Штамп: возвращение к корням

К утру Ник и Майк уже покинули свой дом в поисках нового хлама. Заработанных фай хватало на пару тройку дней, однако на рынке делать было нечего, фактически сбор мусора это и заработок и хобби для обоих мутантов. Вместо поисков мусора вблизи человеческих лагерей, они решили пройтись по округе, что бы не вызывать подозрений своими чересчур удачными вылазками. Ник радостно снимал все что видел, однако почти всегда кадр был один и тот же, улицы засыпанные мусором и пылью, заброшенные многоэтажные опустошенные корпуса от мертвых домов, побитых временем, без стекол и дверей. Раньше на дорогах были машины и тела не самых удачных людей, но мутанты разобрали их на металлолом и мясо. Весь город, буквально бетонные джунгли под присмотром вечно желтого неба и пыльных облаков, из растительности на каменных улицах были только редкие лишайники и плесень, а в воздухе витали нотки бетона и стеклотары. Сложно представить, что когда-то это был крупный цветущий мегалополис, но еще сложнее представить какая резня происходила на этих улицах пятьдесят лет назад, когда появлялись первые зомби. — Майк, а расскажи какую-нибудь историю — начал Ник, направив объектив камеры на него. — Историю? — удивился Майк — Ну, ты ведь старше, а значит, видел больше. Я начал думать всего два года назад, а ты десять, у тебя должны быть какие-то истории! — Есть одна — Неуверенно начал Майк, не имея опыта в рассказе историй — слышал о больнице пропавших? — Больница пропавших? — задумался Ник, он не раз слышал об этом месте, в основном оно имеет дурную славу из-за частых исчезновений мутантов внутри здания. Одни думают, что там остались ловушки от раньше живших там людей, другие считают, что внутри просто обосновалась банда мутантов-каннибалов, пожирающих всех, кого встретят. Ник же больше придерживался первой теории. — Я там раньше искал мусор — с легкой ноткой стыда продолжил Майк — говорят, что там все еще остались лекарства и химикаты прошлого, работающие шприцы стоят целое состояние. Уже тогда были истории о пропажах мутантов, а я был неопытен, думал просто парочка мутантов мародеров. — И там были мутанты? — Был один — Майк тяжело вздохнул, пытаясь не показывать дрожи в голосе, он помнил каждую секунду пребывания там — никогда таких не видел, высокий, весь в белой броне. Я хотел сожрать его, у меня тогда было много неудачных вылазок, не было фай даже на самую ужасную еду, из-за голодая напал на него. — И ты победил? — Я с треском проиграл ему всего через пару секунд после начала боя. Я напал на него со спины, а он… — Майк указал на глубокую ирваную рану на боку шеи, достающую почти до позвоночника, в некоторых местах красовалась обгорелая плоть — А он резко развернулся и с невероятной силой ударил меня по шее своей бронированной ногой. Мнесильноповезло, что он не ударил в голову, иначе меня не было бы здесь. — Но… как ты выжил? — Я потерял сознание, а он подумал, что я умер. Когда очнулся, выпрыгнул в окно и больше не возвращался. — Значит, ты сбежал? — с ноткой разочарования спросил Ник, не ожидая что Майк способен на такую низость — Но… — Выбора не было — Вдруг перебил его Майк — Я никого, кроме себя, не предал своим побегом, а значит, моя совесть чиста. На какое-то время между мутантами нависла немая пауза. Хоть Ник и Майк были мусорщиками, но течет в них кровь с красным штамп вируса, штамп бойцов и охотников, для которых побег страшнее смерти. По правилам рынка, Майк должен был умереть в бою в качестве платы за то, что недооценил врага.Если бы об этой истории узнал кто-то другой, его давно бы изгнали с рынка. Вдруг Майк прервал немую паузу, обратившись к младшему. — Знаешь, почему я рассказал эту историю? — Вдруг спросил Майк. — Ну… — Ник задумался, пытаясь отыскать мораль истории — наверное, что бы я всегда добивал врага и умел оценить возможности противника? -Это…ты верно подметил — Майк слегка удивился такой внимательности к деталям, особенно от мутанта едва способного осознать всю ситуацию — но не только поэтому. Как бы сильны мы не были, всегда найдется мутант сильнее. Много кто на моей памяти погиб, забывая об этом. Ник не нашел что ответить и провалился в свои раздумья над словами, продолжая смирено идти за старшим. Под зенитным солнцем все казалось еще более уродливым, чем при рассвете. Ветер завывал, проходя через бетонные проемы пустых домов, сочиняя грустную мелодию о своем былом величии. Пустые, потрескавшиеся улицы, предназначенные для невероятных масс людей, теперь не более чем напоминание о прошлом города, будто бетонная плита с гравировкой на могильной земле. Иногда в пыли можно было уловить нотки гнили и разложения. Пустота и бедность проявлялись не только в видах города, но и в добыче. В окрестностях почти не было ценного мусора, за час был найден только кулек разбитого стекла и ящик с болтами и инструментами, что в переводе на фай, едва ли хватит и на пол дня. Однако даже в такие моменты Майк умудрялся найти чем поживится, где-то завалялась монета из прошлого, где-то небольшой гаечный ключ, а где-то и целый шмоток проводов. — Не думаю, что здесь что-то есть — разочарованно проговорил Ник, осматривая пустую двухкомнатную квартиру в которой даже