силах, чтобы защитить ребенка и позаботиться о нем, — кивнул Том. — А ты не против? — Мне нравится Фенрир, и ты прав, я почти уверен, что мне будет почти жалко любого, кто попытается навредить ребенку, когда ты — папа, а Фенрир — крестный отец. — Остальные двое? — Том ухмыльнулся, не отрицая, конечно, ничего. Было общеизвестно, что Беллатрикс, Нарцисса, Пэнси и Макнейр все еще живы, просто, и окутаны пытками проклятия. — Ну, Рон, я более чем уверен, что он сможет дать фору тебе и Фенриру в защите ребёнка, — Гарри тепло улыбнулся при мысли о том, как Рон рад появлению своего «племянника». — Согласен, не говоря уже о том, что преданность Уизли не вызывает сомнений, — кивнул Том. — И? — Драко, — сказал Гарри, усмехнувшись, когда Том поперхнулся от шока. — Ты шутишь, Гарри? Я знаю, что у вас всё налаживается, и что он и Люциус защищали тебя, но он же пытался навредить тебе не так давно, — пробурчал Том. — Я не забыл, спасибо тебе большое, у меня беременность, а не амнезия, — проворчал Гарри. — Я думаю, это пойдёт ему на пользу, ответственность и в какой-то мере уверенность в том, что он будет жить самостоятельно. И я думаю, что у него есть много любви, которую он может дать нашему сыну, в которой он будет нуждаться не меньше, чем в защите, — добавил он твёрдо. — Гарри… — простонал Том. — Пожалуйста, я просто чувствую, что это правильно, что Драко должен быть крестным отцом, — умолял Гарри. — Ты чувствуешь это? — Том нахмурился. — Да, просто что-то в сердце подсказывает мне, что это правильно, — кивнул Гарри. — Мне нравится думать, что я достаточно умён, чтобы научиться слушать своё сердце. Хорошо, — кивнул Том. — Правда?! — взволнованно спросил Гарри. — Да, правда. У нас будет четыре крестных родителя, — Том выглядел забавным, наблюдая за волнением Гарри. — Спасибо, спасибо, спасибо, — Гарри осыпал лицо Тома поцелуями, а затем прижался к его губам. «Я уверен, что ты сможешь возместить мне ущерб позже», — усмехнулся Том, ловко сдвинув их так, что Гарри оказался сверху, а его рука скользнула под рубашку Гарри, в которую он был вынужден облачиться неделю назад. Гарри крепче прикусил губу Тома, что вызвало у него стон, перешедший в рычание. Разумеется, на обед они пришли гораздо позже, чем планировали, а Гарри успел сменить верхнюю одежду, и его красные щеки, а также припухшие губы выдавали его. Он проследил за ухмылками Рабастана и Родольфуса, пробираясь к своему месту, и в ответ на хихиканье Фенрира шлёпнул его по затылку совершенно ошеломлённого вида. Том слегка прикрыл рот, чтобы скрыть свою забавную улыбку при виде выражения лица Фенрира. — Милорды, к вам целитель Бернс, — поклонилась Мисси, вошедшая в комнату через двадцать минут, когда Гарри как раз сидел и допивал чай с лимоном. Гарри рассмеялся, когда остальные сидящие за столом встали вместе с Томом и выжидательно посмотрели на него. — Тогда пойдёмте, — вздохнул Том, выглядя насупленным, но в его красных глазах невозможно было не заметить волнение и предвкушение. — Помочь? — Гарри вздохнул, пошевелив пальцами. Драко оказался рядом раньше, чем кто-либо успел пошевелиться, и помог Гарри подняться на ноги, так как тот уже почти не мог стоять самостоятельно. Том задумчиво смотрел на младшего Малфоя, пока тот поддерживал Гарри, а затем отпустил его. — Готов, — просиял Гарри, переплетая свои пальцы с пальцами Тома. — Готов, — Том улыбнулся ему и, наклонившись, прикоснулся губами к его губам, после чего они пошли по коридору. Остальные возбуждённо болтали позади них. — Похоже, Пожиратели Смерти уже начали собираться, — сказал Фенрир, и они пошли в ногу. — Собираться? — спросил Гарри, посмотрев на них обоих. — Они пришли узнать, как дела у ребенка, — сказал Том. — Они с нетерпением ждали сегодняшнего дня с прошлой недели, — кивнул Люциус. — Теперь все с нетерпением ждут родов, — усмехнулся Рабастан. — Действительно, думаю, что «предвкушают» — это мягко сказано, милорды, — усмехнулся целитель Бернс, кланяясь, когда они вошли в комнату, которую он обустраивал всю