Секрет моей служанки

— Леди, прошу, проявите хоть каплю терпения, — недовольный скрипучий голос старой служанки режет слух, заставляя Секби терять последние крупицы собственного терпения. Хотя, удивительно, что он до сих пор держится, позволяя вытворять с собой эти безумные вещи. Как и было предрешено, парень принял предложение кронпринца. Даже при всём своём желании он бы и слова поперёк сказать бы не смог, тем более, когда от этого зависит его собственная жизнь. Однако, помимо отсроченной казни это согласие принесло ему немало проблем, которые пришлось срочно решать. И первой, но не самой масштабной, стал вопрос о выборе подходящего платья. И если вам кажется, что это очередная неудачная шутка, в которую Секби отчего-то так поверил, то вы глубоко ошибаетесь. Одно дело выбрать наряд на бал, имея в партнёрах обычного рыцаря, либо мужчину из низшей знати, а совершенно другое, сделать то же самое, когда на бал тебя пригласил сам кронпринц. Секби даже боялся вспомнить о том громоздком списке всех критериев для платья партнёрши принца, который ему выдала одна из служанок. Там безумие начиналось со слов «обязательно должно быть украшено сапфирами» и заканчивалось «каблук должен быть подобран так, чтобы Леди была ниже на 4 сантиметра». Для Секби, который ранее руководствовался лишь механическими наставлениями Виверны, это виделось как неизбежный провал. Парень даже близко не представлял, как будет соответствовать всему ту перечню условий, которые от него требует этикет. Да и теперь, после официального объявления о выборе кронпринца, за его фигурой неустанно следят сотни глаз. Они все так и ждут, когда же он оступится, совершит непростительную ошибку, что позволит сместить его с лакомого места. Однако помощь пришла откуда не ждали. Принцесса Ники — именно она стала его личной спасительницей. Секби и сам до конца не понимал, почему девушка так обеспокоилась его статусом и безопасностью, ведь, по сути, в случае его провала ей было легче заменить нерадивую служанку. Хотя, признаться честно, внутри парня приятным теплом отдавалась робкая мысль о том, что, только возможно, он смог завоевать хотя бы каплю доверия принцессы. Вот только после таких мыслей его мигом одолевало ответное чувство вины — он-то был готов предать её в любую минуту, как получит желаемый кулон. И всё же, Ники действительно помогала. Именно она организовала пошив бального платья для своей верной служанки. Такой чести не могла удостоится ни одна знатная особа, однако Секби получил это просто так, как акт чужой привязанности. И вместе с тем это лишь сильнее загоняло парня в дебри самобичевания на почве своих тёмных мыслей о таком светлом и добром человеке, как Ники. Принцесса также положила немало сил, чтобы отточить умения своей служанки в общении с высшими особами. Пусть Секби имел неплохой базовый уровень, однако он не позволял так ловко и элегантно лавировать между острых замечаний горделивых снобов, при этом выставляя себя в лучшем свете. Только Ники смогла открыть ему глаза на совершенно другую сторону всех тех высокопарных фраз, которые иногда могли употреблять знатные люди. От некоторых, честно, Секби становилось тошно — за вуалью прекрасного комплимента зачастую скрывался самый грубый акт насмешки, который только мог создать человек. — Не стоит напрямую благодарить за какой-либо комплимент, — знающе декларирует Ники, медленно потягивая свой любимый чай, когда они вновь нашли пару свободных минут, чтобы обсудить предстоящее мероприятие. Девушка, честно, было бы только рада потратить куда больше личного времени, вот только его не было от слова совсем — аристократия будто ополчилась против неё, желая получить множество бесполезных аудиенций в кратчайшие сроки. — Даже если ты уверена, что в нём нет подвоха, то лишняя осторожность не повредит. Именно поэтому, всегда отвечай на это встречным