обои содрали на продажу, а уж про мебель и говорить не стоит — четыре голые стены и пыль, давай поднимемся на следующий этаж? — Подожди ты — Ответил Майк, постукивая своим когтем по стене — здесь еще не проверили стены. — Стены? Майк резко совершил удар прямо в голую бетонную стену, поднялась пыль, которая быстро заполнила большую часть комнаты, полетели кусочки бетона. Когда пыль улеглась, Ник увидел, как старший держал небольшой шуруп, видимо по случайности забытый хозяевами в стене. — Видишь — гордо начал Майк, отряхивая руки от бетонной крошки — если знать где искать, всегда найдешь. — Ого — Ник поднес камеру к дыре в стене, несколько десятков сантиметров бетона были разбиты в прах, однако один неаккуратный вздох Ника, и объектив камеры мгновенно накрыла бетонная пыль, этот неприятный факт заставил любопытного мутанта быстро отойти в сторону — а как ты понял, что там шуруп? — добавил он, протирая объектив. — Опыт — Майк усмехнулся и ловким движение руки забросил шуруп в корзину на своей спине, было слышно, как шуруп ударился об дно корзины, что заставляло обоих мутантов вспомнить об печальном факте крайне бедной добычи — я однажды в стене целый скелет нашел — мечтательно и с ноткой надежды добавил Майк, вспомнив о недавно повышенных ценах на кости. Мутанты уже собирались уходить, как вдруг, где-то на этаж ниже послышались неуклюжие, но твердые и четки шаги, сопровождающиеся ударами об стены. Оба мутанта тут же остановились, дружескую атмосферу сменило напряжение. Звук становился все ближе, что-то неспешно двигалось прямо к ним, врезаясь об стены и иногда останавливаясь, будто взвешивая все «за» и «против» своей авантюры. — Мутант? — прошептал Ник — Больно неуверенно он идет для мутанта, но и человеком не пахнет — Майкосторожно прижал свой коготь к бетонной стене и резко дернул ей в сторону, по всем этажам раздался звон от разрезанной поверхности, а на стене осталась глубокая царапина. Ник так же прошелся своими когтями по бетону, как велит правило рынка. Все мутанты рынка знают этот сигнал. Иногда его используют как приветствие, иногда как предупреждение, сейчас же скорее второй случай. Однако от их гостя не последовало ответа, он лишь продолжал свой путь, шаги становились все громче, создание уже было на одном этаже вместе с мутантами и без остановки продолжало свой путь. Их отделял только дверной проем квартиры и коридор, ведущий к пустой комнате с затаившимися мутантами. — Не отвечает — Майк оскалил свои острые, в некоторых местах сломанные зубы — это не хорошо. Очень не хорошо. — Думаешь, он хочет нас убить? — настороженно прошептал Ник. — Не знаю — зрачокМайка сузился до размера бусинки, его тело активно переходило в состояние боевой готовности — он не ответил, либо не мутант красного штампа, либо видит в нас добычу. Под нами двадцать этажей, мы в тупике, готовься действовать. Ник последовал примеру Майка, он поставил свою корзину в углу и на ее край аккуратно поставил камеру, предварительноубедившись, что в запись попадет грядущий бой. Всего за полминуты он так же вошел в состояние боевой готовности, Ник не очень любил быть в таком состоянии, но чего только не сделаешь ради собственной безопасности и выживания. Шаг становился четче. Отчетливо чувствовался вражеский запах, пах он не как мутант, вместо присущей всем подобным Майку и Нику запаху крови, было лишь гнилостное зловонье. Вдруг, будто насмехаясь над мутантами, нечто издало протяжный стон, перемешанный с то ли рыком, то ли с внезапным опустошением желудка. Мутанты были напряженны до предела, монстр был в нескольких метрах, буквально за поворотом и явно не спешил входить. Вдруг из дыры в стене упал небольшой камушек, звонкий стук о пол разорвал нависшую тишину и чудовище начало действовать. Показалась гнилая серая кисть чудовища, покрытая серой, мертвой кожей. Оба мутанта тут же набросились на врага, Майк как более опытный боец пошел вперед и в одно мгновенье впился зубами в руку монстра, резким движением головы он оторвал конечность врагу, при этом вытянув его вперед в комнату и повалив на пол. Лишь когда враг упал на землю, Мутанты поняли, кто на них напал. Ник же даже не успел вступить бой, он остановился, замахнувшись своей лапой, и быстро оступился назад. Тот на кого они напали, не был человеком, не был и мутантом в привычном понимании. Это был зомби. Далекий, глупый предок всех мутантов которому не повезло, не обрести разум. Гнилой, одетый, в развалившуюся от времени офисную одежду, с пустыми глазами и разумом. Жалкое создание. — Теперь понятно, почему он не ответил — Майк тут же попытался помочь мертвецу встать, хотя зомби и сам неплохо с этим справлялся — наверное, он пришел на звук когда я пробил стену. Как только мертвый встал на ноги, он застыл посреди комнаты, водя по пространству мертвыми глазами. По каким-то причинам некоторые мертвецы так и не обрели разум, некоторым не повезло так и остаться в пустой, неразумной оболочке. Каждый мутант относится к ним по-разному. Кто-то считает их жалкими из-за их слабости и глупости, кто-то жалеет их по тем же причинам, кто-то почитает и уважает как основателей всего народа мутантов, что часто воспринимается во многих поселениях как ересь. К