последнюю неделю. Она выглядела как одноместная палата целителя, в центре стояла удобная кровать, в одном конце комнаты — удобные стулья, еще пара — у кровати. Рядом с кроватью стоял поднос, а в шкафу для зелий, за состоянием которого Северус следил сам, хранились все необходимые зелья, а также те, которые, вероятно, никогда не понадобятся при родах, в количестве дюжины штук. На столике напротив кровати стоял небольшой тазик с водой, а также всевозможные приспособления, которые Гарри не хотел сейчас рассматривать слишком внимательно. Комната была окрашена в кремовые и светло-золотистые тона, расслабляющие и успокаивающие, что, по мнению Гарри, должно было ему понравиться. — Принца уже многие любят, — сказал Северус Гарри, сжимая его плечо. — Вы готовы, лорд Гарри? — спросил целитель Бернс, указывая на кровать. — Гарри слегка нервно улыбнулся: он ничего не мог с собой поделать, когда им предстоял осмотр, он всегда нервничал и трясся, пока Бернс не давал добро. — Мы начнём с обычного осмотра, убедимся, что всё идёт хорошо, а потом можно будет послушать сердцебиение и осмотреть его, — улыбнулся Бёрнс, когда Гарри с небольшой помощью Тома забрался на кровать, а Тёмный Лорд занял место у кровати, отпустив руку Гарри только тогда, когда Бёрнс был готов начать заклинания. Остальные расположились в креслах у двери и с нетерпением наблюдали за тем, как Бернс приступил к обследованию. Гарри подумал, что хорошо, что Бёрнс был так уверен в себе: он был уверен, что любой другой обмочился бы, столкнувшись с пристальными взглядами Рабастана, Родольфуса, Люциуса, Северуса, Драко и Фенрира, не говоря уже о пристальных красных глазах Тома. — Хорошо, ваше давление всё ещё немного повышено, но с учётом всего, что происходило, я ожидал этого, не говоря уже о беременности. Как чувствует себя ваша спина? — спросил Бернс. — Болит! — Гарри недовольно хмыкнул. — Боюсь, мы мало что можем с этим поделать, это просто ваше тело освобождает место для ребенка, — улыбнулся Бернс. — Хорошо, все в полном порядке. Ребенок уже начинает переходить в родовую позицию, он повернулся, думаю, есть все шансы, что он родится раньше времени, но в этом случае беспокоиться не о чем, он полностью развит, — заверил их Бернс, прежде чем они успели забеспокоиться. — Нам придётся быстрее готовить детскую, — обеспокоенно сказал Гарри, когда Бёрнс начал произносить заклинания, чтобы услышать сердцебиение ребёнка и увидеть результаты сканирования. — Не волнуйся, мы будем готовы к его появлению, — успокаивал его Том. — Но… но у нас нет имени! — Гарри покачал головой. Его паника застыла на месте, когда по комнате пронёсся тихий свистящий звук. — Не бери в голову, — усмехнулся он, не сводя глаз с изображения, ожившего у него на животе. Все с изумлением наблюдали за тем, как ребенок слегка сдвинулся с места, его маленькая ножка пикнула, прежде чем он устроился в свернутом положении. — Вот это да… — вздохнул Драко, откинувшись на стуле как можно дальше. — Он… он… — Том выдохнул, уставившись на изображение. — Он? — спросил Гарри, повернувшись к Тому и потянувшись к его руке. — Такой реальный, — тихонько засмеялся Том. — Осталось совсем немного, и мы сможем подержать его на руках, — Гарри вытер глаза, глядя на изображение их сына. Следующие несколько недель не могли пройти достаточно быстро! *** — Милорд? — Пожиратель смерти с нервным видом подбежал к Гарри и Тому, которые сидели под любимым деревом Гарри с книгой с именами и смотрели на закат. Гарри был занят тем, что дулся на Тома за то, что все предложенные им имена были отвергнуты, а сам он наотрез отказывался называть их сына Салазаром. Рабастан и Родольфус быстро вышли из комнаты, где они с трудом подавляли смех над спором этих двоих. Они остановили Пожирателя смерти на расстоянии от своих лордов, уже доставая палочки. — Что такое? — спросил Том, плавно переключаясь с Тома на Тёмного Лорда. — Милорды, Рональд и Чарльз Уизли только что привезли Гермиону Грейнджер, она ранена! — Гарри с трудом поднялся на ноги и