Любовь

      Жители Ли Юэ готовились к Празднику морских фонарей, украшая улицы. Казуха с улыбкой наблюдал за ними, неспешно прогуливаясь. Отовсюду доносились ароматы специй, моря и пороха для будущих фейерверков. Даже погода была идеальная — было ни холодно, но и ни жарко. Заприметив украшения и прочие вещички, Каэдехара направился к ним.       «Думаю, можно купить Хейзо что-нибудь… Только что?» — он задумчиво рассматривал вещи.       От одной мысли о детективе грудь сдавила тоска. Это было неудивительно: они не виделись уже три месяца. Кроме того, прошлый визит ронина в Инадзуму оказался коротким — чуть меньше месяца. Обладатель алых глаз чувствовал себя виноватым из-за этого. Хотелось оказаться рядом, обнять самого дорогого человека и поцеловать, желательно, несколько раз.       «Надеюсь, он не обиделся… Выглядел таким расстроенным, когда я уплывал… — ронин вздохнул. — Может, попросить капитана Бэй Доу завтра отвезти меня в Инадзуму? Ох, нет… Она отправилась к леди Нин Гуан… Не хочу ей мешать и разлучать их… Можно тогда попробовать доплыть самому… Далековато, конечно, но это реально… Всё равно настроение какое-то не праздничное…»       Внезапно рядом с ним раздался писк, а в нос ударил едва уловимый, но такой знакомый, такой родной запах. Подняв голову, Казуха удивлённо захлопал глазами. Перед ним летала маленькая феечка зелёного цвета.        — Здравствуй, — Каэдехара осторожно протянул к ней руку. — Откуда ты здесь?       Феечка доверчиво потерлась о его щёку, попискивая. Ронин улыбнулся, легонько пощекотав её. Запах усилился. Юноша мягко поглаживал малышку.       «От неё пахнет Хейзо… Почему? Не могла же она пролететь такое большое расстояние, сохранив запах…» — он слегка нахмурился, пытаясь понять причину появления феи и запаха на ней.       Уж не сошёл ли он с ума от тоски по любимому человеку? Не мерещится ли ему запах? Вдруг феечка пискнула и полетела куда-то. Казуха решительно пошёл за ней. Что-то ему подсказывало, что эта кроха даст ему ответ. Тут перед глазами мелькнул знакомый силуэт. Каэдехара остановился. Силуэт тоже и тут же стал чётче. Сердце ронина ухнуло о грудную клетку и ускорило темп.        — Казуха! — его заключили в крепкие объятия.        — Хейзо, откуда ты здесь? — Казуха растерянно захлопал глазами, обняв парня в ответ.        — О, это очень долгая история! — Хейзо захихикал, слегка отстранившись, но не размокнув объятий. — Как ты? Всё хорошо?        — Да… — Каэдехара чуть нахмурился, коснувшись щеки любимого. — Откуда царапина? На тебя напали?        — Да так, была небольшая стычка, — Сиканоин перехватил его руку и нежно поцеловал. — Говорю же, это долгая история!        — Расскажи, пожалуйста, — ронин обеспокоенно разглядывал юношу на наличие других ран.        — Мы только встретились, а ты сразу о работе? — наигранно обиделся детектив, надув губы. — Как жестоко, Зу! Даже не поцеловал меня!        — Хейзо, — Казуха нахмурился.        — Ладно-ладно, — досин комиссии Тэнрё успокаивающе поцеловал его в щёку. — Только давай для начала пойдём в гостиницу? Я за Тиной уже полчаса гоняюсь, устал!        — Тина? А, ты про эту малышку, — ронин перевёл взгляд на феечку, которая радостно терлась о щёку детектива.        — Угу! Я нашёл её уже здесь, в Ли Юэ. Она была поймана бандитами, которых я искал, — Хейзо усмехнулся, ощущая, как кроха зарылась в его волосы. — Кажется, я ей понравился, и она стала летать за мной.        — Вот как… — Казуха слегка улыбнулся, трепетно сжав руку возлюбленного.       Досин улыбнулся шире, сжимая его руку в ответ. Его глаза цвета весенней листвы словно сияли изнутри и говорили, что всё с ним хорошо. Однако ронин всё равно чувствовал небольшую тревогу. Вдруг детектив прячет под одеждой раны? Вдруг ведёт себя так, только чтобы успокоить его? За всеми этими мыслями ронин и не заметил, как они оказались в гостинице. Голос детектива будто доносился сквозь вату. Неожиданно юноша почувствовал, как его ощутимо укусили за шею. Казуха вскрикнул больше от неожиданности, чем от боли.        — Это тебе за то, что не слушаешь меня! — Хейзо надул губы, потянув парня за щёки.        — Прости, я… — Казуха виновато отвёл взгляд.       Сиканоин вздохнул, поцеловав его в губы. Каэдехара ответил почти сразу же, осторожно прощупывая бока. Запах детектива успокаивал, пленял, а гладкая, без царапин или шрамов, кожа вселяла надежду, что со здоровьем парня всё хорошо. Горячие ладони легко развязали шарф ронина, оголяя бледную шею.        — Ты слишком напряжённый, Зу, — промурлыкал досин горячим шёпотом прямо в покрасневшее ухо своего парня.       Казуха сглотнул, ощутив, как горячие пальцы легко развязали его хвост. Вздохнув, он притянул любимого человека поближе, утыкаясь носом в шею:        — Я не прощу себе, если с тобой что-то случится…        — А ещё говоришь, что я слишком много думаю, — Хейзо усмехнулся и успокаивающе поцеловал его в светлую макушку. — Я правда в порядке, не беспокойся. Отделался парой царапинок и всё. Они уже почти затянулись и совсем не болят. Однако, если ты так сильно волнуешься, я разрешаю тебе меня обследовать.        — Обследовать? — недоуменно переспросил Каэдехара, слегка отстранившись.        — Ага, — Сиканоин хитро улыбнулся и положил руку любимого на свои длинные перчатки. — Поможешь снять их?       Казуха кивнул, словно зачарованный голосом возлюбленного и блеском его зелёных глаз. Его прохладные руки легко развязали ленты и осторожно сняли сначала одну длинную перчатку, а потом и другую.        — Видишь? С руками всё хорошо, — мягко произнёс Сиканоин, позволяя партнёру мягко прощупать и огладить свои руки.       Каэдехара кивнул, осыпая гладкую кожу трепетными поцелуями. На руках детектива были небольшие царапины, но они действительно почти исчезли, что очень успокоило ронина. Досин комиссии Тэнрё прикрыл глаза, улыбаясь. Мягкие, нежные поцелуи и поглаживания дарили чувство защиты и уюта. Обладатель вишнёвых волос рвано выдохнул, ощутив поцелуи выше, уже на плечах. Казуха слегка покусывал светлую кожу, оставляя небольшие метки, и тут же зацеловывал места укуса. С трудом оторвавшись от красивых и сильных плеч, он накрыл чужие губы своими. Хейзо улыбнулся в поцелуй, позволяя юноше отстегнуть ошейник и развязать шнурок на волосах. Тело Казухи, его запах, губы, мягкие волосы и прохладные руки пленяли, заставляя подчиниться.        — Ты такой красивый, — бархатным шёпотом произнёс Каэдехара. — Я очень скучал.        — Я тоже скучал, Зу, — Сиканоин нежно поцеловал его в щёку, а потом в лоб и другую щёку.       Ронин ловко развязал хаори возлюбленного, подстраиваясь под ласковые поцелуи на своём лице. Ему очень нравились эти «телячьи нежности», как однажды в шутку назвал их досин, нравилось, как они постепенно переходили во что-то большее, во что-то требовательное и жадное. С трудом оторвавшись от прекрасного лица своего парня, детектив уверенно и быстро снял с него перчатки и развязал бинты.        — Так прекрасно, — хрипло пробормотал он, целуя маленькие шрамы на изящной руке.        — Какой ты сегодня романтичный, любовь моя, — промурлыкал ронин, чувствуя, как дурман в голове усиливался.        — От тебя заразился, — решительно произнёс досин, не отрываясь от своего занятия.       Каэдехара тихо рассмеялся, чувствуя, как нежность мёдом разливалась внутри. Через некоторое время Сиканоин стал помогать парню избавиться от одежды, бубня что-то о том, что его любимый вечно «одет, как луковица». На это заявление обладатель алых глаз лишь тихо хихикал, позволяя ласкать своё тело и одаривая любимого ответными ласками. Улучшив момент, он укусил любимого за шею, оставляя на ней яркую отметку и выбивая с губ пошлый стон.        — Я ещё не закончил твоё обследование, — хриплым от возбуждения голосом произнёс он, целуя шею и запуская руки под майку возлюбленного.        — Какой дотошный, — усмехнулся Хейзо, позволяя снять с себя вверх.        — А это я уже от тебя подхватил, — Казуха опустился влажными поцелуями к груди любимого, слушая тихие стоны, иногда переходящие в скулёж.       Досин комиссии Тэнрё рвано дышал, впиваясь ногтями в голую спину юноши. Внизу сладко тянуло. Хотелось поскорее избавиться от последней одежды и перейти уже к чему-то другому, нежели поцелуи и укусы. Ронин словно издевался над ним, лаская его соски. Он прекрасно знал, насколько юношу заводили ласки с его шеей и сосками. Это подтверждали пошлые стоны и недвусмысленные движения бёдрами, требующие чего-то большего. Каэдехара укусил набухший сосок. Сиканоин вскрикнул, выгнувшись дугой. Казуха улыбнулся, лаская грудь и покусывая соски.        — Зу, пожалуйста… Хватит… — проскулил Хейзо, чувствуя, как его соски слегка выкручивали прохладные пальцы.       Ронин улыбнулся чуть шире, не прекращая свою «пытку». Дрожащий и стонущий детектив, который сидел на его коленях, сейчас был в его полной власти. Только он, Каэдехара Казуха, имел власть над непокорным «Ураганом», Сиканоином Хейзо. Это опьяняло. До того, как ронин стал встречаться с детективом, он даже не подозревал о такой своей стороне и был очень благодарен возлюбленному, что позволял ему быть таким. Помимо этого, он был благодарен ему, что тот тоже открывался для него всё с новой и новой стороны. Например, раньше Казуха никогда бы не подумал, что Хейзо может быть таким нежным или податливым, словно кусок глины, из которого он мог лепить всё, что ему захочется. Вдоволь наигравшись с грудью любимого, обладатель алых глаз ловко подхватил его и перевернулся вместе с ним, оказавшись сверху. Разгоряченный досин, весь в засосах и укусах, выглядел невероятно красивым, особенно на смятых простынях.        — Восхитительно, — с улыбкой прошептал Каэдехара, рассматривая стройное тело затуманенным взглядом.       Однако даже в таком состоянии он мысленно отметил, что с любимым действительно всё в порядке. Сиканоин потянулся к нему за новым поцелуем. Казуха нежно поцеловал его, избавляясь от последних элементов гардероба на нём и на себе. У них обоих кружилась голова. Слегка посасывая язык возлюбленного, ронин ласкал крепкие бёдра и стройные ноги, выбивая новые стоны.        — Зу, я больше не могу… Пожалуйста, давай сделаем это… — бормотал досин, как в бреду. — Умоляю, Зу…        — Потерпи, любовь моя, — промурлыкал Казуха, целуя его ухо и слегка прикусывая мочку. — Если поторопиться, может быть больно.       Приподнявшись, он осмотрелся. Заприметив флакончик с какой-то жидкостью, ронин осторожно взял его и вопросительно взглянул на детектива. Тот покраснел до самых кончиков ушей и кивнул, отведя взгляд.        — Какой ты развратник, — Казуха усмехнулся.       Хейзо хотел возмутиться, но не успел. С его губ слетел новый стон. Каэдехара неторопливо ввёл один палец, потом второй, а затем и третий, растягивая тугое колечко мышц и задевая чувствительное место. Сиканоин закусил губу, спрятав красное лицо в изгибе локтей. Они делали это уже ни в первый раз, но ему никак было не избавиться от смущения, особенно когда алые глаза напротив смотрели на него с такими любовью, нежностью и жадностью одновременно.        — Не прячься от меня, Хейзо, — Казуха ловко убрал руки и крепко ухватил их над головой любимого. — Ты же знаешь, я люблю смотреть на твоё лицо.       Хейзо застонал в новый, влажный поцелуй, двигаясь навстречу ласкающим его пальцам. Убедившись, что партнёр достаточно растянут, Каэдехара перехватил его поудобнее, отпустив руки. Сиканоин протяжно застонал, чувствуя, как возлюбленный медленно, словно издеваясь над ним, начал входить в него, а потом так же медленно стал двигаться, толкаясь в нужном направлении.        — Ты так прекрасен, Хейзо, — прошептал ронин, постепенно ускоряясь. — Я люблю тебя, — жадные поцелуи сыпались на лицо и шею любимого. — Я очень сильно люблю тебя!        — Я… Казуха… Я то… — задыхаясь, бормотал досин. — Я тоже… Люблю! Люблю!       Его голос срывался, а ногти нещадно цеплялись за затылок и спину парня. Казуха терзал его шею, ни оставляя на ней живого места. Хейзо стонал в голос, выкривая «Казуха», «ещё», «хорошо». Было абсолютно всё равно, услышат ли их кто-то из соседей за стенами. Толчки становились всё грубее, более рваными. Каэдехара прикусил губу, чувствуя, что они оба уже на грани. Сиканоин выгнулся дугой. Тело словно стали бить тысячи зарядов. Последний, громкий, сладкий стон сорвался с его губ. Волна оргазма накрыла их с головой, и они оба получили долгожданное наслаждение. Какое-то время они лежали рядом, тяжёло дыша. Казуха прильнул к горячему и влажному телу поближе, зарываясь носом в вишнёвые волосы. Голова была абсолютно пустой, и от этого было очень приятно.        — Зу, Зу, смотри, — немного сбивчиво произнёс Хейзо охрипшим голосом, указывая куда-то в сторону.       Казуха слегка приподнялся на локтях, изогнув бровь. Неподалёку от окна, которое, как оказалось, было приоткрыто, летала Тина, о которой они начисто забыли, с другой феечкой, красного цвета. Малышки радостно кружились и терлись друг о друга, попискивая о чём-то на своём языке. Каэдехара улыбнулся.        — Кажется, Тина сильно по ней скучала, — он обнял любимого человека покрепче.        — Угу, — усмехнулся Сиканоин, заглянув в глаза возлюбленного.       Ронин мягко поцеловал его в опухшие губы. Досин комиссии Тэнрё мурлыкнул, поворачиваясь к нему.        — Давай помоемся вместе? — промурлыкал он.       Каэдехара кивнул, легко подхватив изящное тело на руки. Сиканоин тихо вскрикнул, ухватившись за него покрепче.        — Я бы и сам дошёл… — пробубнил, пряча покрасневшее лицо в изгибе бледной шеи.       Ронин негромко рассмеялся. Оказавшись в тёплой воде, досин прильнул к любимому. Ему нравилось мыться вместе, нравилось чувствовать, как переплетаются их обнажённые тела, как длинные пальцы намыливали его волосы и слегка массировали затылок.        — Хейзо, ты на долго в Ли Юэ? — мягкий голос Казухи раздался рядом с ухом.        — Я планировал сразу после расследования вернуться в Инадзуму, — детектив улыбнулся, позволяя смыть с себя пену. — Но теперь у меня появился повод задержаться.        — Тебя не будут ругать? — Каэдехара осторожно массировал податливое сейчас тело.        — Не-а, — Сиканоин хитро прищурился. — Путь не близкий, поэтому я быстро всё равно не вернулся бы! Кроме того, никто не знает, как сильно меня ранили! Могу сказать, что зализывал раны какое-то время, вот и задержался!        — Тогда можем ли мы встретить Праздник морских фонарей вместе? — ронин чувствовал, как сердце трепетало в груди.        — Свидание в Ли Юэ, — досин комиссии Тэнрё расслабился окончательно, оперевшись спиной о грудь парня. — Это что-то новенькое! Мне уже интересно!       Казуха улыбнулся шире, обняв любимого покрепче. В душе растекалась радость от простого осознания, что он может провести какое-то время с самым любимым человеком, ещё и встретить Праздник вместе! Хейзо повернул голову в его сторону, целуя в висок. От этого простого жеста Каэдехара ощутил, как счастье новой волной накрыло его. Весь мир вокруг словно заиграл новыми красками. Помывшись, юноши насухо вытерлись. Рубиновые омуты ронина скользили по обнажённому телу любимого, наблюдая, как тот спокойно накинул полотенце на соблазнительные бёдра. Ощутив на себе пристальный взгляд, Хейзо взглянул на своего парня и слегка нахмурился, краснея.        — И на что это ты с таким интересом смотришь? —пробубнил он, краснея только больше от взгляда алых глаз.        — На самого красивого парня на свете, — Казуха прижался к нему, целуя по очереди каждую родинку на красных щеках.        — Используешь мои же приёмы против меня? Как подло, Зу, — Сиканоин слегка выгнулся, ощутив руки своего парня на своей спине.        — Дурной пример заразителен, любовь моя, — промурлыкал ронин, слегка прикусив мочку красного уха.       Детектив шумно выдохнул, почувствовав новую волну возбуждения. Каэдехара легко, почти невесомо, поцеловал шею, грудь возлюбленного, а после опустился к животу. Досин прикусил губу, ощутив, как поцелуи на животе стали более жадными, а им на смену порой приходили укусы. Внизу сладко тянуло.       «Как же хорошо!» — юноша улыбнулся, почувствовав, как полотенце сползло с бёдер и упало на пол.       На следующий день парни гуляли по нарядным улочкам Ли Юэ. Крохотные феечки летали рядом с ними, общаясь о чём-то на своём языке. Каэдехара с улыбкой наблюдал, как его возлюбленный с детским восторгом пробовал новые для себя блюда, хихикал от щекочящих «поцелуев» фей и с интересом изучал местные диковинки. Ему порой казалось, что это сон — сладкий, самый счастливый сон.        — Зу, смотри! Ну, как? Я красивый? — Хейзо повертелся перед ним в традиционной одежде Ли Юэ, которую он решил примерить.       Феечки кружились рядом с ним в такт, отчего создавалось ощущение, что парень резко научился использовать ещё два элемента. Золотые орнаменты на ткани словно переливались на свету. Казуха улыбнулся чуть шире.        — Ты прекрасен, любовь моя, — нежно произнёс он.       Сиканоин улыбнулся шире, покраснев. Каэдехара приобнял его, вдыхая аромат вишнёвых волос. Феи, словно повторяя за парнями, тоже терлись друг о друга, словно мурлыкая.       Праздник приближался. С каждым днём Казуха чувствовал невероятное счастье от одного взгляда на любимого. Они наслаждались каждой минутой, проведённой вместе. Близился вечер. Хейзо внезапно остановился, заслышав детский смех.        — Всё хорошо? — Каэдехара обеспокоенно взглянул на него, сжав его руку чуть сильнее.        — Да… — Сиканоин улыбнулся мягко-грустно, а после перевёл взгляд на возлюбленного. — Да, всё хорошо.       Ронин поцеловал его в лоб, словно говоря «я рядом». Досин комиссии Тэнрё улыбнулся шире, потеревшись носом о нос любимого. Ему стало спокойнее и легче. В праздники у него случалось такое — могла внезапно накатить тоска. Даже в Ли Юэ это случилось. В такие моменты он был очень благодарен Казухе, который мог молча обнимать его, как сейчас, и давать возможность немного погрустить. Когда грусть отступила, юноши отправились дальше. Хейзо заинтересованно смотрел на огоньки вокруг.        — Куда же ты ведёшь меня, Зу? — с любопытством взглянул он на своего парня.        — Секрет, — Каэдехара таинственно улыбнулся.       Сиканоин усмехнулся, продолжая следовать за ним. В один момент они оказались на склоне. Досин восхищённо выдохнул. Перед ними был весь Ли Юэ, как на ладони. В небо уже запускались первые фонарики.        — Ого, как здорово, Зу! — Хейзо с детским восторгом смотрел на город. — Отсюда виден весь Ли Юэ! Я даже вижу пристань! Это…       Он повернулся к любимому и удивлённо захлопал глазами. Казуха протягивал ему фонарь с необычным орнаментом оленя и кленовых листьев. Алые глаза словно переливались разноцветными огнями.        — Когда ты успел? — Сиканоин улыбнулся шире, коснувшись прохладных рук.        — Секрет, — Каэдехара загадочно улыбался.       Досин усмехнулся, чувствуя разливающуюся внутри нежность. Они вместе зажгли фонарь и запустили его в небо. Где-то вдалеке загремели фейерверки. Хейзо с улыбкой провожал взглядом золотой огонёк.        — Загадал желание, Зу? — поинтересовался он, всё ещё глядя на небо.        — В этом нет необходимости, — Казуха коснулся его щёк, с нежностью заглядывая ему в глаза. — Я уже получил всё, что хотел.       Хейзо улыбнулся шире, обняв его. Их губы слились в сладком поцелуе. Нежность и счастье заполнили каждую клеточку организма. Сейчас они оба были уверены — впереди их ждёт много всего хорошего, и даже если они далеко друг от друга, их любви это не помешает.