сожалению или счастью, близ рынка, зомби почти не осталось, многие мутанты пустили их на мясо, сами же зомби никак не сопротивляются, за них думает вирус. Вих существовании только одна задача, найти и напасть на незараженного человека. При таких условиях, встретить мертвого здесь, все равно, что найти четырехлистный клевер на верхушке горы радиоактивного мусора. — Что будем с ним делать? — спросил Ник, наивно пытаясь прикрепить оторванную руку обратно мертвецу. Зомби абсолютно не проявлял какой либо заинтересованности к мутантам, что вполне логично, ведь они не люди и так же как и он являются носителями вируса. Зомби видел в мутантах таких же зомби. — Оставим его — Майк взвалили на свою спину корзину — толку от него нам нет, а разделывать его на мясо слишком долго, я больше по мусору. Ник без капли сомнения решил послушать старшего и так же взял свою корзину, не забыв порадоваться удачно получившемуся кадру боя и дополнить видеоряд съемкой зомби с разных ракурсов. Впервые Ник видел кого-то, не принадлежащего к жителям рынка, к яростному и быстрому виду мутантов, которыми они являлись. Майк же не был заинтересован в мертвеце так сильно, он лишь окинул зомби оценочным взглядом на прощание и покинул квартиру. Младший так же выбежал за ним, взяв на память об этой встрече руку зомби, которую он так и не смог приделать. Спускаясь вниз, Ник интереса ради время от времени откусывал от руки по кусочку плоти. С первого же кусочка ему сразу стало понятно, почему другие мутанты убивают своих неразумных сородичей, их плоть снаружи на вкус как вяленное с нотками различных телесных жидкостей, а ближе к костям сохранились остатки еще невысохшего мяса, чья кровь приятно растекалась по горлу. — Это невероятно! — восторженно произнес Ник, отрывая от конечности кусочек мяса — никогда не ел чего-то более вкусного, хочешь попробовать? — Не ешь слишком много — настороженно сказал Майк — есть немало групп мутантов поедающих только себе подобных, они сошли с ума от вкуса плоти. Мясо зомби вызывает привыкание. — Их можно понять — ответил Ник, пытаясь одновременно прожевать откусанный кусок — а мы тоже такие вкусные? — Да — Майк показал на внушительную рану у своего правого предплечья, судя по всему, кто-то впился в него и откусил немалый кусок, на голых мышцах до сих пор остались глубокие следы зубов –у зомби и мутантов одинаковый вкус мяса. — А ты ел других мутантов? — вдруг вырвалось у Ника, вспомнившего историю о голоде. — Пару раз — Майк задумался, пытаясь решить, стоит ли ему рассказывать столь мрачные истории — в моменты сильного голода я нападал на других мусорщиков, когда же появились фай на еду, я обнаружил что попросту не могу есть что-то отличное от мяса мутантов. Мне многого стоило излечение от этой зависимости. — А как ты вылечился? — Начал охотится на людей — Майк слегка улыбнулся, вспоминая, как впервые вкусил человеческого мяса — человеческое мясо, даже слегка подгнившее, до ужаса вкусное, уверен, что когда-нибудь тебе выпадет шанс убить человека. — Человеческое мясо может излечить? — удивился Ник. — Говорят, сильнейшие мутанты питаются только человечиной что бы стать сильнее. Ник восторженно слушал речи старшего о человеческом мясе. Рассказы были столь будоражащими аппетит, что он даже забыл о своем восхищении мясом зомби. Майк не просто так уважал человеческое мясо. По стоимости на рынке, самое ценное что может добыть мутант, даже рабочий танк или ядерная бомба, о которой все мутанты слышали только в легендах, скорее всего были бы менее востребованными и дорогостоящими чем несколько кусочков свежего человеческого мяса. Рассказы Майка быстро переходили на истории об охотниках, мастерски убивающих людей и продающих их за колоссальные суммы клиентам, чьи личности известны только самим охотникам. Заикнулся он и о каннибалах, к которым испытывал неподдельное отвращение, быть каннибалом по правилам рынка даже позорней, чем бросить своего напарника в тяжелом бою, ибо поедание себе подобных это слабость. Нет ничего позорного в том, что бы убить и съесть человека вооруженного опасным оружием, опасного мутанта или неразумного зомби. Нет позора и в поедании еды купленной за тяжко заработанные фай. Но отвратительны те, кто считают себя сильными, убивая и пожирая мусорщиков, едва способных дать отпор серьезному врагу. Говорил Майк о мусорщиках так подробно и так эмоционально, что создавалось впечатление, будто он встречал их лично. Когда старший собирался уже начать рассказывать легенду о битве охотников с ночниками, он услышал протяжный, но довольно знакомый стон за своей спиной. Это оказался тот самый зомби, который все это время следовал за мутантами по дороге, заставляя их удивится незаметности зомби. — Чего это он? — удивился Ник, видя, как зомби неуклюже ковыляет в их сторону — он все время за нами шел? — Он идет не за нами — Майк взял с земли небольшой камушек и бросил вдоль дороги, как он и предположил, зомби прошагал мимо них, стремясь к месту падения камушка — он идет в сторону звука, слышит, как мы разговариваем и ходим — как только Майк начал говорить, мертвец вновь вернулся к мутантам, и остановился рядом с ними, смотря своими пустыми глазами то ли на них, то ли в