комплиментом, лучше даже искренним. Если чужие слова были чисты, то ты не обидишь собеседника, а если же нет, то милость на злость лишь заденет их, выставляя грубыми глупцами. — Иногда мне кажется, что проще не открывать свой рот, пока не закончится бал, — печально тянет Секби, который не привык к такому сложному ритуалу, выстроенному вокруг обычного общения. Для него разговор был лишь способом скоротать время, либо же получить необходимую информацию. В высшем же обществе диалоги служили для совершенно иных целей. — Не беспокойся, мой брат не позволит выставить тебя в дурном свете, — мягко улыбается Ники, вспоминая тот разгромный разговор с братом, произошедший сразу после судьбоносного предложения. Тогда-то она припомнила ему всё, что было произнесено на плаце, да так, что под конец Хайди был готов самолично отменить своё приглашение, но Ники не дала ему совершить ещё одну ошибку, которая бы убила авторитет Секби во дворце. Одно дело отказать кронпринцу, а совсем другое оказаться брошенной им же после согласия. И всё же, что-то за эти дни незаметно изменилось. Вроде бы, ничего глобально не поменялось: Секби всё также прислуживал Ники и лишь изредка отвлекался на приготовления к предстоящему балу. Вот только парень стал осознавать, что приятные посиделки вместе с принцессой, неумолимо становятся чем-то слишком важным, слишком… желанным. Один единственный полдень, что он не смог разделить с девушкой, обернулся тянущей пустотой где-то на уровне сердца. Секби пытался убедить себя в том, что то лишь его ненужные беспокойства, которые никак не относятся к первостепенной миссии, однако отринуть их окончательно не мог. Парень честно старался, усиленно отгонял воспоминания о чужом чарующем голосе и нежном лице с яркими алыми глазами, однако они настигали его в каждый миг, наполненный тишиной пустой комнаты. Секби понимал, что это неправильно, что подобное лишь помешает ему на пути к выполнению вставшего поперёк горла задания. Он осознавал всю свою безмерную слабость перед суровым миром аристократии. Однако так и не мог проститься с мыслями о том, что, возможно, где-то глубоко внутри чужой души, он бы смог отыскать нечто похожее. Эти надежды он прятал глубоко в себе, закрывая их собственной натянутой улыбкой, которой провожал Леди на очередную встречу с её будущим мужем эрцгерцогом Арлабусом. И всё же не всякая плотина может сдержать бушующие воды. Особенно, когда в неё вонзаются острые колья, готовые разрушить установившийся порядок. Именно так ощутил Секби тот вечер, когда принцесса решила проверить его умения в танцах. Парень готов был сдаться прямо там, стоя перед воодушевлённой девушкой, которая, кажется, ничуть не смущалась от собственного предложения. — Нет-нет, ты слишком зажата, — отходя в сторону, Ники мягко касается напряжённых плеч Секби, который безуспешно пытался сосредоточиться на чём-то, кроме чужих ладоней. — Танец это как сражение, но с противником, который равен тебе по скорости. — Признаться честно, кроме Вас, никто так и не смог сравниться со мной в скорости, — неловко улыбается Секби, пытаясь хотя бы немного расслабиться. Вот уже как час длится его личная пытка наедине с принцессой. За окном давно стемнело, однако это, кажется, ничуть не беспокоило Ники. Она с невиданным энтузиазмом кружила в танце, утягивая за собой неловко замирающую на сложных па служанку. — Да, однако в танце тебе придётся играть в поддавки, — хмыкает девушка, заходя за спину своей «ученицы» и опуская ладони на те части тела, которые и не мечтала ощутить в обычной жизни. Сейчас же всё можно списать на необходимость, условности обучения танцам. И никогда Ники не признается, что собственные ладони на чужой талии это лишь её маленькая прихоть. — Пусть мой брат не слабак, но скорость никогда не была его сильной стороной, поэтому тебе стоит быть снисходительной к нему . — Будто бы могла я