По правилам

Моя смена кончилась, когда окончательно стемнело, и я, продрогшая до костей, смогла вернуться вместе с Фухо в крепость. На пост заступили парень и девушка из Облака и Тумана, которые, не стесняясь, обсуждали, на каком бы из пленников потренироваться в метании сюрикенов. «Кажется, мне не стоит терять времени!» — приняла я решение и направилась в сторону минус-первого уровня, сектор Камня. Уже подходя к камере Тсукури, я услышала скрипучий мужской голос: — Какая сладенькая у тебя мордашка, малыш… Даже не знаю, с чего начать, отыметь ли один из твоих ротиков или присунуть в персиковую задницу… Интересно, ты принимал когда-нибудь в задницу? Хотя ты же у нас крутой преступник, вряд ли, вряд ли… Привыкай, солнце, здесь ты лишь кукла… Мне показалось, что меня сейчас стошнит. Тсукури стоял, явно не в состоянии двигаться или как-то иначе сопротивляться, повесив голову, длинная чёлка закрывала лицо нукенина. Перед ним возвышался один из охотников за головами и я на миг сама удивилась тому, насколько Дейдара миниатюрен по сравнению с другими людьми. Охотник уже положил одну руку на пояс своих штанов, а второй давил на затылок арестанта, явно собираясь поставить того на колени и осуществить сказанное. Дверь была решетчатая, так что я видела все происходящее, и слова сами прыгнули мне на язык: — Эй, ты тоже польстился на этого красавчика? Охранник обернулся. Он принадлежал Песку. — А что? Тоже хочешь? Я первый был. — Я новенькая. Мне одна птичка напела, что новичкам можно любого. Охотник сердито цыкнул сквозь зубы. — Девки… Лучших парней отбиваете… Хрен с тобой, бери, традиция есть традиция. — Только… Можно я его на ночь в комнату заберу? — Продолжала ковать железо, пока горячо, я. — А то мне тут, где все смотрят, брезгливо… Песочник присмотрелся ко мне повнимательнее. Потом толкнул безмолвного пленника, которого явно успели по уши накачать наркотой, ко мне. — Завтра к дневному пересчёту приведешь. — Поняла, — кивнула как можно небрежнее я, и ухватив пленника под руку, потащила за собой. Немногие девицы, которые выдерживали здесь дольше пары недель, часто брали пленников с минус-первого в комнаты, как рассказала Фухо. В ошейниках, которые подавляли чакру, по самые уши напичканные наркотиками — когда-то смертельно опасные нукенины и чудовища не представляли угрозы. Тем более, что возвращать пленников требовалось строго к обеду, чтобы не пропустили прием дозы. Иначе свои же охранники в наказание могли покалечить и заигравшуюся девушку, и нукенина, начавшего отходить от зелья. Закрыв за собой дверь в мою маленькую комнатку, я первым делом заперла её как следует. Дейдара так и стоял, где я его поставила, посреди комнаты. Я осторожно взяла его за руку, подвела к своей кровати и помогла ему лечь на спину. Откинула чёлку с его лица. И… На миг словно утонула в серо-голубых глазах Тсукури. В этом бешеном взгляде, которым он мерил меня — в этом взгляде было больше жизни, чем во всём этом прогнившем здании. Презрение, боль, гнев, нежелание признавать чью-либо власть над собой… Взгляд бешеного тигра, пойманного в клетку. Я приложила палец к губам и шепнула ему почти беззвучно на ухо: — Мне заплатили за то, чтобы ты выжил. Я на твоей стороне. Приём сработал безукоризненно — в яростных серо-голубых глазах вспыхнула такая же бешеная радость. Все-таки ему было страшно. А кому не было бы? Остаться без возможности контролировать свое тело, осознавать, чувствовать, что с тобой делают, и не иметь возможности помешать… Даже без возможности покончить с собой… А я купила его с потрохами. Мне было даже не нужно называть кого-то конкретного — он всё додумал за меня. Жаль, он не может ответить мне, а то аккуратно допросила бы, и выяснила, на кого он