начал пробираться к поместью, прежде чем Пожиратель смерти успел закончить. — Целитель Бернс присматривает за ней! — Пожиратель смерти позвал Тома, который вскочил на ноги и обхватил Гарри за талию, чтобы поддержать его. — Гарри, пожалуйста, помедленнее! — взмолился Том. Он был уверен, что Гарри не двигался так быстро уже почти два месяца. Но Гарри был полностью сосредоточен на том, чтобы добраться до комнаты и до Гермионы. Он не замечал ни Тома, ни Рабастана, ни Родольфуса, которые с беспокойством крутились вокруг него, ни того, что у них троих чуть не случился сердечный приступ, пока он мчался вверх по лестнице. Он стремительно пронесся по коридорам, и те, кто, очевидно, слышал новости и с любопытством собирался в коридорах, быстро ушли с его пути. Запыхавшись, он вбежал в комнату, где Чарли и Рон выглядели слегка обгоревшими, а Гермиона лежала на кровати без сознания с ожогами и порезами по всему лицу и рукам. — Гарри! — Рон и Чарли поспешили вперёд с обеспокоенным видом, когда в дверном проёме остановился взъерошенный Тёмный Лорд, а за ним и братья Лестрейндж. — Как она? Что, чёрт возьми, случилось?! — потребовал Гарри. — Она в полном порядке, мой Лорд, — с лица Бёрнса исчезли все следы игривости и поддразнивания, когда он заметил потрескивающую магию вокруг Гарри и озабоченность на его лице. — Я погрузил её в сон, пока буду лечить ожоги, так как они были бы весьма болезненными, она будет спать следующие двадцать четыре часа, но никаких серьезных повреждений нет, и нет ничего, что я не смог бы вылечить. — Гарри, мы успели вытащить ее оттуда до того, как был нанесен серьезный ущерб, — успокоил его Чарли, обнимая младшего брата и крепко прижимая к себе. — Что случилось? — спросил он, чувствуя, что его сердцебиение наконец-то немного успокоилось. — Она напала на Дамблдора, — в полном восторге сказал Рон. — Что она сделала? — Гарри поперхнулся. — Он был совсем не рад вчерашней публикации снимка и статьи, которую написала Рита о том, как у тебя дела и как ты счастлив здесь, с Тёмным Лордом. Он начал разглагольствовать и говорить о тебе и ребёнке. Потом он сказал… — Чарли осекся, неуверенно глядя на Темного Лорда, стоящего за спиной Гарри и обеспокоенного тем, какой будет его реакция. — Что он сказал? — спокойно спросил Гарри, протягивая руку назад и вслепую переплетая пальцы с пальцами Тома. Гарри немного попрактиковался в своей природной магии, так как в последнюю неделю ему пришлось почти полностью отказаться от заклинаний в связи с рождением ребёнка, и теперь он немного лучше контролировал свою магию, и он протянул её, чтобы обвить пальцы Тома и попытаться успокоить его. — Он говорил о том, чтобы забрать ребенка, чтобы попытаться использовать его против вас обоих, — торопливо сказал Чарли и поморщился, когда воздух вокруг них затрещал от ярости обоих будущих родителей. — Гермиона, она просто, она сорвалась! Она начала швыряться в Дамблдора всякими заклинаниями и проклятиями ещё до того, как он понял, что происходит. Он был так потрясен, что не успел ничего ответить, прежде чем она… — Рон сделал паузу, качая головой, его охватил трепет. — Она что? — потребовал Том. — Она заморозила его руку, а потом взорвала ее! — Чарли рассмеялся, возможно, немного истерично. — Она… правда?! — вытаращился Гарри. — Она взорвала его руку с палочкой! Пах! Чисто! — Рон сделал руками большое взрывное движение. — Она взорвала его руку… — ошеломленно повторил Гарри. — Милорды! — Драко проскочил мимо комнаты и, запыхавшись, вбежал в нее. — О Мерлин, что теперь?! — простонал Гарри. — Мы начали получать письма от людей о ребенке из газетного отчета! — Драко удалось сказать это между отчаянными вдохами, позади него в комнату вбежал Фенрир, выглядевший более взъерошенным, чем Гарри его видел, его обычно аккуратные седые волосы были слегка взъерошены, пряди свисали вокруг его лица, а одна стояла вертикально. — Это плохо? — Том нахмурился. Защитные барьеры разделяют их по признакам на хороших и вредных. Мы назначили людей, которые будут