поступить иначе, — неловко улыбается Секби, чувствуя себя неуютно, потеряв принцессу из поля зрения. Ещё и явно мягкие ладони на его талии, скрытой грубым корсетом ощущались невероятно волнительно. Казалось, что в эти мгновения он перестал дышать. — И всё же, кажется, мне не хватает той грации и элегантности, что бывает у других. — Ничуть, — качает головой Ники, пусть и знает, что Секби её не увидит. — Никто не рождается грациозным, словно лебедь, но каждый гадкий утёнок обязательно взлетит, если приложит к этому усилия, — загадочно тянет девушка, выходя из-за чужой спины и аккуратно подхватывая прохладные ладони своей служанки. — Давай попробуем ещё раз. Секби только и может, что нервно кивнуть, протяжно вдыхая и выдыхая. Он действительно старается успокоиться и внять чужим советам, однако действия принцессы совершенно этому не способствуют. Ему каждый раз становится трудно дышать, стоит ладоням Ники коснуться его собственных. Однако в этот раз он просто обязан показать ей, что достоин потраченного на него времени. Без музыки ещё труднее следовать наспех выученному темпу, однако задачу облегчает тот факт, что Секби сейчас выпала именно женская партия, а ведущую заняла Ники. Поэтому парень должен лишь вовремя реагировать на чужие движения и выполнять необходимые обороты, когда настанет нужное время. Впрочем, он почти сразу забывает о проносящихся в голове картинах, когда его взгляд встречается с внимательным взглядом Ники. Алые глаза пылают столь ярко, что впрок подумать о том, как же они не сожгли белоснежную кожу, не опалили нежные щёки. Девушка улыбается уголками губ и смотрит, смотрит прямо в душу, туда, где Секби закрыл свой главный секрет, вот только… Вот только теперь он не находит силы скрыть его за кривой улыбочкой или неловкими словами. Внутри него бушует никогда им невиданная буря, однако он точно уверен — только это слово может описать это безумие. Они танцуют не так как заведено — их движения резкие и немного поспешные, однако это именно тот темп, который удовлетворяет желаниям обоих. Ники подстраивается под необычную скорость, чувствуя себя так, будто действительно может взлететь. Ещё ни один танец в её жизни не отзывался такой разнообразной гаммой чувств, которые сложно описать хоть одним известным ей словом. Каждый шаг, каждый поворот и каждый пируэт ощущается как взмах невидимых крыльев. Казалось, что ещё чуть-чуть и они действительно воспарят. И всё же, им приходится поспешно вынырнуть из этой чудесной атмосферы, так как Секби совершенно забыл о собственной неловкости и той сложной комбинации, где уже не раз норовил упасть. И в этот раз всё идёт не по плану — ноги путаются от резкого поворота на непривычно большой скорости и они действительно летят вниз. Парня обдаёт холодом от осознания неминуемого падения, поэтому он из последних старается предотвратить ситуацию, когда за ним последует и принцесса. К сожалению, этого не избежать. — Ох, — выдыхает Ники, оправляясь от малоприятного удара, который, правда, был скрашен чем-то мягче и теплее холодного пола. Приоткрыв глаза, она с удивлением встречает взгляд не менее шокированной Секби. Служанка замерла в неловкой позе, где её пригвоздили к полу ладони её Леди, расставленные на уровне растрёпанных каштановых волос. Никто из них не находит слов, чтобы описать тот сумасшедший всплеск, произошедший в следующее мгновение. Вот они неотрывно смотрят друг другу в глаза, а вот губы Ники накрывают подрагивающие губы Секби в лёгком целомудренном поцелуе. Это был её первый поцелуй… Впрочем, осознание произошедшего достигает её гораздо быстрее, нежели Секби успевает что-то понять. Поэтому он только и может, проводить ошалелым взглядом чужую фигуру, поспешно принимающую вертикальное положение и деланно отряхивающую свою юбку. Ники больше не смотрит в его сторону. — Думаю, на сегодня нам хватит, — стараясь