подумал. Акацуки или наставник из Камня, или кто-то третий? Хорошо, что отец подарил мне перед уходом полностью укомплектованную аптечку. Плеснув из фляги в маленькую пиалу, я макнула в воду ватку и сначала вытерла мерзкую кровавую корку с носа пленника. — Знатно тебя отделали, — отметила я. Дейдара злобно прищурился, и в блеснувших яростью глазах я явственно прочитала: «Всех порву!». Хотя, скорее взорву, зная его основную способность. Я аккуратно сняла повязку — пришлось отмачивать её, ткань уже начала присыхать к ранам — и слегка поморщившись, осмотрела сочившиеся сукровицей и кровью дыры в груди и животе. Еще в Академии я прошла курсы ирьëнина, но именно курсы, не обучалась профильно. Я могла закрыть лёгкие царапины (кстати, не помешает это сделать — подумала я, и залечила разбитую скулу пленника), диагностировать, поддерживать жизнь до прихода врача, сделать шину для перелома, остановить кровотечение… Но не проводить полноценное лечение уже воспалившейся раны. Тем более, учитывая ошейник, подавляющий чакру на шее юноши. Так или иначе — что-то делать было надо. Я, приподняв его голову, напоила парня водой, в которой растворила обезболивающее и общеукрепляющее. Судя по тому, как жадно он присосался к приложенной к губам плошке, поить его не поили, только вкатили ударную дозу наркотика. Я читала про это страшное зелье, изобретенное еще в юности змеиным саннином, но была уверена, что точный рецепт давно уничтожен. Человек, получивший дозу зелья, просто терял возможность самостоятельно активировать какие-либо мышцы, стоял, если поставить, шел, если вести. Единственный недостаток этого зелья был в том, что для получения результата зелье нужно было именно ввести внутрь внутривенно, причем солидную дозу — что-то около десяти миллилитров. Так что смазывать дротики или подливать его в еду и питье не вышло бы. Идеальных техник или идеальных зелий не существует. Очистив рану, как могла, обеззараживающим, я сделала новую перевязку чистыми бинтами из своей аптечки — закрывать рану при помощи медицинских техник я не рискнула. Я не была уверена в том, что рана не загноилась, а закрыть рану с гноем внутри — только усугубить состояние пациента. Это я четко усвоила с медицинских курсов. Неосознанно я провела кончиками пальцев по обнаженной руке парня, обвела два шрама, по которым можно было понять, что когда-то — даже еще не так давно — обе руки Акацуки были оторваны по самые плечи. Интересно, кто был настолько талантлив, чтобы пришить на место руки? На большом пальце правой руки красовалось кольцо, но поверх ладони, почти до локтя по коже бежали символы какой-то сложной фуин. Я прикрыла глаза, водя пальцами по печати на руке Дейдары, прислушиваясь к своим ощущениям. Кажется, запечатывающая, полностью закрывает и экранирует руку… Я слышала об неснимаемых кольцах. Опасные артефакты с одной стороны всегда обеспечивали связь владельцев между собой, с другой — если на тебе подобное кольцо, сбежать не удастся, как ни старайся, найдут где угодно. Даже если отрезать палец и снять с него кольцо — через несколько дней очаг чакры разрушится и шиноби неизбежно умрёт, потому что кольцо при надевании внедряется в чакрообмен и становится как бы частью организма. Печать закрывала возможность общаться с помощью этого кольца, но это как наложить давящую повязку — если со временем ее не снять, клетки начнут отмирать. Тсукури втянул носом воздух с шипением ядовитой змеи и я отдернула руку, сама смутилась своему движению. Осознала, что уже несколько секунд наглаживаю пленника. Меня никогда особо не смущало отсутствие парня и мужа. Не каждому дано, не у всех складывается. Конечно, что-то ёкало при виде держащихся за руки и целующихся в тени деревьев парочек, какая-то