просматривать обе кучи, называя имена тех, кто против ребенка и вас самих. Но проблема в других, — кашлянул Фенрир. — Хорошие? — спросил Рон. — Да, хорошие, на данный момент их уже 796, и они продолжают прибывать! Из разных стран мира, многие из них с подарками для ребенка и вас самих. Пока что самая дальняя страна, приславшая письмо, — Германия, но я думаю, что когда газеты дойдут до других стран и их письма успеют дойти до нас… возможно, нам придётся вызвать сюда ещё несколько Пожирателей смерти, чтобы они занялись почтой, — немного судорожно сказал Фенрир. — Семьсот девяносто… — Гарри! — Все закричали, когда его колени угрожающе подкосились. — Я в порядке… Я в порядке. Просто немного шокирован, — Гарри моргнул, держась за руки Тома. — Да, милорды, к вам поступает множество просьб об аудиенции, и сотни писем с обещаниями верности вам обоим, — кивнул Драко. — Мы должны что-то предпринять! Это же восемнадцатая койка, кажется, Северус сейчас начнет их травить! Неужели они думают, что у тебя уже нет раскладушки! — Люциус ворвался в комнату, выглядя таким же взъерошенным, как и Фенрир. — Хотя вид Северуса, погребенного под таким количеством детской одежды, весьма забавен. У тебя есть идеи, Люциус? — Фенрир ухмыльнулся. — Ой, фу! — простонал Драко. — Я вызову еще несколько Пожирателей Смерти и организую их, чтобы они перебрали все детские вещи. Я вернусь как можно скорее, Бернс позаботится о том, чтобы у нее было все самое лучшее! — твердо сказал Том. — Я буду рядом, — кивнул Гарри. Том вздохнул и взял Гарри за подбородок, оглядывая его, чтобы убедиться, что с Гарри действительно все в порядке. Убедившись, что с ним все в порядке, он крепко поцеловал Гарри в губы и, развернувшись, выбежал из комнаты. — Не забудьте оставить мне воспоминание о том, как Том разбирал все эти детские вещи! — Гарри шипел на Драко, который усмехнулся и кивнул, после чего поспешил выйти из комнаты вслед за Люциусом и Фенриром. — Привет, — улыбнулся Рон, крепко обнимая своего друга. Гарри радостно вздохнул, когда Рабастан закрыл дверь за остальными, и они с Родольфусом, помахав рукой, поставили ещё пару стульев рядом с кроватью. — Ну, мы здесь надолго, — ухмыльнулся Чарли, придвигаясь для очередного объятия. — Что? — Гарри моргнул, стараясь не выдать своих надежд. — Ну, нам пришлось схватить Гермиону и вытащить ее оттуда. К счастью, все были в таком сильном шоке, а затем подверглись массовому нападению, что они не смогли нанести должный удар, прежде чем мы добрались до нее. Но очевидно, на чьей мы стороне, раз спасли ее. Так что вернуться в штаб мы не можем, — пожал плечами Рон. — Значит, мы будем здесь, когда родится ребенок! — взволнованно сказал Чарли. — Целитель Бернс предполагает, что он может быть ранним, так что, возможно, вам не придется ждать так долго. И вы сможете помочь украсить детскую! — Гарри рассмеялся, когда они оба насмешливо застонали. — А разве у твоего Тёмного Лорда нет армии эльфов для этого? — Рон надулся. — У него есть, но Гарри хочет, чтобы детская была собрана вручную, а если учесть, что ему это не разрешено, то наши руки будут принесены в жертву, — вторил ему Рабастан. — Не руки, а семья! — Гарри отмахнулся от них, поправляя одеяла над Гермионой, когда Бернс отступил назад, и поэтому не заметил ошеломлённого выражения на лицах братьев Лестрейндж. А вот двое присутствующих братьев Уизли — нет, и они с усмешкой закатили глаза, удивляясь способности Гарри давать людям так много, не осознавая этого. — Я вернусь и проверю её через несколько часов, сейчас она просто спит, пока зелья действуют на её ожоги, — заверил Гарри целитель Бернс, после чего вежливо поклонился и вышел из комнаты. В течение следующих двух часов Гарри, Рон и Чарли болтали и выясняли отношения, легко втягивая в разговор Рабастана и Родольфуса. Гарри пришлось скрыть ухмылку, когда он заметил взгляды, которыми обменивались Родольфус и Чарли, когда думали, что никто не смотрит, — похоже, теперь ему придётся расширить свою работу амура с двух до