сдерживать дрожь в собственном голосе, выдыхает девушка. Внутри неё происходят неописуемые явления, поэтому она всеми силами цепляется за вбитые в её существо правила приличия. Даже после того, как она самовольно поцеловала свою служанку, которая является наёмницей. Будет справедливо сказать, что Ники тогда не уходит, а буквально сбегает, оставляя Секби в недоумении и с лёгким теплом на своих губах. Парень и сам бы предпочёл избежать серьёзных разговоров о произошедшем, однако принцесса избавила его от этой позорной участи. Хотя, если оглянуться на то, сколько это породило тяжёлых мыслей, то разговор стал бы куда более приятным и лёгким решением. И вот, долгожданный день бала. Секби не видел принцессу с самого утра, ведь его, подобно и ей самой, подготавливают к этому помпезному событию. Парень, признаться, в какой-то мере даже рад освободить голову от гнетущих мыслей и просто довериться рукам профессионала. Да, ровно до того момента, как за него не взялись всерьёз. Переживая не самые приятные процедуры и с трудом отвоёвывая личное пространство в вопросах, касающихся обнажённого тела, Секби молиться лишь об одном — чтобы всё поскорее закончилось. Чтобы множество незнакомых лиц перестали кружить над ним словно стервятники, а неприятные прикосновения сменились теми, что дарила ему принцесса в последний раз. «Так, нет, не стоит об этом вспоминать», — мигом осекается парень, старательно перекрывая воздух всем тем картинам, что с готовностью хлынули в его сознание. Всё же, чем чаще он возвращается к тем секундам трепетного поцелуя, тем тяжелее становится у него на душе. Несмотря на свою работу, он остаётся обычным человеком с привычными для него слабостями и скребущейся на душе виной. Секби впервые подумал о том, чтобы всерьёз отказаться от задания по личным причинам. Впрочем, когда он нехотя вынырнул из своих мыслей, в зеркале его встретила невероятной красоты дама. Вот уж действительно — аристократы знали толк в том, чтобы превратить в изысканный пион даже придорожную траву. Его каштановые волосы аккуратно закололи тяжёлой заколкой-шпилькой из белого золота на затылке, а сверху щедро осыпали небольшими жемчужными цветочками с синими вкраплениями сапфира. Уже только это стоило как его пожизненная заработная плата. Пышное белоснежное платье, которое столько времени старательно закрепляли и поправляли, переливалось мягким голубым светом, поблёскивая всё теми же небезызвестными сапфирами, что негласно считались символом кронпринца. Мириады драгоценных украшений создавали картину поистине восхитительную, такую, от которой спирает дыхание не только у таких простолюдинов как Секби, но и у знатных особ. Вряд ли кто из них мог позволить и половину того наряда, что был щедро подарен служанке принцессы. Просто какое-то безумие. Однако, ещё больший шок настиг Секби тогда, когда он поднял взгляд на собственное лицо. Оно… стало идеальным. Будто мраморная статуя, созданная искусным творцом, оно сияло аристократической бледностью. Вмиг пропали те острые скулы и небольшие морщинки в уголках глаз. Честно, Секби бы влюбился сам в себя, если бы это не означало окончательно тронуться умом. Да, он стал достойной леди для кронпринца. И всё же, он не мог позволить себе вечность разглядывать собственное отражение, так как с часу на час начнут прибывать гости, а правящая семья, как организаторы этого бала, должны встречать каждого из них. Секби также вынужден будет встать вместе с ними, ведь теперь его статус внезапно взлетел до пассии кронпринца, а это рождало не только привилегии, но и некоторые проблемы и ограничения. В общем, вечер обещал быть выматывающим. Вот только Секби и думать забыл о тяжести предстоящей ночи, когда к нему, явно нарушая всякие устои, зашла Ники собственной персоной. Помните, что он говорил о себе в зеркале? Забудьте, его образ и рядом не стоит с той внеземной