пустоту собственной неразумности. — А у него хороший слух — Ник принялся проверять слух зомби, кидая камушки в разные стороны — А как мы его не заметили? -Наверное, у него сохранились остатки памяти– Майк поставил зомби подножку, мертвец резко сгруппировался в падении, что позволило ему компенсировать падение и почти мгновенно встать на ноги и встать в стойку. — Ого — Ник выронил камушек от удивления, когда мертвец встал перед ним в такой позе, будто был готов напасть на мутанта, однако довольно быстро он принялсвой обычный тупой вид — он и драться умеет? — Скорее умел, иначе бы атаковал нас в ответ — Майк устало вздохнул, понимая, что мертвец так просто от них не отстанет — он сохранил немало мозгов, мы можем сломать ему ноги, что бы он не шел за нами, или позволим ему идти за нами и продадим дяде на мясо. Так они и продолжили свой путь, со своим новым компаньоном, стоящим в три раза больше чем вся их добыча за день. По просьбе Ника, Майк рассказывал все, что знал о зомби. За десять лет сбора мусора он часто на досуге следил за мертвецами, когда их всех еще не перебили. Однако, все знания Майка ограничивались слежкой за глупыми болванками, без какой-либо сохранившийся памяти. Сам же зомби по имени Мемори, это имя ему дал Ник, демонстрировал зачатки интеллекта. Иногда мертвец издавал звуки отличные от его обычного стона, нечто с нотками разумности, похожее на слова выговариваемые ртом полным камней под контролем разума под самым сильным опьянением. Когда мутанты оставляли его позади, зомби начинал бесшумно красться, а когда оказывался в поле зрения мутантов, он тут же возобновлял свой хромой и неуклюжий шаг. Иногда зомби отвлекался на посторонние шумы, но быстро переключался обратно на мутантов, Ник особенно пристально следил за тем, чтобы зомби не отстал, нарочно издавая громкие звуки. Всего за несколько часов пути, младший успел привязаться к зомби, большую часть пути Ник пытался заставить зомби говорить или хоть как-то воззвать к его интеллекту, не желая слушать объяснения Майка о том, что весь интеллект зомби не более чем чудом сохранившейся память. Как главный аргумент Ник приводил тот факт, что иногда зомби отвечал ему стоном, который скорее всего не имел абсолютно никакого смысла. Так бы они и дошли без труда до дома, пока вдруг не увидели вдалеке небольшой отряд из пяти мутантов, разрывающих на куски свежий труп мусорщика. Майк тут же жестом приказал всей группе остановиться и быстрым движением кисти ударил по асфальту своими когтями. Один из мутантов вдалеке ответил тем же, подтверждая свою принадлежность к рынку, отчего, правда, не становилось легче. — Ого, вот это отрядец — усмехнулся один из мутантов, вальяжно подошедший к своим «коллегам» на его теле было немало шрамов явно говорящих об его частых драках, он протянул когтистую руку Майку, он держал в ладони детородный орган, явно принадлежащий бедняге которого они разорвали на куски — не хочешь? — Откажусь — настороженно ответил Майк, Ник уловил нотку настороженности и быстро спрятал камеру в набедренную сумку, оставшуюся у него еще с прошлого похода — мы не хотим проблем — добавил Майк, заметив ехидные выражения лиц мутантов. — Какой-то ты напряженный, сразу о проблемах, еще и от моего вежливого предложения отказался — мутант легким движением руки забросил остаток мутанта в свой рот и почти не прожевывая проглотил, расслаблено вздохнув, он продолжил говорить — ты браток знаешь кто я, чтобы так меня нервировать? У тебя уже два косяка, третий будет последним — он обвел пальцем глубокие шрамы, столь сильно его изуродовавшие, что в нем едва прослеживались человеческие черты — И тогда братан тыузнаешь, кто меня так размалевал и чему они меня научили. — Э, слышь, может хватит нам уже добра? — вмешался один из мутантов этой банды, так же обильно покрытый различными шрамами, но уже по всему телу, да и выглядел он человечнее — нам навара хватит на неделю, на кой черт еще и этих копошить? — Закрой пасть — огрызнулся в ответ уродливый мутант — никто не смеет косячить передо мной, самим Максимом резанным. — Что вам надо? — Майк сделал несколько шагов назад, как только Максим вновь направил свой взгляд на него — мы просто мусорщики, нам нечего предложить. — Значит сразу к делу браток? Понимаю, торопишься — Максим подошел к разорванному мутанту и резким движением руки оторвал ему голову, он повернул голову лицом к Майку, убедившись что тот прекрасно видит разорванную голову, Максим продолжил — короче, дело такое, этот упырь не захотел делиться, а мы не любим эгоистов — Максим выхватил металлическую арматуру, по всей видимости отнятую у этого убитого бедняги, и насадил на один конец голову мертвеца, а другой воткнул в кость безголового тела — Давай так, ты поделишься с нами тем, что вы нашли, а в обмен вы пройдете по этому безопасному пути, а в качестве бонуса вы сможете насладиться множеством тотемов на дороге, сделанных из тех кого мы порешили. Ник явно хотел вмешаться, на его лице виднелось отвращение. Но в таких ситуациях он всегда полагался на старшего, и лишь его невозмутимость помогала младшему сохранять самоконтроль над неприязнью и разогревающимся гневом. Именно из-за таких как Максим, мутанты больше