четырёх. Он перехватил взгляд Рона и усмехнулся, когда рыжий сделал издевательское рвотное выражение. Рон тоже это заметил. Гарри был уже на полпути к тарелке с рыбьими палочками, заварным кремом и соусом барбекю — одновременно, — когда в комнату снова влетел Том. Гарри даже не пытался подавить смех при виде того, что Тёмный Лорд выглядит таким грязным и взволнованным. — 1560 писем, посылок и ещё Мерлин знает чего! — Он надулся. — Я был почти уверен, что некоторые из них вот-вот расплачутся, когда ты сказал им, в чем заключается их важная и настоятельная миссия, — хмыкнул Фенрир. — Что? Я должен был как-то затащить их в комнату! — защищался Том, видя выражение лица Гарри. — А потом он просто поставил заслоны, чтобы они не сбежали, когда увидят мешки с письмами, — фыркнул Драко, а затем широко раскрыл глаза от мрачного взгляда, которым его окинул Том. — Очень изобретательно, милорд, — серьёзно добавил он с поклоном, от которого Гарри, Рон, Чарли, Фенрир, Рабастан и Родольфус разразились хохотом. — Мне больше нравилось, когда ты пытался забраться в мою постель, — проворчал Том. — Ой! — вскрикнул он, но тут же оглянулся на Гарри, немного ошеломлённый тем, что его застали врасплох жалящим заклятьем. — Что это было? — опасливо спросил Гарри. — Я не это имел в виду! — быстро сказал Том. — О! И что именно ты имел в виду? — Гарри поднял бровь, и остальные могли поклясться, что видели, как Темный Лорд побледнел при этом движении. — Просто… я имел в виду… видишь ли… извини, — выдавил Том, пытаясь придумать оправдание и решив, что извиниться сразу — это лучшая доблесть. — Ты извиняешься! — промурлыкал Гарри, вставая. — Да? — Это ответ или вопрос? — резко спросил Гарри. — Ответ, определенно ответ! — быстро сказал Том, понимая, что ситуация стремительно ухудшается, и не находя выхода из нее. Остальные наблюдали за этой перепалкой с открытыми ртами и старались не шевелиться, чтобы не вызвать гнев Гарри. — Ты уверен или просто говоришь это, чтобы успокоить меня? — Глаза Гарри сузились ещё больше. — Ни то, ни другое! Я имею в виду! Нет! Потому что я серьезно! Потому что я серьезно! — простонал Том. — Замечательно, ты можешь говорить об этом с дивана! — огрызнулся Гарри и, повернувшись, выбежал из комнаты. — Гарри! — крикнул Том, бросаясь за ним. — Только Гарри, — сказали Рон и Чарли, одновременно покачав головами. *** — Том. Том! — Том застонал, проснувшись и моргая от мерцающего света свечи на столе. — Гарри? — Том хмыкнул, проводя рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. — Пошли спать? — тихо спросил Гарри. Том понял, что все еще находится в своем кабинете, а на часах было уже три часа ночи. Гарри стоял у своего стола в одной лишь ночной рубашке. — Я думал, что мне полагается диван? — спросил Том, откинувшись в кресле и скрестив руки. — Мне очень жаль, — прохрипел Гарри с таким несчастным видом, что Том протянул руку и мягко усадил своего маленького супруга к себе на колени. — Все в порядке, я знаю, это твои гормоны, — улыбнулся Том, нежно целуя Гарри. — Я не имел в виду ни этого, ни того, что ты больше никогда ко мне не прикоснешься. Просто я весь толстый, распухший, больной и все время устаю! — Гарри фыркнул, обхватив руками шею Тома и зарывшись лицом в его сильное плечо. — Я знаю, что ты устал и болен. Но ты не толстый, ты беременный, и выглядишь при этом великолепно! И я знаю, что ты не хотел этого, — улыбнулся Том, поднимая подбородок Гарри и проводя длинными пальцами по его щеке. — Тогда пойдем в постель? Я не смогу заснуть без тебя, — тихо признался Гарри. — Пойдем, — Том встал с Гарри на руках и начал пробираться к их спальне. Вскрикнув, Гарри прижался к Тому и расслабился, прижавшись к его теплому телу, доверяя ему, что он благополучно доставит его обратно в спальню. Тепло тела Тома и успокаивающее покачивание при ходьбе быстро и легко погрузили Гарри в сон, который покинул его без Тома. Перед тем как заснуть, Гарри почувствовал, как теплые губы прижались к его лбу и зашептали на ухо слова любви.