красотой, которую он смог увидеть сейчас. Белоснежные водопады мягкими волнами спадают на плечи, обрамляя суровое, но миловидное лицо с точно таким же элегантным макияжем, что только придавал её образу лёгкости и красоты. Сама же Ники, на удивление, сменила строгий костюм на пышное алое платье, украшенное живыми розами и россыпью белоснежных драгоценных камней, смешанных с её любимыми агатами. Как и у брата, принцесса обладала личным видом драгоценностей, которые символизировали её место во власти этой страны. Дополняли этот образ также белоснежные перчатки и такого же цвета пиджак, накинутый на плечи и неизвестно каким способом закреплённый на них. — Вы… выглядите превосходно, — с придыханием выпаливает Секби, особо не задумываясь о том, как на подобные слова может отреагировать принцесса. — Ты тоже восхитительна, — мягкая улыбка касается алых губ, когда Ники заканчивает в деталях рассматривать чужой образ. Она не жалеет ни о грамме потраченного золота — увиденное полностью окупило каждый кусочек личного бюджета, поспешно отданного на растерзание личному дизайнеру. — Готова к выходу? — Честно, не очень, — неловко посмеивается Секби, действительно чувствуя внутреннее волнение от предстоящего испытания. Ему предстояло во всей красе показать выученные уроки Ники, а также поддержать свой образ настолько идеально, чтобы ни одна крыса не усомнилась в нём. Вряд ли даже Виверна могла предвидеть нечто подобное, иначе бы запросила куда больший срок для обучения найденного наёмника. — Ничего, я всегда буду рядом, — делает шаг навстречу Ники, кладя ладонь на оголённое плечо. К сожалению, тонкая ткань перчатки не позволяет насладиться контактом кожи к коже, но и этого девушке хватает, чтобы вновь ощутить только притихшее волнение. — А вот и виновник твоего волнения. — Ники, вот ты где, — вздыхает Хайди, поспешно заглядывая в комнату, в которую, по-хорошему, без стука ему вход воспрещён. Впрочем, для кронпринцев законы работают немного иначе, не так ли? — Оу, — кажется, парень только после выражения своего недовольства обратил внимание на служанку, стоящую чуть позади сестры. Честно, он уже искренне сомневался, что она была подставной наёмницей, а не той самой наследницей разорившегося рода — слишком уж явна была её красота. — Леди де Лизард, прошу прощения за мою бестактность, — мигом исправляется Хайди, кланяясь своей сегодняшней пассии. — Не стоит, нам всё равно пора выходить, — оглядываясь на большие настенные часы, Секби понимает, что время для приёма гостей вот-вот начнётся. После этого Ники поспешно удалилась, верно, чтобы встретить своего жениха, а Хайди, подав ладонь облегчённо вздохнувшему Секби, повёл его в сторону бального зала. Шли они не спеша, как того требовали традиции, поэтому нет ничего удивительного, что и вторая пара их быстро догнала. Арлабус, подобно Ники, был облачён в алые одежды, которые необычно контрастировали с его аметистовыми глазами. И вот, огромные двери бального зала являют их взгляду помпезное помещение, буквально пропитанное богатствами и роскошью. Секби всеми силами старается не глазеть по сторонам, а вести себя так, будто для него привычно видеть целого осетра на столе, а также неизвестное количество блюд, названия которых он даже не знал. Ники же еле сдерживала рвущиеся наружу смешки, когда замечала те подавляемые взгляды восхищения и интереса, что кидала на столы её прекрасная Секби. Очаровательно. Приём гостей оказался до ужаса унылым, но трудоёмким. Секби сбился со счёта, сколько раз ему пришлось кивнуть в ответ на чужие поклоны и улыбнуться на дежурные комплименты незнакомых ему аристократ. Благо, пока те не пытались выйти с ним на открытый контакт, верно, опасаясь присутствия и принцессы и кронпринца рядом. Хотя, парень до сих пор не уверен, что те вовсе решатся хоть как-то задеть его в словесной перепалке, ведь ясно как день, что