отдают предпочтение смертельно опасным районам с людьми, чем местам близ рынка. — Хорошо — покорно произнес Майк — берите, что сочтете нужным. — А ты умный, по больше бы таких как ты — радостно улыбнулся Максим, жестом приказывая положить корзины на землю, мутанты быстро очистили корзины, радость на их лицах быстро сменилась брезгливой гримасой — даже как-то жалко вас — начал Максим, при этом вытаскивая из корзины ее содержимое — с таким наваром, это вы нас должны грабить. Вдруг Максим уставился на Ника, его проворный взгляд уловил, что тихий мутант что-то прячет под своими обносками. — Эй ты! — воскликнул Максим, показывая на Ника — тихоня, это вроде твоя корзина, че это за безделушка внутри? С немого позволения старшего, проявившегося в коротком кивке, Ник подошел к корзине. Внутри лежал лишь осколок стекла. Не успел младший сказать и слова, как ловкая рука Максима тут же залезла ему под робу и резко сорвала с его пояса набедренную сумку. Ник уже собирался отобрать потерянное, но его поспешил остановить Майк, стараясь всеми силами избегать нежелательного конфликта. — Надо же, секретики. На ваше счастье я люблю сюрпризы — Максим тут же засунул руку в сумку и вытащил оттуда камеру, от найденного сокровища главарь разбойников даже присвистнул и принялся рассматривать находку, оставляя на корпусе свои отпечатки из грязи и засохшей крови — ахуеть, будь у меня хрен, он бы щяс встал, где вы нашли такую красотку? — Это мое! — закричал Ник — мы нашли его в… — рука майка тут же прикрыла болтливый рот младшего. — Мы нашли его внутри старой машины — продолжил Майк. — А врать ты не умеешь — скептично цокнул Максим — в десяти километрах от рынка во все стороны нет ни одной машины — Максим махнул рукой, уже предвидя возможные оправдания — Не хочешь говорить и не надо, я будто буду жопу рвать ради добычи. Короче так, камеру я заберу с собой, а остальной хлам можете оставить себе. Вдруг Майк почувствовал, как Ник укусил его за руку. Зубы младшего впились в плоть и будь укус чутка мощнее, Ник смог бы откусить кусочек внутренней стороны ладони. — А может, возьмете зомби в обмен на камеру? — в спешке предложил Майк, чувствуя всю боль от укуса. — А может ты захлопнешь свою пасть? — яростно ответил Максим — ты думаешь, я такой дебил и не знаю сколько стоит мясо? Берите свой хлам и пиздуйте отсюда уже! Бандиты уже собирались уходить, как вдруг, Ник ударил локтем старшего по животу и вырвался из захвата. В ярости молодой мутант ударил Максима, разбрызгивая кровь по дороге. Когтистая лапа прорезала изуродованное лицо и оторвала ему кусок плоти. Максим не сказал и слова, казалось, будто он совсем не чувствовал боли. Насмешливые лица бандитов переменились на глубокий ужас, но никто из мутантов не решил подойти к лидеру. Они боялись не за него. — Понятно — спокойно произнес Максим и осторожно положил камеру обратно в сумку, совершенна не обращая на сильное кровотечение — ты злишься, это нормально, я ведь забрал твое. — Я… я — Ник сделал шаг назад, сильно жалея, что сотворил в слепой ярости. — Но вот понимаешь в чем дело, ты знаешь, что такое жалость? — Максим положил свою руку на плечо Ника –жалость это страшный грех, из-за жалости мы нарушаем порядок, боясь причинить боль виновному. Я довольно чистосердечный мутант, и поэтому… — Максим резко схватил Ника за плечи, и что есть силы нанес сокрушительный удар коленом по его грудной клетке. Раздался болезненный хруст, из рта младшего брызнула кровь. Ник уже падал на землю, как Максим тут же схватил его за голову и нанес второй удар колено, на этот раз прямо в лицо. Без какой либо жалости или уважения, Максим бросил Ника в сторону, тот упал на голую дорогу, давая начало зарождающемуся рубиновому озеру крови, освежающий вечно сухой асфальт. Майк тут же набросился на врага, но Максим ожидая такого хода, подставил свои когтистые лапы. Острейшие когти схлестнулись друг с другом, испуская скоротечные искры. Сосредоточив все свои силы в руках, главарь отбросил старшего прямо в окружение своих подопечных. Те не стали давать время на отдышку, и набросились на Майка. Десяток когтей впились в его тело, под кровавые брызги четверо мутантов почти синхронно совершили свои удары вдоль всего тела, выпустив кишки Майка наружу. Совершив свой смертоносный удар, мутанты отпрыгнули в сторону, однако двое остались на месте. И тут же стало понятно, почему они нарушили синхронность. Их головы слетели с плеч, а через секунду на окровавленной земле оказались и тела. В одно мгновенье двое из четырех атакующих были убиты. Оставшиеся были поражены, но не напуганы, два выживших мутанта решили повторить свою атаку. Окровавленный и изрезанный, Майк схватил собственную толстую кишку, и побежал навстречу к противникам. Бежавший впереди мутант тут же атаковал, но все его удары не могли задеть проворного мусорщика, и благодаря ловкости своих движений, Майк набросил собственный кишечник прямо на шею противника, и как можно туже затянул его, стараясь игнорировать боль. Другой мутант бандытут же поспешил на помощь к задыхающемуся напарнику, но его попытка быстро захлебнулась, когда Майк вонзил в его голову осколок собственного ребра, даже не посмотрев в его сторону. Последний