зависть и тоска… Но я никогда не позволяла себе ослабить контроль над собой и своим телом. Я уже очень давно решила, что если уж заниматься сексом — то лишь с тем, от кого дрожат колени, а сердце в груди переворачивается, с тем, чьи глаза видят только меня, кому можно доверять безоглядно. Это было мое правило и я не хотела от него отступать. А тут попался в руки беспомощный парень, и я уже пытаюсь его лапать… Фу! И чем ты лучше тех животных, которые насилуют пленников?! «Ах да, самогендзюцу», — припомнила я. — «Жаль, сейчас развеять нельзя…». — Прости, — шепнула я. — Осматривала кольцо. Неснимаемое? Дейдара медленно моргнул, видимо, таким образом подтверждая мою догадку. А я дёрнулась, неожиданно ощутив чакру того охотника, у которого я отобрала Дейдару. Нахмурилась, настраиваясь на свои внутренние ощущения и поняла, что охотник стоит неподалеку от двери и болтает с парой ребят из Конохи, но… Его внимание — оно было направлено в мою сторону. Хочет узнать, зачем я забрала пленника, убедиться, что я не засланная. — Прости, так надо… Тот охранник рядом, — склонившись к самому уху Тсукури, шепнула я, присаживаясь на край кровати рядом с мужчиной. Прикрыла глаза. Я не то, чтобы была фанатом эротической литературы, но если ты хорошо дружишь с Какаши — избежать знакомства с «Ичи-ичи» у тебя не удастся. При чтении я скорее посмеивалась с яростных эротических фантазий автора… Но теперь мне это пригодилось. Как можно ярче восстанавливая в памяти горячие картинки, которые рисовало воображение при прочтении (и после, ночью, перед сном… Но тсс, это мой маленький секрет!), я немного откинулась, устраиваясь удобнее. Обычно в воображении у моего парня не было какого-то четко выраженного лица. Не урод, но и не красавец, глаза то ли большие, то ли маленькие, вроде как и бритый, но может и с бородкой… Только волосы были довольно светлыми — но я просто привыкла к вечно мелькающей в доме белобрысой голове Какаши. Стараясь как можно подробнее представить, как теплые руки обхватывают меня, а приятная тяжесть прижимает мое тело к кровати, я мягко, стараясь не слишком нарочито сделать это, застонала. Не очень громко, чтобы не привлекать излишнего внимания, но чтобы те, кто хотят услышать — услышали. Прикусила губу и хрипло взмуркнула, представляя, как мужчина касается языком моей груди. И вдруг вспомнилась шутка Фухо: «А, у него же три рта…», и как-то легко и играючи фантазия дорисовала на место некоего неопределенного мужчины лежащего рядом Акацуки. Я почувствовала даже не открывая глаз, как краска бросилась мне в лицо, и по всему телу прошла приятная дрожь возбуждения. Парни из Конохи, услышав мое представление, смутились и, скомкано попрощавшись с приятелем, ушли каждый в свою комнату. Охотник из Песка постоял еще пару минут — я продолжала негромко вздыхать и постанывать (глаза я не открывала теперь еще и потому, что мне ОЧЕНЬ не хотелось видеть выражение лица Дейдары — еще бы, сидит девица рядом и стонет, как в самом развратном хентае!) — и ушел. Видимо, убедился, что я не замышляю ничего дурного, а честно забавляюсь со своей «добычей». — Ф-ф-ф-ф, — выдохнула я и таки посмотрела на Тсукури. — Если скажешь кому хоть слово — я переломаю тебе все кости, и не смотри, что ты у нас из Акацуки, понял?! Судя по ехидно-довольному прищуру, Дейдаре представление понравилось, а угроза моя его не испугала. Покачав головой, я сдвинула его ближе к краю кровати, старательно делая вид, что не замечаю выразительного бугра в штанах Тсукури. Свернулась в клубочек, прижавшись спиной к боку парня и уснула. Даже не успев удивиться, что обычно спать в чужом присутствии у меня никогда не получалось. Но прошлая бессонная ночь и дежурство на холоде сделали свое дело.