теперь он птица совершенно иного полёта. Нет, он не бахвалился, лишь констатировал неоспоримый факт. И всё же, прибывающие гости медленно закончились, и Хайди аккуратно потянул его в сторону возвышения для королевской четы. Король встретил их лишь лёгким нечитаемым взглядом, а после вернулся к созерцанию огромного зала. Секби решил не тревожить себя мыслями о близости к столь важной особе, занимая отведённое ему место возле кронпринца. Теперь у него было несколько минут, чтобы дать ногам отдохнуть и мысленно подготовиться к бесконечной череде танцев, ожидавших его впереди. И вот, момент настал — объявили о начале бальных танцев. Хайди, как и полагается кронпринцу, встал первым, протягивая ладонь Секби. Парень без колебаний принял её, мысленно вспоминая все особенности танцев, которым его научила Ники. Поймав её приободряющий взгляд, Секби окончательно расслабился, наполняясь невиданной ранее уверенностью. Что ж, танец удался на славу. Они кружились нежно и неспешно, ведь Секби старался подстроиться под тот темп, что задавал Хайди. Поначалу, конечно, было немного сложно, однако парень быстро приспособился и без проблем станцевал даже ту часть, которая ранее ему не давалась. Благо, после одного танца Хайди позволил ему отойти к столу с закусками, а сам направился к оставшемуся в одиночестве эрцгерцогу. На секунду потеряв Ники, Секби обнаружил её, тихо подошедшую сзади и немного напугавшую его мягким игривым комплиментом: — Я знала, что наши уроки не пройдут даром, — кажется, сегодня принцесса была навеселе, иначе никак не объяснить тот тон и взгляд, которыми она одарила смущённого парня. — Хотя, признаться честно, я бы желала убедиться в этом самостоятельно. Секби мигом понимает чужой намёк и в горле пересыхает от сковавшего его напряжения. Приглашение на танец это не просто жест вежливости или часть традиций, в основном это действие использовалось кавалерами или дамами для того, чтобы выразить свой интерес в партнёре. Так, знатные мужчины приглашали на танец девушек, которых желали увидеть в роли своих пассий или даже будущих супруг. Поэтому игривое откровение Ники несло куда больший смысл, нежели могло показаться. — Так что Вам мешает? — Секби не знает, откуда в нём столько наглости, однако эти слова так и рвались наружу. Возможно, дело всё в длительном отлучении от принцессы, или же в той нерешённой ситуации, случившейся одним вечером. Ники пару мгновений медлит, хмурясь и недоверчиво оглядывая Секби, однако, даже так, она не находит и грамма насмешки или сарказма в чужих глазах. Сердце девушки гулко бьётся в груди, когда она понимает, что это было то самое согласие. Секби согласилась станцевать с ней. Всерьёз. — Тогда, позвольте, — Ники элегантно убирает одну ладонь за спину, а вторую протягивает своей служанке. — Конечно, — кивает Секби, не смея и на секунду отвести взгляд от этой очаровательной картины. Ники была великолепна, а такая — открытая и решительная, она была прекраснее всех тех див, что собрались на сегодняшний бал. Она была его личной Богиней. Парочка колких взглядов коснулась их фигур, когда они уверенно вышли в центр бального зала. С каждой секундой невольных наблюдателей становилось всё больше, однако Ники решила, что может позволить себе небольшую вольность. Всё равно отцу глубоко плевать на её жизнь и поведение, главное, что оно не позорит честь королевской семьи. Что же до «брошенного» эрцгерцога, то Арлабус уже безвозвратно увлёкся общением с её братом, поэтому даже не видит, с кем танцует его «дражайшая невеста». В этот вечер они останутся вдвоём. Мелодия заструилась, словно освежающая водная прохлада. Ники перехватила облачённые в белоснежные перчатки ладони и уверенно взяла тот самый темп, что доступен лишь им. Секби мигом подстроился, улавливая знакомые движения и полностью доверяясь своей Леди. Сегодня он мог позволить ей почти всё. Этот