выживший мутант взглядом умолял Максима вмешаться, тот лишь скучающе смотрел на бой, бросая в рот кубики мяса, которые успел вырезать из тела убитого мусорщика. Так последний подопечный Максима и помер, в ожидании помощи лидера, пока Майк не свернул ему шею. — Надо же — заинтересованно заговорил Максим — а я думал, день скучный будет. Всех порешил, молодец. Майк уже было хотел напасть на последнего из группы бандитов, но стоило ему сделать всего один шаг, как тело стало тяжелее, и старший упал лицом на асфальт. Агония и потеря крови сделали свое дело. — Закончился — усмехнулся Максим — и где так драться научился? Так мусорщики страшнее любого бандита станут. Максим неспешно подошел к Майку. Ему на глаз тут же попался интересный символ, на изодранной спине Майка. Глубокие шрамы формировали единый герб, похожий на трехпалую руку в окружении кривого круга. Лидер перебитой банды тут же узнал это изображение. Каннибалы трехпалого мученика. Жестокая банда, терроризировавшая всех в округе, и встретившая свой конец в жесточайшей битве между мутантами из дальних земель. И вот одно из этих чудовищ лежит перед бандитом. Максим тут же с ужасом представил, скольких убили эти когти, сколько криков слышали уши этого мусорщика и сколько крови и жестокости видели его глаза. — Чего? — с легкой дрожью в голосеи удивлением в глазах произнес Максим — я порешил… каннибала? На всякий случай, главарь банды пнул Майка что есть силы, тот не подавал признаков жизни. Убедившись в смерти мусорщика, Максим наклонился пониже к спине Майка, дабы поближе рассмотреть герб каннибала. Это был бесспорно их символ, вырезанный до самых позвонков, а чуть ниже герба были вырезаны две строчки слов. «Костяное дерево тебе хозяин, сей агонию и пожинай страдания, извечный страх погубит слабых, истинное мастерство уничтожит сильных» Пока Максим увлеченно вчитывался в надпись, пытаясь понять смысл этих слов. Майк, который был без пяти минут мертвым, резко вскочил и нанес неожиданный удар.Коготь каннибала воткнулся прямо в ухо Максима, давая врагу прочувствовать всю силу легендарного каннибала. Острие когтя с легкостью разрезало ушную раковину. Вторая же рука Майка прошлась когтями по глазам Максима, оставив глубокие порезы прям она его глазных яблоках. В одно мгновенье Максим частично потерял слух и полностью лишился зрения. Еще в состоянии что-то видеть раненными глазами, Максим в ужасе отошел на пару шагов от Майка. — Сука! — завопил Максим, схватившись за свои глаза — у тебя же кишки на земле валяются, тебе этого мало что бы сдохнуть? Ебучий каннибал! — Я уже давно не каннибал — холодно ответил Майк, пытаясь сложить свои органы в разрезанное брюхо. — Не каннибал говоришь? — Максим разверзся неподдельным громким смехом — да ты сука всю мою банду порешил, я грабить стал, потому что такие выблятки как ты вырезали весь мой дом! — Максим резко оступился назад и как можно быстрее поднял с земли арматуру — я твой череп на эту палку насажу, кровожадный уебок, отомщу за всех кого вы когда-то убили! — Ты уверен? — Че? Майк сделал шаг вперед, всего один короткий шаг, но чудовищной силы, будто сами врата ада, открылись с этой ноги. Шаг эхом разлетелся по соседнем улицам оглушив на несколько секунд Максима. В то мгновенье последний из своего поселения словно посмотрел в глаза смерти, сквозь оглушающий звон, Максим слышал ураган криков всех убитых в ту роковую ночь. А теряющие свою точность глаза будто бы уловили силуэты всех убитых за спиной настоящего чудовища. Инстинкты мутанта кричали о побеге, заставляя Максима чувствовать то, что мутанты в принципе не должны чувствовать. Страх. В тот момент главарь бандитов встретил исчезнувшего пять лет назад не мутанта, а самого настоящего монстра, когда-то известного под грозным названием «Архитектор Фийер». -Ты уверен, что хочешь драться со мной еще раз? — прошептал Фийер, но слова его эхом звучали в сердце и разуме Максима, казалось, будто каждая буква, взгляд и вздох Фийера отрывали кусочек души от мутанта — уверен, что готов к такому серьезному противнику? — Дерьмо — подумал Максим, протерев глаза от вытекающей глазной жидкости — потерял много крови, зрение мутнеет, я даже не могу сделать и шага, будто к земле прикован. Никогда не думал, что подохну от рук такой мрази. Через силу Максим шагнул навстречу к врагу, и замахнувшись арматурой рискнул сделать последний рывок. Он бежал не на мутанта, не на врага. Перед собой он видел чудовище, повинное в сотнях убийств, чудовище которое может убивать одни лишь своим видом, и вызывающее страх у всех кто слышит его имя. А позже, за год до исчезновения трехпалого мученика, Фийера стали звать архитектором. Костяное дерево стало последним творение чудовища. С каждым метром приближения к врагу, в ушах звенело все сильнее, крики становились громче, само сознание отказывалось верить в этот ад. И вот Максим уже был готов ударить, всего лишь лишняя секунда, и арматура бы окончила существование одного из страшнейших созданий. Но Фийер сделал свой ход. Он резко вздернул свою руку, и коснулся кончиком ногтя лба Максима. По телу мутанта прошлась волна дрожи, и тот застыл в замахе. Мышцы во всем теле будто бы закоротило, а мозг потерял контроль над телом, превратив Максима в живую статую. — Ну и ну — вздохнул Фийер — я даже слегка занервничал, непривычно без своей маски. — Какого хрена! — сквозь зубы прохрипел Максим, пытаясь из всех сил закончить удар — что ты сделал? — Тоже то же что и делал всегда, тупая скотина — Фийер осторожно вытянул два своих когтя, и прикоснулся ими прямо к зрачкам Максима — я всегда говорил, страх лучшее оружие, он заставляет предавать, прятаться, слабеть. Ни одна пуля, ни одна бомба не может быть эффективнее страха, самой основой любого оружия — Фийер слегка улыбнулся и протолкнул свои когти вглубь глаз Максима, не спеша, наслаждаясь тому, как кровь и глазная жидкость растекаются по поверхности когтей. Максим стиснул зубы что есть сил, терпя ужасную боль — какое еще оружие может заставить врага застыть на месте? И это оружие эффективно против всех, люди, мутанты, животные, насекомые, все чувствуют страх, и в страхе умирают — когти все дальше проходили сквозь плоть, Фийер пытался как можно больше задеть глазные нервы, что бы причинить как можно больше боли — Я держу в своих руках основу всей жизни, основу любого оружия, основу разума каким бы не было здание на этой основе, я его могу разрушить, ведь главная всегда основа. Я могу даже поменять собственный разум, правда страх замечателен? Когда когти Фийера почти дошли до мозга, прозвучал протяжный стон, а вслед за ним удар. К неожиданности для всех, Фийера ударил зомби, чудовище пошатнулось, атмосфера ужаса так же слегка развеялась. Как только из глаз Максима вышли когти, был совершен долгожданный удар. Мутант вернул контроль над собственным телом и что есть силы ударил арматурой своего врага. Глаза монстра покраснели, он чувствовал, как треснул его череп, а мозг залился кровью. Максим уже готовился добить его. Но, не желая умирать так просто, из последних сил Фийер использовал свою силу. Он вытянул руку вверх и выставил вперед два когтя, мозгу Максима была отдана немая команда. Разум Максима наполнили ужасающие образы, а инстинкты будто бы уже голосом кричали бежать. Не в силах сопротивляться ужасу, Максим бросил арматуру и схватив зомби за руку, убежал прочь. — Я явно старею — тяжело произнес Фийер — дать зомби ударить себя, что за идиот.Одно счастье, мутантами правят инстинкты, хочет, не хочет, а сделает, так как я хочу — Фийер усмехнулся, и попытался привстать с земли, но боль тут же накрыла его с головы до ноги заставила вновь лечь на землю — ничто не может сопротивляться страху, даже мой собственный разум — Фийер чувствовал, как слабел, он лишь на последок окинул взглядом Ника, лежащего вдалеке — Ник, да? И что в нем нашел Майк? Слабак слабаком. Знал бы он с кем обещается изо дня в день, наверное, сошел бы с ума — Фийер тяжело вздохнул и закрыл глаза –Ну да ладно, я сделал что мог, спасение слабака за тобой Майк, а я буду следить и направлять вас двоих, как и подобает настоящему учителю. Прошел час, за ним второй, небо окрасилось в вечерние краски. Вдруг глаза Майка раскрылись, ужасная боль ломила все тело, руки дрожали, а ноги ощущались так, будто бы пробежали километры без остановки. Набрав остатки сил, мутант с трудом встал с земли. Первое же что он ощутил, это то, как насекомые копошатся в его органах, а оставшейся в организме крови едва хватает на работу мозга. Но самочувствие его волновало меньше его напарника, который так и не очнулся. Старший подбежал к Нику, которому досталось хоть и меньше, но состоянии его было гораздо тяжелее — Идиот, все из какой-то камеры — обеспокоенно начал Майк, проверяя состояние своего напарника, он едва дышал, а кожа побледнела едва ли не до оттенка кости. Не тратя и минуты больше, он надел на себя сумку с камерой и взвалил раненного мутанта на свои руки — до рынка около часа — подумал он — успею ли? Мутант со всех сил пустился в бега до рынка. Иногда из живота вываливались органы и личинки насекомых, долго не думая, Майк попросту выбрасывал собственные потроха в сторону, дабы они не мешались под ногами. Сил в нем едва хватало что бы ходить, не то что бежать. Но он бежал, бежал до треска костей, бежал до кровавых следов на дороге, бежал пока были силы для жизни. Все чему не повезло встать на пути Майка, тут же отлетало в сторону или разламывалось в щепки от напора мутанта, желающего спасти своего наивного друга. Часовой путь был проделан за двадцать минут, организм был на пределе, изо рта, носа и глаз вытекали ручейки крови. Добежав до рынка, Майк не остановился, даже скорее наоборот, ускорился выше своего максимума. Путь он держал на другой конец рынка, в небольшую подземную парковку, объятую вечной сыростью и странным гнилым запахом. Сшибая мутантов с ног, под мат и крик окружающих он добрался до этой самый парковки. Его глаза сразу застыли на большой стальной двери, без какой либо ручки или замка, вся объятую царапинами и вмятинами хранящими память о многих любопытных пытавшихся пробиться внутрь. Не сбавляя скорости Майк врезался прямо в дверь, несколько костей явно сошли со своего места, треть покрылась трещинами. После этого на двери остался неровный кровавый круг с осколками костей, своими концами прорезавшие кожу старшего. В этот миг силы полностью покинули мутанта, и