танец совершенно не походил на тот, в котором закружил его ранее Хайди. В отличие от нежных и выверенных движений кронпринца, Ники не стеснялась утягивать партнёра за собой и также позволяла брать инициативу на себя. Это действительно больше походило на сражение — быстрое, опасное и смертельно красивое. Некоторые тоже заметили эту необычную атмосферу, поэтому поглядывали с нескрываемым восхищением и интересом. Редко в их чопорном обществе увидишь такие искренние и буйные чувства двух молодых людей. И тут, будто лопнувший хрустальный стакан, приятную музыку разрывает гулкий окрик рыцаря: — В замке посторонние, просьба всем оставаться в зале! — командует один из участников придворной охраны. Конечно же, это возымело совершенно противоположный эффект — не привыкшие к опасности аристократы мигом забеспокоились, сбиваясь в группы и опасливо оглядываясь по сторонам. Ники резко остановилась, хмуро оглядываясь по сторонам и пытаясь найти хоть один сигнал о том, что в возникшем деле необходимо её присутствие. К её разочарованию, ничего не говорило об этом, да и самой охраны стало куда меньше, а значит, произошло что-то серьёзное. Девушка отпустила свою партнёршу, собираясь лично разобраться с ситуацией. — Леди, постойте, — мигом реагирует на чужое движение Секби, по инерции обхватывая тонкое запястье и заставляя алые глаза удивлённо обратить на него внимание. — Вам стоит пройти к остальным, — костеря себя за поспешность, парень всё же находит то, что могло бы звучать не так жалко, как оправдание собственного беспокойства за жизнь одной конкретной принцессы. — Нет, если это дело касается рыцарей, то и мне необходимо там быть, — мягко улыбаясь, Ники всё же нехотя убирает чужую хватку со своей руки. Она мягко обхватывает облачённую в перчатку ладонь, сжимая её и оставляя лёгкий краснеющий остатками помады поцелуй на тыльной стороне. — Лучше побеспокойтесь о себе — мой брат не должен потерять свою спутницу на первом же балу. С этими словами Ники резко разворачивается и бегом, насколько позволяло её пышное платье, направляется в сторону того коридора, откуда на мгновение появилась фигура рыцаря. Секби только и остаётся, что завороженно смотреть ей вслед, переводя взгляд на оставшийся жарким напоминанием и блёклым следом губ поцелуй. — Леди де Лизард, прошу, пройдёмте со мной, — к нему действительно подходит Хайди, который обеспокоился безопасностью служанки. Пусть он и понимает, что та не была робкой девицей без всяких навыков самообороны, но что-то внутри настойчиво погнало его к одинокой фигуре, оставленной его дражайшей, но крайне ветреной сестрой. — Простите, Ваше Высочество, но я вынуждена проследовать за своей Леди, — делает шаг в сторону Секби, решительно подхватывая полы своей тяжёлой юбки и следуя за исчезнувшей в тёмном коридоре фигурой принцессы. Да, это было до жути неуважительно и глупо, однако почему-то парень твёрдо уверен в том, что кронпринц поймёт его и простит за столь невежественный поступок. Хайди же только и может, что вздохнуть, смотря вслед своей необычной партнёрше. «Да уж, сестрёнка, не ожидал я, что ты сможешь приручить дикого волка», — с усмешкой думает парень, вспоминая тот решительный взгляд, которым его одарила Секби. Эх, жаль, что он не имел возможности познакомиться с ней раньше. Возможно, это могло бы перерасти в крайне удобный взаимовыгодный брак для прикрытия, но он не привык отбирать людей своей сестры. Тем более таких. Секби костерил все те юбки, которые ему закрепили служанки. Они сильно снижали его скорость, а также отнимали немало сил. Впрочем, Ники была не в лучшем положении, поэтому он должен суметь догнать её до того, как она столкнётся с первыми неприятностями. Трудно это признавать, но теперь Секби совершенно не думал о возможности быстро проникнуть в сокровищницу. В его мыслях была лишь Ники. Выбегая на очередное перепутье, Секби видит странную тёмную фигуру. Предчувствие тут же белугой завыло у него в голове, поэтому парень поспешно снимает туфли, а одну из них хватает на манер молотка. То оказалось очень вовремя — заметив его, неизвестный достал из-под полов своего чёрного плаща нож, предостерегающе выставляя перед собой: — Эй, вали-ка отсюда по-хорошему, — грубый бас режет слух, однако Секби не привык отступать. — Сначала скажи, что ты тут делаешь, а потом я уже подумаю над твоим предложением, — фыркает парень, поудобнее размещая импровизированное «оружие» в ладони. На удивление, туфля оказалась тяжёлой и крепкой, поэтому даже чужой нож не сможет её прорезать. По крайней мере, Секби очень на это надеялся. — Слышь, не тебе мне что-то указывать! — мигом взбесился неизвестный, который, кажется, надеялся на быстрый и незаметный побег с награбленным. Таких Секби распознавал за пару секунд — слишком уж часто приходилось работать в паре с ворами, потратившими на свою профессию половину жизни. Продолжать бессмысленный диалог парень не стал — не видел смысла. Всё равно сейчас главное либо задержать вора, либо заполучить обратно украденное, ведь то явно было не простой драгоценностью. Не стал бы вор проникать в столь защищённое место ради простой побрякушки, поэтому это могло оказаться что-то из самой сокровищницы. Незнакомец атаковал первым — широкий взмах ножом проходит в паре сантиметров от плеча Секби, однако парень даже не шелохнулся, с лёгкостью ударяя тяжёлым каблуком по чужой ладони. Грабитель позорно вскрикивает, разжимая своё оружие и сразу же теряя всякое преимущество. Секби на какой-то миг стало его жаль, однако блеснувший в лунном свете смутно знакомый кулон мигом оборвал все его мысли. Парень не стал тратить время, точным ударом каблука отправляя незадачливого вора в нокаут. Кажется, заказчик больше полагался на ловкость и скрытность исполнителя, нежели на его боевые умения. Что ж, это было его главной и фатальной ошибкой, ведь даже Секби никогда не забывал поддерживать себя в форме, чтобы в случае чего суметь постоять за себя в патовых ситуациях, подобных этой. Подойдя ближе, Секби отодвинул чёрную тряпицу плаща, выхватывая сворованный кулон. И тут же замер. Это был он — та самая драгоценность, ради которой он и страдал уже не один месяц. Неизвестно как и зачем, но воришка смог достать цель всей его миссии и буквально вручить ему в руки. Значит… значит Секби мог быть свободен? «Ники!» — тут же вспыхивает новая мысль в голове парня, и он мигом оборачивается, чтобы найти девушку и удостоверится в её безопасности, но встречается с удивлённым взглядом алых глаз. Девушка стояла прямо за его спиной. — Секби? — принцесса не ожидала увидеть свою служанку здесь, пока рыцари тщетно пытаются найти вора, проникшего в замок. Однако ещё больше она не рассчитывала заметить самого виновника поднятого шума, валяющегося возле Секби. Парень медлит, сглатывая ставшую вмиг вязкой слюну. Прямо сейчас он мог схватить кулон и сбежать, пользуясь чужим замешательством. Он мог закончить это чёртово задание и до конца своих дней обеспечить себя золотом. Он мог покинуть это пристанище аристократии и сбросить личину придворной леди. Он мог… Он не мог оставить Ники. — Леди, я нашла это у вора, — Секби чувствует, как разрывается его душа от переполняющих его противоречий, однако всё равно упрямо протягивает тот самый кулон девушке. — Кажется, именно за ним он проник в замок. Ники пару секунд смотрит на украшение, а после аккуратно забирает его из чужой ладони, рассматривая его, будто видя в первый раз. Она сжимает аккуратный кулон в ладони, прижимая её к груди: — Спасибо, — с неожиданным облегчением выдыхает Ники, поднимая взгляд на замершую служанку. В её взгляде столько противоречивых эмоций, но ярче всего сияет нечто необычное, глубокое и пылкое. Нечто, чего раньше так не было. — Спасибо тебе, Секби.