он упал у порога двери, лишь напоследок он услышал, как тяжелая преграда сдвигается с места. Солнце заходило за горизонт, глухой момент прошел и ночники вышли на охоту. Максим едва успел найти себе место для ночлега, это была большая заброшенная больница. Когда он добрался до нее, зрение полностью покинуло главаря бандитов, и тот ходил в слепую, полагаясь лишь на свой нюх и едва работающий слух. — Твою мать! — прокричал Максим, выискивая хоть что-то похожее на какой-нибудь бинт или еду–урод, заставил меня сбежать своими психическими уловками, если не найду чем залепить раны, сдохну от потери крови как крыса в норе — Максим резко дернул за руку зомби, которого все это время держал рядом с собой — ты ведь не обидишься если я тебя съем? Безобид, я не блядский герой, мне просто своя жизнь дороже — вдруг максим нащупал что-то мягкое, сетчатое волокно, на ощупь пыльное, грязное и мокрое — слава богу бинт нашел — облегченно вздохнул Максим и тут же в спешке принялся забинтовывать свои глаза и некоторые участки тела, которые он повредил в панике бежав с поля боя — а бьешь ты хорошо — обратился Максим к зомби — как следует вмазал этому пидриле, жаль не убил — зомби ответил ему протяжным завыванием — не сомневайся, он уебок еще тот, каннибалы в принципе уроды, а эти не то что уроды, короли всего пиздеца мира. Я убиваю мутантов, но я не вырезаю целые поселения ради забавы, есть разница между ебучей резней и выживанием — Максим сделал небольшую паузу — я тоже не хороший, но даже я вижу разницу между этими двумя вещами… ну то есть… не вижу а осознаю, короче до тебя надеюсь дошло — зомби не ответил, в кабинете где они находились нависла неловкая тишина — ну да… я общаюсь с зомби, видимо крыша поехала после встречи с каннибалом. Вдруг Максим что-то почувствовал. Это был странный запах ранее ему не знакомый, будто бы вареныеорганы, перемешанные с бензином и нефтью. Зомби тоже его чувствовал и неспешно зашагал в сторону источника аромата, ведя за собой Максима, будто собака поводырь ведет за собой слепого. Они поднялись по лестнице на этаж выше, как вдруг Максим уловил знакомый запах железа, остановив зомби, он дотронулся до пола, когтистая рука почувствовала твердую, почти каменную оболочку, наполненную дурно пахнущей жидкостью. Это был мутант! А точнее его остатки. Чуткий нос красного штампа уловил семь запахов, похожих на кровь, но немного отличавшихся своим составом друг от друга. Лишь когда главарь бандитов лизнул свою руку, он осознал, что он отыскал. Это была кровь ночника, перед ним лежал мертвый ночник, мутант способный оторвать дверь от машины или сорвать дверь с петель, в какой степени Максим был очень рад, что не мог увидеть тело этого мутанта. Дальше по лестнице этот запах можно сказать почти заменял воздух, что говорило о невероятном количестве тел ночников выше, но всех их почти полностью перебивало зловонье монстра выше. — Ночью я отсюда не убегу, ночники жопу порвут и минуты не пройдет — подумал Максим — на нижних этажах слишком опасно, могу встретить ночника, без глаз я этого даже не пойму. А выше… выше хер пойми что, хоть бы это была просто ловушка. Максим крепче сжал зомби за руку и неуверенно продолжил идти вверх. Запах становился все сильнее, они прошли два этажа, как вдруг таинственный запах достиг своего максимума, резкий и ужасный, пробирающий до глубины всю дыхательную систему. Но запах очень быстро стал не единственной его проблемой. Попытавшись подняться выше, Максим столкнулся с тем к чему шел. Что-то в твердой шершавой оболочке, не успело до него дойти осознание всей ситуации, как нечто резко схватило его за горло и с немалой силой подняло на метр от земли. От удивления главарь бандитов тут же отпустил зомби и ударил по схватившей его за шею руке. Ощущение, словно удар пришелся по камню, конечность врага даже не дернулась, в то время как несколько когтей Максима попросту сломались, скорее всего даже не оставив царапин на броне врага. Но еще сильнее пугала информация, которую посылал слух. Максим слышал тяжелое дыхание монстра, но что его гораздо сильнее пугало, у него билось сердце, отчетливо было слышно как глухой импульс, берущий своей начало в районе груди, растекался по всему вытянутому телу чудища. Ни один мутант не мог похвастаться работающим сердцем. Его схватило нечто объятое в броню, не человек, и не мутант. Все что мог сделать Максим в своей ситуации, это неистово бить по схватившей его конечности. Приблизительно через минуту, когда переломанные руки Максима повисли без надежды на восстановлении. Монстр проговорил что-то на своем языке, в ответ на что Максим лишь отчаянно усмехнулся. — Я нихера тебя не понимаю, говори на нормальной языке — хрипло произнес Максим — По голосу слышу, что ты рад этой ситуации, уебок. Но я тебя не боюсь, слышишь? — Максим закричал что есть силы и в последний раз, всеми двумя руками ударил по твари, разбрызгивая повсюду собственную кровь — Меня жизнь научился ожидать смерти. Можешь хоть всю ночь меня на куски рвать, мне плевать, тупая ты ублюдина — Напоследок Максим плюнул в сторону чудовища. К утру в эту больницу прибыл отряд мусорщиков, они не обнаружили внутри ничего кроме мусора и следов спекшейся крови.